Вы можете удалить не более пяти своих рецензий.После удаления этой рецензии у вас останется возможность удалить не более .После удаления этой рецензии у вас останется возможность удалить только еще одну.После удаления этой рецензии вам больше не будет доступна функция удаления рецензий.Вы уже удалили пять своих рецензий. Функция удаления рецензий более недоступна.
У этой фирмы лучшие кроссовки, особенно белые, сшитые в классическом стиле, и их реклама всегда представляет собой произведение кинематографического искусства, была даже спародирована в одной из серий «Очень страшного кино». Теперь же получился невероятно забавный треш-фильм с участием Коби Брайанта, Роберта Родригеса. Микки Рурка (а нет, то есть Денни Трехо), Джорджа Клуни (хотя не его, а Брюса Уиллиса), а также Канье Уэста (не спрашивайте, сам не знаю кто это).
Родригес, как Боярский, в шляпе пришел в гости к Брайанту для обсуждения нового фильма о Черной мамбе. Он супергерой и Родригес предлагает баскетболисту роль, заманивает звезду в свой фильм, упоминая крупных голливудских звёзд. Теперь понятно каким образом Родригес набирает такой состав каждый фильм: идёт к Альбе, грит Джесси айда ко мне, с Ди Каприо сыграешь; идёт к Лео, грит, мол, Мерил Стрип у нас, айда и ты, и т. д. Кто-нибудь да соглашается, а отказников всегда может заменить Чич Марин.
«Черная мамба» смесь «Города грехов» с Грайндхаусом. В короткие пять минут помещаются юмор и безумие, взрывы и драки, а оружием главному герою становится баскетбольный мяч, и снято всё на фоне рир-экрана. Злодей же хочет отжать у мамбы его кроссовки, самые лучшие кроссовки мира, а самого баскетболиста забрать в свою команду отмороженных убийц-баскетболистов. Невероятно смешно. А главное с Родригесом всегда непредсказуемо. Когда-то шутливый трейлер к несуществующему фильму «Мачете» вырос в настоящий фильм, может и теперь Родригес схитрит, договорится с передовиком в сфере спортивной одежды. Тем более в лучшей форме он не был со времен «Города грехов». Можно рисовать галочку Родригесу.
Смотрю я на Патрика Уилсона и пытаюсь понять что с ним не так. Обычно он настолько бледен, что взгляд мой по инерции скользит мимо, но тут его Брэд — одна из ключевых фигур, а значит я обязана уделить ему время и в который раз задаться вопросом: откуда эта скованность? натянутость? неестественность? Все дело в крайне ограниченный актерских способностях или умственных? Лицо его имеет только два выражения — нахмуренно-идиотичное «я ничего не понимаю» и глуповато-восторженное «я понял!», но, само собой, понял неправильно. К нему у меня есть одно определение — полый. Пустой. И, что удивительно, напрочь лишенный обаяния и наполнения даже в самых выигрышных своих ролях (героев-любовников), где конкуренция в лице других мужчин отсутствует, а образ работает самостоятельно. Я имею в виду «Вечер» и «Пассажиров». Здесь он также робко переминается с ноги на ногу весь фильм, что-то лепечет и пару раз нехотя трахает героиню Кейт Уинслет, которая практически берет его силой. Точнее, берет за кольцо в носу, ведет в свою прачечную, раздевает, возбуждает, прижимает к себе, а потом возвращает жене, которая продевает палец через то же кольцо и склоняет его к новому занятию, не требующему даже среднего интеллекта. Так он и ходит, мыча, на поводу у двух баб всю картину, а когда в конце оказывается один, беспомощный, растерянный, с типичным нахмуренно-идиотичным выражением физиономии и снова издает протяжное: «Возьмите меня за кольцо в носу!», мы облегченно от него избавляемся. Не велика потеря, не мужик и был.
Зато Кейт Уинслет, как обычно, плоть и кровь! Живая, страстная ширококостная девчина в джинсовом комбинезоне. Всплыви ее имя в беседе, я бы не сказала, что она мне нравится, но стоит мне увидеть ее на экране, и я без всяких колебаний это признаю. Ее современная флоберовская героиня, заеденная бытом и разочарованием в муже-импульсивном мастурбаторе, внушает сочувствие, поскольку мы-то с самого начала поняли, что Брэд — не призовая лошадь, а зачуханный конек-горбунок, а ей лишь предстоит столкнуться с этим горестным открытием и вернуться в своей постылый быт. Или на что там намекает режиссер?
Тревожная мелодия с затравленным педофилом на фоне вялого романчика Брэда и Сары, сонливости пластмассового пригорода и ограниченности обитателей, звучит неблагозвучно и как будто не вписывается в общую тональность. Из-за этой мелодии вся незатейливая песенка Тодда Филда становится какой-то гаденькой и режущей слух. Появляется какая-то нечистоплотность в общей атмосфере картины и кустарность в неумелых попытках режиссера привинтить на саморезы к основному сюжету явно лишнюю и чужеродную сюжетную линию. Взялись вы на примере банального адюльтера демонстрировать нам эмоциональную незрелость взрослых индивидов, так и остановились бы на этом! Но нет, нагрузим худенького ослика еще одним мешком с зерном! А вместе с осликом мешок на позвоночнике несет и зритель, поскольку при всей пустячности и незамысловатости филдовской морали, распознать ее в этом вялотекущем произведении очень сложно. Если представить жизнедеятельность картины в виде кардиограммы, то линия будет совершенно прямой. Ни одного существенного события по ходу рассказа не происходит, а закадровый голос, этакий помощник для умственно отсталых, убивающий интригу в зародыше, вместо того, чтоб подгонять, еще больше тормозит.
Но если в очередной раз себя встряхнуть и заставить предположить, что именно так расплывчато-невнятно пытался донести до нас отец «малых детей», на ум приходят три версии. Филд силился показать 1) как быстро гибнет брак, если хотя бы один из супругов — ребенок, для которого книжка кончается словами «и жили они долго и счастливо», а за обложкой книги — безвоздушное пространство быта-безнадеги, где жизни нет, лишь увядание и слабые попытки самореанимации посредством измены. Причем если Саре эта реанимация действительно была нужна, то Брэду — нет, его вполне устраивало дрейфование по жизни мертвой рыбой без работы и при жене, которая не дает, ну и ладно. Так в чем была ребенком Сара? В своей непрактичности? В неспособности разглядеть за внешностью «звезды выпускного» натуру безвольного трутня/ребенка? В побеге из дома с одной сумкой через плечо без внятных перспектив? В невнимании к собственной дочери на фоне душевного и гармонального всплеска? 2) что большинство людей и на пятом десятке остается детьми, самоутверждаясь посредством футбола и гнобления в «песочнице» слабаков и фриков, что создает иллюзию успеха, как и иллюзию зрелости, 3) что все мы — лицемеры, которые в своем глазу не видят бревен, а чужой готовы выколоть опять же из желания казаться лучше окружающих или банальной скуки…
Знаете что, мистер Филд, все мои попытки сконструировать хоть мало-мальски жесткие смысловые конструкции на вашей жидкой почве откровенно натужны, поскольку ни одну из моих версий вы практически ничем не подкрепили. Одна мутная стоячая вода и многоточия. И вообще, картина ваша, апатичная и улылая, не несет в себе ни четкой идеи, ни энергетического заряда, ни желания сопереживать героям (за исключением, пожалуй, педофила с матерью) и пересматривать в дальнейшем ваше детище. Драма ваша обременительна не столько поисками смысла, который можно вообще не искать — смотри и смотри, сколько тотальной несчастностью ваших заурядных провинциалов с заурядными проблемами, которые, возможно, и встречаются в реальности на каждом шагу, но наблюдать эти проблемы в условиях заданной вами неразрешимости-обреченности, неприятно и неинтересно. Да, все мы — дети, да, «любовь живет три года», да, мы — сплетники и лицемеры, а вы, мистер Филд, даже эту тему не сумели грамотно раскрыть и сняли бездыханное, невыразительное кино, имея в активе трех одареннейших актеров — Уинслет, Коннели и Джекки Эрла Хейли.
Наводящий тоску и безотчетный трепет пейзаж ледяной и бурной пустыни. Ветер, завывая, несет тучи мелких, острых снежинок и бросает их в лицо любому, кто осмелится бросить вызов суровой северной русской зиме. Сопротивляться стихии кажется бессмысленным, но, несмотря на все трудности, буран застает в дороге две запряженные лошадьми повозки. Люди направляются на станцию — отогреться, сменить тройку и продолжить свое путешествие. До захода солнца можно проделать еще немало верст, а в этих местах и без того неприветливая погода может ухудшиться.
Почти перевернувшиеся сани дают возможность проводникам-якутам перекинуться парой слов. Похоже, они единственные, кому метель не приносит особого беспокойства. Купец на одной из повозок нервно торопит и вот уже лошади, звеня бубенцами, летят к полузасыпанным снегом строениям. Конвой, сопровождающий ссыльную, на вторых санях отправляется следом к горячему очагу.
