«Невыносимая легкость бытия» — это любовный роман, который начался в дни пражских событий в 68-м году. Томаш, многообещающий молодой хирург, красивый парень и убежденный холостяк. Он принципиально не верит в настоящую любовь. Тем не менее он изредка встречается со своими давними любовницами, отказываясь, правда, оставаться у них на всю ночь.
Однако, в конце концов, вопреки своим принципам он женится на другой женщине — Терезе, продолжая притом встречаться со своей прежней любовью Сабиной, свободной от брачных обязательств.
Волнующая и чувственная история молодой женщины, влюбленной в человека, мечущегося между своей любовью к ней и своей неисправимой привычкой «гулять на сторону».
Эта американская картина, представляющая собой вариацию на темы романа чешского эмигранта Милана Кундеры, стала одной из популярных лент сезона 1988 года. Что было, пожалуй, связано не только с двадцатилетием тех трагических событий, когда в августе 1968 года в Прагу вошли танки стран Варшавского договора. Прежде всего, авторам фильма удалось (и в первую очередь это следует сказать о режиссёре Филипе Кауфмане) задеть «нерв времени», сделать рассказ в равной степени близким и привлекательным не для одних лишь чехов, но практически для зрителей многих стран и, что самое важное, для американцев, мало заботящихся о том, что не входит в сферу их «национальных интересов».(... читать всё)
Жизнь — она невероятно интересна. Я не перестаю удивляться тому, насколько чувства могут перекрасить очевидные простые вещи туманной дымкой иллюзии, мечты…Сложно не сбиваться с ритма собственного сердца. Но гораздо сложнее настроить струны своей души под этот ритм. Поэтому, каждый день в борьбе с собой, мы теряем истинно важные вещи, путаемся, маскируемся, убегаем, прячемся…И, кажется, в нас уже нет нас самих.
Большое искусство оживить книгу на экране кинематографа. Оно даётся далеко не каждому. И фильм «Невыносимая лёгкость бытия», снятый по мотивам одноимённого романа, меня очень разочаровал.
Во-первых, я не могу не заметить всю неизменную важность собственных философских рассуждений Милана Кундеры на страницах книги. Они играют решающую роль. И стирать их абсолютно — это лишать фильм главного смысла. Роман Кундеры на экране выглядит пресной любовной историей.
Во-вторых, чувства и эмоции героев обрели совершенно иной смысл! В них нет той трогательной важности, которую создал Кундера.
И, в-третьих, «Невыносимая лёгкость бытия» — роман, который описывает характерные особенности героев. Именно с помощью их нам открываются врата в «кундеровский» мир. Мы узнаём его, покоряем! Томаш — хирург особенных женских тонкостей. Сабина — предательница собственных предательств. Франц — учёный, в душе которого кипела жажда революции. И Тереза — маленький ребёнок, которого пустили по течению в одинокой корзинке…
Фильм отображает роман слишком поверхностно! В нём нет Кундеры. Очень жаль, что высокие философские мысли стёрты на фоне банальных любовных интрижек. Прочитайте лучше книгу. Она того стоит!
