Марго Мартиндейл: «Создание ситкомов — непростая работа»

Обсудить0

В «Правосудии» я два года убивала людей. В «Миллерах» мне нужно людей смешить и развлекать. Это совершенно новый мир для нас, и мы прилагаем огромное количество усилий, чтобы вписаться в него. Может быть, воспринимать нас, драматических актеров, в комедии большинству критиков тоже в новинку. Время покажет, справились ли мы с задачей, были ли правы те, кто нам предрекал скорое закрытие.

Марго Мартиндейл — характерная актриса с огромным опытом работы в театре, кино и на телевидении. На большом экране Марго сыграла немало ролей, в том числе в очень известных фильмах, но зачастую она оставалась на втором плане. Настоящая же слава пришла к ней с сериалом «Правосудие», за роль в котором Мартиндейл получила свою первую премию «Эмми». Именно с этого момента актрису стали узнавать на улице, хотя, по ее словам, узнавали и раньше, но предполагая, что встречали где-то на почте или в каком-нибудь подобном учреждении. Такое вот привычное и легко запоминающееся, но вовсе не актерское лицо.

Как ни странно, но именно с возрастом она становилась все более востребованной и в последние годы появлялась в том или ином телесериале в качестве приглашенной на пару эпизодов звезды или в постоянной роли на сезон или два. С релизом нового комедийного сериала «Миллеры в разводе» Марго, похоже, обосновалась на телевидении надолго. Не так давно ситком продлили на второй сезон.

С момента начала сериала сколько ваших знакомых отметили, что ваша героиня Кэрол Миллер точь-в-точь похожа на их мам?

Довольно приличное количество. (Смеется.) Я честно признаюсь, что и во мне есть множество черт Кэрол Миллер. Я очень на нее похожа, особенно в отношении моей дочери. Уилл Арнетт, кстати, воспринимает меня как свою маму. И Грег Гарсиа, создатель нашего сериала, тоже. По-моему, у них обоих матушки весьма суровы, и я тоже властная мама в обычной жизни. Моя дочь спросила меня недавно о том, знал ли Грег меня, прежде чем предложил роль в «Миллерах», и я сказала, что не знал. Однако между Кэрол и мной столько общего, что с каждым новым эпизодом, каждым новым открытием в ее характере мне становится немного не по себе и даже как-то неловко. (Смеется.) Нельзя сказать, что я горжусь этим сходством.

Помнится, я где-то читала, что вы всегда хотели попробовать себя в комедийном телесериале…

Я всегда думала, что моя карьера начнется с ситкома. Еще в начале 1970-х, но так сложилось, что я начала работать в театре, где часто играла в комедийных спектаклях. Знакомые и друзья предрекали мне тонны предложений обосноваться в каком-нибудь ситкоме, но этого не случалось до прошлого года. Хотя, надо сказать, я пробовала, снималась в пилотных эпизодах разных сериалов, но ни один из них не закрепился на телевидении. «Миллеры» в моем расписании появились совершенно неожиданно, и я только-только начинаю чувствовать себя в них уверенно. Это прекрасная и занимательная работа, но при этом и напряженная, не без сложностей.

Я понимаю, что у вас не было необходимости разыскивать прототип героини, но, по-вашему, откуда в нас, матерях, берется эта властность, желание контролировать жизнь детей?

(Хитро улыбается.) Замечательный вопрос! Я думаю, что все это связано с желанием сделать окружающих нас людей лучше, помочь им раскрыться полнее. Причем не только наших собственных детей, но и всех, кто попадается на глаза. Мы знаем все, поэтому наша миссия — улучшить жизнь всех остальных. (Смеется.)

Расскажите побольше о Кэрол. Какой именно вы ее видите?

Вместо того чтобы воспринимать Кэрол отрицательным персонажем, который всем указывает, что делать и как, я стараюсь найти что-то положительное в ее отношении к жизни и другим людям. Я, конечно, шутила в предыдущем ответе, но есть в нем и доля правды. Я предпочитаю видеть в попытках Кэрол, как и в моих собственных, только искреннее желание помочь другим стать лучше. Конечно, «лучше» — это в представлении Кэрол или моем представлении. Тем не менее мы обе действуем не из корыстных или эгоистичных побуждений. Так что давайте попытаемся взглянуть на нас с другой стороны, без излишнего критицизма, постараемся нас понять. (Смеется.)