Теплая комната сменяет сцену бушующего океана снега. Станционный писарь, по фамилии Кругликов после рюмки водки готовится рассказать историю своей жизни случайным проезжающим и перенести зрителей в летний Кронштадт. А здесь совершенно иной пейзаж. Спокойное море, солнце, пробивающее тусклыми лучами затянутое облаками небо. Волны лениво разбиваются о прибрежные камни. Озаренный светом маяк и паруса торговых судов, белеющие вдали. Романтическая обстановка для двоих влюбленных. А сероватые тона еще лишь только предвещают неблагоприятное развитие событий.
Василий Кругликов — коллежский советник, с неплохими карьерными возможностями. Тихий и спокойный молодой человек с приземленными желаниями и мечтами. Ему кажется он знает, каково его будущее и оно его устраивает. Раиса Федосеева — чувствительная любительница книжных романтических приключений. Она грезит о великих подвигах своего рыцаря, спасающего ее от пиратов и красиво говорящего о любви. И пусть Василий не может разделить и исполнить ее мечты, они любят друг друга. Их семьи добрые знакомые и преград для молодых нет.
Как водится в романах между ними встает третий — «его превосходительство, генерал» статский советник Латкин. Пользуясь положением и обстоятельствами он пытается добиться руки Раисы и разлучить возлюбленных. Мечта о приключениях воплощается в жизнь, но в современной обертке. Бежать? Сражаться? Отступиться? Смелая девушка подталкивает нерешительного героя к подвигам, но итоговый результат вряд ли имел место в ее представлениях о будущем.
Теперь Кругликов писарь на якутской станции принужденно любезничающий с высокими чинами, следующими мимо. Пьет горькую предаваясь воспоминаниям и желает хоть каких-то улучшений своей жизни. Сейчас в тумане мелькнул луч света в лице заезжего купца. В обмен на захватывающую историю, способную помочь скоротать вечер, он может предлложить новую должность. А пока Василий раскрывает перед малознакомыми людьми картину прошлого, та, о ком он говорит находится за стенкой от него. Но суждено ли им узнать друг друга и встретиться хотя бы на несколько мгновений? Нездоровая ссыльная уже не та Раиса Федосеева из Кронштадта. А откровенность рассказа Кругликова, наряду с запоздалым осознанием произошедшего (сказанные вслух слова помогли осмыслить старые события) делает из него другого человека. Сильного духом и не желающего преклонять колени перед властьимущими.
Первая режиссеркая работа Леонида Гайдая разительно отличается от тех картин с которыми ассоциируется его фамилия. «Долгий путь» — серьезная драма о любви, разлуке и случайной встрече, сценарий которой основан на сибирских рассказах Владимира Короленко. И несмотря на дебютность в ленте чувствуется рука хорошего постановщика. Гайдай использует всю силу кинематографического искусства для передачи материала. Зритель не только видит события и слышит рассказ, но и может прочесть на лицах чувства и эмоции, прочувствовать атмосферу, тон которой задают съемки природы. Присутствует и интрига. Персонажи живые, понятные, им хочется сопереживать. Эти качества кино так естественны и в наше время так редки, что невольно вызывают восхищение проделанной работой всей съемочной бригады.
Удалось Гайдаю и кинематографическими приемами обозначить политический окрас картины. Вернее грамотно перенсти заложенные в рассказы борца с царским режимом Короленко мысли. Романтизм героини не найдя выхода в средневековых приключениях обращается к революционным идеям. Что выглядит вполне естественно и позволяет автору, посредством политической ссылки, привести ее на ту самую станцию. Царская Россия готова к переменам, о чем говорит и изменившееся поведение Кругликова. Мало того, писарь при купце (олицетворяющий пролетариат) поначалу не проявивший интереса к истории, по окончании ее перешел на сторону главного героя. Как представителю того же класса чувства выраженные Василием были ему близки. Тогда как сам купец желавший от рассказа лишь развлечения, узнав причины случившегося и видя изменения характера резко переменил свое отношение. Кругликов, как личность вырос на глазах, а ему (как представителю более высокого сословия) в подчинение такой человек не нужен.
Несмотря на жанр ленты Михаил Ромм (заслуженный деятель советского кино) которого можно считать продюссером картины, после просмотра «Долгогго пути» посоветовал Леониду Гайдаю ставить комедии. И при внимательном рассмотрении можно увидеть предпосылки к тому. Даже снимая серьезную драму у Гайдая нашлось место комичным персонажам и сценам. Соседи Кругликовых — бомбардиры-сапожники и проводники якуты, как герои нужны были лишь для связки отдельных частей истории. Но режисссер обратил на них большее внимание зрителей. Эпизоды явления посла Арабина на станцию и сцена первого прихода псевдогенерала в гости к Федосеевым несмотря на всю важность и тяжелые для героев последствия также несут в себе комедийные нотки. Эти моменты не бросаются в глаза и не кажутся неуместными, но на общем фоне ленты выделены. Чего можно было с легкостью и не делать. Но добавить немного юмора в сложности жизни, дать повод улыбнуться даже в напряженные моменты — это так по-нашему!
Возможно именно благодаря постановке этих немногочисленных сцен и обращение на них внимания дало отечественному кинематографу режиссера Леонида Гайдая таким, каким мы все его знаем.
Можно пересчитать немалое количество картин строящих свой сюжет вокруг агентов ЦРУ, или самого ведомства, некоторые из них заманивают своей актуальностью, как «Сириана», «Игра без правил», а остальные, вроде «Идентификации Борна», «Совокупность лжи» делают акцент на зрелищности и визуальном восприятии картины.
Остросюжетный триллер «Код доступа «Кейптаун» относится ко второй категории лент, причем оставь отечественный прокатчик оригинальное название фильма, зритель бы смог увидеть, совсем другой смысл уже в самом названии фильма. Хотя работа Дэниэла Эспинозы ровным счетом нового ничего не преподносит в данном жанре, все та, же утечка разных засекреченных разведданных, «кроты в конторе», ну куда без юного идеалиста, которого играет Райан Рейнольдс.
Также играет Дензел Вашингтон, но для этого актера не всегда требуются усилия или самоотдача на экране, чтобы реализовать все идеи режиссера относительно его героя. В этом фильме актер скорей всего играет самого себя и ничего необычного для самого же себя он не демонстрирует. Держа в каждом фильме солидную планку, только имя этого актера способно вытащить даже безнадежные проекты.
Боевик «Код доступа «Кейптаун» оказался тем самым, который можно посмотреть один раз, но этот разовый просмотр не оставит неоднозначность относительно качества самого фильма. Предсказуемый и местами поднадоевший сценарий, хоть и поставлен на солидном уровне и с неплохой актерской игрой.
Для Стивена Кинга роман «Ловец снов» был особенным. Он стал для писателя своеобразным «возвращением к жизни» — лекарством, которое отвлекало его от боли и страданий во время долгого и мучительного восстановления сил и здоровья после страшной аварии 1999 года, в которой автор «Сияния» и «Мизери» едва не погиб и получил очень серьезные травмы. В отличие от других своих книг, эту Кинг писал от руки, лежа в постели чуть ли не пластом, отходя от одного болеутоляющего укола и ожидая другого, скрипя зубами от боли. В нем было много личных переживаний и воспоминаний — начиная от возвращения в детство, в штат Мэн, где маленький Стиви трясся от ночных кошмаров, еще не перенося их на бумагу, до той самой аварии, которая разделила его жизнь на две части и заставила много переосмыслить и серьезно поменять.
Может быть именно поэтому, когда после выхода книги в 2001, ему позвонили из «Кастл Рок Интертеймент» и попросили продать права на экранизацию нового бестселлера, маэстро согласился, не раздумывая, и заключил сделку, попросив в качестве вознаграждения 1 доллар. Он действительно хотел, чтобы этот фильм увидел свет. Все складывалось отлично. За адаптацию романа отвечал оскароносный сценарист Уильям Голдмен, дважды превращавший романы Кинга в сценарии и оба раза — выше всяких похвал — «Мизери» и «Сердца в Атлантиде». За постановку взялся Лоуренс Каздан — один из лучших режиссеров Голливуда, страстно хотевший сделать фильм именно по Кингу, взявшийся поэтому за частичное финансирование проекта и адаптацию романа в помощь Голдману. Были приглашены далеко не последние актеры, выделялся очень солидный бюджет, позволяющий сделать хорошие спецэффекты.
Но у зрителя фильм не пошел. Квело и неохотно прополз по американским кинотеатрам, едва достигнув планки номинальной самоокупаемости лишь в мировом прокате и как-то быстро забылся. Хотя на мой взгляд фильм более чем достоин внимания, ибо Каздан, хоть и является основным виновником провала фильма, тем не менее, сработал качественно и достойно.
Лоуренс Каздан никогда раньше ужасы не снимал. Он был ответственен за разные жанры и достиг впечатляющих успехов в душевных трагикомедиях и философских притчах, но как снимать ужасы, он явно был не в курсе. По фильму заметно, что режиссеру очень понравилась рассказанная история, и начинает Каздан фильм просто блестяще — в своем стиле — как интригующую несколько иррациональную драму о четырех друзьях, сражающихся одновременно в прошлом и будущем с неким злом. Яркие и четкие вырисовываются характеры, строится система отношений, проходит проверку временем и страхом дружба, зрителя захватывают воспоминания и переживания героев.
