Логан, тихий, одинокий тринадцатилетний подросток, знакомится с более старшим учеником школы, Родэо, который, в отличие от всех остальных не выказывает враждебности по отношению к нему. Когда между ними завязывается дружба, не вписывающаяся в рамки общепринятых отношений, и единственным проявлением которой являются их уединенные прогулки в лесу, Логан безрассудно создает вымышленный персонаж — девушку Лею, от лица которой начинает звонить Родэо по ночам. Лейтмотив фильма — дикие львы, которые будто бы были замечены на территории школы и несут смутную опасность всем окружающим.
Бывают, конечно, фильмы «про подростков». «Дикие тигры…» представляются мне фильмом, снятым подростком (интересно, что режиссеру в то время было 23 года), потому мне кажется не совсем уместным оценивать этот фильм с позиций «взрослого» кино.
1. Как правило, фильм ругают за отсутствие психологизма, но, думаю, у режиссера изначально не было желания препарировать главного героя — час и двадцать минут мы бродим по необычайной красоты эротическим грезам тринадцатилетнего Логана. Фильм можно было бы назвать видеоклипом, насыщенным «гей-эстетикой», если бы не дикие тигры…
2. Вообще это один из самых распространенных вопросов, задаваемых зрителями этого фильма, — почему «тигры», если в фильме бродят пумы (ака «горные львы»).
2.1. Мне кажется, «дикие тигры» (символ чего-то непривычного и уже потому опасного) — еще одно название для людей, не похожих на окружающих: таковым является и аутсайдер Родео (Логану он представляется диким зверем, крадущимся по ночному лесу), и сам Логан (именно это и сближает двух подростков), история которого — история постепенного осознания своей «непохожести» (гомосексуальности) (в какой-то момент Логан видит вместо своей руки львиную лапу).
2.2. Не претендую на «разгадку» авторского замысла, но мне кажется, что понимание истории взросления Логана как истории его превращения в «тигра», дает ключ к одной из последних сцен фильма: лев, повстречавший Логана на школьном дворе, оставляет его невридимым, поскольку узнает в нем своего.
Метафора красивая и благородная, что безусловно ставит этот фильм выше всех бесчисленных гей-драм.
«Если бы я мог быть с тобою вечно, я был бы твоим единственным сновидением»
Фильм — колоритное путешествие в подсознание формирующегося индивидуума, находящегося на некой грани, своеобразной пустынной дороге, где вдоль нее растут неприхотливые кактусы, а в спину светит садящееся солнце. И так стоит он, смятенный, вдумчиво наблюдая за движением вокруг себя.
Мне кажется, неспешность протекания картины есть зеркало сознания главного героя, где все можно описать таким словом, как «dream», которое так богато своим семантическим рядом: его сны, его мечты, грезы, фантазии. Называйте как угодно.
Он словно живет в вечной пластичной фантазии, из которой его время от времени забирает суровый Рацио, который руководит реальностью, но совсем не его Реальностью.
Очень интересным и оригинальным ходом, на мой взгляд, являются ни к чему не обязывающие бессюжетные вставки красивых пейзажей и Персонажа, что безмолвно провозглашает некий диалог в монологе, записанный на диктофон. Нечто на образец «Если мы оба притворимся, что это конец, то, может, на самом деле это будет начало». В этих, казалось бы, бессвязных и порой бредовых репликах содержится нотка некоей иррациональной философской мысли, что содержит в себе явные противоречия, но так и манит своим иносказанием философа-мечтателя.
В лице грезящего мечтателя дремлет нечто первобытное, задавленное, убитое, ущемленное тлетворной и прогнившей до дыр цивилизацией, нечто вымирающее и прекрасное в своей диковинности. Дикий зверь, спящий в Вечности.
Словно ничего не обещающий сон, развивается и заканчивается картина, символично отпускаю уверившегося и проснувшегося после долгого сна зверя, в неизвестную туманность чистых залитых закатным солнцем полей.
… и данный фильм как раз и есть одна из таких загадок, показанная нам изнутри гланого героя, его глазами, а не со стороны, от третьего лица, как в большинстве случаев, поэтому и не надо пытаться эту загадку разгадать, а лишь восхищаться неторопливым действием картины.
