Эндрю Никкол: «Мои идеи довольно дорогие и нетрадиционные»

Обсудить0

На экраны вышел научно-фантастический боевик Эндрю Никкола „Время“, в котором каждому человеку отведено всего 25 лет жизни и где валютой стали не деньги, а секунды и минуты. Создатель „Шоу Трумана“ и „Оружейного барона“ рассказал, как родилась идея фильма и почему на главную роль был выбран Джастин Тимберлэйк...

Эндрю Никкол — мастер на все руки. Он сценарист, режиссер и продюсер. Фильм «Шоу Трумана», заслуживший оскаровскую номинацию за лучший сценарий в 1999 году и получивший награду BAFTA в этой же категории, был написан именно им. Но вообще-то Эндрю предпочитает сам снимать фильмы по своим текстам. Он создал сценарий и поставил фильм «Симона», который затронул тему возможной в ближайшем будущем замены живых актеров цифровыми. За исключением «Оружейного барона», все фильмы Эндрю Никкола традиционно относят к жанру фантастики.

В широкий прокат вышел его новый проект «Время», который он сам же написал, став также одним из продюсеров картины. Разговор с режиссером КиноПоиск записал в Лос-Анджелесе во время пресс-джанкета, за круглым столом.

Когда ты создаешь сценарий для фантастического фильма, который сразу становится актуальным, то в этом проявляется твое чувство приближения перемен? Как тебе удается угадать, что все к тому идет?

К несчастью, это случается практически каждый раз. Например, в «Шоу Трумана» поднята тема реалити-шоу. Люди говорят про меня: «У него, должно быть, есть магический кристалл!» Нету у меня магического кристалла. (Улыбается.) Перемены — все это носится в эфире вокруг нас. Поэтому иногда похожие фильмы выходят приблизительно в одно и то же время. В каком-то смысле люди заражены этим.

И в этот раз...

Отправной точкой для меня стала идея жить мгновением. Попробуй сказать себе: «Я живу мгновением!» Никто из нас не может этого сказать. Я всегда думал, что если бы мы могли видеть, как каждая секунда улетучивается, то научились бы жить каждым мгновением. Стив Джобс однажды сказал, что мы не знаем, сколько времени нам отпущено. Это абсолютно точно. Мне тогда пришло в голову: «А ведь он говорит о том самом мгновении!»

Когда ты писал сценарий, каким представлял мир, в котором живут твои герои?

Я думаю, что все должно исходить из собственно истории — для меня, во всяком случае, это очевидно. Все визуальные решения приходят из того, о чем мы рассказываем. У нас все должно исходить от времени, от часов. Я думаю, кстати, что это изобретение «вечной» юности привело к неизбежной смерти изобретательства в целом. У бедных нет достаточно времени что-либо создавать, заниматься наукой, а с другой стороны, у богатых слишком много времени, торопиться некуда, можно подумать над чем-то и завтра, и через месяц, и через десятилетие.

Отправной точкой для меня стала идея жить мгновением

Твой фильм предлагает зрителям концептуальное сходство с их собственной реальностью, но тогда так ли были необходимы футуристические декорации?

Мне кажется, что куда проще говорить о наших проблемах, перенося действие в другое время. В какой-то степени это значит освободить зрителя от ответственности, ведь когда ты помещаешь свою историю в современность, то люди начинают судить, так как каждый считает себя экспертом времени, в котором живет. Идут упреки в твой адрес: «Не, это вот совсем и не так на самом деле».

То есть ты можешь эти концепции превратить как бы в реальность...

Совершенно верно, тебе в этом случае немного легче экстраполировать идею фильма.

Всегда ли студии соглашаются с твоими проектами, с теми историями, которые ты планируешь рассказать?

М-м-м, никогда не спрашивал их об этом. (Усмехается.) Я не политик, в студийных играх участия не принимаю, а просто пытаюсь рассказать зрителям какую-то историю, которая мне кажется интересной. По-моему, какие-то студии нормально относятся к моим проектам. У других могут быть сомнения. Со мной всегда будут трудности, наверное, потому что мои идеи довольно дорогие и нетрадиционные.

Такое впечатление, что все сложней сделать фильм по оригинальному сценарию. Как тебе удается это, ты умеешь как-то особенно хорошо подать идею?

Не знаю, у меня получается так... Ты приходишь на студию и говоришь: «Всем должно быть по 25 лет, в каждой сцене тикающие часы». И мне говорят: «Где нам подписать?» По-моему, все зависит от самой идеи, о чем она. Но я согласен с твоим предположением, что если это не книжка комикса, сиквел к чему-то или ремейк, то тебя ожидают определенные сложности.