В этот момент Каздану начинает видимо казаться, что он теряет зрителя. Он, сценарист «Индианы Джонса» и «Звездных войн», решает добавить экшена, начиная линию с полковником Кертисом и его охотой за пришельцами. Игра в «Секретные материалы» длится до поры до времени, и тут режиссер вспоминает, что он тут вообще-то еще и пугать кого-то должен. И начинает, отчаянно пытаясь соединить трудносоеденимое, «добавлять трэша», переключаясь фактически на традиционный «фауно-ужастик» из серии «страшный зверь… (вставить любого) убивает и мучает, горстка спасителей мира гонится за ним, теряя соратников одного за другим».
И собрать все это под знамя Стивена Кинга у режиссера не получилось. Должно быть с непривычки, ступив на незнакомую территорию, Каздан растратил много сил впустую и кино получилось несколько хаотичным. Но недостатки картины компенсируются явными достоинствами, среди которых хорошо сыгранные и умело переплетенные характеры героев, шагнувших из любимой темы Кинга — странных детей, связанных таинством общих воспоминаний, клятв, переплетением неких пугающих событий. И некое «оно», абстрактное мировое зло, обретшее в этот раз вместо клоунского грима черты залетного инопланетянина, пугает и завораживает, правда, ровно до того момента, как получает развитие в виде зубастых глистов. А с каким вдохновением воспроизведен крошечный внутренний мир одного из героев, в котором он спрятался от ненавистного зла! А как искусно переплетаются наивные детские представления и воспоминания со взрослыми комплексами и страхами. А сколько искренности, взаимовыручки, самопожертвования в настоящей мужской дружбе, показанной на экране. А сколько пугающей зачарованности в бесконечных заснеженных лесах, и одиноком домике на отшибе, где можно надеяться только на друзей и бога.
Безусловно, Каздан верил в то, что снимал. Верил и искренне хотел драматизировать сюжет, спеть еще один гимн потерянному детству и вечной дружбе, которую не разрушат даже инопланетяне, но пошел на уступки, споткнулся, и, вместо того, чтоб выпрямиться и продолжать движение вперед, начал ходить кругами, и не то, чтобы совсем потерялся, но вышел точно не в том месте, где планировал. Как всегда, отдал предпочтение более «голливудской концовке» (хотя есть и альтернативная), переборщил с демоническим полковником Кертисом (как всегда — адекватное исполнение роли Морганом Фримэном), не удержался от нескольких дешевеньких приемчиков, не соответствующих режиссеру его класса. Ну и сама метафора «ловца снов» здесь оказалась не объясненной.
Однако снято все на высшем уровне, сработано не как дешевый трэшак в стиле «Слизняка», а как высококлассный триллер с должной долей саспенса и щепоткой Хичкока в некоторых моментах. Несмотря на неровности и шероховатости, фильм, тем не менее, увлекателен и в который уже раз лично мной смотрится с неослабевающим интересом. Мог бы получиться шедевр, а получилась крепкая, с явной экономией сил, не жанровая работа. Но в ней есть то самое главное, что отличает настоящее жанровое кино от халтуры — во-первых, атмосфера, а во-вторых, своя у каждого персонажа, абсолютно убедительная психологически и ситуационно оправданная истина.
Патрик Суэйзи. Имя этого талантливого актера в далеком 1988 году было на слуху у всех. Долгое время ходивший среди молодых и перспективных, Суэйзи наконец обрел статус звезды мирового масштаба. Поспособствовала этому премьера годом ранее «Грязных танцев», сделавшая из актера любимчика миллионов. Однако последовавший после этого неоднозначный выбор роли в картине никому доселе неизвестного индийского режиссера, честно говоря, и сейчас остается непонятным.
Роли хоть и драматической, с которой Патрик справляется достаточно неплохо, но не замеченной и проходной, ввиду очень слабой постановки и ограниченности картины в прокате. В целом вяло текущий сюжет и слабая постановка не способствуют всему происходящему на экране, и если простой зритель не является поклонником Патрика Суэйзи, на игру которого здесь просто приятно посмотреть, то интереса особого у него она не вызовет.
Ставшая доступной для просмотра у нас совсем недавно, картина «Tiger Warsaw», кажется, изначально и была рассчитана только на поклонников знаменитого актера, вытаскивающего её исключительно за счет своей харизмы.
Двенадцатилетнему Колеману снится женщина, как с нею вместе он гуляет в полях. Вся в заботах, мать отмахивается от утренних вопросов сына, а отец обрывает расспросы встречным укором, что негоже парню голышом вываливаться из спальни, остерегаясь заводить речь о его не по-детски выдающихся мужских достоинствах, явно намекающих, что мальчику вышел срок.
По жизни загульный дядя оказался ближе племяннику, чем строгие официальные родители, которых он, как положено, любит, но спешит навестить того, кто чуть дальше, в одиночестве глушит спиртом застарелую тоску, сжимая в жарких объятиях мальчишку, решительно вступающего в доверительный разговор.
Так спрашивается: О чем фильм? О чувстве. Большом и светлом. О превратностях любви и противоречиях человеческой натуры, о личной жизни и своеобразном характере, о сложном переплетении отношений многих людей, судьбой связанных с утратой, оставшейся лицом памятной фотографии, найденной мальчиком в серьёзной книге, что дал ему почитать взрослый друг.
А в школе, ко времени, обсуждают шекспировскую трагедию, размышляя о мотивах выбора Ромео, отказавшегося от увлечения ради близости душ, сводя вместе двух одноклассников, у которых смущение первого прикосновения переходит в откровенное влечение, а встречный интерес открывает дорогу мучениям, ещё не познанным юным сердцем, но обречённого через все их пройти.
Переплетаясь с прошлым дяди, картину дополняет бурный роман его племянника, чередуя болезненные воспоминания прошлого, с прорывом неведомой сексуальности, в который устремляется малоопытная молодёжь, интуитивно настраивающая свои отношения, выясняя глубину близости людей и полов.
Но и это не даст полного представления о многоплановом полотне, сотканном режиссером Антонио Дивердисом из множества утончённых моментов, связывающих драматическими эпизодами судьбы друзей и родственников, для которых утрата одного стала обретением другого, смешав всё до неузнаваемости, пропитываясь проникновенным словом сопровождающего их саундтрека от Сайлент Блю.
Касаясь разных аспектов, Дивердис демонстрирует все возможности, деликатно обращаясь с дружеским настроем одноклассника Колемана, восхищённого сексуальным потенциалом сверстника, увы, предназначенным явно не для него. Режиссёр аккуратно обходится с подростковой эротикой, деликатно подходя к физиологическим проявлениям созревшего тела. Чуть больше он рискует, отдавая героя в объятия проститутки, ставшей подарком на тринадцатилетие, принеся ему с потерей невинности, понимание разницы между сексом и чувством, отчего его дядя так и не смог вступить в настоящий брак.
Мальчик и мужчина звучат эхом друг друга, связанные духовной близостью и настоящим родством, являющимся плодом огромной любви и остатком самого дорогого, что было в жизни у дяди, приходя нежными словами и трепетным взглядом преданной женщины, отдавшей своё сердце вольному музыканту, разбившему его отказом связать свою жизнь.
Текст слов, звуки музыки и визуальную точность довершают выразительные лица, преисполненные опытом отличных актёров и дебютировавшего в этом фильме юного Джейка МакЛеода, твёрдый голос и уверенный взгляд которого во многом определяют неповторимый эмоциональный настрой этого фильма, подчёркнутый контрастным сочетанием канонических кадров, как снятый в полный рост ребёнок, удивлённо застывший между расставленных ног продажной женщины, и следующих за ними авторских ремарок, выражающих приверженность режиссёра чувственному началу, что видно в немедленной встрече и нежном объяснении героя со своей сверстницей, связывающего себя не постелью, а сердцем, как это было у дяди с той единственной, что теперь ночами приходит к нему.
Прозрачное, легко поддающееся рациональному размышлению, кино покоряет откровенными эмоциями и ничем не стеснённым выражением чувств, так что в итоге сам готов кричать вместе с мальчишкой, выскочившим под всполохи в грозовую ночь, раздираемый не кошмаром сна, а разрядом боли, для тебя — минутной, у него — остающейся навсегда.
Некая тревога относительно фильма «Боевой конь» была изначально, мнения у критиков после просмотра остались неоднозначными, а свое турне по гильдиям и наградам картина осуществляла достаточно пассивно. Но сам факт, что в направлении военных драм Стивен Спилберг занимает не последнее место, оставались надежды до просмотра, что именитый режиссер после ряда развлекательных проектов, свое время потратил не зря.
Снята картина практически безупречно, и технические номинации фильма на премию «Оскар» остаются безоговорочными. В остальном же, холостой выстрел, красиво, эстетично, но бессодержательно. В первую очередь фильм слаб своим сценарием, хоть он и писался с уклоном на американское восприятие, боюсь, даже они не ожидали от метра современного кинематографа столь непозволительную несерьезность повествования данной темы.