Не все люди обладают достаточной глубиной мышления и богатством внутреннего мира — реалистам фильм покажется скучныи и «ни о чём». Но если рассматривать его с точки зрения мышления главного героя, Логана, его проблем, неопределённости в жизни, то вырисовывается вполне чёткая картина выбора жизненного пути подростка, его метания между «хорошо» и «плохо», между зовом души и пресловутой общественной моралью, как всегда, ограничивающейся фразами о терпимости и дурацкими символами-татемами.
Нам здесь очень хорошо показано, как неторопливо и скучно течёт жизнь в провинциальном городке, отсюда и столь неспешные затянутые кадры, не говорящие ничего конкретного. Но на самом деле — это жизнь Логана, в которой тоже нет пока ничего конкретного, и которую он пытается конкретизировать. Он как-то заявляет, что «я не против быть один». Но человек не может быть совершенно один, ведь природа наделила нас сознанием, всегда готовым прийти на помощь и что-нибудь выдумать для развлечения. Он знакомится с парнем Родео и начинает звонить ему от имени выдуманной им девушки Леи — характерный пример неопределённости, когда хочешь видеть себя в другой роли — вдруг она окажется лучше?
Фильм полон символов, которые режиссёр предоставляет трактовать зрителю так, как ему удобнее, всё зависит от фантазии, потому одних фильм завораживает, а других повергает в недоумение. Он не заканчивается ничем определённым; здесь вспоминаются и «Зеркало», и «Древо жизни»…
И, кто знает, может быть, те таинственные тигры, вечно обитающие за кадром, — единственные, способные главного героя понять?
Гас Ван Сент в своих картинах любит разбирать мальчиков, анализируя то, как они переживают трудные этапы своего жизненного пути, непременно оставляя в них опорные точки для привязки элементов гей культуры. Этим, скорее всего и объясняется его участие в продюссировании ленты Кэма Арчера «Дикие тигры, которых я знал». Ведь это кино про «это».
Странное поведение Логана (Малкольм Стумпф) отзывается насилием и нетерпимостью сверстников, подозревающих, что их отдалившийся и ушедший в себя одноклассник — педик. Логан, переживающий все прелести пробуждающейся сексуальности, оказывается в смятении. Боясь оказаться не тем, страшась быть не таким. Проверяя себя, он решается на рискованную интригу со старшеклассником, дабы экспериментальным способом удостовериться, кто есть кто.
Ничего ужасного не происходит. Несмотря на то, что фильм, как бисквит, густо пропитан гей мотивами, дело обходится без акций и актов, равно как и без лишних слов, ограничиваясь исключительно визуальными кинематографическими средствами. По минимуму оно касается внутреннего состояния главного героя, мгновенно перетекая от обозначенного в мыслях психологического кризиса подростка к внешним формам разворачивающихся событий.
Гей эстетика мгновенно забивает психологию, выдвигая на первый план знаковые формы и символические действия, кино становится сборником видеоклипов эротического содержания, вполне невинных, но давно уже заигранных в куда более жёстком и суровом антураже. Думается, Арчер нашёл удобный повод поупражняться в эротической съёмке, набить руку, чтобы потом использовать опыт в более серьёзном деле.
Кино для толерантного зрителя. Всё-таки это не Гас Ван Сент.
Кажется, все фильмы про подротсков, снятые при участии Ван Сента или им самим не претендуют на глубокий психологизм, а если он и присутствует в картине, то скрыт где-то в глубине ее героев. Для зрителя фильм же представляется чистой феноменологией, повествованием, чередой событий ("Параноид Парк», «Слон»)…
В этом смысле «Дикие тигры…» отличается попыткой заглянуть во внутрь героя, отразить его в обрывочных монологах мальчика, обращенных то ли к самому себе, то ли к тому образу Родео, который сложился у него в голове, то ли непосредственно к зрителю.
tiger — «The guy`s a tiger. Watch out for him» — Парень настоящий зверь. Будь с ним осторожен. Кто был этим тигром? Ясное дело, им был…
