Ну просто чудо. Самое милое и очаровательное кино, которое я когда-либо видела! И люди такие добрые!

Хотя, если серьезно, то меня поражает исключительно все в этом фильме. Как можно было сотворить сей шедевр? Если вы еще его не видели, то даже и не читайте дальше, просто усаживайтесь немедленно и ловите кайф, ребята, это не просто стоит потраченного времени- это самый настоящий ШЕДЕВРИЩЕ.

Конечно, если смотреть на это дело не только со своей точки зрения, то получается, что в качестве критики аудитории фильм бросает в две крайности: люди либо глубоко оскорблены таким наплевательским отношением к войне и попиранием всех патриотических чувств русского населения, потому что Американцы, как всегда спасают мир, либо, (а это, как правило, те, у кого получше обстоят дела с черным юмором) народ единогласно кивает браво. И я определенно соглашусь со второй категорией людей.

Хотя, первые, в общем-то конечно правы, но в этом случае я не могу не поспорить. Во-первых, в нашем мире и так много всего ужасного, страшного и такого, от которого если о нем думать серьезно, можно попросту с катушек съехать. Война-это же до помрачения страшно! Читаешь книги о войне, смотришь фильмы о войне и как губка впитываешь весь этот ужас и страх, кричащий со страниц и экранов. Но я впервые вижу, как кто-то, взял то, чего все боятся, и как по волшебству превратил в то, от чего расползается удивленная усмешка по лицу.

Да ну и во-вторых: Ну ла-адно, так и быть- такому обалденному брутальному мачо, даже и не знаю как по-подходящее-то описать эту Брэд Питтовскую манеру поведения прожжённого командира… короче такому, за все такое, простительно ложное спасение от ложных немцев. Здесь все игра. Во-первых, бесподобно сработанная, о, я бы сказала просто шедевральная; а во-вторых- такая, какая нужна людям в этом мире, чтобы не сойти с ума от серьезности. И это оценивающее, издевательское выражение на лице Брэда Питта- просто в яблочко.

Но не могу сказать, что это и есть весь смысл фильма. Он как бы разделен на две параллельно идущих части. Одна заполнена умопомрачительным, садистским черным юмором и эдаким дерзким вызовом: Ну и что вы мне сделаете? А если вам свастику на лбу ножом нарисовать? Вот и славненько, хороший трупик, полежи здесь и подумай над своим поведением.

А другая-свершенная противоположность. Она бьет красиво, резко и прямо в цель. Совсем как месть, восстание против несправедливости, живущее в той еврейской девушке. И когда оно находит выход, то пожирает все и всех, в том числе и ее саму.

А все это вместе дает какой-то невероятный, сногсшибательный эффект, от которого хочется кричать да, да, да, Квентин Тарантино-ГЕНИЙ!!!

И дифирамбы мои может и не блещут патриотическими и возвышенными чувствами, но сами подумайте- кому нравятся концы света со всемирными катастрофами? Не мне. Я пас, спасибо, не надо. Я за мир во все мире (прямо как Ютивич, мирно отрезающий скальп немецкого солдата.) И еще за бесславных ублюдков. Фильм- Макдональдс: вот что я люблю, па-ра-пам — пам — па! Идеально сработано. Низкий мой поклон. Овации и лавры режиссёру, актерам и т. д. и т. п.!

11 из 10!

Однажды в оккупированной дешевыми видеопрокатами Америке молодой паренек по имени Квентин, уже тогда по самое не могу влюбленный в магию кино, посмотрел второсортный итальянский военный боевик под оригинальным названием «Quel Maledetto Treno Blindato» ("Чертов бронепоезд»), в котором хорошего было разве что легкомысленное отношение ко Второй мировой, да чудовищной мощи название «Бесславные ублюдки», наспех выданное фильму для проката в США и глубоко засевшее в сознании будущего режиссера.

Стать достаточно амбициозным для того, чтобы начать писать сценарий своих собственных «Ублюдков», Тарантино удалось только в 97-ом году, когда за плечами у него уже были все те фильмы, за которые его не перестают любить до сих пор. Как выяснилось в процессе разработки сюжета, у Квентина в голове было даже слишком много идей — на некоторых этапах «Ублюдки» начинали разрастаться вплоть до полноценного мини-сериала. Однако после знакового ужина с Люком Бессоном все-таки было решено выбросить все лишние сюжетные линии и ограничиться полным метром.

Из-за того, что концепция фильма в течение восьми лет регулярно менялась, настоящего титульного героя в «Ублюдках» нет. Сам Тарантино думал, что это будет молодая француженка Шошанна Дрейфус (но агрессивная невеста Ума Турман поставила крест на теме «мстительной женщины» в его творчестве), на постерах и в трейлерах вовсю щеголяет шрамами лейтенант Альдо Рэйн (который присутствует на экране хорошо если в трети фильма), а на самом деле тем самым клеем, который не позволяет картине рассыпаться на осколки, оказывается нездорово тяготеющий к молочным продуктам штандартенфюрер Ганс Ланда.

Впрочем, отсутствие генеральной сюжетной линии сам Тарантино если не изобрел, то сделал это заново в своих дебютных работах, так что таким поворотом дел никого не удивишь. В «Ублюдках», правда, история много проще и не имеет в себе никаких временных и географических скачков. Здесь есть пять глав в четко выстроенной последовательности. Три группы персонажей: смешные и жестокие евреи, англичане с «баром в глобусе» и мстительная француженка со своим киномехаником-негром. У них на всех одна цель и одна противоборствующая сила в лице остроумного «охотника на евреев». В итоге это все, как и положено, будет сведено к находящемуся где-то за гранью безумства и смелости двадцатиминутному финалу.

