«Уолл-стрит: Деньги не спят»: Интервью с Шайей ЛаБафом

Обсудить0

В Голливуде самомнение основывается на мнениях о тебе, а на Уолл-стрит оно основывается на цифрах, и в этом разница между фактом и вымыслом. Если в Голливуде ты можешь быть человеком, который не снимался 20 лет, но сделал один стоящий фильм 20 лет назад, и тебе почет за это, то на Уолл-стрит, если ты провел одну удачную операцию 20 лет назад, но полностью разорен на настоящий момент, никому нет дела до твоих прошлых успехов.

Шайа ЛаБаф совсем недавно был для всех удивительным феноменом, юным выскочкой, пришедшим в Голливуд из самого бедного и неблагополучного района Лос-Анджелеса — Эхо-парка. Его отец торговал наркотиками, а мать продавала какие-то брошки и прочую дешевую ювелирную поделку. Однако пример знакомого мальчишки, снимавшегося в сериале «Доктор Куин: Женщина-врач» и при этом неплохо зарабатывавшего, подсказал Шайе возможность вырваться из нищеты.

И он выбрался. Первой строчкой его актерского резюме стала реклама кукурузных хлопьев, потом — участие в студенческих фильмах, затем — эпизоды в телесаг, пока в 2000 году он не приземлился на три года в диснеевском сериале «Зажигай со Стивенсами». Работа в этом проекте принесла юному актеру телевизионную награду «Эмми» в 2003-м, но шоу закрыли в том же году. К тому моменту Шайа был единственным кормильцем в семье, родители не имели постоянной работы, и на плечи 13-летнего юноши легла обязанность содержать обоих.

Шайя получил одну из ролей в фильме «Клад», с которого и началось его движение по голливудской лестнице вверх. В возрасте 18 лет он приобрел собственный дом в пригороде Лос-Анджелеса Бербанке и продолжил сниматься. Несколько запоминающихся эпизодических работ в разных картинах («Я, робот», «Константин», «Ангелы Чарли 2» и других) и картины «Бобби» и «Как узнать своих святых» в 2006-м укрепили позиции молодого актера.

Я впервые встретилась с Шайей в 2007 году для интервью к фильму «Паранойя». Стильно одетый юноша, вежливый, гладко причесанный производил впечатление скорее мальчика из порядочной и преуспевающей семьи, чем человека, прошедшего огонь и воду, побывавшего практически на дне жизни и знающего цену всему, что заработано собственным трудом. В нем не было ни тени самоуверенности, апломба, высокомерия, которые вполне могли бы быть понятны и объяснимы юностью, успехом и востребованностью. В том же 2007-м, в августе, он красовался на обложке одного из самых престижных журналов «Vanity Fair» с огромной статьей о нем и его восхождении к высотам Голливуда. Он был полон желания учиться и даже упомянул, что получил подтверждение о приеме в престижный Йельский университет. Однако его планы на учебу были приостановлены заинтересованностью в нем Стивена Спилберга, пригласившего юношу в свой фильм об Индиане Джонсе. Большой успех «Трансформеров» и «Индианы Джонса» укрепил позиции Шайи в Голливуде, но вместе с этим пришло и испытание «медными трубами» — славой. Шайя обнаружил себя под ежедневным прицелом папарацци и неугасающим вниманием прессы к его личной жизни, к любому промаху и ошибке. С этого момента в разговорах с ним стали проскальзывать агрессивные нотки самообороны. Уже к выходу фильма «На крючке» (2008) актера достали настолько, что он стал отказывать в печатных интервью, появившись только на телевидении, да и то в паре с режиссером Д. Дж. Карузо, который в основном отвечал на вопросы журналистов.

С момента релиза вторых «Трансформеров» и резкой критики в его адрес Шайя упорно обороняется, атакуя журналистов призывами больше внимания обращать на его профессиональный рост, а не на то, что с ним происходит в личной жизни. Действительно, его актерское взросление идет в геометрической прогрессии, и в скором времени мы увидим его в «Уолл-стрит: Деньги не спят» — новом фильме Оливера Стоуна, одного из самых интересных режиссеров Голливуда.

Шайя пришел на интервью для разговора об этом проекте в простой линялой майке, джинсах и кедах, в бейсбольной кепке, надетой козырьком назад, из-под головного убора выбивались темные кудри его отросших волос. Он был напряжен и неулыбчив. Повернув стул задом наперед, сел и сложил голову на руки, скрещенные на спинке стула. Выжидающе глядя на меня, он коротко буркнул: «Привет!» Дальнейшая беседа показала, что Шайя все еще в образе, и волнуют его сейчас более взрослые темы.

В чем заключается для тебя разница между фильмом о трансформерах и фильмом о финансовом мире? В одном ты мальчишка, в другом — молодой финансист, человек образованный и целеустремленный...