Даже трудно определить возрастную категорию зрителя, на которую изначально ориентировался данный фильм, всего есть понемногу, но вот в итоге военная драма «Боевой конь» осталась красивой, но без внутренней начинки конфеткой. Хотя, не воспринимая всерьез саму историю фильма, можно легко насладиться визуальным рядом и пейзажами, которые в этом фильме играют далеко не последнюю роль.
За столь объемный промежуток экранного времени, увы, никто из актеров не производит какого-либо впечатления. Диалоги будто взяты из учебников и рассказаны нам уже многими картинами ранее, и какой бы заманчивой не звучала идея фильма «Боевой конь», объективно, Стивен Спилберг снял дорогое, но шаблонное и проходное кино.
Отвага свойственна не каждому поколению. Спасибо, что вернула ее в нашу семью
Расовая сегрегация и сопряженный с ней произвол в адрес чернокожих «рабов» не оставляют меня равнодушной. Я была всецело на стороне Сэмюэля Л. Джексона, когда тот расстреливал насильников своей дочери во «Время убивать», гордилась Аттикусом Финчем при прочтении «Убить пересмешника» и держала кулаки за Хэкмана и Дефо, когда те наводили порядок в «Миссисиппи в огне». Когда я узнала, что в 1940-м Хэтти МакДэниел получила Оскар за роль Мамушки в «Унесенных ветром», Киноакадемия меня приятно удивила. Когда Холли Бэрри, получая золотого человечка, рыдала: «Я посвящаю его всем безымянным, безликим чернокожим женщинам…», я, признаться, тоже пустила слезу. Когда же в 2002 Дензил Вашингтон взял свою награду за «Тренировочный день», я скривилась: «Нигеры обнаглели!» и пошла за своим белым капюшоном с прорезями для глаз. Надо различать понятия «воздать по заслугам» и «прогнуться из поликорректности». К Грегори Пеку в 1963-ем Оскар тоже, кстати говоря, приплыл на волне покаяния белых господ, которым очень хотелось официально задекларировать свой протест против апартеида.
После Гражданской войны и официальной отмены рабства южные штаты, сильно обиженные тем, как их обворовали на предмет «живого имущества», приняли местные законы — «Законы Джима Кроу» — отчасти вернувшие чернокожих в рабское положение. Будь я белым плантатором-гедонистом из Кентукки, меня бы наверное тоже взбесило подобное, и я прислала бы маме фотографию с надписью «я чудесно провожу каникулы!» на фоне повешенного нигера на дереве. С другой стороны, будь я какой-нибудь рабыней Изаурой из Алабамы и будь мой сын бессудно линчеван за то, что заплыл на «белую» сторону озера, я вряд ли стала бы участвовать в мирных демонстрациях протеста, а просто организовала бы вокруг себя чернокожий «бойцовский клуб». Все, конечно, относительно, но будучи девочкой хорошей, угнетенных чернокожих я жалею. В американских фильмах их показывают особо героично — сначала те стоически терпят-терпят-терпят, а потом им на помощь приходит белокожий отщепенец-харизматик, и вот уже победа одержана и в зале суда, и на лесной опушке с вилами в руках. А зрители плачут, и я рыдаю, наблюдая, как маленькая худенька негритянка с ручками-плёточками обнимает своего седого бородатого отца-работягу за потную шею, а рядом стоит гордая пышнотелая мать, и оба родителя плачут, так что слезы утопают в морщинистых бороздах на их лицах, а чернокожий церковный хор надрывается :«God is colorblind!».
«Прислуга» — это женский взгляд на данную проблему. Женское кино о женском царстве — маленьком американском городке, где чернокожие служанки ежедневно терпят унижения со стороны зазнавшихся гламурных «степфордских женушек», расисток и сучек, которым достаточно обвинить прислугу в краже ложки, чтобы ту посадили в тюрьму, лишив семью кормилицы. Размалеванный и залитый лаком молодняк, этакие «отчаянные домохозяйки» из пинапного пригорода, ведут праздный образ жизни, поручают свой приплод заботам негритянской прислуги и тут же, в ее присутствии, рассуждают о потребности в отдельных туалетах «для этих животных, у которых свои болезни». Верховодит этим «had over hills»-парадом Хилли Холбрук, а подпевают ей менее стервозные, но напрочь забитые ее авторитетов подружки, которые может и ведут себя тактичнее наедине с собственной прислугой, но на людях усердно подражают своей гаденькой чирлидерше. Они — это один из мирков, чудесно воссозданных в «Преслуге». Второй — их служанки.
Этот фронт представлен двумя достойными дамами из челяди, каждая из которых, будь она белокожей да с серпом в руке, могла бы красоваться на агитационном плакате «Родина-мать зовет!». Женщины с тяжелой судьбой и личными трагедиями, они несут свой крест с трагедийным достоинством, и если Эбби после гибели сына просто доживает свой век, вторая, Минни, дерзит нанимательницам и всячески нарывается на неприятности. Их жалобы друг другу так и ограничились бы кухонными посиделками, если бы не молодая образованная госпожа — поборница идей Мартина Лютера Кинга, Малкольма Икса и Нельсона Манделлы, которая, вернувшись домой после колледжа, настолько прониклась жалостью в их адрес, что предложила соавторство в написании книги на данную остросоциальную тему. Рискую стать мишенями для ку-клукс-клана, они ее пишут, постепенно привлекая в свой лагерь все новых и новых униженных, оскорбленных, но сильных и гордых чернокожих женщин.
Кто-то утверждал, что в фильме Тейта Тейлора нет откровенно сентиментальных моментов. Ерунда. Их там столько, что всю вторую половину фильма я размазывала сопли по щекам, одновременно поздравляя режиссера с удачными, хотя и несколько прямолинейными спекуляциями на тему справедливости/несправедливости, спекулировать на которую можно вечно и всегда урожайно. Старая служанка Скитер, сгорбленная, с узловатыми пальцами и болью-мудростью-преданностью в глубоко посаженных глазах вызывает непроизвольный комок в горле сама по себе, в отрыве от описанных событий, а если к образу присовокупить еще и сцену «изгнания старой собаки на мороз», можно смело доставать большое банное полотенце в качестве «глушителя рыданий». Арест чернокожей матери, мечтающей отправить в колледж сыновей, приведший широкие массы на тайную явку, также очень пафосен и ожидаем на «постере» такого рода; а сцена в парке, когда муж блондинистой дуры с добрым сердцем «узнает» о роли Минни в их семье, возвращает нас к вопросу о банном полотенце, теперь уже втором по счету. Такие моменты учащаются к концу картины и в финале представляют собой один большой розовощекий заплаканный детский фейс, который утыкается вам в шею своим сопливым носом, и сил нет утешать дитятю, поскольку сам ты рыдаешь, и все вокруг — тоже.
Мне понравились абсолютно все героини этого фильма, особенно матери Скитер и Хилли — алкоголичка Сиси Спайсек, отправленная в дом для престарелых, и комформистка Эллисон Дженни, которой пример дочери позволил решительно вырасти над собой.
«Прислуга» — это проповедь социалистического гуманизма с очевидным прицелом на «Оскар», но нацеленная не задиристо-нагло, а трогательно-мило, как чернокожий бродяжка, с лучезарной улыбкой выпрашивающий монетку. Ну как не дать? Что я за человек после этого? Однако если отрешиться от классических манипуляций по выжиманию зрительских слез и муссирования простейшей истины о равенстве и братстве, можно увидеть добрый женский фильм об американской глубинке 60-х годов и по-человечески привлекательных чернокожих женщинах. И пусть он чересчур академичен, а местами по-детски наивен в разделении героев на хороших/плохих, не стоит забыть, что поставлен он, как и «Убить пересмешника», по книге женщины-максималистки. Оба эти произведения просты, как сказки Андерсона и Перро, разве что злодеи в них — не ведьмы с колдунами, а озлобленные, ограниченные люди, полные предубеждений и жажды господства над ближним.
Всего один сезон. Но какой это был сезон! 22 серии с очаровательными героями, отличными шутками и индийской музыкой, такой непонятной, но в то же время такой любимой.
Надо признать, я большая поклонница современного индийского кино и индийской культуры. Поэтому этот сериал стал для меня подарком, где культура, к которой привыкла я, сталкивается с культурой, которой я восхищаюсь.
Как индийцу понять то, чем мы живем и над чем смеемся, и наоборот — как нам понять, чего хотят и к чему стремятся индийцы. Вот вроде бы тема, волнующая людей многие столетия и кажущаяся весьма серьезной, но сериал показывает, что все на самом деле просто и легко, главное, чтобы каждый попытался понять другого.
Но о чем это я? Сериал замечательный! Главный герой — милый и добрый парень, который становится не только боссом на новом месте, но и другом своим подчиненным, знакомится с немного странным американцем, который также становится его другом, влюбляется в потрясающую девушку из Индии и просто приспосабливается к жизни в другой стране. Как он это делает? Каковы все эти герои? Узнайте это сами, посмотрев сериал. Всего 22 серии. Но это 22 серии неудержимого восторга и индийского очарования.
Занятная бессмыслица именуемая «Пристрели их» ставит на лопатки десятки себе подобных в этом несерьезном направлении картин. Восставший из ниоткуда режиссер Майкл Дэвис снял бодрый боевик, балансирующий с филигранным абсурдным подтекстом, но в любом случае картина проносит зрителя на сверхзвуковой скорости.