Вам от вашей собственной матери тоже доставалось?

На самом деле нет. Моя мама была другим человеком. Я росла не то чтобы совсем без контроля, но в более теплой атмосфере. Моей дочери же от меня крепко доставалось в детстве, стыдно вспоминать. То есть я не хочу сказать, что я жестокий человек, просто мне очень хотелось, чтобы она была лучше меня, не повторяла моих ошибок, поэтому я замечала в ней больше недостатков, чем их было. Со временем это изменилось. Сейчас моя дочь — взрослая женщина, и я перестала критиковать ее так, как прежде. Жизнь нас многому учит. Я горжусь своей дочерью уже потому, что она простила меня за то, что я поднимала планку для нее слишком высоко.

С возрастом мы начинаем распространять материнский инстинкт на других молодых людей, вы не замечали?

Замечала, конечно. Кэрол Миллер постоянно указывает всем. И я тоже, каюсь, и многие мои знакомые. Но не всегда это отрицательное качество. Молодые люди, окружающие нас, вполне могут нуждаться в совете и подсказке, и их собственные родители не всегда доступны. Чаще всего, кстати, многие предпочитают искать поддержки и помощи у родителей друзей или просто старших. Это естественный процесс, по-моему. На нас смотрят как на источник мудрости, и нам приходится подтягиваться до этого уровня. Я подтягиваюсь, но Кэрол Миллер — это совсем другое дело! У нее на все своя правда! (Смеется.) У этой дамы все на своих местах в жизни, кроме мужа.

Как вам удается вообще снять эпизод при таком количестве смешных актеров в работе?

Это серьезный барьер, преодолевать который приходится каждый день, прилагая неимоверные усилия. Мы смеемся много во время съемок, нам приходится останавливаться, потому что кто-то не сдерживается, и начинается общий хохот. И особенно это сложно при живой аудитории! Наши актеры — это, на мой взгляд, самые замечательные, умные, талантливые и прекрасные люди. Работать рядом с ними — это не просто огромное наслаждение, но и честь, знаете ли. Мы все отлично ладим, понимаем друг друга с полуслова и прилагаем огромные усилия для того, чтобы сделать каждый новый эпизод лучше предыдущего. Когда ты трудишься в таких условиях, на работу летишь как на крыльях, просыпаешься утром с улыбкой, зная, что весь день проведешь в этой компании. Этот ситком — настоящий подарок для меня. Хотя, конечно, это и напряженный труд каждый день, но весь фокус в том, чтобы он выглядел развлечением!

«Миллеры в разводе» — многокамерный ситком. Создает ли это дополнительные сложности? Или ваш опыт в театре помогает в этой ситуации?

Только через несколько месяцев я начинала действительно получать удовольствие от процесса, ощущая себя практически как на сцене в театре. Но первые несколько недель я была просто в ужасе, ты ведь оказываешься перед зрителями без какой-либо поддержки, проигрываешь все живьем. Ты как канатоходец без страховки. (Смеется.) Но нам повезло с режиссером. Джеймс Берроуз — настоящий виртуоз, когда речь идет о многокамерной съемке. Он ничего не снимает заранее, а ведь сейчас так делается в множестве ситкомов, даже мультикамерных. Джим любит, когда у актеров выделяется адреналин, а сердце готово из груди выскочить. Поэтому он бросает нас волкам каждую пятницу в 05:30 вечера. Есть моменты, когда приходится кое-что снимать заранее. Например, если у нас сложный грим или прически необычные. Или что-то снимается вне студии. Но таких эпизодов немного, в основном мы играем живьем. Сердце действительно колотится как бешеное, но в этом и восторг. Больше свободы, чем я могла себе представить. Ты входишь в ритм, и все начинает происходить почти само собой.

Каким режиссерам вы отдаете предпочтение? Тем, что предоставляют вам полную свободу действий, или тем, что вас контролируют?