Это два разных фильма, полярных, если хочешь, два совершенно разных режиссера, хотя можно сказать, что оба они агрессивны в работе, требовательны, но при этом совершенно отличны друг от друга. Один переполнен информацией, другой — нет. Я люблю Майкла (Бэй — Прим. ред.), но он находится совсем на другом интеллектуальном уровне по сравнению с Оливером Стоуном. Между ними огромная разница в стиле жизни, в заботах и печалях, в радости. Абсолютно разные люди, конечно. Оливер не смог бы сделать «Трансформеров», и Майкл не смог бы сделать «Уолл-стрит».

Ты заметно изменился, Шайа. Это участие в картине Оливера Стоуна так подействовало на тебя?

Да уж. Ты становишься тем человеком, которого играешь. Основное требование для этой роли — быть знающим человеком, информированным. Я пришел на площадку как герой боевика, правильно? Парень из «Трансформеров» или из «Индианы Джонса», такой крутой герой боевика, а не уважаемый всеми актер. Я был утвержден в этой картине как товар, способный принести деньги. Я был для них возможностью получить зеленый свет на производство, сделать этот фильм — именно так студийные боссы воспринимали мое участие. Никто не видел меня как актера, который может привнести что-то новое, изменить что-то в проекте. Это было решение, основанное на финансовом подходе, и я подозревал это. Даже если я и ошибался, то во всяком случае так мне казалось в тот момент. И единственный путь быть абсолютно уверенным в себе, быть наравне с Джошем Бролином или Майклом Дугласом для меня заключался в том, чтобы знать больше, чем они, о финансовом мире. И именно это я и сделал. Знание — это уверенность в себе.

Ты никогда не производил на меня впечатления неуверенного в себе человека. Со всем тем успехом, который сопутствует тебе последние четыре года, у тебя нет уверенности в себе?

Абсолютно нет.

Почему?

Потому что мне 23 года, потому что я имею дело с ситуацией, которая, хм, почти нереальна. Знаешь, мне довелось работать с людьми, которых я почитал за своих кумиров, с лучшими из лучших в своем деле, так что думать об этом как о реальности просто дико порой. И, когда тебе предоставляется возможность, ты должен подняться до их уровня, а это требует неимоверной веры в себя. Ты чувствуешь себя практически иностранцем на площадке. Дело в том, что я не мог там появиться с таким видом, словно все это принадлежит мне. Я не чувствовал даже, что я актер, что я на своем месте, что вообще принадлежу тому же классу людей, с которыми должен работать. А все потому, что я был ужасно недоволен тем, как получились вторые «Трансформеры». И я был абсолютно не уверен в себе, когда начинал работать в фильме Оливера Стоуна. Так сложилось, что в тот момент я выходил из очень тяжелой полосы в моей жизни и чувствовал: «Трансформеры 2» могли бы получиться куда лучше. Я помню, что отходил от этой картины, ощущая себя полностью опустошенным. Впервые в жизни мне пришлось иметь дело с таким количеством критики отовсюду и со всех сторон. И, зная, насколько тяжело мы работали, чтобы сделать этот фильм, насколько много я вложил в эту работу, и картина получилась такой… (Машет рукой почти в отчаянии) У меня просто сердце разрывалось от всего этого.

Ты представляешь себе, сколько людей пошло на этот фильм только ради тебя?

Я не знаю, могу ли я в это поверить. Я вижу свою карьеру, как... Я чувствую себя, как, например, Орландо Блум, в какой-то степени. Орландо Блум работал в очень успешных фильмах, но я никогда не буду платить, чтобы смотреть фильм только ради него. На мой взгляд, он не кассовый актер, во всяком случае для меня. Его участие в картине не поднимет меня утром с дивана, не заставит меня радостно предвкушать: «О, новый фильм с Орландо Блумом выходит!» И я, по-моему, нахожусь где-то там же сейчас, в фильмах, которые значительно больше, чем я сам, и они будут успешны независимо от того, буду я там или нет. Так что этот фильм — первая из нескольких предоставленных мне возможностей сесть в кресло главного героя, и все в общем-то зависит от того, на что я способен.

В чем, по-твоему, была причина провала второго фильма о трансформерах?

Я думаю, что студия нас слишком торопила с выходом. Мы снимали фильм в тот момент, когда шла забастовка сценаристов. С материалом в 40 страниц! А студия торопилась успеть к установленной дате выхода. Мы же оказались под влиянием успеха первого фильма. Не успели опомниться, и нас погнали со вторым, вместо того чтобы дать возможность спокойно отдышаться и подготовиться к работе над ним как надо. Я думаю, что третья лента будет значительно лучше даже первой, иначе не стоит вообще затевать все это.

С какими знаниями ты пришел на площадку Оливера Стоуна?