Не знаю, как долго переживал актер Клайв Оуэн потерю роли Джеймса Бонда, но в своей карьере он совершил неожиданный поворот — и со своим героем фильма «Пристрели их» выпустил столько пуль из своего оружия, что вся «бондиана» не догонит еще лет так десять в этом показателе. Развернув свою актерскую карьеру достаточно уже в зрелом возрасте, актер не перестает иногда удивлять публику своими актерскими качествами.
Буквально считанные минуты экранного времени данного фильма, дают понять, что серьезных парней в съемочной группе нет и результата иного ожидать, и не стоит. Но подобная авторская исповедь только снимает надетый на зрителя комок стандартов, без которых он безукоризненно начинает наслаждаться происходящим.
Не стоит фильм Майкла Дэвиса воспринимать иначе, как он есть на самом деле, это даст вам возможность воспользоваться работой данного режиссера как замечательным средством расслабиться и провести полтора часа экранного времени в пассивном состоянии.
Самое невероятное, что режиссёру удалось закончить съёмки этой картины, сохранив в невредимой целости весь её персональный состав, что можно считать несомненной удачей, прежде всего, для Роберта Дювалла, вопреки возрасту, продолжающему сниматься до наших дней, тогда как всё могло кончиться в тысяча девятьсот девяносто первом, где, поразительное терпение Лукаса Хааса позволило мальчику пережить бесконечное старческое нытьё главного героя «Заключённых», утомляющего однообразным бормотанием по поводу и без.
Некоторые находят свою удачу в старости. Вот и Дювалл, перевалив рубеж, ударился играть старпёров всевозможных мастей: клоунов и идиотов, дураков и обормотов, с удовольствием измываясь над младшими, обязанными терпеть стариковские прихоти, как это вышло с тринадцатилетним Хорасом (роль Хааса), дожидавшимся, когда полоумный хозяин оплатит его честный труд.
Подросток завис на плантации древнего старика, помешанного на подозрительности к работающим на ней каторжникам и недоверии ко всяким шумам, изводя прислугу капризными требованиями и надоедливыми указаниями, приставая к ним с периодическими провалами в памяти, навязчивыми страхами и несдержанными обещаниями, у которых всегда короткий жизненный срок.
Представьте себе: полтора часа старческого кряхтения, надоедливых расспросов и беспричинной стрельбы невыносимого деда, измывающегося над мальчиком повторяющимися расспросами и бесконечными посулами, оплатить работу и отдать долг, тогда как ребёнок с воодушевлением ловит обнадёживающее слово, в котором нет уже и капли смысла и ни крохи ума.
Сколько там у них было дублей? Да, если их и не было (совсем), одной сцены могло хватить, чтобы вырвать из рук Дювалла древнее ружьё и разрядить его в старого зануду, разом из двух стволов, потому, как смотреть на всё это невыносимо, но каково же всё это сыграть?
Лукасу — памятник и медаль за отвагу, то бишь за выдержку, что он сумел сохранить, поглядывая невинным лучистым взглядом святого, свято верящего и готового всё прощать, осекаясь взглядом на жестокую расправу, доверяя честному слову, не заметив в нём грязный обман. Непостижимое сочетание чистоты и искренности сына, подрядившегося заработать на надгробие для могилы своего отца, принуждённого носиться с взбалмошным хозяином, помыкающим всеми и так, и сяк.
Каторжники, согнанные для работы в поле и мальчик, застрявший в деревне, чтобы утешать безумца — заключённые завалящего имения, узники обязательств, как и парнишка, обречённый актёрским контрактом терпеть выкрутасы изгаляющегося чудака, который уже всех достал и всё никак не успокоится.
В далеком 1999 году, во времена моего детства, лента Джоэля Шумахера смотрелась невероятно мрачной и ужасающей, и сильно впечатлила меня, тогда ещё совсем юного парня (сродни первому моему просмотру «Основного инстинкта Пола Верховена). Кто и почему разрешал мне смотреть подобного рода картины в детстве, не спрашивайте. Тогда фильм запомнился, прежде всего, темной, гнетущей атмосферой, которой он был полностью пропитан. Запомнился, естественно, и Николас Кейдж, ставший одним из моих кумиром именно в те годы.
Его герой частный детектив, ведущий расследование убийства молодой девушки, погружаясь в жестокий мир порноиндустрии, и сам начинает балансировать на гране гибели, превращаясь из честного и скромного парня в жестокого и безжалостного типа. Зритель вместе с героем Николаса Кейджа проходит по пути расследования от его начала и до неожиданной развязки, когда, кажется, и сам Кейдж становится другим человеком.
Благодаря интригующему сюжету и мастерски созданной Джоэлем Шумахером атмосфере полного присутствия, погружающей зрителя во все происходящее, картина «8MM» и с годами не теряет своего темного и мрачного обаяния. Не увлекаясь при этом непристойностью и пошлостью, не показывая лишних и совершенно ненужных здесь эротических сцен (ведь кино-то не про то), Шумахер акцентирует внимание именно на главном герое и изменениях в его характере.
Сам же Кейдж играет вновь на грани фантастики, доказывая, что многомиллионные гонорары и статус суперзвезды получены им отнюдь не просто так. Немного подзабытая, но не потерявшая с годами своей мрачности лента, образец хорошего и действительно качественного детективного триллера с хорошим музыкальным сопровождением, мастерской режиссурой и классным актерским составом во главе с Николасом Кейджем. Все это про «8 миллиметров» — картину заслуживающую внимание любителей пощекотать свои нервы.
Объект для насмешек, бывший всеобщий любимчик и будущий Барак Обама неподалеку от школьной вечеринки находят дыру в земле, где скрывается таинственно-сверкающий пурпурный криптонит. Облучившись, пацаны открывают в себе способности Хэнкока и начинают применять их не по прямому назначению супергероев из комиксов.
Максу Лэндису, сыну Джона Лэндиса, всего двадцать шесть. Легенда гласит, что он уже написал 59 сценариев. Учитывая его активность на сценарном рынке в последнее время, будет совсем неудивительно, если это правда. В «Хронике», с одной стороны, нет ничего необычного. Но авторы подсовывают нам мокументари (вернее его подвид — found footage), что заметно выделяет фильм из толпы картин о людях с суперспособностями.
Главные герои — обычные ребята, которые, переступив через несколько ступенек эволюции, не применяют новые знания на всякую хрень, типа помоги ближнему или защити народ от плохих парней. Зачем? Куда веселее покидать мячик на высоте пары километров, пообедать на крыше небоскреба или стать популярным на местном шоу талантов. Пока пацаны валяют дурака, смотреть весело. Но как только авторы пытаются включить драму, начинаются проблемы. Все элементы и предпосылки для трагического поворота присутствуют, но по ощущениям переход главного героя на темную сторону происходит очень быстро. С другой стороны, несомненный плюс истории — главный персонаж оказывается плохим парнем.
Съемку ведут несколько «операторов», за счет чего сложно причислить картину к жанру «найденной записи». Это больше кино, собранное из множества найденных записей. Но с таким подходом режиссеру удается не только поиграть с разным качеством изображения (из-за различных камер), но и заметно расширить историю по сравнению со стандартным «всё снимаем на одну камеру». Можно, конечно, побурчать, что съёмки уж больно «гладкие» и красивые. Но это ж хорошо: стиль эпилептика изрядно надоел. Еще можно придраться к мультяшному CGI. Но когда бюджет равен чаевым от Кэмерона или Эммериха, рассчитывать на масштабные спецэффекты не приходится. Либо дешево, но сердито, либо дорого и скучно.
«Хроника» — хороший пример, как за небольшие деньги можно снять крепкое развлекательное кино, попадающее под любимую формулу любого продюсера «знакомая история, рассказанная по-новому».
Отставной «Штирлиц», прикрываясь личиной Гарри Олдмана, докапывается до причин недавнего провала, вычисляя, кто бы из его бывших коллег — разведчиков продался противнику, уготовив его карьере столь печальный печальный итог.
Очерчивая круг, он одинаково с героем «Семнадцати мгновений» раскладывает перед собой лица, рассматривая роли различных фигур. Как и в советском сериале, аналитика рассуждений строится на информации, приходящей от свидетелей, действующих, или отошедших от дел. Не хватает только отбивок с дикторским чтением характеристик из личных дел.
Вместо этого, исходный материал нарастает из рассказов разных лишенцев и бумажных данных, которые добывает старшему молодой паренёк, на время погружающих Олдмана в глубины долгих раздумий, мысленно связывающих рапорты, отчёты, признания неудачников и личные воспоминания, выстраивая их в линию, связующую противника и врага.
А дьявол, как всегда, кроется в деталях, и, чтобы не выдать секрет, портреты даются точечные, а эпизоды выкладываются пунктирные, отслеживая подозреваемых, потихоньку сжимая их круг, сведённый в итоге к своеобразной личности, проявившей себя в многосторонних связях и хитроумных комбинациях, ах, если бы не «Штирлиц», то он был настоящий герой.
