Рис Иванс: «Меня почему-то считают комедийным актером»

Обсудить0

Британский актер Рис Иванс, запомнившийся многим в роли комичного соседа из „Ноттинг-Хилла“, на этот раз предстанет в совершенно другом образе. В новой картине Роланда Эммериха „Аноним“ он исполнил роль графа Оксфордского, некоторыми источниками считающегося настоящим автором произведений Шекспира…

В российском прокате стартовал «Аноним» — драма Роланда Эммериха о том, что настоящим автором шекспировских пьес был Эдвард де Вер, граф Оксфордский, и о том, что сила слова иногда равноценна силе оружия. КиноПоиск поговорил о фильме с исполнителем главной роли Рисом Ивансом, который некоторое время назад приезжал в Москву.

Несмотря на то, что в дубляже картина смотрится превосходно, зрители не услышат в ленте голоса самого Иванса. И это досадное упущение, потому что он относится к той касте выдающихся британских актеров, слушать которых можно бесконечно из-за их интонаций и обертонов. Недаром его так любят приглашать в качестве нарратора в документальные фильмы — кажется, что Рис органично может вписаться в любой проект. Сам он говорит, что все свои роли тщательно отбирает и не соглашается на любые предложения — только на те, которые нравятся ему. Может, в этом и есть секрет его успеха.

Рис, что для тебя было самым сложным и самым легким в роли графа Оксфорда?

Тут загвоздка в том, что самое легкое и оказалось сложным, если ты меня понимаешь. Передо мной стояла главная задача — показать человека с невероятно обширным — даже по нашим меркам — опытом, широчайшим кругозором, и это, с одной стороны, требовало мобилизации всех моих способностей, с другой — давало мне определенную свободу, потому что не так часто возникает возможность воображать себя человеком, который знает буквально все. Но вот представь, как можно изобразить того, кто столько знает и так глубоко чувствует весь окружающий его мир, но выразить это может только с помощью пера и бумаги? Внутренне мой герой был человеком удивительно свободным, но при этом был скован обстоятельствами — в общем, это сложно. Мне на ум приходит метафора, что он был похож на воздушный шар, который рвется в небо, но намертво прикован к земле чугунной цепью. Такая ситуация давала определенную напряженность персонажу, и при этом чисто по-человечески ее было довольно трудно адекватно отражать в роли.

Это одна из твоих самых «нормальных» ролей.

Да ни одна роль не является нормальной. Когда сценарист описывает персонажа, он не выбирает из «нормальных» людей — он ищет необычных героев. Так что мой персонаж во многих смыслах необычный. Очень необычный.

Мой герой похож на воздушный шар, который рвется в небо

На пресс-конференции ты говорил, что мечтаешь сыграть князя Мышкина. Кого еще?

Ну, все роли разные. Просто чтобы кого-то сыграть, нужно его досконально изучить, а для этого есть только один способ — читать, читать, читать, читать. То есть, по Станиславскому, ты, будучи актером, должен анализировать роль, но это немного не мой метод. Я просто использую слова, часто совершенно случайные. В основном из-за того, что страшно. Так что у меня нет своей методики подготовки ролей — каждый раз все по-разному. Например, однажды я играл преследователя, почти маньяка, который влезает в жизнь другого человека. Можно играть настоящего серьезного сталкера, а можно привнести в роль немного от школьницы, влюбленной в учителя. Тут же появляется новая грань персонажа. Я про это раньше никому не рассказывал. Так вот, в «Анониме» мой граф де Вер — это в основном костюм и грим. Чтобы подчеркнуть его выразительность, с помощью грима немного затемнили веки и получили особый взгляд, который оказался одним из важнейших элементов. После «Анонима» в Англии я играл персонажа по имени Пиццерийщик, и в раскрытии его роли моим ноу-хау стало то, что в его образ я привнес черты героини из одной мыльной оперы по имени Дот Коттон, вернее, не столько черты, сколько мои впечатления от нее. Так что тут у меня никакой системы — только безумные озарения. Типа каждый раз — сюрприз.