Работая над своей картиной, ты, будучи режиссером, обращаешь внимание на другие фильмы на эту же тему?

Нет, когда я снимаю свой фильм, то не смотрю на другие ленты. Я даже свой фильм не смотрю, когда заканчиваю работу над ним. После завершения ленты я уже никогда не возвращаюсь к ней, даже чтобы просто взглянуть через какое-то время. Только пару недель назад, когда перечитывал свои ответы для одного интервью, которое давал накануне, я осознал, что никогда больше не увижу фильм, о котором говорю. И это был замечательный момент для меня. Я ничего уже не смогу там изменить, потому и смотреть его больше незачем. Кстати, Пикассо даже однажды запретили бывать в выставочных галереях, потому что он начинал исправлять свои собственные работы, висевшие там. Так что это единственный выход — держаться от своей работы подальше.

Это перфекционизм?

Возможно. Я всегда вижу что-то, что можно исправить или дополнить.

Тебе нравится мысль о том, что жить надо так, словно ты должен умереть завтра, как это звучит практически в каждом твоем фильме?

Я пытаюсь жить именно так, но постоянно терплю неудачу в этом. Проектирую будущее, думаю о прошлом, но это не совсем плохая идея, о которой следовало бы время от времени себе напоминать.

Ты производишь впечатление человека довольно спокойного и ироничного... А какой ты режиссер на площадке?

Знаешь, крики на площадке, в общем-то говоря, не достигают цели. Мне хотелось бы думать, что я открыт для обсуждения, а людям со мной легко сотрудничать. Мне нравится, когда на площадке происходят счастливые случайности. Я всегда открыт для находок, даже если во время репетиции актер произнес какую-то фразу неверно, но этот вариант звучал лучше написанного, более естественно, то я немедленно вставлю это в сценарий, выдавая за мою собственную находку. (Улыбается.)

Я не политик, в студийных играх участия не принимаю

Что тебя привлекло в Джастине Тимберлэйке как исполнителе главной роли?

Я слежу за ним с фильма «Альфа Дог», и он мне понравился в «Стоне черной змеи». В нем есть что-то от каждого молодого человека нашего времени. Мне повезло посмотреть «Социальную сеть» практически до выхода в прокат, поэтому я уже знал, что у него есть драматический талант. Он в шоу-бизнесе с 12 лет и выпестовал в себе очень серьезное отношение к любой задаче. Его рабочая этика безупречна и вызывает восхищение. Он может работать 23 часа в сутки, способен работать без выходных. Он — перпетуум-мобиле. Я подумал, что в нем что-то есть.

А что ты можешь сказать об Аманде?

Аманда очень естественна. Я даже не уверен, что сама Аманда знает, как у нее это получается, хотя если бы она знала, то, наверное, потеряла бы это качество. Ее сила в естественности. В Джастине я вижу, когда и как включается актер, и это нормально, но Аманда совершенно непредсказуема.

А вот что насчет Мэттью Бомера? Он становится все более востребованным благодаря его телешоу.

В фильме мой самый любимый герой — Генри Гамильтон, поэтому я хотел очень обаятельного и убедительного актера. Мэтт идеально подходил к этой роли. Как и Генри Гамильтон, я считаю, что ты можешь быть бессмертным и все же хотеть умереть. Я думаю, если бы мы могли выключить ген старения, то наш разум не поспевал бы за нашим телом. Генри Гамильтон в чем-то диккенсовский герой. Он всего лишь появляется на какой-то момент в фильме, но фактически его присутствие ощущается через всю картину. Его поступок повлиял на все происходящее, и именно с него все и закрутилось.

Тебе в целом нравится научная фантастика?

Я понятия не имел, что пишу научную фантастику, пока кто-то мне на это не указал. Оказывается именно на полку с этим жанром в видеомагазине мои фильмы и идут. Ну, если уж они там, то и прекрасно. Я писал только то, что пришло мне в голову, и если оказывается, что это научная фантастика, то так тому и быть.

Воплощение написанного тобой на площадке — это более сложный процесс, чем, собственное, создание сценария?

О да. Ты абсолютно свободен во всем, когда пишешь сценарий, там все возможно. Мое самое любимое высказывание о производственном процессе в кино звучит так: «В самый первый день съемки на площадке появляется огромный грузовик, доверху забитый компромиссами». Это именно так: компромиссы от начала съемок до самого конца работы над фильмом.

Кто в кинематографе был для тебя примером для подражания?