Я предпочитаю режиссеров, предоставляющих мне полную свободу действий. Всегда предпочитала. Например, Александр Пэйн отлично меня понимает. Он просто чувствует меня как актрису и знает, на что я способна. Для меня это огромное облегчение. Он написал этот эпизод в «Париж, я люблю тебя» для меня и работал со мной как с актрисой немого кино. Я наслаждалась каждой секундой. Клинт Иствуд просто сказал, что ему нравится, как я работаю, мои роли, и предложил делать именно то, что я всегда делаю, но только с учетом его материала. Так мы и работали. Я обожаю Роберта Бентона. Я работала с ним в его последних четырех фильмах.

Все режиссеры, с которыми меня сталкивала жизнь, работают в своем стиле. Мне очень понравился Нил Джордан, хоть у меня была всего лишь одна сцена в его фильме. Он очень практичен в работе, экономен даже. Джордж Миллер предпочитает контролировать каждый твой шаг, но он всегда прав. И великолепен в своей правоте. В этом случае его жесткий контроль совершенно ничему не противоречил. Мне нравится, когда режиссер точно знает, что он от меня хочет. Я знаю, что могу сделать многое, мне нужно только показать направление. Не подумайте, что я хвастаю. Я знаю, что способна превзойти ожидания. Если мне дать точное задание, я с ним справлюсь. Я работала в сериале Сидни Люмета в начале нулевых («Центральная улица»). У меня был один восхитительный эпизод, который снимал Стив Шилл. Он дал мне в партнеры совершенного красавца ковбоя. Это было феноменально. (Улыбается.) Потом он же снимал меня в «Правосудии Декстера» и, уже зная меня очень хорошо, предложил попробовать углубить роль, хотя я считала, что веду ее на достаточном уровне. Однако Стив подсказал путь, и получилось значительно лучше, глубже и мощнее. Так что вывод из всего этого можно сделать простой: режиссеру нужно доверять. Это доверие освобождает твои творческие способности. Не надо с ними спорить или что-то доказывать. Это их фильм в первую очередь, а ты их инструмент. Поэтому надо абсолютно довериться их видению и знанию твои способностей. В конце концов, именно тебя режиссер выбрал на роль.

Как вы относитесь к критике сериала? Вам это как-то мешает? Вы это читаете?

Сначала читала, потом прекратила. Сейчас все критики, даже те, кто ничего не смыслит ни в критицизме, ни в нашей работе. Зрители, одним словом. (Смеется.) Может быть, дело в том, что трудно принять многокамерный ситком, который все-таки отличается от однокамерного. Может быть, в этом дело. Не знаю, да мне и наплевать по большому счету. Я подойду к ответу на этот вопрос с эгоистической позиции. Я пришла в этот ситком из драмы. Мне пришлось приноравливаться к новому ритму. В «Правосудии» два года я убивала людей. В «Миллерах» мне нужно людей смешить и развлекать. Это тоже не мед. Какое бы наслаждение ни приносила тебе твоя работа, это все равно работа. Для меня и Бо (Бриджес) перестроиться с двухкамерной съемки на четырехкамерную (да еще и живьем) было не так-то просто. Это совершенно новый мир для нас, и мы прилагаем огромное количество усилий, чтобы вписать в него. Может быть, воспринимать нас, драматических актеров, в комедии большинству критиков тоже в новинку. Время покажет, справились ли мы с задачей, были ли правы те, кто нам предрекал скорое закрытие. Поговорим после второго сезона. (Смеется.)

Смотрите также

12 лучших сериалов зимы: Выбор редакции КиноПоиска

13 марта 2017

Главное сегодня

Марго Робби и Сирша Ронан — о себе и королевах

Сегодня

Премьеры недели: «Стекло», Баския и две королевы

Сегодня

Супергеройский костюм Шазама обошелся студии в 1 млн долларов

Сегодня

Трейлер фильма «Юморист»: Шути, пока можно

Сегодня

Супергерои из «Стекла»: 12 острых вопросов о вселенной Шьямалана

Вчера

Netflix выпустит триллер с Томом Холландом и Крисом Эвансом

Сегодня

Взгляд изнутри: Как сильно MeToo меняет Голливуд?

15 января
Комментарии
Чтобы оставить комментарий, войдите на сайт