Если кто-то по какой-то причине для себя предположил, что «Бесславные ублюдки» — это такой «исторический триллер» или «фильм про войну», он серьезно промахнулся в своих ожиданиях. Как такового действия или эпических военных зарисовок нет. Фашисты ходят в кино на бестолковые пропагандистские фильмы, кадрят молодых француженок и глушат шнапс в подвалах. Евреи упражняются в полиглотстве, играют в индейцев и снятся в кошмарах людям в серой форме. А штандартенфюрер Ганс Ланда просто очень и очень много со всеми беседует.

Если попытаться описать «Ублюдков» в нескольких словах, получается, что это крайне спокойные два с половиной часа витиеватых и остроумных диалогов на четырех языках: немецком, английском, итальянском и французском — неповторимая разговорная магия Тарантино стала по-настоящему интернациональным достоянием. Сцены со стрельбой и матерщиной тоже есть, но они представляют собой редкие яркие вспышки в общепринятой здесь неторопливой повествовательной манере.

Историческая достоверность Тарантино интересует лишь до тех пор, пока не начинает конфликтовать с его собственной фантазией, поэтому многие вещи в «Ублюдках» происходят не потому что так на самом деле было в сороковые годы, а потому что это смотрится на экране очень круто. Так что евреи здесь ведут себя как апачи, француженка с легкостью запоминает лицо своего обидчика через тонкую щель в полу, первостатейная немецкая актриса выпивает с офицерами в каком-то непонятном подвале, а Гитлер так и вовсе карикатурный неуравновешенный идиот с жалкой парой человек в охране. Поэтому скучной исторической обреченностью в стиле недавней сингеровской «Валькирии» тут и не пахнет, за пять минут до финальных титров начинает казаться, что и неожиданное появление инопланетян смотрелось бы у Тарантино уместно.

Что касается Брэда Питта, то он здесь просто-таки монументальный. С ухмылкой, кажется, украденной у Марлона Брандо и совершенно неповторимым итальянским. Одно плохо — его на экране мало, но главная актерская работа в фильме все равно принадлежит не ему, а полиглоту Кристофу Вальцу, вышвырнувшему своего эсэсовца Ланда на какие-то совсем уж заоблачные высоты глубины и проработанности (вплоть до малейших жестов пальцем). Элай Рот запоминается по большей части своим дьявольским выражением лица и авторством над вымышленным фильмом «Гордость Нации». Вкус к женской красоте у Квентина тоже никуда не исчез: образы гипсового каблучка на ноге Дайан Крюгер и пылающего лица Мелани Лоран надолго задерживаются в памяти.

С выходом каждого своего нового фильма Тарантино обязательно подвергается публичной порке. И раз за разом кто-то считает обязательным сказать, что Квентин, мол, вконец исписался, отснимался, отрежиссировался, скатился в бездари, а времена его триумфов навсегда прошли. Но пока еще культовый режиссер несмотря ни на что продолжает повсюду искать вдохновение, сохранять уверенность, блеск в глазах и снимать фильмы исключительно для себя самого, которые показывают в кинотеатрах как будто только для того, чтобы эта «музыка играла вечно».

Даже с учетом, пожалуй, самого грандиозного финала в карьере Тарантино, «Бесславные ублюдки» больше напоминают этакое упражнение в мастерстве, нежели законченную со всех сторон картину. Приятно осознавать, что это упражнение выполнено на отлично, а маэстро все так же лихо удается играть в словесный пинг-понг со зрительным залом. Перед походом на «Бесславных ублюдков» важно осознавать, что лучшее по-прежнему злейший враг хорошего, и без новых «Бешеных псов» мы уж как-нибудь обойдемся, а вот без Тарантино — никак нет.

«План — говно! А что делать? Домой ехать?» ©

Заводить разговор о Квентине Тарантино и его творчестве и любви к кино принято со времен, когда молодой будущий режиссер был обслуживающим в пункте видеопроката, где он писал сценарии для своих будущих фильмов. Но это уже рассказывали столько раз, что, кажется, ознакомленные с его творчеством люди наизусть заучили эту историю.

Канонически утверждать, что Тарантино на пару за следующим за ним Родригезом — директор и основоположник поджанра криминальных фильмов 90-ых (Гай Ритчи в каком-то смысле позднее подхватил успешную сатиру «Криминального чтива» и продолжил в своих фильмах развивать жанр по-английски) одновременно и ошибочно и верно. Почти все произведения режиссера представляют собой удачные, весьма оригинальные самопародии или концентрацию абсурда и совпадений в самом кристальном виде. В начале карьеры — это была жизнь современных гангстеров, далее киллеров-самураев (привет старым китайским картинам и «Убить Билла») и, наконец, маньяков-психопатов (привет олд-скул и «Доказательство смерти»). Возможно, именно поэтому снимающий фильмы исключительно по своим сценариям, Тарантино в свое время не стал ставить принадлежащих его перу менее сатиричных «Прирожденных убийц» и «Настоящая любовь», а передал их опытным режиссерам. Однако, и в этом легко можно убедиться, посмотрев их, в этих картинах легко узнается «тарантинщина».

Вот теперь настала очередь тематики Второй Мировой войны, которую режиссер вынашивал уже десять лет. Тарантино был бы не Тарантино, если бы не представил картину в неизбитом ключе и со свойственной только ему злобной иронией и, к слову, в этот раз с завышенным количеством юмора.

Своим составом и размеренностью новое полотно известного голливудского бунтаря и затейника, как не странно, напоминает самую, к сожалению, безызвестную и недопонятую его работу — «Джеки Браун». Однако, приготовьтесь, что ведущих и ведомых ролей, а соответственно и исполнителей, в фильме нет. Вся картина предусмотрительно и заботливо развита на 5 частей, каждая из которых рассказывает свою маленькую историю, дополняя совокупность всего действия, и каждому актеру и соответствующему ему персонажу находится место в том или ином эпизоде. К тому же созвучному названию фильма отряду, возглавляемому героем Брэда Пита, уделяют ровно столько времени, сколько и всем другим; история отряда — лишь одна из историй. В итоге все участники делятся на два типа: участвующие или заинтересованные, и эпизодические — чаще всего жертвы.