На меня здорово повлиял Джош Бролин, с которым я познакомился до начала съемок. Правда, он напугал меня до смерти. Два месяца до начала работы мы стали посылать друг другу отчеты «заработал-потерял» (P&L — «profit & loss»), в основе своей это было такое своеобразное соревнование — кто лучше вложит деньги на бирже, — никакого отношения к нашей профессии не имеющее. Я заработал столько-то, а ты — столько-то. Я все время выигрывал, и это придало мне изрядной уверенности к началу съемок. И это очень мне помогло во время работы в этой картине, ты не можешь играть уверенность в себе, если ее нет внутри тебя. Весь финансовый мир стоит на абсолютной внутренней уверенности: только так те парни в состоянии делать деньги, решение принимается мгновенно, нет времени на долгие размышления. И тут дело даже не в знании того, что происходит — я знаю не больше, чем другой парень, если мы в одной и той же сделке. Он знает, может быть, столько же, сколько и я, но тут дело в том, как я преподношу тебе информацию, что я заставляю тебя почувствовать, чтобы выудить у тебя деньги. Это все только в уверенности.

То есть практически актерская игра?

Именно, именно игра. Все те парни — актеры в своем роде. Представь, они входят в комнату с инвесторами, где китайский бизнесмен с 45 миллиардами долларов готов их бросить в горючий сланец, и это их работа — выудить у него 45 миллиардов и получить в их руки. Это время для театрального представления. Здесь вступает в силу актерский талант биржевого маклера.

Тебе очень повезло с учителями на площадке: сначала Стивен Спилберг, теперь Оливер Стоун. Что самое главное ты узнал от Оливера?

(Смеется.) То, что я идиот и должен серьезно заниматься самообразованием. Я думаю, то, как я обучал себя сам до момента встречи с Оливером, темы, интересовавшие меня — все это не было настолько обширным и всеобъемлющим, как сейчас. Он направил мои мысли в такие области знаний, которые я никогда бы не счел интересными, потому что ничего о них не знал. Ничего из того, что я пытался узнать в школе, не было преподнесено в удобоваримом виде, а Оливер все объясняет просто и без лишних сложностей. Я помню времена, когда многие вещи для меня были настолько сложны, что я просто опускал барьер и устранялся от дальнейших попыток понять. Взять хотя бы американскую историю, к примеру. Оливер провел меня через нее так, как ни один учитель до него, он сделал больше в сто раз для моего образования, чем все школьные годы во всех школах. Он слушал меня и понимал, что мне может быть интересно, а затем он просто кормил меня знаниями, которые влекли за собой интерес к другим знаниям. Отличный учитель тот, кто берет то, что у тебя есть, и вдохновляет тебя на большее, он позволяет тебе формировать твое собственное знание, преподнося его в той форме, которую ты способен усвоить в какой-то момент, усложняя по мере необходимости и подавая его вкусным, желанным. Плохой учитель — это тот, кто бросает перед тобой кучу всего вперемешку, посыпает все это солью сверху и требует жрать немедленно. Это просто кошмар для любого нормального человека. Это не школа, это — адская кухня. Образование должно приносить радость, понимаешь?! Поэтому сейчас в наших школах средний уровень успеваемости, ниже уровня канализации. Меня ведь выгоняли из каждой школы, куда я попадал. И дело было не столько во мне, сколько во всей школьной системе Лос-Анджелеса, которая работает — как бы это сказать помягче? — задом наперед. В ней нет никакого здравого смысла, ученики просто рабы. Это чистой воды рабство то, как школы работают сейчас. В Калифорнии сейчас вот так: нет денег — давайте уберем из школы научные дисциплины! Это же идиотизм не преподавать научные дисциплины: физику, химию и прочее...

Может быть, тебе стоит направить эту энергию в русло активизма, попытаться что-то изменить?

(Категорично, резко выпрямившись) Нет, я просто актер, я наемный работник, но я и личность при этом и гражданин Америки. Я получаю образование самостоятельно в данный момент, в будущем, конечно, я не против быть вовлеченным в дела моей страны как обычный гражданин. Но я не собираюсь быть супергероем или пытаться изменить мир. Я не против вовлечения в конструктивный разговор. Таких, как я, уже немало в стране, и их становится все больше с каждым днем, так что мне не нужно никого агитировать. Есть люди, чья профессия заключается в том, чтобы объединять мнения разных людей, а моя профессия — актер. Я думаю, что каждый должен быть на своем месте, больше толку будет. Но как обычный гражданин я, конечно, заинтересован в том, чтобы моя страна была на уровне.

Ты встречал много парней с Уолл-стрит, да? Как ты считаешь, их самомнение серьезней, больше, чем в Голливуде?

