Ренат Давлетьяров: «Я ненавижу русский артхаус»

Обсудить0

На экраны вышел триллер «Чистое искусство». КиноПоиск встретился с режиссером Ренатом Давлетьяровым и выяснил, почему кино — безумное дело, к какой части тела обращен отечественный артхаус и отчего в России нельзя снять блокбастер.

На российские экраны вышел триллер «Чистое искусство». Главная героиня картины — известный фотограф (Анна Чиповская), которая оказывается в непростом положении. Ее жених мертв, а сама она, увидев лицо убийцы, становится мишенью для бандитов и целью номер один для спецслужб. Горы трупов, большие деньги, любовь и искусство, которое на деле оказывается не таким уж чистым, — в новой ленте Рената Давлетьярова есть все элементы увлекательной остросюжетной картины.

КиноПоиск встретился с режиссером и выяснил, почему кино — безумное дело, к какой части тела обращен отечественный артхаус и отчего в России нельзя снять блокбастер.

Работа над «Чистым искусством» началась давно, а фильм вышел только сейчас. Почему так произошло?

Сценарий я действительно впервые увидел очень давно. Мне дал его почитать Леонид Верещагин. Ему было интересно мое мнение, насколько это хорошая история. Я ответил: «Да, мне кажется, хорошая. Мне понравилось». Но по каким-то причинам Верещагин не стал заниматься этой картиной, и ей решил заняться я. А затем нужно было снимать «А зори здесь тихие...» и успеть выпустить фильм к годовщине Победы. Он поглотил все мое пространство и время. И речи быть не могло, чтобы параллельно заниматься еще одним проектом.

Почему вам понравилась эта история?

Это вопрос иррациональный. Во всяком случае, что касается моего — в кавычках — творчества. Знаете, у нас есть такие большие режиссеры, которые своими фильмами хотят послать некий месседж человечеству. На мой взгляд, все это глупости. Искусство не влияет на человеческую жизнь. Человечество не стало лучше за 2000 лет существования современной цивилизации. Важно лишь одно: слушает ли тебя собеседник, когда ты ему рассказываешь историю, будь то анекдот, страшная история или просто интересная. Всё. В кино то же самое, на мой взгляд. Истории могут быть разными. Допустим, вчера это была «Стальная бабочка», потом «А зори здесь тихие...» или «Однажды». Моя задача — попытаться интересно рассказать эти истории. Может, получится, а может, и нет.

Почему вы думаете, что именно этот сюжет будет интересен зрителю?

А я не думаю. Мне вообще плевать, что нравится зрителю. Во всяком случае, когда я не продюсер, а режиссер. Конечно, мне хочется, чтобы фильм посмотрело как можно больше людей. Но, когда вы делаете все, чтобы только понравиться публике, получается какой-то «Ласковый май». Эта группа собирает стадионы. Ну и что? Мне теперь становиться «Ласковым маем»? Я не буду этого делать, сколько бы денег это ни принесло.

Во-вторых, любовь к жанрам у зрителей постоянна. Всегда наибольший интерес вызывали комедии, триллеры, детективы и мелодрамы. Сейчас, конечно, кассу собирает грандиозное ничто: «Трансформеры 10», «Мстители 8»... Что там еще смотрит нынешнее поколение? Пусть смотрят, но это не значит, что я должен думать о них и снимать то, что они хотят. У нас просто нет таких денег. Если бы нам выделяли по 100 миллионов долларов на проект, скорее всего, и мы бы такое дебильное кино снимали. Вот почему я считаю, что, когда ты снимаешь кино, нужно думать не о каком-то мифическом зрителе, а о себе. Все гораздо прозаичнее, чем мечты о зрителе. Ставишь кадр, смотришь, нравится он тебе или нет, хорошо ли смотрится в нем актриса, стоит ли ей сказать, что она бездарность, потому что она явно переигрывает.

Это ваш стиль работы с актерами?

Я предполагаю, что актер приходит на площадку, посмотрев дома текст, и играет его. Репетиция выглядит так: «Вот тебе точка, вот траектория. Сантиметр влево, сантиметр вправо — побег, расстрел». Потому что иначе это бессмысленно. Мизансцена строится, когда есть свет и фокус. Когда ты вышел из него, что бы ты там ни играл, тебя никто не увидит. Поэтому надо ходить по точкам, и если актер неправильно играет, то я его поправлю. Или покажу, как нужно делать. Я всегда готов выслушать артиста, но последнее слово остается за мной. Потому что никто не отвечает за фильм, кроме режиссера, ни один человек — ни оператор, ни актер, ни художник, ни автор сценария. Получаешь награду или огребаешь по полной только ты.