Характеры яркие, незабываемые. В какой раз убеждаешься, что работать с актерами лучше Тарантино мало кто умеет. Брэд Питт с ковбойским акцентом, Дайана Крюгер так мило бегло говорит по-немецки, Тиль Швайгер непредсказуемо суров и молчалив, а Кристоф Вальц так и вовсе наравне с Питтом срывает приз зрительских симпатий — офицер СС, профи по охоте на евреев и просто отличный психолог. И любитель поболтать. Большинство остроумных изречений и невероятно бодрых, но как всегда долгих у Тарантино, диалогов в фильме принадлежат именно этому персонажу. И это только квартет из армии незабываемых личностей.

Половину всего хронометража (а он не детский — примерно 2,5 часа) участники всего спектакля то и дело будут переходить с английского на немецкий или французский языки, где часто важную роль (даже комичную) играет акцент того или иного героя. При этом перестрелок будет действительно мало. Но зато каких перестрелок! Это словно уже использованный режиссером прием в «Доказательстве смерти», когда предвкушаемое действие все же случается после долгого ожидания в лице классических разговоров, которые на сей раз поставили блистательную планку благодаря столь оригинальному использованию смены языков.

Но картина смотрится легко. Бесконечные диалоги — как речка плавно баюкают слух, не напрягают и не смотрятся отрывисто, а выскакивающий юмор как нельзя лучше дополняет обстановку. Наравне с этим, фильм, кроме некоторых моментов, не так уж и брутален, но отбросить все предрассудки насчет Великой войны и закономерной для режиссера жестокости все-таки стоит. Тут проходятся по всем народностям, а русских будто и вовсе нет — они упоминаются лишь одной единственной пословицей. Это не кино для детей или людей пожилого возраста, да и, наверно, Квентин Тарантино сделал опять лучшее, что у него получается — фильмы для целевой аудитории, для своих поклонников.

В целом, Тарантино верен себе: ну где, право, еще можно увидеть фильм, пусть и сатиричный, на тему Второй Мировой войны, где за соответствующим звуковому оформлению кадром периодически проскальзывают вестернские мотивы, а где-то столь миловидная шпионская музыка 60-ых. Непривычно? Да. Классно? Однозначно да!

Ну, если уже заикнулся о «сатире», то надо выкручиваться. Режиссер не поднимает никаких глубоко зарытых проблем, не задает зрителю каких-то сильных философских вопросов, а словно по отечественному слогану картины «бодро, весело, со вкусом» показывает, что все главные, «участвующие» персонажи до единого, зажатые условностями и стереотипами войны в тиски — Inglourious Basterds.

Самый злой, ироничный и самый смешной фильм Квентина Тарантино. Непременно все в кино. Не так уж часто нас радует своими работами творец Тарантино, и, честно говоря, неизвестно, когда это будет в следующий раз.

Глава первая: Старина Квентин.

Сегодня о старине Квентине не слышал, наверное, лишь тот, кто живет в пещере. К его творчеству можно относиться по-разному, но равнодушным оно не оставляет никого. Тарантино нынче — не просто фамилия, это самостоятельное направление в киноискусстве. И кино от Тарантино — это всегда интересное и непредсказуемое зрелище. Кровавые сцены, жестокие разборки, отстранённые диалоги, многочисленные реминисценции к культовым и второсортным фильмам 70—80-х годов, продуманные детали, а также женские ноги и пятки крупным планом — фирменные приёмы «плохиша» Квентина. Помимо всего прочего, Тарантино является одним из самых экономных режиссёров: бюджет его картин и гонорары актёров поражают своей скромностью. Тем не менее, звёзды Голливуда охотно соглашаются на любые условия, свято веря в успех будущего творения Квентина. Спустя два года после смертестойкого «Доказательства Смерти», автор «Бешеных псов» и «Криминального Чтива» предлагает нашему вниманию свою седьмую картину — «Бесславные Ублюдки».

Глава вторая: Кристоф Вальц.

Кристоф Вальц и его наиколоритнейший персонаж, Ганс Ланда, заслуживают отдельной главы в рецензии. Австрийский актёр, ранее неизвестный широкой публике, стал настоящей находкой Тарантино. До сих пор непонятно, как этот парень столь долгое время оставался незамеченным. Так или иначе, его время пришло, и старина Квентин открыл Кристофу дверь в мир большого кино. И теперь, будьте уверенны, Вальц без дела не останется, ведь со своей ролью он справился, без преувеличений, гениально. Настолько гениально, что ещё до премьеры фильма он получил «Пальмовую ветвь» за лучшую мужскую роль второго плана, ещё больше подогрев интерес публики к картине Квентина, а позже закрепил свой успех «Золотым глобусом» и «Оскаром».

Единственное, о чём может жалеть Кристоф, так это о том, что свою лучшую роль он, вероятнее всего, уже сыграл. Каждую следующую картину с его участием будут, так или иначе, сравнивать с «Бесславными Ублюдками». И переиграть Кристофа Вальца а-ля Ганс Ланда даже самому Кристофу будет крайне сложно. Ну а обсуждать, насколько колоритен и многогранен персонаж штандартенфюрер СС, Ганс Ланда, — и вовсе глупо, его надо видеть, ведь словами этого не передать. То изящество, с которым Кристоф отыграл свою роль, просто не поддаётся описанию. Счастье, что такая вообще есть, а это уже означает, что в актёры Вальц пошёл не зря.

Глава третья: Собственно, «ублюдки».

Новая картина Квентина, как и всегда, поражает зрителя обилием звёзд. Всех их мы видели тут или там, но только не такими, какими их показал нам Тарантино. И об этом поподробнее.