Значительно больше. В Голливуде самомнение основывается на мнениях о тебе, а на Уолл-стрит оно основывается на цифрах, и в этом разница между фактом и вымыслом. Если в Голливуде ты можешь быть человеком, который не снимался 20 лет, но сделал один стоящий фильм 20 лет назад, и тебе почет за это, то на Уолл-стрит, если ты провел одну удачную операцию 20 лет назад, но полностью разорен на настоящий момент, никому нет дела до твоих прошлых успехов. Ты в полном дерьме. В этом и состоит та самая разница, понимаешь?

Если бы ты не стал актером, кем бы ты мог стать?

(Совершенно серьезно, без тени улыбки) Не знаю. Преступником, скорее всего. Я не шучу, именно это бы и случилось. Меня вышвыривали из каждой школы, куда я попадал, у меня практически не было никаких шансов ни на что в жизни. Возможности, которые мне предоставлялись, как сильно это ни звучит, были таковы: либо преступный мир, либо съемочная площадка. И это все, других вариантов не было. В тот момент это была сцена, где я мог быть комиком… Кто знает, куда бы меня занесло.

Что приносит тебе удовольствие в жизни?

Съемочная площадка. Я там расцветаю. Это как день рождения, праздник на площадке каждый день.

То есть ты получаешь больше удовольствия от работы, чем от жизни?

Да нет же. Я не пытаюсь сказать, что между мной и моим героем такая уж огромная разница. Я же не актер метода. Я работаю с тем материалом, который близок мне, моему собственному характеру. В этом для меня реальность.

А время между съемками? Ты просто проводишь его дома?

Да, но это не связано с тем, что кинобизнес так влияет на меня. Я по природе довольно замкнутый человек, люблю уединение. И не потому, что я такой чудак или придурок, это просто часть моего характера, которую я для себя открыл не так уж давно. И мне это нравится, я чувствую себя в безопасности таким образом. Я жду, когда придет вдохновение, читаю сценарии и жду, когда что-то зацепит меня, ухватит за горло: «Время подниматься и действовать!» И поэтому я сейчас здесь, говорю о новом фильме с тобой и другими. Я жду и репетирую, я планирую работать с Аль Пачино, читаю и готовлюсь к третьим «Трансформерам». Оливер и я планируем сделать вместе еще один фильм. Так что я просто читаю и жду.

Шайя давно зарабатывает на жизнь сам, его зарплата растет пропорционально его занятости, но деньги не являются для него самоцелью.

Деньги — это время, это свобода, но я всегда прекрасно жил на скромный бюджет. Мне не нужен Lamborghini, я вполне доволен своим грузовиком. Я умею распоряжаться деньгами и не пущу их на ветер.

Он совсем недавно вступил в возраст, когда мужчина подходит к последней стадии формирования личности. После тридцати он уже будет человеком с вполне сформировавшимся отношением к жизни и ее ценностям. У него еще есть время на глупости, но, похоже, уроки, данные ему за последние четыре года, вполне усвоены. Что же касается карьеры, то он считает, что именно этот возраст самый интересный.

Я думаю, что масса всего интересного происходит в этот промежуток времени, между двадцатью и тридцатью годами, — рассуждает он на мое замечание об актерах, которые хотели бы проскочить этот период и проснуться в 30 лет. — Ты подумай: за это время может произойти просто бесконечное количество и разнообразие разных историй! Да, это верно, ты попадаешь в такой странный мир, где уже не можешь играть мальчишку из колледжа, но ты и не можешь еще стать папочкой, правильно? Но ведь это не отменяет тот факт, что, находясь в этой «серой» зоне, ты получаешь удовольствие именно от того, что она полна неожиданных интересных находок? Нет, я не хотел бы проснуться в тридцать, я вполне доволен тем, что происходит вокруг меня сейчас.

Действительно, ему есть чем быть довольным. Вот-вот выйдет «Уолл-стрит 2», затем — проект с Аль Пачино, о котором он обмолвился вскользь, но обсуждать не стал, третий фильм о трансформерах, который должен стать лучше первых двух, и еще несколько других проектов. А в промежутке книги, фильмы и немножко игр на бирже — а почему бы и нет, если есть знания и какой никакой опыт? В конце концов, деньги не спят.

Главное сегодня

«Лучший художник-постановщик»: Разбор фильмов, номинированных на «Оскар»

Сегодня

Netflix закрыл сериалы «Каратель» и «Джессика Джонс»

Сегодня

Блог команды: Победители оскаровской игры получат умные колонки «Яндекса»

Сегодня

На Planeta.ru начался сбор средств на фильм о Децле

Сегодня

Слух дня: Disney выпустит четыре сериала по «Звездным войнам»

Сегодня

Американский бокс-офис: Киборги против игрушек

Сегодня

Нед Бенсон напишет новый сценарий «Черной Вдовы»

Сегодня
Комментарии
Чтобы оставить комментарий, войдите на сайт