Вы пришли в профессию без специального образования. Как вы думаете, насколько подобное образование нужно творческому человеку? Или лучшая школа — это школа жизни?

Для одного это важно — пройти школу жизни. А Пушкин в лицее уже писал, никакой школы жизни не видел. Лермонтов умер в 26 — какая вот школа жизни? Один человек знает все, понимает все в 16 лет. Другой доживает до 70 и остается таким же долдоном, что и в юности. Творческий процесс иррационален, необъясним. Но для режиссера, может быть, образование имеет значение. Потому что кино — это жесткое производство. Мне кажется, у многих наших режиссеров получаются артхаусные фильмы не потому, что так задумывалось, а потому, что они не успели снять достаточное количество кадров, чтобы у картины были хорошая динамика и скорость. Им просто не хватает профессионализма. Поэтому вовсе не плохо, когда к таланту прибавляется знание процесса кинопроизводства. Чтобы заниматься этим безумным делом, нужно прежде всего любить кино. Я не знаю ни одного нормального человека (нормального, подчеркиваю!), который пришел бы в кино и ушел бы оттуда. Потому что нет на свете лучшего занятия, чем снимать фильмы.

Но эти фильмы (по крайней мере российские) далеко не всегда окупаются. Что можно сделать, чтобы ситуация изменилась?

Звучит смешно, но часто бюджет одного американского фильма, которых выходит штук сорок в год, больше, чем бюджет всего нашего кино вместе взятого. Поэтому очень важна государственная поддержка. Если ее не будет, кино закончится. Не думаю, что Россия — это страна, которая может позволить себе обходиться без собственного кинематографа, потому что это важнейшей аспект существования русской цивилизации. Чтобы оживить российское кино, нужны протекционистские меры, саморегулирование. С русскими картинами надо работать, как работают во Франции с французскими. Они феномен национальной культуры, их так воспринимают все, в том числе и представители киносетей. А у нас же многие делают вид, что кино — это только бизнес.

Я считаю, что если кино снимается в этой стране, то оно должно иметь определенные преференции. Например, освобождаться от уплаты НДС, быть субъектом российского права. Другое дело, что есть еще одна проблема: наше кино слабенькое. Для меня к этой категории относится прежде всего то, что мы называем русским артхаусом. Оно дискредитирует российское кино в глазах зрителя. Я ненавижу русский артхаус, потому что благодаря таким фильмам создается впечатление, что они лучшее, что у нас снимается, и это отпугивает зрителей от кинотеатров.

Артхаус — это довольно растяжимое понятие. Какие конкретно фильмы вы имеете в виду?

Не хочу называть конкретные имена. Их и так все знают. Любой фильм, будь то мейнстрим или артхаус, должен привлекать зрителя, быть обращен к нему. К чему обращен русский артхаус? К собственной заднице — больше ни к чему. Такие фильмы заканчивают свое существование на каком-нибудь местечковом фестивале, где их похвалил некий критик. Ведь если подобный фильм попадает в широкое кинопространство, обычный человек, случайно зайдя в кинотеатр, плюется и немедленно уходит со словами: «Больше ноги моей не будет на российской картине».

Все мои ленты — это попытка создать качественное художественное кино в мейнстриме, художественный мейнстрим. Мне не стыдно ни за один из моих фильмов. Я не вскрываю социальные язвы, не обличаю общество. Я просто снимаю кино.

При этом с фильмом «А зори здесь тихие..» вам пришлось нелегко...

А что там сложного? Вот вам пример. Одна интернет-компания проанализировала отзывы на фильм. Знаете, какое соотношение восторженных отзывов и отрицательных? 24 к одному! Это картина была сложной физически. Что до остального, я даже не представлял, что поднимется такой визг. Ведь это не первый ремейк. «Тихий Дон», «Экипаж» же сняли, и ничего. А «Зори»… Картина Ростоцкого была замечательной, но время не щадит ничего. Сейчас вы только представьте, сколько миллионов молодых людей посмотрели фильм и узнали благодаря ему историю, рассказанную в повести Бориса Васильева!

Если говорить о критике, то есть несколько предсказуемых злобных теток, которые уже 20 лет пишут про меня гадости и будут продолжать писать. И если они вдруг отреагируют иначе, то это будет сигнал, что я сделал что-то не так. Сейчас я с нетерпением жду, когда они начнут разносить мою новую картину.

