Чтобы проверить загадочный характер усадьбы Hill House, построенной более ста лет назад для своей новой жены и ребенка миллионером Хью Крейном, доктор Марквей приглашает трех человек. Это наследник дома Люк Сандерсон — молодой человек, Элеанора, которая подсознательно чувствует себя виноватой в смерти матери и Теодора, обладающая способностями медиума. Они узнают, что первая жена Крейна погибла во время поездки к усадьбе, выпав из повозки. Вторая жена погибла уже внутри дома, упав с лестницы. Сам Хью Крейн утонул.
Оставшаяся одна дочь Эбигейл умерла, когда сиделка не откликнулась на ее крик о помощи. Унаследовавшая дом сиделка вскоре тоже покончила жизнь самоубийством. Вот в такое «веселенькое» местечко прибыли доктор Марквей и его спутники. Постепенно дом оказывает все большее влияние на своих исследователей. Поскрипывания, шорохи, стоны, оханья, постукивания создают гнетущую атмосферу…
Мне давно хотелось написать про этот фильм, но, как часто со мной подобное случается, то мысли спотыкались о другие картины, и им удавалось полностью захватить мой разум и унести в свою ирреальность, а то и вовсе взять и запрыгнуть на горб Белого Кита и оказаться на дне никем неизведанного океана. И все же чувствовать ссадину на ноге, она не заживает, притягивает к себе внимание, и таким образом, я вспоминаю, за какой сучок зацепилась.
Но это еще не все. Творение Роберта Уайза отбрасывает меня намного дальше, на несколько лет назад, когда я еще ни сном ни духом не ведала о «Логове дьявола» или просто — «Призраке». Зато прекрасно знала другой фильм, «Призрак дома на холме» с милой Лили Тейлор и сексуальной в то время Кэтрин-Зетой Джонс, и мне он нравился. Это было то время, когда мы с подругой бегали в прокат и за 20 или 30 рублей брали кассету на вечер, чтобы на пару с чашкой чая придать веса в памяти долгим осенним или зимним посиделкам до поздней ночи. Эти две картины объединяет только одно — имя Ширли Джексон, чей роман лег в основу. Какой из фильмов оказался ближе к первоисточнику мне неизвестно, и это даже хорошо, когда не знаешь книгу, никакие критические мысли уже не смогут атаковать мой мозг во время просмотра.
Элеонора Лэнс, далеко немолодая девушка, чей возраст трудно проглядеть на ее лице, кажется годы однообразия и тяжесть ухода за больной матерью стерли черты и выпуклости на нем и покрыли их пылью, приглашена принять участие в эксперименте доктором Маквеем, антропологом, исследовать на наличие призраков Дом на Холме. Теперь, когда Элеонора свободна от своих каждодневных обязанностей после смерти матери, но все еще продолжает держаться в заточении, по инерции, бок о бок со стервозной сестрой, продолжающей теснить ее и пользоваться ее неумением сопротивляться обстоятельствам, это приглашение для нее больше, чем приключение. Возможно, это новая жизнь. Поэтому между Элеонорой и Домом на Холме возникает нервозная сверхъестественная связь. Бездомная Элеонора нашла свое прибежище, где ей и суждено быть похороненной.
В «Логове дьявола» дом — это отдельный герой, существо, ожившее при помощи зеркал, смещенных углов, голосов, шорохов, записанных когда-то давно и проигрывающихся каждую ночь, погружая четырех участников эксперимента в свою, смежную остальному миру реальность, и в первую очередь Элеонору, не нашедшую себе места в том мире. Призраки подпевают бэк-вокалом, а крупный план выхватывает человека-призрака, увенчанного своим одиночеством.
- Я сплю на левом боку. Так быстрее изнашивается сердце.
Элеоноре ни за что не избавиться от чувства вины, все, что она хочет — остаться в Доме на Холме. Стать его частью.
