Андрей Смоляков: «„Родина“ — это удар битой в лицо»

Обсудить0

15 октября на российские экраны выходит «Родина» Петра Буслова, буквально разделившая критиков и зрителей на два лагеря. КиноПоиск встретился с исполнителем одной из главных ролей Андреем Смоляковым, чтобы побеседовать о новом фильме, театре и зрителях.

Андрей Смоляков — один из наиболее востребованных в кино актеров своего поколения. Однако к выбору ролей он подходит с осторожностью, благо постоянная занятость в театре это позволяет — уже почти 30 лет Смоляков играет на сцене Московского театра под руководством Олега Табакова. 15 октября на российские экраны выходит «Родина» Петра Буслова — неоднозначная картина, буквально разделившая критиков и зрителей на два лагеря. Смоляков сыграл в ленте одного из ключевых персонажей — бизнесмена Гарри, который в гневе высаживает из частного самолета свою дочь Еву (Любовь Аксенова) где-то на просторах Гоа, а потом в отчаянии бросается на поиски девушки. Незадолго до выхода картины в прокат КиноПоиск встретился с актером, чтобы побеседовать о «Родине», театре и зрителях.

Помните момент, когда Петр Буслов впервые рассказал вам об идее «Родины»?

Мы снимали в Самарканде «Высоцкого», когда Петр впервые дал мне прочитать сценарий. Я помню, что сразу загорелся. Мне не просто понравилось. Я был поражен, что вдруг эта тема возникла. Знаете, бывает, что какая-то тема лежит на поверхности, но ее почему-то никто не вычленяет, а Петя решил за нее взяться.

Финальный вариант картины совпал с вашими ожиданиями?

Я смотрел ее один раз в зрительном зале на фестивале «Кинотавр». Это для зрителя удар не то чтоб обухом по голове, но почти что битой в лицо. Картина очень мощная по напору, в нее вложен весь темперамент Петра Буслова и весь его жизненный опыт. Я очень дорожу этой лентой. Когда я посмотрел ее в готовом виде, то выдохнул и подумал про себя: теперь можно спокойно года три не сниматься в кино. Мы сделали что-то настоящее.

Кадр из фильма «Родина»Кадр из фильма «Родина»

После показа на «Кинотавре» зрители разошлись во мнениях. Одни остались в восторге, другие упрекали режиссера за слишком уж негативных персонажей, которым сложно сопереживать.

Да, эта картина либо нравится, либо нет. Промежуточного мнения не существует, и это хорошо. Мне эта история понравилась именно своим нездоровьем, о котором вы говорите. Здорового в этом нет ничего. Если бы вы видели воочию тех людей, которые уезжали в Индию за «просветлением» лет десять назад, вы бы меня поняли. Тогда беззубые самопровозглашенные гуру приезжали из Гоа и собирали группы отчаянных, которые потом ночевали на перевалочных пунктах в Ташкенте на цементных полах. Они все стремились туда, потому что Индия в их представлении была Шамбалой. Потом они возвращались в еще худшем состоянии, чем уехали, в еще более гнетущую атмосферу, от которой бежали. Это настоящая трагедия, ведь не купишь за деньги ни веру, ни карму, ни очищение. А что в Гоа делают израильские ребята, вернувшиеся с войны? В фильме эта тема проходит фоном, но это тоже часть местного ландшафта. Там нет никакого позитива. Там единицы обретают то, за чем ехали. Другое дело, что когда человек попадает в такую крайнюю ситуацию (а от хорошей жизни, наверное, никто не уедет в далекую страну), то он начинает понимать что-то про себя, про окружающий мир, с ним что-то происходит.

Какие изменения происходят с вашим героем, бизнесменом Гарри?

Мой персонаж туда не стремился. Он попадает в Гоа случайно и задерживается там волею судьбы. С ним как раз происходят значительные метаморфозы. Он не воспаряет, но обретает любовь, родину в своей дочери. Это дорогая для меня фраза, когда в финале он говорит своей дочери: «Я не хочу назад». Что-то он все-таки приобрел. С другими персонажами тоже происходят подобные трансформации. И Ева, и Макар что-то понимают про себя. Герой Александра Робака вроде бы проходит по касательной, но произносит классную фразу своей жене, а на самом деле той же родине: «Тебя легко не любить, когда ты рядом». Обаятельного в этой истории действительно немного, она достаточно жесткая.

На съемках «Родины»На съемках «Родины»

Когда вы снимались в Индии, вам удалось самому познакомиться с прототипами героев Буслова?

Мы буквально жили среди этих людей. Ребята писали о том, о чем они знают. Они провели там не один год, поэтому они попали в точку с персонажами и социальным срезом, который они представляют. В Гоа во время съемок мы сами наблюдали всех этих персонажей. Кто-то нравится, кто-то обаятелен, кого-то ты напрочь не принимаешь. Сейчас это место становится все более русскоязычным, а несколько лет назад там была настолько интернациональная публика, причем еще интереснее и богаче по судьбам, по плотности человеческого существования. Там было много немцев, ребят из Северной Европы. Это ведь мы в России узнали об этом месте относительно недавно. А те фрики, что первыми населяли Гоа, приехали туда еще в 1960-е, в 1970-е годы. Я повидал пару таких мужиков, хотя это уже деды, им за 60. Они создали флер этой земли, ее атмосферу, своеобразную философию существования, за которой потянулись другие. Но все это постепенно подвергалось девальвации, и сейчас там совсем другая атмосфера. Она становится все более материалистичной и размеренной. Редко уже встретишь таких в хорошем смысле сумасшедших с ищущим глазом. Они, по-моему, уже в другие места ездят.

