Статьи

«Далеко по соседству»: Интервью с Сэмом Гарбарски

Разница между мангой и литературой в том, что прежде всего часто ее литературные качества намного ниже, чем у собственно литературы. Однако история в манге уже визуализирована за тебя. И если тебе история нравится, то все эти картинки остаются где-то внутри тебя и становятся источником вдохновения. Мне кажется, что это неплохо…
«Далеко по соседству»: Интервью с Сэмом Гарбарски

Если имя Сэма Гарбарски вам ни о чем не говорит, то наверняка название фильма «Ирина Палм сделает это лучше» освежит ваши воспоминания. Изумительно трогательная трагикомедия с Марианной Фэйтфулл в главной роли оказалась неожиданным подарком для всех любителей хорошего кино, однако теперь режиссер радикально сменил направление и снял весьма глянцевый фильм-фантазию «Далеко по соседству» по мотивам манги Дзиро Танигучи о том, как пятидесятилетний мужчина вдруг теряет сознание и, очнувшись, обнаруживает себя в далеком прошлом, когда ему было 14 лет. Взрослый человек в юном теле — сюжет для мирового кино не то чтобы уж очень новый, но то, как этот сюжет подан, однозначно стоит внимания и тех, кто вырос на комедиях типа «Из 13 в 30», но не очень их любит, и тех, кто ценит красивое и вдумчивое кино. Фильм «Далеко по соседству», скорее, стоит отнести к разряду красивых поэтических мелодрам, в меру универсальных для всех возрастов и в меру специфических для каждого отдельно взятого возраста и опыта зрителя. Посмотрев эту многослойную работу с саундтреком в исполнении группы Air, КиноПоиск созвонился с режиссером и решил выяснить, каково это — делать европейский фильм по японскому комиксу.

— После того как я узнал, что фильм снят по манге, у меня родилось понимание четкого различия в восприятии этой истории двумя разными культурами: если у японцев этот переживаемый опыт главного героя духовно-мистический, то в европейском варианте он больше похож на сеанс гештальт-терапии.

— (Смеется.) Ну, не знаю. По-моему, у обоих вариантов контексты схожи. Но при этом наша адаптация разительно отличается от японского оригинала. Сама по себе японская культура сильно отличается от нашей — и Япония далека, и внешне мы от японцев отличаемся, — но на поверку выясняется, что у нас с ними и схожие заботы, и крайне похожие базовые человеческие ценности. И, по-моему, это сближает нас намного сильнее, чем можно себе представить. Когда я впервые встретился с Дзиро Танигучи, то был поражен тем, как мы с ним похожи внутренне. У меня было такое ощущение, что я знаю его с детства. Несмотря на то, что мы принадлежали к разным культурам и обладали разным жизненным опытом, оказалось, что вся разница наших культур была по сути косметической. История, которую он придумал, выглядела так, как будто ее придумал вполне себе европейский художник, и была вполне универсальной, по-моему, для любого человека на Земле. Переживания и проблемы главного героя такие же, как и у всех на свете. Более того, наверняка у большинства людей то, какими они стали, не очень вписывается в ту картинку, которую они представляли себе в детстве. А еще готов поспорить, что наверняка каждый из нас неоднократно вспоминал и переосмысливал свои 14 лет, и если не поменял бы радикально с удовольствием многие вещи (с высоты прожитых лет, то как минимум хотя бы немножко изменил. Все мы постоянно мечтаем. Вряд ли есть кто-то, кто не воображал себе, что вдруг может вернуться в какой-то свой возраст или вообще попутешествовать во времени. И даже если мы и не мечтаем о такой фантастике, то все равно постоянно переосмысливаем собственные действия, проблемы, мысли или решения. Но все-таки мне кажется, что желание вернуться в 14 лет испытывает большинство жителей нашей планеты.

Если говорить только обо мне, то чем дольше я живу, тем больше вещей в прошлом хочу изменить. И вот поэтому история, рассказанная в японской манге, оказалась столь универсальной и так хорошо легла в европейский контекст. В основополагающей идее этой истории есть своя особая поэзия, да и персонажи прописаны так, что понятны всем.

— Сильно ли отличается разработка сценария по манге от киноадаптации обычной литературы?