Но вместо других торжествует заторможенный Олдман, чьё подавляющее молчание измеряется золотом, на которое здесь обменяли множество слов, не лишних, но элементарно простых, лишь визуально прикрепляя фрагмент к характеру, мелькнувшей деталью выделяя спрятанную черту, свойство, дожидаясь, когда финал объединит факты, окончательно проясняя, что тут к чему.
Обнажая психологическую драму, улики и показания, раскроют тайное, делая явными маленькие трагедии большого дома, с большими секретами служивых людей, пребывающих в профессиональном двуличии и хитроумной лжи, соперничая с системой и предавая личных друзей, чья месть приходит возмездием товарища, которое, быть может, страшнее, чем поражение в профессиональной игре.
Man on a Ledge. Еще только услышав о проекте, прочитав синопсис, узнав утвержденный актерский состав, стало ясно, что нам на глаза представится весьма интересный проект в жанре триллер, с очень интересной главной линией. Единственное что настораживало, это имя в принципе не известного постановщика Асгера Лета. Но тут сразу, в начале, могу оговориться, режиссер справился со своим делом весьма не дурно.
Сюжет скроен так, что все нити переплетаются воедино лишь под конец, а сама картина виляет из одного угла в угол, как бывает очень часто. Сначала мы видим интриганские крупные планы на экране, озадачившие зрителя, немногословные диалоги между главными героями — грозит разрастись действие. Уже после происходит смена приоритетов, а главный герой большую часть фильма остаётся стоять на карнизе. Весь экшн переходит в руки «брата» Уортингтона — Белла, что со знойной красоткой собирается завоёвывать мир, разыграв трагедию в стиле «Миссия невыполнима».
Говоря об актерской игре… С каждым новым фильмом Уортингтон все больше реализует себя как актёр. И выбор такого перспективного экшн-актёра возможно заинтересует и незадачливого зрителя. Почему именно этот проект? В целом, это одна из его сильнейших ролей, учитывая его прошлые, пускай и прибыльные роли. Но в остальном картина не является фильмом с сильной драматической составляющей, где может пройти свою проверку актёрских качеств любой Брэдд Питт или Джейк Джилленхол…
Да и в общем, по-моему мнению, актёрский состав подобран вполне удачно, правда, не совсем понятно, зачем здесь понадобилась Элизабэт Бэнкс. Но роль у неё в целом поверхностная и вопросов нет. Эд Харраис отлично справляется с амплуа «ублюдка» с золотыми «Ролексами» и в собственном кабинете на своём собственном небоскрёбе. Ну, а Уортингтон в свою очередь делает первые шаги на пути к серьёзной роли (так и хочется вспомнить Мэла Гибсона).
В итоге на выходе получился очень даже не плохой триллер, главным достоинством которого является отсутствие явных минусов, и присутствие всех необходимых плюсов, таких как интересный сюжет, драматизм, идеальная доля юмора, и главное хорошая актерская игра. А от всего происходящего глаза так и тянутся к экрану.
Удивительный случай, для российского кино в особенности: сиквел вышел не хуже, а в чем-то даже и лучше первого фильма. Однако если «Елки» воспринимались более-менее цельно, то «Елки 2» показались мне лентой довольно неровной по качеству и содержанию вплетенных в нее сюжетных линий. Фильм можно условно разделить на шесть новелл, которым, по закону жанра, обязательно суждено в определенный момент переплестись при самых невероятных обстоятельствах. Стоит отметить, что эта задумка была воплощена с должным режиссерским умением и сценарной гибкостью — в этот раз сюжет закручен гораздо хитрее, а события развиваются не так прямолинейно, как в первом фильме.
Не люблю дробить отзыв на отдельные пункты, но в данном случае придется. Много историй, много героев, много эмоций и много ёлок. И уж больно по-разному воспринимаются отдельные компоненты этой пестрой массы.
Сначала — деготь, потом — мед.
Не понравилось.
Вариация на тему старой притчи о том самом мальчике, который кричал «волки!». Во всей этой истории отношения деда и внука выглядят как-то искусственно. Притом, что сама идея с богом забытым аэродромом весьма оригинальна.
Не менее избитый сюжет — история про чеченского Ромео и русскую Джульетту. Мало того, что все предсказуемо до умопомрачения, так сюда еще и национальный вопрос приплели, что выглядит довольно банальным и дешевым ходом. Забавно и то, что гастарбайтеру из Средней Азии в фильме отводится роль чуть ли не главного философа. До кучи — дикая сцена с Гошей Куценко и негритянкой.
Про сноубордиста и лыжника — просто скучно и неубедительно, как и в прошлый раз. Столкновение чугунной ванны и «мерседеса» — это объективно клевая задумка. Но на деле из ситуации с ДТП получился какой-то фарс. Инспектор ДПС в исполнении Романа Мадянова оглашает виновника безо всяких протоколов и групп разбора, и это выглядит сильно притянутым за уши.
Понравилось.
Умение любить — сильно, глубоко и искренне — самое ценное умение в жизни. Сохранить любовь на протяжении десятков лет, вопреки обидам, лишениям и разлукам, наперекор терзаниям судьбы, — сродни подвигу, который под силу лишь единицам. Именно поэтому так трогательно выглядит история Земляникина и Снегиревой, являясь главным украшением фильма и пробуждая самые трепетные чувства с налетом светлой ностальгии.
Не обошли создатели фильма и тему родительской любви. А уж история про «блудного отца», вернувшегося под Новый Год в образе Деда Мороза выглядит в наши дни в высшей степени злободневно. Очаровательная девочка-вундеркинд Настя — просто находка! Во многом благодаря таланту юной актрисы эта новелла выглядит такой живой и жизненной.
Пожалуй, главные звезды картины — Ургант и Светлаков — вновь предстали перед зрителем в образах Бори и Жени и составили неплохой комедийный дуэт. Пускай не все их шутки отличаются высоким уровнем остроумия, зато сама история выглядит поистине забавно, являя собой далеко не худший пример классической комедии положений.
Остальные сюжетные линии докатываются по инерции из предыдущего фильма.
В «Елках 2» задействовано такое огромное количество известных актеров (среди которых и признанные мэтры, и восходящие звезды), что выделять кого-то конкретного было бы неправильно. И несмотря на то, что к кому-то из них я зачастую отношусь с большой долей скепсиса, а кого-то наоборот ценю и уважаю, приятно порадовал один факт: все они, без исключения, выполнили свою работу искренне и с удовольствием. Это позволило фильму обрести трогательную, доброжелательную, праздничную, а в чем-то даже и сказочную атмосферу. И это главное!
Итог.
Если бы не штампы, откровенная неправдоподобность в сюжетных деталях и уже набившая оскомину напускная толерантность, рецензия была бы однозначно положительной. Это кино, словно с душой и улыбкой приготовленный новогодний «оливье», получилось легким, ярким и сочным. Да вот только стоит сие яство получше распробовать, как понимаешь, что колбаса в нем успела подпортиться. Обидно.
Блестящая экранизация книги, которая мне не понравилась
Слабость человеческой натуры, особенно женской, заключается в немыслимых льготах, субсидиях и послаблениях, которые мы выдаем любовным историям с чревоточиной внутри, которые, всей своей червивости, кажутся нам яблочками наливными, и мы их уминаем за обе щеки, тайком смакуя гниль. А почему? А потому что вкусно. Помните пословицу: «Если в споре с девушкой ты вооружен лишь логикой, фактами и здравым смыслом, у тебя нет шансов»? Так вот, риторический мужской вопрос-аргумент: «Неужели этот маньяк, на чьих руках кровь 100 детей, 80 стариков и 20 собак, не заслуживает смерти?!» разбивается вдребезги о несокрушимый женский довод: «Нет! Ведь он ее так любит!» Ее — это сугубо положительную героиню, которая испытывает в адрес психопата аналогичные страстные чувства, но вынуждена их скрывать в ввиду недопустимости и порочности оных. В итоге все, чем довольствуются влюбленные, это мучительные взгляды по ходу картины и одно гиперчувственное прикосновение накануне смертной казни мужчины, которого на электрический стул сажает сама девушка со скорбным взглядом: «Прости, я должна!» под его понимающий кивок: «Твоя совесть должна быть чиста, берись за рубильник». Публика при этом обливается слезами.
Далеко не все заброшенные гарпуны такого рода пробивают мою толстую шкуру, но нескольким такое удалось. В «Молчании ягнят» и «Ганнибале» я, затаив дыхание, следила за взаимным притяжением между Лектером и Старлинг, и когда тот припечатал ее к холодильнику, была готова за это простить ему всех расчлененных и съеденных; в «Леоне» я откровенно желала, чтобы немногословный киллер лишил невинности Матильду, когда та заявилась к нему в платьице в горошек, рассуждая о важности первого опыта; а что до «Призрака оперы» Шумахера, то я была готова позволить персонажу Батлера безнаказанно перевешать хоть весь зрительный зал за его голос, белую блузу и чувства к Кристине. Возмутительно? Да! Позорно! Еще бы! Мне стыдно? Ни капли. Довольно и того, что я вынуждена терпеть реверансы в адрес лицемерной буржуазной морали, требующей бескомпромиссного пресечения богопротивных связей такого плана.