А у тебя как у англичанина есть свой взгляд на теорию о том, кто был Шекспиром?

По моим ощущениям (но они все время меняются), доказательства того, что Уильям Шекспир из Стратфорда — реальный автор, довольно слабы, в то время как за графа Оксфордского можно насобирать куда больше аргументов, но и тут я не уверен до конца. Все же главное для меня — это не то, кто автор, а сами произведения. Они потрясающие. Кто бы их ни написал, я их обожаю. Слава Богу, что они есть. Но в фильме, кстати, поднимается другой, вероятно, более важный вопрос — не о том, кто написал эти пьесы, а почему они были написаны. Если допустить, что их автор — это Оксфорд, то они оказываются в десять раз политизированнее и насыщеннее контекстом. Если бы такие пьесы действительно ставились в елизаветинские времена, то театр, в котором их играли бы, просто-напросто сожгли. Причем сжигали бы постоянно, потому что театры были крайне опасными местами. Большинство населения того времени являлось неграмотным, газет не было, так что любая информация о политике или каких-нибудь социальных изменениях обязательно нашла бы отражение в актуальных театральных постановках. Поэтому становится очевидно, что, кто бы ни написал эти пьесы, он не мог не использовать злободневные темы. Без них не могла обойтись ни одна история, какой бы хорошей она ни была. Великие произведения рождают великие вопросы и ни черта на них не отвечают.

Среди театралов роль Гамлета считается венцом стремлений. После того как ты сыграл автора Гамлета, к чему теперь будешь стремиться?

Доказательства того, что Уильям Шекспир — настоящий автор этих произведений, довольно слабы

Если говорить о Шекспире, то мне хочется дожить до старости, если здоровье позволит, и сыграть короля Лира в этой запредельно прекрасной пьесе. Гамлет — это состояние ума. Он не персонаж в традиционном понимании. Вот, кстати, почему Шекспир является удивительным автором. В Гамлете он персонифицирует скорбь, которая на порядок глубже того, что может почувствовать обычный человек. Но, если возвращаться к роли моей мечты, то король Лир — старый, седой.

А почему ты сейчас его не можешь сыграть?

Слишком молод для него.

Физически или по состоянию ума?

Ума, да-да. Мне нужны дети, чтобы сыграть короля Лира. И, очевидно, мне нужно заиметь дочерей. Нужно знать, что это такое — быть отцом. А я пока не знаю.

Ну, еще и королевство нужно делить…

Да это королевство уже столько раз делилось, причем так нескладно, что тут уж без меня. (Смеется.)

А что ты подумал, когда только увидел сценарий?

Я сразу заинтересовался несколькими ролями, как только прочитал сценарий. И надо отдать должное Роланду, что он мне предложил мою роль. Вообще сценарий сам оказался похожим на шекспировскую пьесу, и вот что мне больше всего понравилось: в нем было то, что двигало сюжет, мотивировало главного героя и притягивало зрителя, — загадка. Главный герой или героиня сообщают зрителю загадку, и дальше уже она полностью меняет внутренний мир пьесы. В «Анониме» мы почти сразу узнаем, что Эдвард де Вер — автор пьес, но в самом фильме об этом никто не знает, это придает истории нужную силу.

Работа с Эммерихом как-нибудь отличается от работы с остальными режиссерами?

Совершенно. В искусстве создания гигантских, эпических полотен с невероятной глубиной детализации Роланд лучший. Он очень трудолюбив, и главное, что различает его с его коллегами-современниками, — это не только то, что он создает удивительно реалистичные кинематографические миры, а то, что он с актерами работает как судмедэксперт. Прорабатывается и исследуется каждая мелочь, которая в итоге и поддерживает всю картину. Переданное им томительное ощущение надвигающейся катастрофы парадоксальным образом рифмуется с современностью. Он чем-то похож на героя «Заклинателя лошадей».

Кстати, мы заметили, что ты как-то избирательно снимаешься в блокбастерах.

