В орегонских лесах, на берегу великой реки Ваконды-Ауги, в городке Ваконда жизнь подобна древнегреческой трагедии без права на ошибку. Посреди слякоти, и осени, и отчаянной гонки лесоповала, и обреченной забастовки клан Стэмперов, записных упрямцев, бродяг и одиночек, живет по своим законам, и нет такой силы, которая способна их сломить. Каждодневная борьба со стихией и непомерно тяжкий труд здесь обретают подлинно ветхозаветные масштабы. Обыкновенные люди вырастают до всесильных гигантов. История любви, работы, упорства и долга оборачивается величайшей притчей столетия. На этой земле полутонов во множество, однако не бывает полумер и ничего невозможно сделать вполсилы.
Пол Ньюмен впервые в истории кино экранизировал Кена Кизи, и был очень близок к тому чтобы снять шедевр. Как известно, шедевр на основе другого романа Кена Кизи получится несколько позже и Пол Ньюмен не будет иметь к нему никакого отношения.
История о странной семье лесорубов из Орегона в постановке Пола Ньюмена становится интересным путешествием в глубины человеческих страстей. На фоне того, с каким усердием срезаются громаднейшие деревья, возраст которых может превышать несколько сотен лет мы видим драму, разгорающуюся в семье Стемперов.
Хэнк Стемпер в исполнении Пола Ньюмена очень похож на Хада из одноименного фильма Мартина Ритта (именно из-за некоторого сходства персонажей на мой взгляд в главной роли интереснее бы смотрелся Николсон или даже Редфорд). Но, в отличие от черствого Хада, скрывающего от самого себя свой конформизм — Хэнк рефлексирует осознавая свою слабость. Ли Ремик и Генри Фонда приятно дополняют фильм.
Пол Ньюмен очень достойный режиссер. Неизвестно почему он снял так мало фильмов, однако на примере рассматриваемого фильма очевидно кто оказал существенное влияние на творчество Редфорда (особенно на «Течет река» и «Заклинатель лошадей»).
Пол Ньюмен не вдается в детали: его не очень интересует «кто с кем спал, и что при этом он чувствовал». Он выбирает в качестве интерьера фильма — прекраснейшие американские пейзажи. Как режиссер он добивается того, что сложный и неоднозначный сюжет не вызывает напряжения — напряжение снимается в легкой стилистике Джорджа Роя Хилла созданием приятных и доброжелательных (нередко музыкальных) сценок из жизни героев.
Давно хотелось увидеть, как можно было умудриться экранизировать это. Ведь роман Кена Кизи, по которому поставлен фильм — это, пожалуй, одно из самых сложных литературных произведений в истории американской литературы ХХ века. И дело тут даже не в глубочайшем содержании, которое скрыто за историей семьи Стамперов. Дело, наверное, прежде всего, в том, что для того, чтобы проникнуть в это глубокое содержание, читателю надо прорваться через сложнейшую, витиеватую форму. Американские критики, все как один утверждали: «Первые пятьдесят страниц просто нечитабельны», но безоговорочно причисляли роман к величайшим творениям американской литературы. И вот, когда эти первые страницы преодолены, и ты окунаешься в бурную реку страстей, что течет у старого дома Генри Стампера, когда ты уже так далеко закопался в роман, что можешь чувствовать звук цепной пилы и чувствовать запах свежих опилок, тогда начинается длинное путешествие в мир сильных характеров, в мир настоящих мужчин, в мир, где нет места компромиссам и слабости. Это если в двух словах. Вообще же, говорить об этом романе Кизи просто невозможно. Его надо читать, но, подозреваю, что не всем этот орешек придется по зубам.
Итак, оставим роман и перейдем, наконец, к фильму. Первым, что поразило, был Пол Ньюман в одной из главных ролей. Лучшего Хэнка Стампера и представить было нельзя! Именно Пола Ньюмана представляла себе и я, когда читала книгу. Ли Стампер тоже хорошо, как, впрочем, и все остальные герои. Попадание в персонажей Кизи практически стопроцентное. И так практически во всем. Орегон, бурная река, густые леса, ремесло лесорубов. Смотришь на экран, и, кажется, уже чувствуешь тот самый запах свежих опилок, и, оглушенный звуками цепной пилы, пытаешься уловить разговор Хэнка и Ли. И в голове одна за другой всплывают строчки из романа: слово за словом, предложение за предложением. Но как бы превосходно режиссеру (которым, кстати, тоже выступает Пол Ньюман) ни удалось воспроизвести атмосферу романа Кена Кизи, фильм все равно остается лишь иллюстрацией, которая способна передать только визуальный образ. Словно картина, написанная акварелью, фильм не передает и сотой части того напряжения, которым пронизана эта великая книга. Ну, представьте себе, скажем, акварельный рисунок на тему «Война и Мир» Толстого: Андрей Болконский лежит на поле битвы и смотрит в небо. Всё. Рисунок на этом заканчивается, а все остальное передать может только книга. Все остальное лежит за пределами экрана — на страницах. Так и с Кеном Кизи — лучшее, что можно было создать на киноэкране — идеальную картинку. Полу Ньюману это удалось. Но существуя отдельно от романа, фильм все же не имеет никакой ценности и остается всего лишь иллюстрацией, прекрасной, чувственной акварельной иллюстрацией, тянущейся вслед за романом. Потому что передать поток мыслей Кена Кизи совершенно невозможно, как невозможно и отобразить глубину этой книги.
P.S. Даже не знаю, насколько можно доверять русскому переводу после того, как название перевели «Иногда великая идея…». Э-э-э… Это к чему, вообще? И ведь в таком виде фильм существует в российском прокате! Какая идея? Почему великая? Перевод, ведь вполне очевиден — тут других вариантов быть просто не может! Для этого даже книгу читать не надо — на первой странице вступительный стишок, строчка из которого и стала названием. Товарищи переводчики, без вариантов!