Брэд Питт. Это вообще что-то с чем-то. Ещё один яркий персонаж, который можно положить в копилку к тем, что входят в историю. Роль, вне всяких сомнений, бесценна. Как говорил Тарантино, таких персонажей и их поведение невозможно описать в сценарии. И если бы актёры были подобраны неудачно, персонаж, описанный на бумаге, так и остался бы на бумаге. Но вся соль в том, что Тарантино не промахивается. Персонажи — это его детище, и он дорожит ими, как ничем. Посмотрев однажды «Бесславных ублюдков», представить другого актёра в шкуре Альдо просто нереально. Ведь Питт оторвался по полной. Нельзя было не заметить, что он получает удовольствие от игры.

Тиль Швайгер. Просто зверски привлекателен. Хуго Штиглиц в его исполнении неподражаем. Он заставил каждого посмеяться от души. И хотя роль Тиля относительно не большая, его персонаж полюбился и запомнился зрителю. Всем хотелось ещё кусочек Хуго.

Мелани Лоран. Ещё одно приятное открытие. Сцена макияжа под Боуи — просто шикарна. Не удивлюсь, если она станет новой музой Тарантино.

Аугуст Диль. Тот ещё подонок. Просто омерзительный тип. Каждому зрителю хотелось замочить его с момента появления на экране. Так уж хорошо сыграл.

Майкл Фассбендер и Даниэль Брюль отыграли на удивление хорошо. И хотя у обоих актёров достаточно скромная фильмография, чувствовали они себя весьма уютно рядом с грандами Голливуда. Очень интересные образы. Уверен, они себя ещё покажут.

В общем и целом, все постарались на славу. Примечательно, что у каждого второстепенного персонажа в этом фильме есть своя главная роль.

Глава четвёртая: Почерк Квентина.

От фильмов Тарантино всегда ждут чего-то неординарного, чего-то грандиозного. И если Вы думаете, что всё уже видели в этой жизни, Вы глубоко заблуждаетесь. Тарантино по-прежнему способен удивлять, и камень в того, кто скажет обратное. «Бессланые ублюдки» — настоящий праздник для любителя качественного кино. Это произведение искусства, состоящее исключительно из гениальных сцен: беседа с молочником, поедание штруделя со сливками, попойка и перестрелка в таверне, макияж под Боуи, ну и, конечно же, фраза жида-медведя: «Антонио Маргарееетиии» — всё это однажды станет классикой, как когда-то классикой стали диалоги про Биг Мак и песню Мадонны «Как девственница». Это кино, не способное оставить зрителя равнодушным. Спустя время, Вы будете цитировать персонажей фильма и, возможно, сыграете в игру, в которую играли немцы в таверне.

Глава пятая: Финал.

После просмотра фильма, одной из самых занимательных тем для обсуждения становится финал. Одни считают, что концовка — просто грандиозная, другие — что Тарантино следовало чаще ходить в школу. Так или иначе, во время просмотра нужно хорошо понимать один момент. «Бесславные ублюдки» — фильм не о войне. Это спагетти-вестерн в её декорациях. На определённом моменте история сворачивает в одну сторону, а Тарантино и «ублюдки» идут в другую. Надо сказать, это достаточно смелый ход для режиссёра. И решиться на такое мог далеко не каждый. Однако Тарантино показал нам, что в своем мире он — творец. Он снимает кино по своим правилам. Он остаётся верным себе. И именно поэтому одни его любят, другие ненавидят, но кино его смотрят. И те, и другие.

9 из 10

4 года, может больше, кому как. Именно такой срок приходилось эмоциональности множеств людей отсиживаться где-то в глубинке ожидая того очередного дня когда Квентин Тарантино вновь выступит режиссером в собственноручно написанном проекте. Типичным и вполне нормальным пределом мечтаний для многих любителей кино зачастую является повторение работы одного человека спустя несколько лет по отношению к той классике, что он создавал в лучах былой карьерной общепризнанной славы.

Есть те, кто до сих пор не знает сюжета «Бесславных ублюдков»? Если да, то вот вам вкратце: евреи идут, немцы трепещут. Горстка веселых еврейских ребят под командованием наиболее веселого Альдо Рейна собирается навести шухер на и до того запуганные немецкие задницы, делая это в такой форме, в какой восприимчивые люди ужасаются не уделив должного внимания возрастному рейтингу R.

Отдавая первую часть фильма под конструктивную постепенную завязку, которая не всем придется по вкусу в некоторых своих эпизодах и может показаться скучной, тем не менее Тарантино грамотно в процессе просмотра расставляет точки после недавних запятых, от чего развязка лишается абсолютно каких-либо надежд на неправильное отрицательное восприятие и верно соединяет в себе больше количество сюжетных линий. Ни для кого не секрет что Квентин начал разрабатывать весь этот по большому счету гениальный сценарий еще до «Убить Билла», а когда подобная писанина лежит на полке долгий срок и в прошествии лет подвергается регулярной корректировке, то я не знаю, когда подобное не оборачивалось в нечто грандиозное. Если по началу можно ощутить некий мимолетный страх за то, что ты будешь смотреть подобное два с половиной часа, то такой страх быстро улетучивается, и в процессе приближения к концовке время начинает лететь заметно быстрее, поскольку насыщенность немногочисленных растянутых, но очень доработанных событий действительно внушает истинную стилистику необычного режиссера.