— Когда нужно что-то адаптировать — вне зависимости от того, книга это, небольшой рассказ, манга или просто картина, которая может вдохновить тебя как автора на целый киносюжет, — ты все равно невольно стараешься акцентировать внимание на тех вещах, которые тебя больше всего цепляют, и уже только потом подбираешь остальные детали. Адаптировать художественную литературу в каком-то смысле проще всего, потому что у каждого читателя свое собственное представление о ее визуальном воплощении. Ты читаешь историю и представляешь ее себе исходя из твоей собственной силы воображения. В манге большая часть истории уже визуализирована, правда, при этом она либо порой не отличается особой художественной выразительностью, либо, мягко говоря, не особо реалистична. Но при этом она производит на тебя именно то впечатление, которое заложил в нее автор. И мне кажется, что то, как Дзиро Танигучи нарисовал мангу «Далеко по соседству», и произвело на меня особое впечатление, но само по себе, без особой привязки к истории.

Знаете, мне кажется, что именно правильно найденный стиль помогает донести до зрителя истинную суть твоей идеи. Есть огромное количество фильмов, в которых идеи по-разному преподнесены, но в них именно стиль берет верх над сюжетом. Это бывает мило, но совершенно необязательно. Более того, сердца зрителей в конечном счете трогает не стиль, а что-то другое, чему стиль должен только помогать. В случае с мангой Дзиро Танигучи стиль является неотъемлемой частью истории, ее пульсом в какой-то степени. Его графика настолько чиста и минималистична, что я ее вспоминал, даже когда снимал фильм. И в этом случае мне кажется, что влияние манги на мою работу оказалось крайне позитивным. Это как раз тот самый случай вдохновения. В общем, при адаптации вдохновение важнее всего.

Разница между мангой и литературой в том, что прежде всего часто ее литературные качества намного ниже, чем у собственно литературы. Однако история в манге уже визуализирована за тебя. И если тебе история нравится, то все эти картинки остаются где-то внутри тебя и становятся источником вдохновения. Мне кажется, что это неплохо. Ценность манги в том, что кроме истории ты еще получаешь авторское видение визуальной части истории. Взять к примеру Толстого. Мы можем много нафантазировать, как свои истории себе представлял он сам, но для меня, представителя немного другой культуры с совершенно иным историческим и культурным бэкграундом, мое собственное представление о внутреннем мире Толстого так и останется всего лишь моей собственной фантазией, вероятно, не имеющей ничего общего с российскими реалиями того времени.

Грубый пример, но тем не менее. Так вот, когда мы читаем мангу или комикс, то у нас остается не так много вариантов возможных графических спекуляций, потому что нам предлагают готовую форму потребления, в которой автор максимально точно рассказывает и показывает тебе именно то, что он хотел тебе рассказать и показать. Так что основная разница между литературой и мангой тут в том, что ты либо получаешь наиболее точно соответствующий авторскому замыслу продукт, либо открываешь целое поле для фантазий. Вдохновение также можно получить и от картины, ведь практически в каждой картине есть история. Впрочем, историю может рассказать даже какая-нибудь маленькая деталь, так что по большому счету главное — найти что-то, что тебя бы вдохновляло.

— Глядя на то, как создаются сториборды к фильмам, человек несведущий может предположить, что комиксы — это почти готовые сториборды. Так ли это на самом деле?

— На самом деле все зависит от комикса, но в случае с нашей мангой мы оказались в ловушке. Потому что сперва может показаться, что каждое «окошко», каждый рисунок — это готовый кадр, но все оказалось куда сложнее. В манге «Далеко по соседству» изумительная художественная графика, и при этом она весьма и весьма кинематографична по композиции и по мизансценам. Но при этом она совершенно непригодна как сториборд. Когда мы придумывали планы для фильма и готовили подробную раскадровку, мангу пришлось и вовсе выкинуть из головы. После того как мы закончили фильм, я, разумеется, снова ее открыл, и тогда многое стало уже понятно: рисунки Дзиро Танагучи были идеальны для манги, но в фильме нужно думать совершенно о других вещах. Например, когда ты читаешь мангу или комикс, ты можешь либо вернуться на несколько страниц назад, либо задержаться на каком-то фрагменте подольше, чтобы его рассмотреть. В кино это невозможно, потому что фильм полностью привязан ко времени и хронометражу, и если ты что-то пропустил, то все, поезд ушел. Так что это не только разные подходы к материалу, но и фундаментальное различие между двумя видами повествования. В общем, главное — не попасться в такую ловушку и не считать комикс готовой раскадровкой. Бывают, конечно, исключения, но я бы лучше не обобщал счастливые случайные совпадения. Думаю, что куда лучше всем запомнить аксиому: комикс — это не сториборд в принципе!

— Как думаете, почему во Франции, Бельгии и вообще в Европе так популярны комиксы?

— Хм, не знаю. По-моему, они просто часть современной культуры — и все. В Америке же комиксы тоже популярны.