Слишком многие, чтобы назвать кого-то одного. Я люблю многих. Но «грязный» секрет, о котором тебе никто не скажет, заключается в том, что ты также учишься на фильмах, которые тебе не нравятся. Ты учишься тому, что не надо делать, в не меньшей степени, чем тому, что следует делать. И к тому же я знаю, что трудно сделать даже плохой фильм — столько в это вкладывается усилий. Поэтому я никогда не рискну никого критиковать.

Аманда Сайфред сказала, что Голливуд — это место, где много всякой грязи. В чем, на твой взгляд, заключается темная сторона Голливуда?

Я помню, что, когда перешел эту границу между созданием рекламных роликов и работой над фильмами, я разговаривал с одним режиссером и сказал ему: «Как замечательно наконец уйти от людей, которые могут тебе всадить нож в спину». На что он мне ответил: «Зато здесь тебе могут всадить нож в горло».

Все мое творчество абсолютно хаотично

Где ты обычно предпочитаешь писать?

Я пишу везде, где бы я ни был, место не имеет значения. У меня нет какого-то определенного порядка или ритуала. Все мое творчество абсолютно хаотично. Тебя бы это напугало, если б ты увидела, как я пишу и где. Это как неизлечимая болезнь — где прихватит, там и... имеешь с этим дело.

Изменилось ли как-то твое творчество с переменами в твоей личной жизни, с тех пор как ты стал семейным человеком?

Знаешь, иногда ты переключаешь канал за каналом в телевизоре и натыкаешься на свой фильм, думая, что это интересно», но ты совсем не знаешь того, кто этот фильм написал, ты уже совсем другой человек. Любой актер скажет тебе то же самое, что они не смогут уже повторить то, как роль была сыграна год назад, потому что они сами изменились. Я думаю, что мы все меняемся под давлением обстоятельств и событий в жизни.

Тебе проще быть режиссером фильма только по своему тексту или, как в случае с твоим будущим фильмом Гостья», в соавторстве сценария?

Да, я впервые работаю в соавторстве над «Гостьей». Вообще-то это даже хорошо, это даже раскрепощает в чем-то. Обычно я постоянно нахожусь в двойственном состоянии между сценаристом и режиссером. Иногда даже разговариваю с моим внутренним сценаристом. Но я бы никогда не привел его для разговора с вами на джанкет. (Улыбается.) Он пьяница, но я его хорошо знаю и могу с ним общаться. Наверное, я вообще единственный, кто может с ним говорить.

И что же ты чувствуешь, когда перед тобой твой соавтор Стефани Майер, которая отлично знает, что она написала?

О, с ней нет проблем, она настроена на совместную работу и, сделав уже не один фильм, прекрасно понимает специфику кино. Это разные вещи — фильм и роман. Когда я получил книгу, в которой 650 страниц, то подумал, что совершенно нереально перенести это все в фильм. Но она очень помогла мне в процессе освоения материала.

Каким будет этот фильм?

Я думаю, что это будет в большей степени научная фантастика, чем просто фэнтези. Талант Стефани Майер заключается в том, что она написала истории про вампиров для тех, кому вампиры не нравятся. И сейчас она создает научную фантастику для тех, кому этот жанр не нравится. По-моему, получается довольно хорошо, даже изощреннее, чем я предполагал. Я жду с нетерпением начала работы над фильмом. Никто из нас не может этого сказать. Я всегда думал, что если бы мы могли видеть, как каждая секунда улетучивается, то научились бы жить каждым мгновением. Стив Джобс однажды сказал, что мы не знаем, сколько времени нам отпущено. Это абсолютно точно. Мне тогда пришло в голову: «А ведь он говорит о том самом мгновении!»

Смотрите также

Мир будущего: Станут ли события фильмов о бессмертии реальностью?

8 февраля 2018

Клайв Оуэн снимется у режиссера «Гаттаки»

29 января 2016

71-й Венецианский кинофестиваль: Программа

24 июля 2014

Итан Хоук поборется с Талибаном из Лас-Вегаса

24 октября 2013

Главное сегодня

«Секс, ложь и видео»: Фильм, который изменил все

Вчера

«Зеленая книга» взяла главный приз Гильдии продюсеров

Сегодня

Как Вонг Кар-Вай пишет кино светом

Вчера

Любовники, детективы и подводники: Что смотреть дома в выходные

18 января

Тест: Какая вы личность в фильме «Стекло»?

18 января

Голливуд утомил: Каким был 2018 год для российского проката

18 января

Эпизод «Маши и Медведя» внесли в Книгу рекордов Гиннесса

18 января
Комментарии
Чтобы оставить комментарий, войдите на сайт