Давайте к ней и вернемся. У вас много фильмов, где речь идет о женщинах с сильным характером, и «Чистое искусство» не исключение. Почему вам интересны именно такие героини?

Ну, во-первых, потому что я ярый гетеросексуал. Как говорил покойный Саша Абдулов, я из секс-меньшинств люблю только женщин. Их всегда интересно исследовать, как интересно исследовать инопланетянина, а не человека с той планеты, которую ты хорошо знаешь. Для меня женщина — это инопланетное существо.

То есть вам интересно исследовать сильных женщин?

Ну, как сильных? Если говорить о героине Анны Чиповской, то она такая хрупкая, маленькая. Если говорить о персонаже Даши Мельниковой из «Стальной бабочки», то там она почти ребенок. В «Зорях» есть такие героини, как Четвертак, Гурвич… Но дело в том, что все они не были изначально сильными. Сила пробуждается от чего-то. И это пробуждение силы в любом случае и в любом человеке — мужчине или женщине — интересно. Но в женщине интересно особенно. Потому что она уязвимее, чем мужчина. Поэтому все, что с ней происходит, переживается более драматично. Может быть, именно поэтому женские характеры мне интереснее.

В «Чистом искусстве» действие происходит в Москве, но город узнается с трудом. Почему вы показали Москву именно такой?

Вообще я на месте московского правительства давно бы выдал мне премию за популяризацию Москвы. (Смеется.) Потому что в первый раз я показал Москву такой, как ее раньше никто не показывал, в фильме «От 180 и выше», который я продюсировал. Потом была «Любовь-морковь». Мне хотелось избежать изображения города с открытки. Ненавижу эти огромные площади, серые массы асфальта. Я его во всех своих фильмах поливаю водой, потому что он имеет очень мерзкий оттенок на экране. Что касается «Чистого искусства», то мне хотелось снять фильм в холодной гамме с периодическим присутствием агрессивного красного цвета.

Я очень требовательно отнесся к выбору локаций. Ненавижу снимать в павильоне, как бы удобно и красиво там ни было. Моя первая работа — постановщик декораций. Я строил их полтора года. И сейчас у меня стойкое ощущение, что все, что в снимается в павильонах, — это неправда. Я не могу погрузиться в историю, которую экранизирую. Мне становится физически плохо в декорациях. Поэтому для съемок «Чистого искусства» я тщательно подбирал локации. Например, мы долго не могли найти подходящую квартиру, где могла бы жить главная героиня. В результате мы ее так и не нашли и снимали в выселенном доме, где сломали лишние стены.

Когда видишь Москву, похожую на Нью-Йорк, невольно думаешь, что бы сказал об этом фильме иностранный зритель. Как вы считаете, насколько вообще такому зрителю интересно наше современное кино?

Если говорить глобально, то оно ему неинтересно. Все-таки мы отдельная цивилизация. Вот, например, индусы снимают огромное количество фильмов каждый год. Много ли из них продается за рубеж? У них своя самодостаточная цивилизация. Периодически, конечно, какие-то наши фильмы будут идти за рубежом, но массово вряд ли. И дело вовсе не в языке, ведь существует такая вещь, как дубляж. У нас с Западом просто разные ценности.

Есть устойчивый миф, что за рубежом спросом пользуются фестивальные фильмы. Но это не более чем миф, потому что такие фильмы в итоге собирают копейки. Они интересны очень небольшому количеству зрителей.

Смотрите также

Анна Чиповская: «Симпатичным актрисам предлагают самое неинтересное»

17 августа 2018

Создатели «Притяжения» вошли в состав экспертов Фонда кино

28 апреля 2017

Анна Чиповская: «Иногда нас тянет в сторону караоке»

11 июня 2016

«Чистое искусство» с Анной Чиповской: Премьера трейлера

10 мая 2016

Главное сегодня

«Лучший дизайнер по костюмам»: Из чего сшиты номинанты на «Оскар»

Сегодня

Самые странные супергерои: Как умирал и воскресал «Роковой патруль»

Сегодня

Трейлер фильма «Разбойники с большой дороги»: Охота на Бонни и Клайда

Сегодня

Ubisoft выпустит сериал по игре «Skull and Bones»

Сегодня

Будущее киновселенной стало ярче: Реакция на фильм «Капитан Марвел»

Сегодня

Ролик «„Звездные войны“ родились»: Рей и Кайло Рен спели «Shallow»

Сегодня

Нил Гейман спродюсирует ремейк сериала «Сказочник»

Сегодня
Комментарии
Чтобы оставить комментарий, войдите на сайт