«Хозяин мира» стал последней работой в кино Альберто Каваллоне — одной из самых противоречивых фигур в итальянском кино 70-х годов, на котором некоторые критики поставили клеймо безнадежного трэшера, а другие создали ему славу глубоко проникшего в природу психологических девиаций художника. Впрочем, «I Padroni del Mondo» снимался уже в другую эпоху, места в которой вместе с деньгами на съемки Каваллоне уже не находилось. Он попробовал себя в порно-индустрии, но и там его слишком уж вычурная для жанра манера не пришлась ко двору. Фильмы, подобные «Похотливому карлику» («Il Nano Erotico»), с двойным и тройным дном, саркастическим юмором и откровенным стебом над потенциальным потребителем «продукта» никак не могли обрадовать эротоманов. А у продюсеров подобный арт-хаус и подавно в горле застревал.
Но возвращение в большое кино оказалось для Каваллоне еще плачевнее. А главное, совершенно непонятно, ради чего оно затевалось. Второй раз за карьеру режиссер отказался от исследования глубин человеческого подсознания с помощью создания иллюзорно-сюрреалистического мира, и второй раз потерпел полный крах. Но если первый опыт с авантюрно-эксцентрической комедией «Quickly» лишь подхлестнул его амбиции, то фэнтези о доисторической эпохе «Хозяин мира» поставил на них крест.
Прежде всего, Каваллоне безнадежно опоздал с идеей реалистичного показа борьбы между неандертальцами и кроманьонцами за место под солнцем. За пару лет до него это уже сделал француз Жан-Жак Анно в фильме «Борьба за огонь» с куда большим размахом, на фоне которого камерная лента итальянца выглядела жалкой эпигонской поделкой. Да и сам подход Каваллоне, который так и не смог отказаться от исследования человеческой психики, не мог увлечь зрителя, настроившегося на «доисторические приключения»! Какая уж там психология у неандертальцев. А тут еще и девушек, потенциально красивых, гримом изуродовали так, что без содрогания не взглянешь. И какая разница, что режиссеру «реализм» понадобился — публике-то все больше сексуально полуобнаженных див в дизайнерских «шкурах» подавай.
Каваллоне же было интересно показать процесс вытеснения неандертальцев кроманьонцами, который он и попытался проиллюстрировать. Только вот выбранный им на роль главного героя Свен Крюгер со своими золотыми кудрями и литыми мышцами мог подойти разве что для амплуа Конана, а не интеллектуального победителя отсталых ветвей человечества. Словно так и не решив, что он собирается снимать, боевик или доисторическую драму, протагониста режиссер решил на всякий случай заимствовать из фэнтези. А потом передумал, но было уже поздно… Его герой уже оказался в эпицентре борьбы двух неандертальских племен.
Какими судьбами владеющий членораздельной речью кроманьонец Бок оказался вдали от своего племени — неизвестно. Если он об этом кому и рассказывает, то на несуществующем языке, а прочие герои фильма речью вообще не владеют. Но так или иначе, выживать как-то надо, и бравый Конан (то есть, простите, Бок), становится во главе одного из племен, берет в жену самую симпатичную самку и начинает думать, как ему победить соседнее племя, которое нет-нет, а совершает набеги на его новых подданных дабы похитить Великий Тотем — медвежью голову.
Поскольку драки и сражения синьора Каваллоне всю его творческую карьеру нисколько не занимали, то и ставил он их, когда приходилось по сюжету, с огромной долей условности. Но поскольку сюжет «Хозяина мира» состоял из боевых сцен приблизительно наполовину (ну, что еще было делать неандертальцам!), то эта условность успевает набить оскомину, которую не в состоянии преодолеть даже аппетитные кадры с поеданием мозгов из черепов свежеубиенных врагов. Равно как и какие-никакие эротические сцены — благо, что одной самки Боку оказалось мало, и во имя установления мира между племенами он берет в жены еще и красавицу от врагов-соседей, постепенно устанавливая цивилизованные нормы среди диких полуобезьян. В-общем, сплошное бремя белого человека и совершенно антинаучный бред об ассимиляции кроманьонцев неандертальцами в силу их более высокого развития.
Впрочем, антинаучность эта была бы простительна, если бы «I Padroni del Mondo» можно было смотреть без риска вывихнуть себе челюсть от зевоты. Психологические эксперименты с homo sapiens Альберто Каваллоне худо-бедно удавались и заставляли обратить на себя внимание хотя бы своей скандальностью. С доисторическими людьми скандалить никому было неинтересно. Их просто (и заслуженно) проигнорировали. Каваллоне обиделся и из кино ушел.