«Фу ты, боже мой, — говорят они, наконец, разбитым от волнения голосом, — души-то, души-то что… Эка, сердца-то, сердца… Эка души-то напустил… Тьма души!» (Тургенев)
Эта американская картина, представляет собой (начало похищено из книги «3500 кинорецензий») экранизацию одного из типичнейших образцов позднейшей литературы, т. е. еще одного рассказа человека, которому нечего рассказать, никакого действия не предусматривающий, кроме возвратно-поступательных движений человеческого таза. Милан Кундера не стал выбиваться из стройных рядов «последователей Чехова и Достоевского» (так они себя называют) и просто взял каркас из совокуплений и обтянул его ветошью грошовых сентенций и диетических диалогов — культовый роман рожден и бурно встречен восторженными инвалидами всех сортов. Один из них даже решается на экранизацию «бестселлера», вышвырнув вон из картины все изысканное скудоумие Кундеры со ссылками на Парменида и Ницше, за что ему низкий поклон. Главный герой — врачующий русофоб, влюбляющий в себя женщин фразами «Коньяк» и «Запишите на мой счет», любитель, сидя в кафе, сыто и лениво негодовать от лица безгрешного чешского народа. Жизнь его протекает весело и беззаботно под гнетом тоталитаризма, который нигде не виден, и лишь изредка слышен — мотивом песни о Стеньке Разине. Почему авторы фильма избрали гимном тоталитаризма «Из-за острова на стрежень», а не например «Комаринский мужик» осталось загадкой. Но нам ли проникать в замысел гения — это все равно, что глядеть в бездну… пустейшее занятие. Но тут — о, ужас! — в их страну участницу Варшавского договора входят союзные войска стран участниц Варшавского договора. Казалось бы, что тут такого, но сытым и довольным чехам уже нечего желать и хочется чего-то остренького, и они лезут на танки. Далее стандартная зарисовка о железной пяте Советов — немного броских избранных кадров кинохроники, немного подтасовки, немного пропаганды, немного лжи. Позащищав свою родину, герои, из темницы оккупированной Чехословакии, неспешно и с комфортом «бегут» в свободную Швейцарию, наверняка делая остановки в пути, чтобы позаниматься любовью. Но, поскольку в благополучной Швейцарии их совокупления уже не имеют экзотического привкуса протеста против системы, они начинают скучать и возвращаются домой. Вот и все. Три часа скучнейшего анатомического театра из худосочных тел и душ, да подергиваний и повизгиваний Жюльет Бинош. По примеру царя Эдипа мне стоило бы выколоть себе глаза за то, что три часа собственной жизни выкинул на помойку.
В конце подобных произведений, каждый раз с надеждой жду, что на экране появится этакий благообразный и добродушный лектор, который скажет: «Дорогие ребята и их родители, вы просмотрели картину из жизни тех, кого ошибочно принято считать интеллигентами, давайте же посмеемся над их жалкими умствованиями, над их пресными наслаждениями и осторожными безумствами, и вообще над всей этой рябью чувств и шепотом поступков и дадим себе слово не походить на них». Но, увы!
Ох, уж, эта мне богема, которая намереваясь компенсировать ничтожество чувств и мыслей громкостью фраз, набирает в грудь воздуха, но лишь снова заходится в кашле.
Книгу нашла чисто случайно. Увлеклась. Именно такой хотелось: история и параллельные философские домыслы, размышления. В названии воплотилась вся идея — мы проживаем жизнь единожды, мы никогда не узнаем, поступили правильно или нет, ведь нам не дано даже предусмотреть второго варианта развития событий. Так что можно даже не задумываться и жить дальше. Снимая фильм по такому произведению, следовало изменить название и дописать «По мотивам романа М. Кундеры…», а так заголовок совершенно не отображает сути. На экране мы видим только лав стори из нескольких переплетенных линий, с необычными обстоятельствами — Пражской весной. У режиссера были попытки передать размышления автора через монологи Томаша, но тщетно, они поверхностны и вследствие их недостаточности возникает мысль: зачем? Не лишнее ли? Все главное, сосредоточенное в романе, свелось к любовным похождениям Томаша и постельным сценам.
Уже писали, что неприятное впечатление от главного героя, налицо его сходство с Беном Стиллером. Полностью согласна, противно было смотреть. Единственное, что в фильме мне понравилось больше, чем в книге — главная героиня Тереза. Она оказалась не такой жертвенной, уничиженной… Очень милая девушка, блестяще играет, пускает слезу где надо: где стыдно, где больно, где неприятно.
Конечно, роман не короткий. Но мне показалось, что время, проведенное за его чтением, пролетело быстрее, чем за просмотром экранизации.
Очень люблю сниматься у Ганса Петтера Моланда - мы отлично проводим время. Всегда ищем материал, который мог бы соединить нас. Сняли вместе два реалистичных и мрачных фильма, а в этот раз мне присылают сценарий, я читаю его и думаю: «Надо же, смешно!» Мы ни разу не работали в комедийном жанре. Вот и решили попробовать! (...)