Существенным плюсом «Ублюдков» явилось абсолютное отсутствие хоть малейшего намека на мискастинг, когда в свою очередь мы наблюдаем от до того звездного актерского состава множество колоритных персонажей которые действительно чувствуется что играли на площадке находясь в великолепной атмосфере. Альдо «Апач» Рейн в исполнении Питта сразу видно как был любимчиком Тарантино на площадке. Образ не явил собой нечто выдающееся, но характер «Ублюдка» выполнен очень убедительно. Майкл Фассбендер в роли английского агента вполне сумел внести разнообразие в яркую актерскую составляющую фильма. Мелани Лоран — для меня сильное открытие, со своим действительно внушительным образом мстительной девушки потерявшей в 41-ом семью впоследствии действий немецкого гада. Элай Рот и Тиль Швайгер, мало… Очень мало Квентин, если у первого еще в самом начале делается сильный задел на персональную характерность которая впоследствии куда то пропадает и появляется чертовски интересный итальянец, то со Швайгером вообще беда, зачем Квентин так поступил с персонажем появление которого ждешь в первую очередь поскольку оно того действительно более чем стоит, мне непонятно, а жаль, Тиль что называется «отжог» в чистом значении этого последнего слова. К лицу идет то время для Дайан Крюгер. А Дэниэль Брюль в свою очередь порадовал экшеном с тремя сотнями, закручивая вместе с Мелани Лоран существенную сюжетную линию. А Кристоф Вальц — актер, об образе которого скажу позже, кратко и однозначно.

Саундтреком Тарантино порадовал на славу. Достаточно прямолинейное по своей задумке музыкальное сопровождение не скрывающее собственных мотивов для создания, всецело идя в одну ногу с сущностью того или иного эпизода.

Никогда не думал что стоит искать смысл в фильмах, на которых черным по белому с большой буквы написано «Тарантино», и я думаю многие со мной согласятся. Как кто-то правильно заметил, это человек, который болен на голову, пожалуй, так оно и есть, но к счастью его болезнь относится к той редкой категории которая в состоянии дарить приятное вечернее времяпровождение. Только очень развитая личность могла бы ставить по собственным сценариям вот такие вот картины, с великолепными диалогами, до ужаса специфическим юмором, и всем остальным. Являясь далеко не тем человеком который хорошо знаком с творчеством данного режиссера, могу уверенно сказать что кино очень понравилось, и не мне одному, а потому, тащите свой скальп в кинотеатр и смотрите как Гитлер выходя из кинозала спрашивает «Жвачка есть?» у охраняющего его офицера.

Истинное кино Квентина Тарантино, которое стоило того, чтобы его так ждали.

10 из 10

P.S. Прошу Оскара за лучшую мужскую роль второго плана Кристофу Вальцу.

«Шестой фильм» Квентина Тарантино — одна из самых больших кинорадостей года на сегодня, настоящее киноманское кино. По своей форме «Бесславные ублюдки», правда — типичный эксплойтейшн, сшитый из всевозможных жанров: Film-Noir, Thriller, Mystery, Spaghetti-Western. Здесь на каждом шагу устраивают месиво, неистово разбивают головы бейсбольными битами, красноречиво снимают скальпы, стреляют в пабах, кинокритики с киноактерами строят заговоры против Рейха, а самые красивые — как и положено — трагически погибают в будке киномеханика.

Причем самое удивительное, что «Ублюдки» с точки зрения задумки и сюжета — чудовищное мегабарахло, палп, произведение на уровне отечественной комедии «Гитлер Капут». И многие в этой связи напишут, что автор бессмертных разговоров о гамбургерах, кока-коле, о Пэм Грир и Мадонне с песней «Как девственница» со временем скурвился; что фильм его новый — катастрофически несмешной; что, в конце концов, заканчивать ленту финальной репликой Брэда Питта I think it`s my fucking masterpiece — это пижонство и самопохвальство. Все так, если бы не одна совершенно удивительная черта — фильм продирает, хреначит по голове; прет, в общем, нечеловечески.

С Квентином всегда было сложно в том плане, что он как избалованный озабоченный подросток, дитя в нем постоянно трясет стилистическими погремушками. Наверное, это единственный из ныне живущих режиссеров, кто имеет возможность строить кино из гениальных сцен как из кубиков. Допрос молочника, попойка под предводительством Бриджит фон Хаммерсмарк, макияж под Боуи, поедание штруделя или сцена, когда Питт произносит несусветное «Антониоуу Маргээриитиии…». Да, опять же по фильму можно играть в ассоциации, считывать цитаты от Серджо Леоне до Хичкока. Но главное — почему картина так цепляет, а 2ч40 минут пролетают незаметно — в другом.

В пределах компактной провинциальной вселенной возможности Тарантино менять мир почти безграничны. Завершить Вторую мировую самым идиотским образом? Пожалуйста. Дать евреям неотъемлемое гражданское право ломать конечности плохим нацистам? Да ради Бога! А ведь если вдуматься, во всех фильмах К. Т. давал кому-нибудь шанс что-то изменить. Например, Мистеру Розовому, самому слабому гангстеру из «Бешеных псов» — остаться в живых; Бутчу — сбежать от мафии на новом мотике, с отцовскими часами и телкой; Баду — подстрелить и закопать Невесту. В «Ублюдках» юной Шошанне Дрейфус (сумасшедшей красоты француженка Мелани Лоран), хозяйке небольшого французского кинотеатра, суждено расправиться с верхушкой вермахта с помощью оставшегося от немецкой пропаганды целлулоида. Третий Рейх капитулирует. Кино и красота побеждает зло — вот что главное тут подразумевалось во всем этом фарсе про скальпированных нацистов.

От фильмов Квентина Тарантино уже невольно приходится ждать чего-то неординарного. «Бесславными ублюдками» он показал свое отношение к Истории. Квентину на нее плевать. Причем если у кого-то подобные ошибки могут возникать случайно, по незнанию или недостаточной работе с источниками, то здесь не тот случай, здесь умышленное извращение реальности в угоду действительно мощному эффектному зрелищу. И на мой взгляд исторический масштаб этому режиссеру чертовски идет — костюмы, образы, герои, весь антураж подчинен одному большому фарсу. И, да, можно сказать, что Тарантино плохо знает историю, однако, он отлично понимает Кино, и где-где, а здесь равных еще предстоит поискать. Помимо всего прочего здесь присутствуют основные тарантиновские «знаки»: герои в смокингах, сцена в туалете, фирменный черный юмор и полное сюрпризов зрелище.

