Молодой почтовый служащий, Жюль, одержим страстью к опере. В его руки попадает пленка с записью голоса обожаемой оперной дивы-мулатки, которая никогда ранее не записывалась на диски. Неожиданно для себя юноша оказывается вовлеченным в опасную игру между представителями конкурирующих фирм грамзаписи и полицией.
Жюль, молодой служащий почты, одержим страстью к опере. В его руки попадает плёнка с голосом обожаемой оперной дивы-мулатки, которая никогда ранее не записывалась на диски. Неожиданно для себя юноша оказывается вовлечённым в опасную игру между представителями конкурирующих фирм грамзаписи и полицией.(... читать всё)
В мозг врывается вишневая девятка. Тонированное стекло опускается. Дребезжит и вибрирует от ритмов из магнитолы. «Угнала тебя, угнала… ну и что же тут криминального…» Богиня. Хлопок по попе. Ииихххааа. За рулем Жан-Жак Бенекс. Мужик что надо — протягивает черную как уголь виэйчэску в белоснежном футляре с взглядом однозначным — пропустишь — зря жила. Оооо тогда ладно.
Первое что помню — головокружение. Молодой французский почтальон по имени Жюль заходит в оперу. Его глаза — глаза камеры тут же устремляются вверх, и на меня падает весь шарообразный колпак через мгновение всосавший легкие Дивы. Жюль сделает одну вещь, преступную — в понимании общепринятого мира, а с другой стороны, из глубины своей меломанской души — целое открытие для своей любимицы.
Но я спешу. Приключения Жюля только начинаются, а они настолько крючкосплетенные, что понадобится не один раз для просмотра, много-много-много раз, потому что «Дива» это настоящий хайскайный коллаж, что называется в самом соку. Это потом потекут слюни и размажутся во что-то инородно-мертвенное, сдохшее уже в зародыше, только и успевающее выплевываться на рынок, на радость обжорливого потребителя. Когда ж у него кишки уже взорвутся, блин, чтоб нафиг затопить себя модифицированным шлаком!..
А у Жан-Жака Бенекса все хорошо. Там в начале восьмидесятых. У режиссера, подарившего мне в детстве незабываемые минуты с «Розалиной и ее львами». Где их теперь найдешь? Пусть светятся негасимыми огоньками в моей голове… «Дива» застелена тонким нежным покрывалом цвета волны, цвета неба, цвета Олькиных глаз. Со всей своей двойственностью, чемодан для контрабандиста, «Дива» в мире компромиссов и стянутых воедино полюсов, нет, она не идет на уступки, разрываясь между истиной своего бытия, живущего в мгновении — концерте и коммерцией, опошляющей тот самый момент безостановочным конвейером, нет. «Дива» ищет гармонию — между собой и слушателем, в себе, с миром и временем.
И как мне хочется, чтобы Жюль и Синтия Хоукинс еще долго стояли на пустой сцене в огромном, заполненном воздушными баллонами и эхом зале, прижавшись друг к другу, слушая музыку, впитывая гармонию. А я накрою их покрывалом голубого цвета, чтоб никто не замарал.
Смотрела этот фильм его очень давно. Тогда его показали по нашему ТВ первый раз. И я замерла… Он показался мне очень необычным. Очень красивым, с одной стороны, и очень страшным, с другой.
Заворожила музыка (как и главного героя фильма), была от неё в восторге. Захотелось узнать, снималась ли настоящая оперная девица, и её ли этот голос. Заворожила игра героев. Заворожил сюжет. Местами он меня шокировал, местами — пугал. Режиссер так реалистично передал страх главного героя Жюля в конце фильма, что я им прониклась на сто процентов.
Думаю, не всем понравится фильм, но меня он просто очаровал. И надолго запомнился. Теперь всегда, когда вижу его показ в программе, с нетерпением дожидаюсь ночи, т. к. его показывают, почему-то всегда ночью и… очень редко.