Итак, каким же образом при всей радикальности моих убеждений я не прониклась участием к запретной страсти героев «Лолиты», учитывая то, что минуту назад я мысленно подталкивала другого взрослого мужчину распластать на кровати маленькую девочку, чье тощенькое тельце при схожей плоскогрудости вдвое меньше габаритов героини Суэйн? Отвечу. Все дело в характере взаимоотношений, которые не пересекаются между собой нигде, кроме известного сексуального аспекта, который при всей его пикантности не является педофилией. В «Леоне» мы видим трепетные взаимные чувства с нахлестом отец/любовник, которым герой не поддается в первую очередь в виду заботы о девочке, а уж потом из собственной сексуальной несостоятельности; в «Лолите» же — реализованную страсть в отсутствии всепрощающей взаимности, жертвенности и духовности. Тот факт, что в романе Набокова взрослый мужчина спал с 13-летней девочкой, ни коем образом не повлиял на мое отношение к книге. Мне просто не понравилась книга. Но знаете, что удивительно и парадоксально? Меня восхитила картина Эдриана Лейна. С позиции объективности — и как отдельное художественное произведение, и как заведомо сложная экранизация фильм эстетически прекрасен, эмоционально развернут, логически исчерпывающ и завершен. Я крайне редко выступаю адвокатом дьявола, но этот случай уникален.
Когда взрослый мужчина воспринимает девочку, как сексуальный объект, а та распознает сигналы и отвечает на них, возможно лишь одно объяснение (второе мы опустим): в обоих случаях возраст людей не соотвествует их сознанию. Мы видим мальчика в теле мужчины и женщину в теле девочки. Если это madness, sharted by two, все относительно нормально, но есть хотя бы одному из них не свойственны такие отклонения, попытки больного склонить здорового к любви будут неминуемо пресечены, а чувства — закономерно отвергнуты. В «Лолите» нет подобного несоответствия — распознав в Гумберте потенциальную жертву, нимфетка отчасти от скуки, отчасти в форме протеста, отчасти из женского тщеславия и конкуренции с матерью соблазняет робкого профессора, чей страх перед женщинами в целом и подобострастное преклонение перед ней настолько велики, что свить веревок и тросов можно хоть на целый флот. Ментально замерший на отметке «14 лет», слабый, ведомый, трусливый преподаватель литературы влюблен в Лолиту чистой, раболепной влюбленностью юнца, краснея и вздрагивая от каждого ее взгляда и прикосновения, в то время как поступки девочки бесстыдны и смелы, как повадки заправской шлюхи, не раз убедившейся в действенности своих приемов. Но при вульгарности своей она еще по-детски неуклюжа, что в глазах Гумберта особенно желанно, а в ее собственных глазах — удобно, ведь в любой момент она способна изобразить «трясущийся подбородок» и от всего откреститься. Кто заподозрит в ребенке вместилище греха и порока?
«Только художник и сумасшедший, игралище бесконечных скорбей»… Как гуманитарно, поэтично, женственно или гомосексуально описывает Набоков слабую и жалкую в своей зависимости натуру Гумберта, и как гениально Джереми Айронс воплощает эти качества! Весь спектр эмоций от восторженного прислужничества до взрыва отчаянья в больнице на момент бегства девушки изображен блестяще. При всей моей нелюбви к Айронсу я поражаюсь его таланту. А также смелости играть людей непривлекательных, немужественных и неполноценных.
У Эдриана Лейна Лолита не жаждет секса как такового — она жаждет власти над мужчинами, используя секс как единственно доступный и порой ненавистный инструмент, а Гумберта — как лабораторную мышку, вслед за которым придут другие — те, кто вытащит ее, провинциальную дурочку, из мещанского болота на театральные подмостки. Невежественная, эгоистичная, лишенная иного очарования, кроме сексуального, Лолита не внушает мне симпатий. Разве что слабенькую жалость в тот момент, когда сожительство с Гумбертом становится для нее особенно тягостным, а ситуация — безвыходной. А Гумберт под властью романтических бредней как будто не видит, как глупа и равнодушна к нему эта малолетняя жеманница, даже в соблазнении своем греша заученностью: беспрестанно задирает ноги выше головы, ерзает у него на коленях и жует жвачку, прилепляя ее в самых неподходящих местах. Ах да, еще босыми ступнями наступает на Гумберта, задевает его или буквально тычит ими мужчине в лицо. Эти розовые пяточки и маленькие пальчики с накрашенными ногтями — просто фетиш, от которого не скрыться!
Эстетика фильма, продуманная, выверенная стилизация под 50-е годы прошлого века поглощает, накрывает мнимой умиротворенностью одноэтажной Америки, ее полей, скалистых гор, пыльных дорог, бензоколонок, мотельных номеров. Обе ключевые сцены — знакомства с Лолитой и прощания с ней — выполнены безупречно, символично и надрывно. Вся картина Лейна под аккомпанемент Морриконе, ниспадающий от беспечности к тоске и обреченности, красива и по своему целомудренна. Это блестящая экранизация книги, которую я не люблю.
Такая себе скандинавская страшилка, тяготеющая к стареньким «Байкам из склепа», но безукоризненно оказалась снятой не в то время, и не в том месте. Если у вас собралась уже разогретая компания, и нужен элементарный толчок атмосферы, то картина «30 дней до рассвета» вам его предоставит.
Хотя этот комедийный ужастик от Андерса Банке ближе к настоящему стебу, причем стебу не над самим жанром посвященным кровопийцам, а над любопытным зрителем, который после просмотра поймет, что худшее в данном жанре оказывается еще не позади. В 2006 году первый украинский ужастик под названием «Штольня» покорял отечественные кинозалы, и можно уже не удивляться, как эта лента попала также на широкие экраны.
А общее у фильмов только одно — примитивность, есть, конечно, у Андерса Банке и что-то неплохое, но зачем вытаскивать за уши режиссера, который откровенно сплоховал и снял полную чепуху? Фильм снят, во-первых, дешево, и о каких спецэффектах можно говорить, если подобными категориями мыслил кинематограф Голливуда еще в 80-ых годах?
Как видно, хорошего у фильма «30 дней до рассвета» немного, а именно неплохой постер, и первые десять минут экранного времени, в остальном нас ждет откровенная убогость, без которой любой ценящий свое время, может смело обойтись.
Куча бездельников в середине рабочего дня в центре крупнейшего мегаполиса страны и зрители у телеэкранов следили за судьбой несчастного беглого заключенного, бывшего полицейского, вынужденного привлечь к себе внимание суицидальными наклонностями с целью спасения своей задницы, в удачно коротком фильме «На грани». Фильма созданного с помощью всех известных шаблонов картин о переговорах с отчаянными людьми, ставящими на кон свою жизнь для достижения поставленной перед собой задачи о спасении своей репутации (вспоминаем «Переговорщика» Ф. Гэри Грея). Тут на стороне героя есть и кучка зрителей, и коп-переговорщик, естественно, верящий всему, что говорит псих; а его противниками становятся коррумпированные полицейские, бывшие друзья, высокопоставленные и богатые горожане со своими лакеями.
Кроме того, на экране разворачивается история о нетипичном ограблении, которое коим является лишь формально, и продолжается, что немыслимо даже в фильмах об ограблениях, на протяжении доброй половины ленты. Эти сцены наполнены веселыми диалогами, напряжением, и куда приятнее основной сюжетной линии. А вот погоня в гостинице с разгромом, как всегда, всей кухонной утвари окончательно ставит под сомнение всё мастерство авторов, в том числе безвестного датского режиссёра-дебютанта в игровом кинематографе.
Тем не менее, перед нами невероятно динамичным фильм, где герой вызывает сопереживание, притом не только потому, что его играет обладатель жалких актёрских талантов Сэм Уортингтон, более известный как борец за окружающую среду планеты Пандора. Несправедливо осужденные легко могут привлечь на свою сторону поддержку обывателей, и Ник Кэсседи пользуется этим. Авторы ленты огорчили, не дав возможность зрителю дольше сомневаться в виновности или невиновности героя, однако шаблонный кинематограф все равно на этот вопрос имеет только один правильный ответ, так что сомневаться не приходится, а хотелось бы. Циничный злодей Эд Харрис, похожий на мистера Бернса из «Симпсонов» позабавил, за все выделенные ему две минуты экранного времени не опускался ниже своего уровня, сумев создать мерзкий персонаж, вызывающий желание сбросить его с крыжи. Эффектно и с разбега.
Самое лучшее в фильме, бесспорно, дуэт Джейми Белл — Генезис Родригез, их совместные сцены в хранилище положительно оживляли происходящее «На грани».
Все о чем говорит лента Мортена Тильдума, так это что норвежский кинематограф снегом не замело, показав, таким образом, через криминальный триллер «Охотники за головами», что снимать локальные фильмы, которые не отставали бы от мировых тенденций в киноиндустрии — они умеют.
На нечто больше фильма «Охотники за головами» не хватает, даже не найду аргументов, которые бы показали мне данную работу лучшей нежели десяток, к примеру, выходящих французских представителей подобного жанра. Динамический сюжет, проносящий зрителя мимо полтора часа своей жизни, в целом результат не плохой, но заставит ли кого-нибудь в себя поверить — вопрос уже к вашему умению абстрагироваться.