Персонажи «Ублюдков» исключительно непробиваемы, даже Брэд Питт, актер выдающийся, играет здесь, хоть и необычную, но совершенно не развивающуюся роль и каким он появится перед отрядом диверсантов, таким он и покинет территорию фашистской Германии. Его Альдо Рейн вовсе не страдает от избытка крутости — он ей наслаждается. Тоже можно сказать и о всех героях — в них нет совершенно никакого внутреннего поиска и взяты они лишь из-за необычных выдающихся качеств и своего места в этой картине, они здесь только для того, чтобы развернуться по сюжету и уйти. Такая «непробиваемость» как нельзя уместна, и впечатляет еще больше, ее можно даже назвать художественной, чего недостает многим режиссерам развлекательного кино. Здесь персонажи запоминающиеся, что, вдвойне знаменательно, учитывая их немалое количество.

Если говорить отдельно, то разошелся вовсю тут именно Кристоф Вальц в образе манерного подонка. В общем-то, все фашисты здесь прежде всего комичны, но из Вальца харизма хлещет, как из рога изобилия, его лицемерие выходит за любые рамки, а учитывая и высокий пост в СС, то более всего занимает, как его юмор воспринимают люди — это ж еще надо разобраться, будет ли он и дальше изображать дурачка или сразу глотку перегрызет. Вот уж по настоящему, человек, играющий с людьми, получающий наслаждение от охоты и готовый продлевать его очень и очень долго, ходя вокруг да около. Это начинается аж с первого диалога и каждую новую сцену с ним наполняет мало с чем сравнимым «юмором». Особенно очаровывает, как он пытался изо всех сил изобразить убедительность, когда Ублюдки пытались прикинуться итальянцами.

Тарантино как всегда играет с реализмом — по большей части его фильм абсурден и нарочно игнорирует ее в отдельных местах, но часто именно жестокость и бескомпромиссность происходящего берут верх и тогда «Ублюдки» могут потягаться с любой военной драмой. Иногда же жестокость и вовсе хлещет через край, например, когда герой Элая Рот хлещет фашиста битой и кровавые брызги разлетаются по округе. Да и к героям своим, режиссер хоть и относится с любовью, но в любой момент готов прикончить с извращенностью садиста. Отношение к истории так же специфично, но, учитывая, что один из героев еще в начале говорит, что в факты вещь ненадежная и в них легко запутаться, то становится понятно, каким путем Тарантино пришел к такому восприятию исторических событий.

Великолепна и параллель с фильмом Геббельса, когда смеющиеся зрители-фашисты с упоением наблюдают, как новоявленный герой весь фильм только и делает, что стреляет врагов. Местами же Тарантино делал тоже самое, только за врагов были фашисты. Только безвкусице, Тарантино противопоставляет свою жестокость, изощренную, может, и также бессмысленную, но никак не безвкусную. Параллелей и иронии в фильме немало, чего стоит та же премьера фильма, где сначала герой расстреливает врагов на экране, а потом подобное происходит в зале.

Понравится Вам это кино или нет можно сказать сразу, в зависимости от того, как вы относитесь к фильмам Тарантино. Отчасти, «Ублюдков» можно сравнить и с черными комедиями братьев Коэнов. Здесь будет много плюсов, но для них нужно проникнуться самой сутью реальности Тарантино, а в ней герои очень часто рисуются, целостности не взирает ни на что, кроме кинематографа, а смысл и отсылки к реальному миру оставлены где-то далеко за порогом. Это кино ради кино, эффектное зрелище, доказывающее, что эффектным может быть даже диалог, а взрывы, погони и перестрелки задействованы лишь в качестве приложения. Полюбившегося героя в следующем кадре может вынести в заварушке, а шутка способна закончиться смертью. Правда, непредсказуемость к концу «Ублюдков» становится слишком предсказуемой, но приесться не успеет и потому закончено все, в любом случае, будет на «УРА!»

Отдельно хочется сказать о музыке — ее я прослушал еще до фильма, причем весь альбом с саундтреком прокрутил несколько раз, и он сам по себе представляет нечто шедевральное, где классика мешается с музыкой середины века, некоторые композиции и вовсе звучат мелодичными маршами. Музыка, частично, конечно заимствованная, но сам саундтрек достоин отдельного прослушивания, чего стоит одно имя Эннио Морриконе. Именно его мелодии в этом фильме впечатляют особенно, ведь маэстро прославился не в последнюю очередь музыкой к вестернам. Еще до фильма я долго думал, каким же должен быть фильм, чтобы не затмить такую отменную музыку. На сеансе получил достойный ответ — именно таким, как «Бесславные Ублюдки». Достаточно услышать эти мелодии, чтобы понять, что это кино нельзя пропустить.

Редкое умение сделать кино на диалогах и правильное построение сцен снова ставят фильм в разряд не просто зрелища, а зрелища высокохудожественного. Учитывая то, что самостоятельные проекты Тарантино появляются не часто, о «Бесславных Ублюдках» можно сказать, как об одном из лучших его фильмов, хоть и каждый по-своему хорош. Но как уже говорил, исторический антураж очень идет. А главное — финал удивит даже историков. Их-то в особенности.

Рекомендую ознакомиться с фильмом все же в кинотеатрах, хотя и домашний просмотр качественной копии не испортит впечатление, но нельзя упускать такой шанс, если кинотеатр находится поблизости. Ныне кино развлекательное представлено незапоминающимися аттракционами, и этот фильм покажет, каким должно быть хорошее, вкусное развлекательное кино. Не думаю, что Тарантино предполагает другие направления своих картин, ведь здесь они являются образцами, в них есть много качественного заимствования у серьезных фильмов, исключительная абсурдность блокбастеров, но, главное, это вкус. Вкус Тарантино это нечто особенное, и вот этого нет ни у тех, ни у других.

