Вторая мировая война, Франция оккупирована нацистами. Настоятель католического колледжа для мальчиков решается дать приют нескольким еврейским детям. Главный герой, мальчик-француз по имени Жюльен Кантен, подружился с одним из них. И когда гестапо по чьей-то наводке обнаруживает прегрешение настоятеля, и его вместе с еврейскими детьми увозят на верную смерть, это становится для Жюльена страшным ударом на всю жизнь.
Есть особый смысл в том, что во многом автобиографический, внешне непритязательный, скромный, окрашенный в элегические тона фильм Луи Маля был признан на родине режиссёра и получил известность во всём мире. Грустную исповедь Маля о детстве, в которое вторглась война, о недопустимости и противоестественности распрей между людьми, преследовании их по расовым, политическим и любым иным мотивам всё-таки услышали и поняли. Истина, вложенная в уста героев-детей из католического коллежа, оказалась своего рода откровением. Французский постановщик добился этой лентой не просто успеха — он получил некое воздаяние и искупление за отнюдь не совершённые им грехи. Счастливый, с проблесками седины 55-летний (практически — возраст «золотого сечения жизни»!) Луи Маль держал в руках заветный «Сезар» (а прежде вообще ничего не получал во Франции!), ставший символом реабилитации и покаяния. После подлинной травли за картину «Лакомб Люсьен», спустя десять лет работы за границей он вернулся на родину победителем.(... читать всё)
Малль в своём репертуаре, как всегда, о чувствах и природе человеческих отношений, окрашенных местом, временем и свойствами отдельных людей.
Двенадцатилетний Жюльен, с болью отрываясь от материнской юбки, страшась, едет в церковную школу, ожидая однообразной скуки и тоскливого общества с недалёкими одноклассниками. Он успешен, слегка ленив и высокомерен, с опаской укладывающийся по вечерам в постель, приученный к ночным случайностям своего мочевого пузыря.
Неожиданно, привычная команда школьных разгильдяев получает пополнение из нескольких новых учеников, поведением и характером сильно отличающихся от надоевших Жюльену товарищей. Один из них, Жан Бонэ, становится объектом пристального внимания наблюдательного подростка.
Спокойный, тихий и уравновешенный, обладающий живым умом и творческими наклонностями, вместе с тем открытый и доступный, он, как противоположность, притягивает к себе отчаянного Жюльена, стремящегося разобраться в странностях поведения новичка.
Сближение и дружба двух учеников образует основную сюжетную линию этого фильма. В этой дружбе один находит пример борьбы со своими комплексами, а другой — поддержку, скрашивающую его одинокое существование.
Вскрывая иудейское происхождение Жана Бонэ, Малль обращается одновременно и к вопросам веротерпимости, и к проблемам антисемитизма, сея сомнения в умах своих героев, иногда пытающихся поступать по зову сердца, а не по религиозным установлениям своей веры.
Малль демонстрирует пример отстраненного объективизма, представляя в одном ряду гестаповских гончих, роющих землю в поисках несчастной жертвы и дорожный патруль вермахта, заботливо согревающий заблудившуюся ребятню; тихого немецкого солдатика, скромно обращающегося за исповедью, и хладнокровную ищейку, заглядывающую в штаны к испуганным ребятишкам.
Ложно понимаемое гражданское рвение коллаборационистов остужается презрением соотечественников и брезгливым пренебрежением немецких союзников, оставляя место юношеской бесшабашности и детскому хулиганству, когда раззадорившийся юнец внезапно открывшейся наготой смущает взор своего монашествующего наставника.
Даже обращаясь к предательству, Малль избегает прямолинейных форм, представляя его как результат неблагоприятного стечения обстоятельств, в котором вина предателя сопряжена с недостойным поведением самих школьников, провоцировавших нехорошие дела, чтобы потом дать им выслушать горький упрёк — оправдание чужой мести, не без оснований перекладывающий часть ответственности за случившееся на плечи других участников.
Здешний сюжет — всё та же трагическая история встречи и разлуки, только не матери и сына или романтической пары влюблённых, а двух мальчишек, согревших друг друга теплом своего сердца и души, чьи едва возникшие узы всё так же безжалостно рвутся жестокой машиной беспощадной войны.
Гуманистические мысли Малля потоком горького сознания замирают в набухших слезами глазах его актёров, чьи герои прощаются со своим детством, друг с другом, со своим прошлым, оставаясь с надеждой на будущую встречу, которой, так никогда и не суждено быть.
«До свидания, дети» — самое важное из всего, что создал режиссер, Луи Маль. Картина навеяна одним из драматичных моментов детства одиннадцатилетнего Луи, учившимся в католическом колледже. Шел 1944 год. У воспитанника колледжа для мальчиков, был друг, скрывающий свою фамилию (друг был евреем)… В январе 1944 года, еврейского мальчика забрали в гестапо прямо посреди урока. «Этот миг перевернул всю мою жизнь. Уже больше 40 лет прошло, и я, наконец, решился вложить в сценарий всю мою нежность и всю мою память, а также всё мое воображение, чтобы не следовать за реальностью, вслепую, а как бы переосмыслить воспоминания» — говорил режиссер… Ребята больше никогда не встретились. Один, впоследствии, стал режиссером, другой был замучен в Освенциме, ребенком…
Картина снята, сдержано, без излишних эмоций, что позволяет представить, что творилось в душах детей разных возрастов, лишенных родительского тепла. Это тепло, заведомо убранное за счет холодных классов и отсутствия горячей воды в колледже, согревало, мальчиков, лишь на мгновение — письмами матерей, которые, как крошки хлеба для птиц среди зимы, пробуждали воспоминания о доме и сытости. Холод, холод, холод. Он преследовал воспитанников, даже ночью под их одеялами. Бледные лица чуть розовели от дружеского участия сверстников, редких приездов родителей, игр, или совместного похода в городскую баню.
«Есть люди, которым еще хуже, чем вам» — внимал к ученикам, настоятель. Кого он имел в виду? Возможно, сокрытые еврейские ребятишки, в стенах колледжа, под вымышленными фамилиями, на контрасте, с детьми обеспеченных родителей (французов), действительно были слабым звеном. Противоборство против тех, кто уязвимее, достаточно остро проявлялось в драках (издевках) среди воспитанников колледжа. А если мальчик умнее — он обязательно «подлизывается» к учителям. Так думали ребята… Но режиссер, сглаживая, «углы», добавил картине ощущение искренности, а любовь к героям, «нарисовал» без излишней сентиментальности. И все же, невозможно удержать учащенного сердцебиения, при словах священника: «До свидания, дети» и забыть застывшие слезы двух друзей, которые надеются на чудо в дальнейшем.
Фильм имел большой успех в Венеции и получил «Золотого льва», был удостоен еще нескольких престижных премий… Но это ли главное? Главное то, что режиссеру, удалось снять фильм — просветление, основанный на детских переживаниях. Такой опыт вряд ли возможно забыть. Опыт войны, который, как вирус, проник в души подрастающего поколения людей, сделав из мальчиков мужчин.