Вся история нашей культуры гниет в прямом и переносном смысле

Кого-то похожего на Гарри вы не встретили?

Я познакомился с несколькими молодыми людьми, у которых было свое дело. Может, не такой большой, как у моего героя, но реальный работающий бизнес, приносящий миллионы. Они уехали и обосновались там. Ведут там мелкий бизнес — кафе, гостиницы, но не больше. Эти ребята дорожат каким-то своим миром, у которого есть границы. За эти границы они не выходят.

А что-то от себя вы добавили в персонажа?

Каждый артист что-то добавляет. Или из-за артиста что-то добавляется. Петя знает, что моя первая театральная роль — это Маугли в театре Табакова. Он мне говорит: «Скажешь „Мы с тобой одной крови“?» Я говорю: «Скажу». Это внутренние штуки, но они нам дороги. Правда, когда смотрел на себя на экране, понял, что все-таки волновался. Детство вспомнил.

Кадр из фильма «Родина»Кадр из фильма «Родина»

Вы сказали, что после «Родины» можно три года не сниматься в кино. А насколько вам интересно то, что вам предлагают в кино? Нет ли дефицита качественного материала?

Костлявая рука голода меня не заставляет сниматься в первом предложенном проекте. Я в своем выборе принадлежу сам себе. Может, это нескромно прозвучит, но за последние несколько лет все кинопроекты, в которых я снимался — «Высоцкий», «Сталинград», «Вий», «Родина» — мне были действительно интересны. Это нормально — выпускать по картине в год. Но могу сказать, что в кино я с 1977 года и только в последние годы те картины, которые я назвал, дают мне роли, адекватные театральным работам. Серьезного материала, качественной драматургии в кино, конечно, меньше, чем в театре.

В этом году вы были членом жюри «Кинотавра». Какие впечатления от его программы и работ коллег?

Иногда хотелось сказать членам отборочного комитета: вы что, издеваетесь? Иногда было интересно. Наверное, в искусстве всегда будут интересны персоналии, авторы, как бы мы ни называли кино коллективным трудом. Поэтому я ждал работу Алеши Федорченко, фильмы которого я с удовольствием смотрю. Мне было интересно, что сделают Вася Сигарев и любимая мною Анна Меликян. В последнее время я смотрю не так много работ коллег, поэтому было приятно увидеть молодых ребят в картине Местецкого «Тряпичный союз». Это замечательный квартет, я голосовал всеми руками и ногами, чтобы отдать награду за лучшую мужскую роль всем четверым. Ваню Вырыпаева я очень люблю как драматурга и режиссера, и в «Спасении» меня поразила актриса Полина Гришина. В довольно монотонной истории благодаря ей появляются очень тонкие нюансы. Это европейского класса работа. Были и разочарования, конечно. Но это нормально.

Кадр из фильма «Родина»Кадр из фильма «Родина»

Вы много лет работаете в театре. Меняется ли театральный зритель, на ваш взгляд?

Зрители меняются и часто меняются от внешних условий, от социальной атмосферы в государстве. В 1990-х и начале нулевых от театра ждали только развлечения и шоу. А до этого у нас был великий театр, который заставлял думать. Это был театр-трибуна, театр-отдушина, театр-мать. Сейчас странное состояние у зрителя. Внутри театральной публики происходит довольно внятное размежевание по направлениям: кому-то интересен авангардный театр, кто-то ищет более компромиссный, классический подход. Благо у них есть возможность эти разные потребности удовлетворять.

А нет ощущения, что истории вроде той, что произошла с «Тангейзером», искусственно меняют отношение публики к театру, что театр стараются загнать в какие-то рамки?

Историю с «Тангейзером» даже кошмаром нельзя назвать. Это бред сивой кобылы. Абсолютно безнравственное поведение в адрес произведения искусства. Думаю, это даже не политика, а легкое помешательство, и, как любое помешательство, оно должно пройти. Оно излечимо. В конце концов, это приобретенное всего лишь за последние три или пять лет. Не думаю, что у нас подобное отношение к искусству может закрепиться, все-таки XXI век на дворе. Но, увы, это сказывается на театре сейчас. Некоторые люди просто боятся. Боятся делать то, что хотят, идут сразу на компромисс. Их можно понять. Кому хочется пострадать за убеждения?

У нас есть традиционный вопрос. Если бы вам дали задание снять документальную картину о чем-то, что вас волнует, какую тему вы бы выбрали?

Я бы поехал от Вологды по Русскому Северу и посмотрел бы, как там живут люди. Как на фоне разговоров о скрепах и повышении духовности вся история нашей культуры гниет в прямом и переносном смысле.

Смотрите также

Любовь Аксенова: «Меня всегда вдохновляли актеры-мужчины»

21 ноября 2018

Русские в Торонто: Денис Шведов — о «Заводе» и слепоте

8 сентября 2018

Ампир V, Довлатов и Энский Робинзон: 50 российских фильмов 2018 года

5 января 2018

Козловский пойдет на вампиров и Романовых в сериале Найшуллера

6 декабря 2017

Главное сегодня

Ушел из жизни последний фронтовой оператор Борис Соколов

Сегодня

Марго Робби и Сирша Ронан — о себе и королевах

Сегодня

Премьеры недели: «Стекло», Баския и две королевы

Сегодня

Маколей Калкин рассказал о дружбе с Майклом Джексоном

Сегодня

Супергеройский костюм Шазама обошелся студии в 1 млн долларов

Сегодня

Трейлер фильма «Юморист»: Шути, пока можно

Сегодня

Супергерои из «Стекла»: 12 острых вопросов о вселенной Шьямалана

Вчера
Комментарии
Чтобы оставить комментарий, войдите на сайт