Итог: невероятно эффектный исторический абсурд, смакующий жестокость и плюющий в лицо всем канонам, кроме законов Кино. Знаю, фильм не идеален, но я обожаю такие картины и очень хочу иметь его в своей коллекции. Полностью согласен с одной фразой, и, хоть дословно ее не помню, попробую передать суть: «Знаешь, Ютивич, по-моему, это тянет на Шедевр».

Он такой разный, и он такой один. Как только не называли Квентинта, как только его не хвалили, как только его не ругали, но он всегда возвращается с новым фильмом, от которого неизвестно, что ждать, и который производит мощнейшую детонацию синефильского счастья. «Бесславные ублюдки» — это снова Квентин, которого мы все любим, и Квентин, который продолжает удивлять.

Когда-то давным-давно «Ублюдки» пиарились как военный экшн в духе «Чертовой дюжины» или итальянского фильма с таким же названием с убер-кастингом по всем ролям. От звездного кастинга остался Брэд Питт. На экшн здесь приходится несколько секунд (а разве нужно больше, чтобы изрешетить врага или нанести смачный удар битой по черепу?). Общего с «Грязной дюжиной» нет абсолютно ничего, а от картины Энцо Кастеллари осталось лишь название.

Если «Убить Билла» шел в кинотеатрах мира «Криминального чтива», то «Ублюдки» — это кино из вселенной Grindhouse’а, где вместо sex, drugs and rock’n’roll идет эксплуатация истории. Квентин самолично переписывает исторические события, как ему нравится, смешивает реально существовавших людей в дичайших карикатурных образах с вымышленными персонажами, разбавляя коктейль обязательными тарантиновскими фетишами и приятнейшими киноманскими штучками: от упоминая множество известных кинодеятелей того времени и ссылок на различные жанры и фильмы до неожиданной вставки нескольких секунд из хичкоковского «Саботажа». QT, не стесняясь, восхваляется силой кино: против третьего рейха у него небезуспешно воюют владелица кинотеатра, кинокритик и кинозвезда.

Но если отбросить неуместные крики «так не бывает» (это его мир, и он создает его таким, каким хочет видеть сам) и выискивание подтекстов (которые, может быть, совсем и не предполагалось), то перед нами кино: большое, захватывающее, неожиданное, дерзкое, временами безумно смешное, временами предельно жесткое, и уж точно никого не оставляющее равнодушным. Тарантино снял обещанный военный экшн, только действие у него находит выражение не в силе огнестрельного оружия и погонь, а в силе слова.

Такого мастерства в построение диалогов у Квентина не было со времен «Криминального чтива». Два с половиной часа одних разговоров проносятся, словно миллисекунды летящей пули. Уже начальная двадцатиминутная (!) сцена задает высочайший стандарт диалогов, которые хочется смотреть и пересматривать снова и снова. А дальше последуют не менее продолжительная и еще более восхитительная встреча агентов в «подвале», монологи Альдо, первая встреча с Геббельсом… Рядовые фразы приобретают абсолютно новый смысл и моментально становятся крылатыми выражениями: будьте уверены, что после «Ублюдков» будничное «жвачка есть?» вы будете произносить совсем по-другому.

Оставшись без дрим-кастинга с Арни и Слаем, «Ублюдки» могут похвастаться одной мега-звездой современности — Брэдом Питтом, который бесподобен в роли главного «Ублюдка» (к большому сожалению, его шикарный южный акцент мы не услышим в русской версии). Но весь фильм крадет Кристофов Вальц, сыгравший полковника Ганса Ланду, являющегося чуть ли не квинтэссенцией всего зла нацисткой Германии: смешной и забавный с одной стороны; расчетливый, смертельно опасный, холоднокровный — с другой; полиглот — с третьей (русская версия частично позволит насладиться познанием Кристофа в иностранных языках). В фильме полном ублюдков различных мастей такой герой, а особенно то, как безупречно его сыграл Вальц, не мог не завоевать сердца зрителей. Пускай, Питт до неприличия хорош и обладает запоминающимся шрамом на шее, но именно о Вальце и его Гансе будут говорить абсолютно все после просмотра.

«Вы не видели войны, если не видели её глазами Квентина Тарантино», — гласил слоган на постерах. Такую войну на экранах мы точно не видели. Кому-то такой взгляд покажется не уместным; но по мне Квентин может заново творить историю в каждом своем фильме, пока он будет снимать Такие Картины.

Браво, Квентин!

У него на столе неожиданно появилось несколько толстых папок, на верхней из которых поверх штампа «срочно» от руки кто-то написал «Unrühmlichen Bastarde». «Бесславные ублюдки», — тут же перевёл Штирлиц. До него уже дошли сведения об этой банде. Как штандартенфюрер СС он должен был ненавидеть людей, чьи дела хранились в папках, но как советский разведчик, Максим Максимович Исаев был рад появлению таких союзников. Интересно, кто они? Англичане? Французы? Может, евреи? Последнее предположение казалось советскому разведчику похожим на правду.

Штирлиц закурил и открыл первую папку. Лейтенант Альдо Рейн. Прозвище «Апач». В его послужном списке по некоторым данным значилось триста мёртвых и скальпированных немцев. В том числе и Вернер Рахтман. Штирлиц один раз встречался с этим арийцем в офицерской столовой… С фотокарточки Альдо Рейна на штандартенфюрера смотрел дерзкий человек, однако глаза его показывали усталость. «Возможно, у него есть жена и дети», подумал Штирлиц. Печальные глаза на фотографии словно говорили: «Много детей».

