Великий режиссер Сержио Леоне в первую очередь — творец вестернов. Их можно четко поделить на две группы — вестерны с Клинтом Иствудом и без. Именно тот актер, которому Сержио предпочитал Джеймса Кобурна и Рода Стайгера, стал величайшим открытием режиссера. Фильмы Леоне очень помогли Клинту, ранее малоизвестному актеру третьесортных фильмов, стать тем, кто он есть. Невозможно сказать точно, какие фильмы лучше — «За пригоршню долларов», «На несколько долларов больше», «Хороший, плохой, злой» или «За пригоршню динамита» и «Однажды на Диком Западе».

Три первые фильма создавались под контролем продюсеров. Они намного проще философски, не затрагивают социальные проблемы; сценарий более стильный; экшена больше и духа Дикого Запада. Два последних вестерна, при создании которых у режиссера было куда больше творческой свободы, разительно отличаются.

У обоих фильмов запутанный, затянутый сюжет, который ничуть не делает их хуже. Очень хорошо развиты характеры, они являются здесь центром повествования. Художественные средства многочисленные и сильные: это и натурализм, как в первых кадрах, и огромные рты во весь экран как способы создания абсолютно плотских, бездушных образов; лица крупным планом для усиления психологизма. Вообще, фильм по своей структуре сильно похож на полотна французов Новой волны.

Герои «За пригоршню динамита» разительно отличаются от Человека Без Имени. Он воплощал идеальный образ ковбоя Дикого Запада, а характеры Кобурна и Стайгера реалистичны до предела. Леоне даже смеется над образом крутого ковбоя и рушит его в истории с мотоциклом, когда герой Кобурна ничего не может поделать перед нежеланием Стайгера его отпустить.

Вообще, сложно сказать, кто харизматичнее — Род Стайгер или Джеймс Кобурн. Образ Кобурна — это как более реальное воплощение, продолжение, в каком-то смысле, взросление Человека Без Имени. Это крутой, угрюмый, умный одиночка с суровой судьбой, не лишенный очарования и природного шарма, с прошлым, которое перебило его жизнь.

Характер, воплощенный Стайгером — человек из народа, профессиональный разбойник, мексиканец, который в состоянии прокормить своих детей, пусть даже научив их убивать. Его взгляды на жизнь кажутся немного наивными и смешными, но он, оказавшись самым правым в своем мировоззрении, просто не очень хорошо выражает свои мысли. Он меняет взгляды куда больше знакомого с политикой героя Кобурна.

Он типичный представитель народа — и потому он прав. Его характер на протяжении фильма претерпевает гораздо большие изменения. В начале ему не хватает храбрости — чтобы пойти против армии — а потом он чуть ли не добровольно идет на смерть. Его спасает мужская дружба — этому замечательному явлению отдана вторая половина фильма. Как и все многочисленные проблемы, поставленные Леоне, она искусно раскрыта.

«За пригоршню динамита» — шедевр. По искренности и сложности чувств с этой картиной мало какие фильмы могут сравниться. А последние сцена и слова Кобурна — «Прикурить не найдется?» — вообще один из моих любимых фрагментов в кино.

Один из последних фильмов Серджио Леоне «За пригоршню динамита» с натяжкой можно назвать вестерном. Он гораздо сложнее: это философская трагикомическая военная драма. Здесь вы практически не увидите перестрелок на револьверах и скачек на лошадях. Зато вы познаете силу динамита, который можно достать за пригоршню долларов и устроить однажды в дикой Мексике. Эта работа кажется переходом от макаронных вестернов и итоговой работы «Однажды на диком Западе» к эпической саге «Однажды в Америке». Она затрагивает не только личностные характеры и противоречия, но и социальные, общественные, не говоря уже о философских.

Две эгоистичных, алчных, жестоких личности встречаются посреди мексиканской пустыни. Первый голубоглазый ирландец, Джон, с кучей динамита за пазухой, второй отвязный мексиканский разбойник, Хуан, научивший свой родных детей грабить и убивать.

А каких еще людей можно встретить в период революции. А тем более мексиканской 1910—1917 годов и гражданской войны, когда, по некоторым данным, погибло 13% населения. Здесь каждый ищет свой способ выжить, защитить свою родину, или проще говоря… себя…

Но есть и такие, кто просто не верит в жизнь, а верит только в динамит… Недаром он поменял имя с более мягкого Шон…

Развеселый же Хуан, роль которого замечательно исполнил Род Стайгер, в первой половине картины напоминает Туко из «Хороший, плохой, злой», но под трагичным влиянием революции из клоуна превращается в настоящего борца с системой.

Сарказм же фильма, пронизывающий его с начала до конца и сдобренной оригинальной музыкой уникального Морриконе, становится понятным в концовке. Предательство и героизм, динамит и сигара, дружба и обиды, не важно… Смерть всегда стоит за спиной, а в период больших перемен она смотрит прямо тебе в глаза…