Ну да, мне поступает много предложений от желающих снять меня в блокбастере, но то, соглашусь я или нет, зависит от настроения и моего текущего состояния. Однако «Аноним» — настоящий подарок, потому что прежде не доводилось играть ничего подобного. Я думаю, что немецкому режиссеру, который работает в Америке, потребовалось немало храбрости, чтобы приехать в Англию и предложить сначала мне роль вечно пьяного неграмотного актера, собственно Шекспира. Но вообще я себя не считаю блокбастерным актером.

Меня почему-то считают комедийным актером

Так разве не ты сам предложил Эммериху, чтобы он тебя взял не на роль Шекспира, а на роль графа Оксфордского?

Не совсем. Роланд прислал мне несколько страниц сценария. Когда я прочитал, моя интуиция… Вернее, не так, мои ожидания того, в качестве кого Эммерих хочет задействовать меня в картине, говорили о том, что, скорее всего, он захочет предложить мне роль Шекспира-алкаша. Я поехал к Роланду, и он меня спрашивает: «Ну, кого хочешь играть?» — «Я думаю, — говорю ему, — ты хочешь предложить мне роль Шекспира. Но если тебе хватит смелости, то ты должен предложить мне роль де Вера». Слава Богу, ему хватило смелости.

И он сразу тебя взял?

Сначала я прочитал текст на камеру, и, думаю, Роланд как-то убедил продюсеров, что я то, что им нужно для фильма, потому что вообще меня считают комедийным актером почему-то. И я благодарен Роланду, что он остановил свой выбор на мне и больше никого не хотел пробовать на роль. После лондонских проб я поехал уже делать скрин-тесты на берлинскую студию, на которой уже потом снимали картину. Кажется, там я его окончательно убедил, что граф Оксфордский — это я.

А выбор других актеров был для тебя неожиданным?

Да как сказать… И Ванессу, и Дэвида я давно знаю — все-таки мы вместе в Лондоне работаем. Но сам я особо ничего не ожидал, но уже во время съемок я понял, что давно не чувствовал себя среди единомышленников. Тут я снова снимаю шляпу перед Роландом, потому что умения сложить актерскую команду ему не занимать. Мы даже особо и не репетировали — сразу как-то оказались на одной волне! По-моему, Эммерих заранее точно знал, кого он хочет пригласить на главные роли и как все друг с другом сработаются. Это прозвучит странно, но я ни разу прежде не чувствовал себя таким… защищенным. Обрати внимание, что в фильме нет ни одной слабой роли. Даже массовка тут на высоте. Если я не ошибаюсь, большинство снявшихся в «Анониме» актеров преимущественно театральные. А театр — это обязательное умение играть в актерском ансамбле. И мы действительно трудились в нем на протяжении всей работы над фильмом. От нетеатральных актеров такой отдачи не получаешь.

Вот ты обмолвился, что, когда читал сценарий, задумывался о том, как играть Шекспира. Так как бы ты его сыграл?

Лучше Рейфа Сполла я бы не сыграл. Ну, может, был бы чуток попьянее. (Смеется.)

Смотрите также

Роланд Эммерих: «Мой наркотик — оптимизм»

25 июля 2013

Роланд Эммерих: «Мой фильм прославляет работы Уильяма Шекспира»

20 декабря 2011

Роланд Эммерих: «На съемочной площадке чувствовался боевой дух»

11 декабря 2011

Дэвид Тьюлис: «Пока накладывали грим, прочитал „Анну Каренину“»

19 ноября 2011

Главное сегодня

Ушел из жизни последний фронтовой оператор Борис Соколов

Сегодня

Марго Робби и Сирша Ронан — о себе и королевах

Сегодня

Премьеры недели: «Стекло», Баския и две королевы

Сегодня

Маколей Калкин рассказал о дружбе с Майклом Джексоном

Сегодня

Супергеройский костюм Шазама обошелся студии в 1 млн долларов

Сегодня

Трейлер фильма «Юморист»: Шути, пока можно

Сегодня

Супергерои из «Стекла»: 12 острых вопросов о вселенной Шьямалана

Вчера
Комментарии
Чтобы оставить комментарий, войдите на сайт