А вот немецкий сержант Хьюго Стиглиц. Он убивал исключительно высокопоставленных нацистов. Исаев посмотрел на положенный в дело клок газеты. Немецкий стальной прищур, небольшой шрам… Не хотелось Максиму Максимычу в форме СС повстречаться с этим «союзником»… На прочих «Bastarde» не было даже фотографий — только имена или клички. Еврей-медведь, который, вроде бы, орудовал битой, Омар, Смитсон. Но опытный разведчик сразу понял, что это отряд самых безжалостных убийц, какие могли встретиться нацистам. «А ведь они, наверное, так и останутся бесславными», подумал Штирлиц. Про них даже анекдотов не сочинят… В окно дуло. Штирлиц встал и подошёл к этому окну. Дуло исчезло. Разведчик посмотрел на чёрно-белый квадрат у себя в руке.

На этой фотокарточке была женщина. Светлые волосы, пронзительный взгляд… Работница кинотеатра, родословную которую надлежало проверить по всем архивам. Внутренне чутьё Максима Максимыча сразу подсказало — с этой дамочкой что-то не так. На неё не было никаких бумаг, даже имя неизвестно. Многолетний опыт работы позволил Штирлицу установить — внедрённый агент. Только почему её внедрили в кинотеатр?

Уж не тот ли это кинотеатр, о котором Мюллеру так долго и упорно твердил штандартенфюрер Ганс Ланда? «Охотник на евреев» любил поговорить. А ещё он любил молоко. И однажды его серьёзный взгляд заставил Штирлица подумать, что готовящаяся явка провалена, а сам он раскрыт. Максим Максимыч Исаев ненавидел Ганса так сильно, как только мог советский человек ненавидеть фрица, но как работник Гестапо был с ним вежлив. Пока штандартенфюрер Ланда не отправился во Францию к сильной и тайной радости Штирлица.

Штирлиц затушил сигарету. Он через свою агентуру точно знал цель группы мстителей. Кинотеатр, фильм «Гордость нации» — такое донесение получил он. Как штандартенфюрер СС он обязан был сообщить Мюллеру. Но на премьере, если слухи не врали, будет сам Гитлер. Тогда, наверное, его долг, как человека, тайно борющегося с фашизмом, промолчать. Дать группе «Bastarde» шанс… И всё-таки одну шифровку Максим Максимович Исаев должен был отправить. В Москву. Чтобы американцы не подумали, будто выиграли эту войну в одиночку. Как раз закончил подбирать кодовые слова, которые поняли бы только в Центре.

I0 иZ 1о Юстас-Алексу: Тарантино снял фильм. Неплохо, как в старые времена. Много крови, много слов. Его специальность. Разочарований нет.

Пару часов, как с «Бесславных ублюдков».

Не буду томить и ходить вокруг да около: я бы сказала, что это лучший фильм, который я видела в кинотеатре с начала этого года. Можно не смотреть «Терминатора-4», можно пропустить «Район N9» (а это, заметьте, те фильмы, которые нужно смотреть только на большом экране; фильмы, которым я поставила по 10 баллов!)… Но если вы по какой либо причине продинамите «Бесславных ублюдков», то потом не простите этого себе до конца жизни. Я бы точно не простила!

Что там такого, в этом фильме?

Начну с того, что это 100%-ное КИНО: от начальных титров (или даже заставки киностудии) до последнего, финального, кадра. Сейчас я думаю, как же раньше я не понимала Квентина? Это же самый верный кинематографу человек во всем Голливуде, на всем земном шаре!!! Так, как Тарантино любит кино, наверное, не любит его никто. Не буду расшифровывать, что это значит, когда вы будете смотреть фильм, вы поймете, о чем я. Это другие режиссеры используют кино как форму, чтобы завернуть в нее что-то свое (месседж, пропаганду идеи, авторское видение, свои собственные воспоминания, ощущения, амбиции, свой полубезумный воображаемый мир и т. д.). Тарантино просто снимает КИНО. Это чистый продукт. Как я раньше этого не понимала?

А ведь не понимала же. Было время, когда Тарантино меня пугал. Своей жестокостью, кровью.. Своими неоправданными убийствами, насилием, правда, всегда щедро сдобренным живым сочным юмором, но все же… Смеяться получалось, но осадочек оставался.

Лично у меня открылись глаза на то, что делает Квентин во время просмотра «Доказательства смерти» - фильма, проникнутого духом старых трешаков из старых грайндхаусов, фильма, передающего душевный привет множеству лент, полузабытых самими американцами, что уж говорить о нас… После этого фильма я поняла, что кино у Тарантино — это всегда развлечение, и всегда чуть больше. Это еще и обязательно привет старым добрым фильмам прошлого. Понятно, что мы их не знаем, нам этот кайф не понять. Но все же он ощущается. Мы догадываемся, чувствуем (а также видим и слышим), что все это стильно и круто. Кадры, сцены, цитаты, антураж, вербальные и визуальные отсылки к определенным фильмам… Чем больше кино смотришь, чем лучше его знаешь, тем большее удовольствие от этого получаешь. А Тарантино — он за кино. Вообще. В целом. За весь кинематограф. Не только американский. За весь мировой, включая фильмы, снятые в Третьем Рейхе.

Я бы сказала, что фильм «Бесславные ублюдки» — он тоже не о войне. Не о кровавой резне. Он о кино. И он сам кино. Возможно, я повторяюсь, но так оно и есть.

И еще: я очень удивлюсь, если после просмотра вы не захотите купить этот фильм на DVD. И сходить на него в кинотеатр второй раз.

P.S. Да, а еще во время просмотра данного фильма мне пришло в голову, что Тарантино — настоящий мастер прелюдии, только в смысле отношений со своим зрителем. Уже с самой первой сцены, с первого диалога ты сидишь и дергаешься: скорей бы уже наступила развязка, началось действие… Чтобы появилась какая-то определенность, пусть даже со смертельным исходом для всех. И так все два с половиной часа: сидишь и переживаешь за всех героев — и хороших, и плохих, и нейтральных. Превосходное ощущение!

Я раньше недолюбливала Тарантино немного, а теперь говорю ему: БРАВО!

10 из 10