«Звездная пыль» манит громкими и известными именами: Питер О`Тул, Роберт ДеНиро, Мишель Пфайффер, Руперт Эверетт, обещая рекламными роликами невероятные превращения и фантастические приключения. Подвох обнаруживается с самого начала.

Хочется верить, что Питер О`Тул находится в более приличной форме, нежели его персонаж и ещё сможет встать на ноги: уж слишком у него дохлая роль, чтобы считать её последним словом этого актёра в мировом кинематографе. Герой Руперта Эверетта немного пережил старика O`Тула, отчего неминуемо возникло подозрение, что их недорогие роли позволили сберечь столь ценный бюджет фильма для иных целей.

Может быть, красивая картинка? Волшебные спецэффекты? Чудеса компьютерной графики? Пустое. Как раз наоборот, пока камера пребывает в реальности, проецируемое на экран изображение радует глаз сочным цветом и живостью природных красот. Но, стоит возникнуть волшебству, как полотно экрана гаснет, что та упавшая звезда, превращаясь в серую невзрачную тряпку едва загрунтованного компьютерного холста.

Однако тоска охватывает ещё до того, как дело дойдёт до рассматривания чудесной картинки. Грустно и печально становится уже от присказки этой далеко не детской сказки, ибо аудитория, которой согласно объявленному рейтингу адресована эта картина, в силу естественного жизненного опыта обладает знаниями, достаточными, чтобы уложить туманные речи и события первого получаса в короткие, но содержательные пять минут. Длинноты следуют чередой, наполняя пространство фильма космической пустой холостого пробега. И это притом, что в нужный момент, когда из ниоткуда возникает новый персонаж, причины его появления авторы сценария отдают на откуп фантазии самих зрителей: «Вы же сказки читали? Ну, тогда и нечего спрашивать!».

Справедливости ради: тоску-скуку кое-как скрашивает своими нерегулярными появлениями Мишель Пфайффер, то и дело заставляя сожалеть об ужасных превращениях этой ведьмы — красотки, происходящих раз за разом, после явлений её волшебных способностей. С потерей лица ведьмы — Пфайффер, смотреть и вовсе уже не на что.

Ну не на Чарли Кокса же, независимо от мизансцены, пребывающего в неизменном растерянно — не задумчивом состоянии, никак не сопрягаясь чувствами со своей партнёршей — Клер Дэйнс. Да и сама Клер не очень горит желанием сблизиться с этим молодым человеком, который из кожи лезет, чтобы показать себя мужчиной. Лишь только, когда Тристан — Кокс теряет человеческое обличье, звезда — Дэйнс осмеливается на решающую исповедь. При этом взгляд большущих глаз превращенца — зверушки выражает едва ли не больше чувств, чем глаза самого актёра. Однако ж и тут, в самый трепетный момент, Клер, бесчувственная, дерганая марионетка, зачитывает свой текст в стиле виджея MTV. Её героиня светится искусственным светом, а глаза актрисы не светятся совсем. Без любви.

Если бы не эпизод с Де Ниро (да и то во многом благодаря всё ещё считающейся пикантностью нетрадиционной ориентации своего героя-пирата и зажигательной подкладке из канкана Оффенбаха), а также рыжий парень Джейк Карен, поработавший пять минут лицом не хуже самого Джима Керри, то вторая половина фильма могла бы окончательно усыпить растянутым действием. Впрочем, тут режиссёр подстраховался, снабдив картину мощными оркестровыми отбивками и яркими вспышками небесных светил, не несущими никакой эмоциональной нагрузки и не вызывающими ничего, кроме рефлекторного желания заткнуть уши и зажмурить глаза.

Цельной истории не вышло. Весь фильм — набор избитых тривиальностей, составляющих собой сшитые на скорую руку эпизоды банальнейшего ситкома, представляющего хождения «чудо-парня» за «чудо-парой», как положено, сопровождающиеся возгласами и аплодисментами состряпанного на коленке «театра «теней». Но, если подобное творчество можно регулярно бесплатно видеть по телевизору, то зачем смотреть этот фильм за деньги?

| Гордон Лашанс