— Некоторые мои иностранные собеседники предполагали, что это как раз американское влияние…

— Думаю, тут все не так просто. Прежде всего комикс комиксу рознь. Сам я вырос в Германии, и в мое время там были популярны комиксы про диснеевских персонажей вроде Микки Мауса или Дональда Дака. А моему 14-летнему сыну сейчас очень нравится манга — «Наруто», «Покемон»… Не помню точно их правильных названий, их там сотни. Короче, кроме того что они сами по себе занятные, думаю, в нынешнее время они являются частью образовательного процесса и играют в нашей жизни ту же роль, что и мамины сказки в былые времена.

— В чем, по-вашему, радикальное различие между классическим комиксом, мангой и французским bande des cine?

— Ну, лучше начать с того, что даже манга от самой манги может радикально отличаться. Есть жестокие с кучей насилия. Есть мелодрамы… Вообще «манга» для японцев означает что-то вроде «быстро идущего». Художникам-мангакам платят обычно сдельно, так что они стараются произвести как можно больше продукта за как можно меньшее количество времени. В таких работах вы вряд ли найдете для себя художественные откровения или вообще намек на какую-либо душевность. Это просто быстрые истории с живописными ракурсами и прочей атрибутикой. Обычно такие манги как раз про драки и убийства. Но есть и исключения вроде манги Танигучи, которая сохраняет поэтичность на протяжении всего времени издания, притом что и сами рисунки, и художественные приемы могут не сильно отличаться от «быстрых» манг. Bande des cine тут ближе к американским комиксам, но, понятное дело, вряд ли стоит сравнивать Тинтина с Наруто. Вообще говоря, все эти комиксы сравнить и уж тем более обобщить трудно. В литературе намного проще выделить среди писателей и гения, и бездарность, притом что все авторы вроде бы пишут истории, часто похожие. В кино примеров для таких сравнений тоже достаточно. Может быть, так же и в музыке, и в живописи. В общем, не знаю. Наверное, сравнивать стоит вот так, по ощущениям. Хорошие и талантливые работы во всех направлениях искусств встречаются так же, как и всякое дерьмо.

Пожалуй, самым ярким примером будет современное искусство, в котором мы можем найти много любопытных и занимательных экспериментов, которые при этом живописью назвать язык не поворачивается. Ну и в кино и остальном то же самое. В музыке есть певцы или талантливые музыканты, а есть безликая «Фабрика звезд» и искусственно выращенные за месяц псевдоисполнители…

— Так, давайте вернемся к фильму. Как думаете, кто будет аудиторией фильма с сюжетом, когда пятидесятилетний человек вдруг обнаруживает себя в прошлом, хоть и в собственном, но четырнадцатилетнем теле?

— Трудно сказать. Наверное, все люди старше четырнадцати. Это немного странно, но я получил довольно много писем от школьников, которые видели фильм и которым он понравился. В целом это же путешествие в прошлое. Мне кажется, его бы многие захотели осуществить. Был забавный случай: фильм участвовал в конкурсе школьного кино, и его смотрело сорок шестнадцатилетних подростков. Я у них спросил, не слишком ли они молоды для этого фильма, на что они ответили, что вовсе ничуть они не молоды. И уже у них, представляете, в жизни были такие моменты, которые бы им хотелось пережить снова.

— Выходит, что аудитория — это все, кто хотя бы на миг хотел вернуться в свое прошлое и что-то там исправить…

— Я думаю, да. Правда, лично я себя считаю очень счастливым человеком и, пожалуй, ничего не стал бы менять в своем прошлом. Но при этом я вовсе не против еще разок пережить некоторые счастливые моменты. В некоторые воспоминания приятно возвращаться. Так что для меня ностальгия — это что-то приятное, потому что в жизни я пережил множество моментов, которые и сейчас вспоминать приятно. Хотя, если подумать, кое-что я бы все-таки поменял.

— Расскажите, почему вы решили в ностальгическом, практически ретро-фильме использовать музыку группы Air?

— Потому что их музыка идеально подходит для такого рода повествования. Ты уносишься в свое далекое прошлое — что может быть лучше для такого сюжета?

— Ну да, наверное, ретро-саундтрек тут звучал бы нелепо.

— Вот именно! Мы об этом думали и пришли к выводу, что с ретро-музыкой у нас будет совсем другой фильм. Но я больше скажу (и это настоящая история). Когда я встретился с Дзиро Танигучи около двух лет назад, он спросил у меня, почему я выбрал именно Air для саундтрека. И я ему сказал то же, что и вам. Говорю, что Air — первое, что приходит в голову, когда читаешь его мангу, так что ничего лучше для ностальгического воображаемого путешествия в прошлое я и придумать не могу. На это он мне говорит: ты знаешь, когда я рисовал мангу, я только Air и слушал. Говорит, у него есть все записи. Клянусь, я про это не знал! Но такие совпадения редко встречаются, когда художник рисует под музыку Air, а я, не зная этого, интуитивно ставлю Air саундтреком к фильму по его манге.