Для развлекательного плана у фильма есть все, неожиданные повороты в сюжете, стрельба, любовные интриги, жестковатые сцены, но банальность происходящего сказывается на общих впечатлениях как жирное пятно на рубашке. В целом отличный кандидат для «убивания» времени, который способен заменить какие-нибудь скучные ваши полтора часа достойно, поэтому если не вдумываться в банальные диалоги и не придираться к некоторым эпизодам — то одного просмотра фильм заслуживает.
Практически все картины ушедшего 2011 года, на которые возлагались надежды, себя, оправдали, и психологическая драма от Джеффа Николса «Укрытие» исключением не стала. Даже назвал бы как последний фильм-наслаждение прошедшего сезона картин, а их, как, оказалось, было не так уж мало.
Почему Академия Киноискусств решила проигнорировать не просто саму ленту, сценарий, а еще больше игру Майкла Шеннона — можно только гадать, а ведь актер выдал на сегодняшний день одну из мощнейших ролей года, и однозначно лучшую в своей актерской карьере. Хотя хочется верить, что, несомненно, талантливый актер найдет признание в будущем в не менее сильных ролях.
Описывать сюжет вопрос очень щепетильный, для желающих посмотреть картину описания и анонса должно быть достаточно, как не крути, а картина «Укрытие» в первую очередь последовательное погружение зрителя в свою безысходную атмосферу. Благодаря грамотному и продуманному сценарию зритель затаив дыхание, чувствует раскаленный камень под собой, и неминуемый финал истории героя Кертиса только разжигает желание при просмотре узнать истину.
Вот только режиссер Джефф Николс приготовил двойную порцию ужина для каждого, что в качестве исключения, сделало этот ужин еще вкуснее. Дав понять, что каждые догадки относительно финала картины оказались тем самым дымом, без которого и нет огня.
Джессика Честейн безусловно была лучшей в 2011 году, не только все фильмы с ее участием имели успех, а и каждая ее роль не оставляла многих безразличными. Но вот по-настоящему ее серьезной ролью я бы назвал именно в фильме «Укрытие». Редкий и изысканный экземпляр погружения в кино, именно таким мне оказалась картина «Укрытие», а такое встречается не так часто.
Однажды, кто-то из актеров сказал: « Если тебе за сорок, то можно уже ничего не играть и ничего не говорить — твое лицо сделает это за тебя.» Это очень точное замечание, которое касается Джоржда Клуни, играющего главную роль в фильме Александра Пейна «Потомки».
Этот фильме находился в списке тех фильмов, которые я должна посмотреть накануне Оскара 2012 года. Получивший Золотой Глобус, он не мог не остаться без внимания, настоящих киноманов. Если вы причисляете себе к ним, то, вам необходимо посмотреть его. Однако зайдя в кинозал, мы застали его пустым. Мы сидели вдвоем и были довольно счастливы этим фактом. Это тоже вполне объяснимо — ни крупномасштабной рекламы, ни формат 3D (который, я кстати, терпеть не могу), ни кучи знаменитостей. За это я и люблю такие фильмы. Очень легко привлечь внимание, собрав, дюжину актеров, находящихся в зените славы, гораздо сложнее вытянуть фильм на одном актере, на его мимике, жестах, эмоциях.
Я никогда не являлась ярой фанаткой Джорджа Клуни, и сейчас ей не являюсь. Но он довольно органично смотрится в таких оскаровских фильмах и их создатели год от года дают ему роли в лучших фильмах года. Так получилось, что Мне бы в небо и Потомки, Майкл Клейтон посмотрелись мною на одной неделе.
Это классических фильм, затрагивающий острые вопросы современного мира. Семья, Родина. пресловутая проблема отцов/детей.
В фильме две яркие сюжетные линии — семьи Кинг, как ячейки общества и семьи Кинг, как владельцев неимоверного участка земли. Вторая линия развивается на фоне первой. Небольшая семья Мэтта сплочается горем, как это часто и бывает, и небольшой архипелаг на время превращается в крепкий материк.
Фильм говорит нам о том, как важно обсуждать все проблемы, говорить о чувствах — хороших ли, плохих ли. Потому что иногда может стать поздно. Как важно порой сохранить то, что собирали предки, нежели продать за миллионы долларов и остаться верным себе.
Каждый выберет для себя проблему, которая на его взгляд лучше всего затронута/раскрыта в фильме. Для меня — это семья. Не имеет значение по крови и по убеждениям. Думаю, что, если рядом будут близкие, их поддержка — любая, любая неурядица закончится менее болезненно.
В семье бывает всякое, случается и счастье. (с)
Актерский состав мне понравился. В первую очередь тем, что лица свежи, но не новы.
Шейлин Вудли — довольно красива и мила, Ник Краузе — придавал изюминку фильму, не дав окончательно впасть в депрессию, И очень понравилась Джуди Грир — здесь она не подружка главной героини (ура) и смотриться иначе. Я считаю, что она хорошо справилась со своей значимой маленькой ролью.
Фильм красиво снят и несмотря на то, что на протяжении всего фильма Мэтт Кинг уверял нас, что Гаваи — это не рай, я ему не поверила. Это Рай.
Посмотрев этот фильм, узнаёшь, что путешествовать можно не только по воле вод или волнам своей памяти, переместиться с места на место позволит пришедшая из прошлого, гулкая радиоволна, настроившись на которую, преодолевая временнЫе расстояния, несколько ребят проваливаются в средневековую даль к своим сумрачным предкам, открывших канал связи, проникающей через толщу лет.
Вот и всё чудо. Других нет, хотя могло оказаться занимательно. Имеется слабый налёт таинственности и сдавленного крика, угасшего в пугающей темноте. Короткие погони и детские страхи, побег и возвращение, чтобы вернуться и вернуть — обязательные свойства авантюрных похождений, не обременённых ни хитрой выдумкой, ни цветной красотой.
Слишком уж просто и совсем не увлекательно. Кино, имеющее в активе несколько бурных минут и одинокую идею, эксплуатирующее притягательность фантастики, не добавляя номинальному жанру волшебных секретов или хотя бы «химии» между юными персонажами, связанными в треугольник линий, без особого намёка на эмоциональный конфликт.
Есть два известных, про которых известно, что один из них, играючи, замочил в сортире ни в чём не повинного паренька. В шутку или ради бравады, но имеется жертва и преступник, ведь один виновен — вот в том то и беда, что один, а кто — не ясно: показания противоречивы, улики неочевидны и доказательства расплывчаты. Преступника надо предать суду. Кого из двух?
Не доверяя решению чужих дознавателей, корейский следователь пытается разобраться сам, переводя взгляд с недалёкого соотечественника на полукровку — американца, выданного ему начальством военной базы, не захотевшей скрывать своего. Беря на себя ответственность, прокурор оказывается на перепутье, гадая, где скрыта правда, и кто из двух лжёт.
Можно обвинить одновременно обоих. Но ведь один, точно, не убивал. Занимая позицию, следователь взвалил на себя бремя убедить остальных в том, что она верна, обрекая защитника отстоять обратное, показывая в ней за изъяном изъян, выводя из-под удара виновного или спасая убийцу, ведь правды и ему не найти.
Состоящее из следственных действий, кино обнажает чудовищную игру судебных процедур, отчаянное соревнование сторон, лишённых полной уверенности, но обязанных стоять на своём, борясь за успех и не оставляя колебаний между сомнениями в одном и недоверием другому: каждый опасен, а, может, хитёр.
Совершенно ровное течение картины не оставляет никаких намёков на истину, разрывая прокурорский мозг и дразня адвокатскую совесть, ставя перед каждым неразрешимую дилемму, имеющую для них фатальный исход. Соперничество сторон сеет взаимные сомнения, но никто не может сдаться, как и никто не может победить — вот он, венец правосудия, когда победа не лучше поражения, обрекая всех на муки, что ты сделал, что натворил, что не смог.
У фильма, пожалуй, идеальная сюжетная конструкция, точно отражающая достоверность реального случая, взятого отправной точкой, чтобы перейти к явлению, даже не к судебной ошибке, а к субъективности судебных процедур, к игре правил и норм, когда ничья становится попранием справедливости, оправданием безнаказанности, уложенной в регламент протокольных форм.
И, насколько оказался точен сценарий, настолько был слажен актёрский состав, в котором кошмарное смятение прокурора (оторопевший от напряжения Джин-Янг Жонг) уравновешивает потрясение защитника (обескураженный собственной прытью Гван-рок О), понимающих безвыходность положения и безысходность своей вины, которую не спишешь на предприимчивую жилку состоятельного папаши (лукавый Чан-сок Ко) и не сослаться на упорство наглых парней глядя на которых, не угадаешь, кто режет правду, а кто воду льёт.
Нет проколов в ответах, как нет света в глазах. Капризный барчук перед надменным раздолбаем, один показывает на другого, оба знают, знают только они, оставляя своих спасителей с благодарностью за избавление, отворачиваясь в сторону с непроницаемым взглядом невероятно харизматичного молодого актёра Чжан Гын Сок, сыгравшего того самого повесу с блуждающей улыбкой Джоконды, спокойной, тихой, загадочной, как и сам фильм.