Не считая финала, одна из пугающих сцен происходит где-то на десятой минуте второго часа. Элеонора и Тео засыпают в одной комнате. Разбуженная голосами Элеонора крепко сжимает руку Тео. Взгляд прикован к узору на стене, в квадратике света, падающего из окна, тишина, и снова голоса, тихий смех, детский плач, лицо Элеоноры, испуганное, но она не кричит, тихий ужас сковал ее тело, он добирается и до меня, может, сейчас все пройдет… но нет, не проходит, сейчас я закричу…
Скрип дверей, как тиски или кулак дьявола, сжимает и сжимает Элеонору…
Старинный особняк в глуши английской провинции, пользующийся дурной славой. Угрюмый парк, много десятилетий хранящий следы страшной трагедии. Мрачное великолепие лабиринта из коридоров и комнат, полных спёртого воздуха и застарелого запаха смерти. Тяжелая железная цепь на воротах, отрезающих эту территорию оживших суеверий от цивилизованного мира.
Внезапный мертвенный холод, пронизывающий тело до самых костей. Оглушительная поступь неведомого существа за дверью, заставляющая сердце трепетать от ужаса. Душераздирающие завывания со всех сторон, способные в мгновение ока свести человека с ума. Призраки давно ушедших времён, вернувшиеся из небытия за новыми жертвами.
Смелый и амбициозный учёный, решивший доказать миру реальность потусторонних сил. Молодой и беспечный наследник особняка, жаждущий пустить всё имение по ветру. Загадочная и раскованная брюнетка, обладающая сверхъестественными способностями. Застенчивая и несчастная девушка, похоронившая в одном гробу с матерью смысл собственного существования.
Четыре человека, затеявшие в стенах таинственного дома опасный эксперимент, который может стоить им не только рассудка, но и жизни…
Фильм «Призрак», более известный в России под названием «Логово дьявола», — это экранизация готического романа Ширли Джексон «Призрак дома на холме». Снятый классиком американского кинематографа Робертом Уайзом почти полвека назад, он до сих пор остаётся одной из недостижимых вершин в своём жанре. Недаром величайший киноман современности Мартин Скорсезе назвал его самым жутким фильмом ужасов всех времён. Мастерское нагнетание атмосферы беспросветного страха и тотальной безысходности заставляет зрителя то и дело замирать в восхищённом испуге. Поистине гениальное использование звуковых эффектов вкупе с замечательной работой оператора позволяет ощутить ту самую «магию кино»: грань между реальностью и происходящим на экране стирается — и вот уже мы сами оказываемся на месте героев, пленённых призраками зловещего дома-склепа. Замечательный актёрский ансамбль ни на секунду не даёт усомниться в правдивости разворачивающихся перед нами событий — особенно пленяет раскрепощённая игра Клер Блум, чей природный магнетизм мгновенно превращает её в королеву кадра.
Тем интереснее сравнить экранизацию шестьдесят третьего года с ремейком, сделанным в 1999-ом году Яном де Бонтом и получившим сразу четыре номинации на «Золотую малину»: худший фильм, худшая работа режиссера и актёров и худший сценарий. Новая версия, несмотря на великолепное визуальное исполнение, оказалась сплошным набором клише и бессмысленных сюжетных поворотов, при этом исполнители главных ролей даже не попытались вжиться в образы. В произведении Уайза же виден кропотливый и искренний труд каждого участника съёмочного процесса. И, главное, в оригинальном «Призраке» очень точно передана готическая эстетика литературного источника и его идейная неоднозначность. Это красивое, умное и во многом философское кино.
Но всё же в первую очередь оно пугающее. Игра света и тени, неясные очертания и таинственные узоры, звенящая тишина и внезапный оглушающий стук — так режиссёр оживляет наши самые потаённые, детские, страхи. Зритель вдруг вновь оказывается маленьким ребёнком, лежащим в кровати среди ночной темноты, напряжённо вслушиваясь в безмолвие комнаты: не скрипнула ли дверца шкафа, в котором сидит то самое чудовище, — силясь разглядеть во мраке едва уловимое движение: не ожило ли жуткое лицо, которое смотрит на него со старого ковра на стене… Именно этим суеверным, почти животным ужасом пронизан фильм «Призрак». И ещё не одно поколение кинолюбителей будет замирать перед экраном, в панике глядя на медленно поворачивающуюся ручку двери и мысленно умоляя режиссёра: «Пожалуйста, пусть она не откроется!», — ведь за этой дверью лежит дикое царство кошмаров нашего подсознания.