— Сэм, вот вы сравнительно поздно начали свою кинематографическую карьеру, всего около десяти лет назад…

— Да, а до этого я снимал рекламу.

— Как произошло перевоплощение?

— По чистой случайности, если честно. Я даже как-то и не решал специально, идти мне в кино или нет. Просто кто-то мне сказал, что мои рекламные ролики выглядят как мини-фильмы, так почему, спрашивают, мне не снять полноценный художественный фильм или хотя бы короткометражку для начала? И я снимаю короткометражку. Она хорошо принимается на фестивалях, и ее даже показывают на ТВ. Потом я снимаю еще одну… И потом у меня спрашивают, почему я не снимаю нормальное полнометражное кино. Это все вышло как-то случайно, я специально этого не планировал. Просто вот такое совпадение получилось.

— А сейчас вы рекламу снимаете?

— Нет. Сейчас я слишком занят. Теперь художественные фильмы забирают все время, тут не до рекламы уже.

— Рекламное прошлое как-то помогает? Мешает, может быть?

— Снимать кино и рекламу — это и практически и одно и то же, и радикально различающиеся занятия. В рекламе я всегда старался рассказывать истории вместо того, чтобы уделять внимание спецэффектам. Я в какой-то момент привык к коротким видеорассказам. 30-секундные или полутораминутные истории — это сильное отличие от полуторачасового фильма, согласитесь. Так что для того, чтобы научиться снимать полноценное кино, пришлось много работать, глубоко копать, прорабатывать характеры героев… Реклама была во многом похожей работой, только короче. В сущности, это та же работа, только кино — это следующий шаг в эволюции формы произведения, которое ты создаешь. При этом кино — это более качественный уровень, потому что в рекламе порой халтуры на порядок больше, чем нормальных работ. Находясь в этой индустрии, ты этого не замечаешь, но как только у тебя появляется возможность посмотреть на все это со стороны, то приходишь в ужас от того, сколько времени, сил и денег тратится на всякие глупости. Но в любом случае это все-таки удивительный опыт, и я рад, что он у меня был.

— Не часто возникает такая возможность спросить режиссера фильма, как бы он предварил собственный фильм для неподготовленной аудитории...

— Я бы не стал готовиться специально. Но если вы хотели бы совершить путешествие в свой 14–15-летний возраст... С другой стороны, а кто бы не хотел на пару недель вернуться? По-моему, все на свете фантазируют на эту тему, так что теперь у вас появилась возможность прикоснуться к моей версии поэтического воплощения такой вот фантазии, в которой я позволяю своему герою провести 15 дней в 14–15-летнем возрасте. Мне кажется, вам понравится. И если понравится, я был бы рад, если бы вы еще несколько раз посмотрели фильм «Далеко по соседству».

Комментарии (4)

Новый комментарий...

  • 6

    Jedi Aragorn 8 августа 2011, 17:36 пожаловаться

    #

    Довольно интересное интервью. Сэм Гарбарски, что сразу бросается в глаза, человек интеллектуально подкованный и имеет именно свою точку зрения. На вопросы старается отвечать «полновесно», что радует. Читая его ответы, не находишь места для чуши или бессмысленной тавтологии.
    Что касается самого фильма, то я его рекомендую к просмотру. Он проникновенен донельзя. Чарующий, но для каждого зрителя по-своему. Саундтрек завораживает безвозвратно. Посмотрите. К тому же, хронометраж не такой долгий, всего-то полтора часа. Надеюсь, что он понравится большинству.

    ответить

  • 4

    Фицкарральдо 9 августа 2011, 01:08 пожаловаться

    #

    Я уже имел счастье посмотреть этот замечательный фильм. Фильм лично меня трогает простотой чувств и мотивов, которые движут главным героем. Для него путешествие в прошлое- скорее не шанс что-то изменить, а переоценить свою молодость (взгляд этот- взгляд человека, прожившего большую часть своей жизни, и и для которого воспоминания своего прошлого давно оторваны от настоящего).

    ответить

  • 6

    muratishka 10 августа 2011, 09:46 пожаловаться

    #

    Я посмотрела фильм мне очень понравилось. Тихая грусть после него. Проникновенно и трогательно снято.

    ответить

  • 3

    Zodiark 12 августа 2011, 20:42 пожаловаться

    #

    Этот фильм может трогать только сентиментальных, либо тех кто мало фильмов видел. После него ничего не остаётся. Сколько подобных фильмов уже снято. Только саундтрек в памяти остаётся.

    ответить

 
Добавить комментарий...