Жан-Доминик Боби, редактор журнала Elle France, в 1995 году в возрасте 43 лет перенес инсульт, в результате которого он был полностью парализован. Подмигивая оставшимся не парализованным левым глазом, когда сидящий рядом человек называл нужную букву, Жан-Доминик рассказал все о своем внутреннем мире, начиная с психологической пытки из-за того, что ты заперт внутри собственного тела, и заканчивая воображаемыми историями о мирах, которые он посещал лишь в своих мечтах.
Преуспевающий главный редактор модного журнала Жан-Доминик Боби вследствие инсульта парализован, имея возможность лишь мигать левым глазом. Он обеспеченный человек, его любят близкие, друзья, коллеги, за его выздоровление молятся, а он, подумать только, пишет мемуары! Нет бы, как положено инвалиду, ныть о тяжкой судьбе и спокойно доживать деньки в госпитале. Истый француз: обожает женщин и вино, иронией не обделён, прекрасный рассказчик, для которого важнее всего не утратить память и воображение. Его роман полон чудесных размышлений, а, самое главное, дарит ощущение счастья. Ты поглощён увлечённой натурой автора — не верится, что эти маленькие новеллы создал тяжело больной человек. Осколки образуют зеркало, в чужих воспоминаниях неожиданно проскальзывает твоё отражение. Боби протягивает руку читателю, вместе с которым он неторопливо путешествует по разным пунктам стремительного сознания. Такую откровенную — и грустную, и забавную в меру — книгу не способна испортить никакая бездарная адаптация для кино. А ведь сценарист Рональд Харвуд, склонный к излишнему драматизму (примером чему «Пианист» Полански) очень близко подошёл к убийству невероятных бабочек Жана-Доминика. Сила писателя всё же одержала верх — да, в экранизации слегка сместились акценты, введены эпизоды, которые не существовали в оригинале (опять же усиления ради, чтобы зритель всплакнул немножко, как так, фильм о паралитике и ни одной слезинки), но в картине, продираясь сквозь кинематографический дым, упорно воцаряется атмосфера сопричастности. Боби не читает мораль, не призывает к чему-либо. Главный герой здесь наблюдатель, наслаждающийся жизнью, не окончившейся для него с наступлением несчастья: память и воображение ведут его по нескончаемому, весьма любопытному лабиринту вопросов и ответов, подсказывая в перерывах знакомые ароматы, навевая о деньках славных в компании возлюбленной, очаровывая читателя, а вслед за ним и зрителя, желающего разделить как истинное счастье (время, время, время!), так и горести (о, далёкие близкие!). Джулиану Шнабелю с его стилем сдержанным при помощи великолепного оператора Януша Камински удалось удержать равновесие: Харвуд с его сентиментальностью и принципиальные профессионалы в итоге преподнесли ровное, всепрощающее и в чём-то роковое кино. Беспокойный левый глаз Жана-Доминика смотрит на тебя. Пусть недвижен человек, но ты чувствуешь: он улыбается, ибо чудные бабочки мира помогут вам обоим стать друзьями. Буквы алфавита, как же Вы добры…
Если у персонажа — инсульт, то у ряда русских зрителей — инфаркт, потому что они не могут воспринимать в целом историю Жана-Доминика. Мол, зажравшиеся буржуи, поживи-ка ты день-другой в наших больницах: не будешь соловьём петь, ни мемуаров тебе, ничего вообще, лежи да просверливай взглядом дыру в потолке. Известный тип зрителя: увидев в начале картины зашитый правый глаз, они вопят «Мощно!», потом куксятся — «скукота», «слишком доброе кино» и так далее. Тенденция тревожная: люди всегда любили примитивизм, и то, что некогда адекватный «Золотой глобус» продался с потрохами, наградив красочного «Аватара», крайне сбивает с толку. Мурмурные черти, это ведь те же самые люди, что вручали статуэтку Шнабелю, а теперь — на потеху народу Джиму Кэмерону, горбатящемуся несколько лет над «альбомом». Хм, примитивизм — сильный наркотик, но появилась в 2000-х также мода на бытовую «чернуху». Проблема, ты где? Иди ко мне, забацаем с тобой на пару классное кино, все фестивали лопнут от зависти. У какого-нибудь Ханеке над героем, схожему ситуативно с Боби, главный герой непременно будет подвергаться пыткам, травле, будет скулить и умирать с гнетущей медленностью. Вот так плачевно застревает обыкновенный зритель между экшеном и «артхаусом», не научившись ценить «срединное» кино, где упор не на проблеме или действии, но внутреннем мире героя. В этом главная фишка книги Боби — он просто рассказывает истории, а мы просто слушаем их. Нет страшнее собеседника не сопричастного, разучившегося слушать то, что ему пытаются сказать. Экранизация слабее, но тоже вторит незабываемому духу автора, тоже беседует со зрителем, приглашая его в путешествие, оценки не надобны на дороге памяти и воображения, необходимо пройти нескончаемую дорогу вместе с гидом.
Грандиозные мужчины и роскошные женщины — искушающий актёрский состав! Невозможно не влюбиться в соблазнительную Эммануэль Сенье, как тут не обмануться улыбкой Мари-Жозе Кроз, не спеть оду Марине Хэндс и не ринуться в круиз с Анн Консиньи. Хитрые, подлые работники кастинга, нельзя так обвораживать зрителя. Хорош Матье Амальрик, умудряясь разыграть партию не хуже Дэй-Льюиса из «Моей левой ноги» — шарма ему не занимать. Чистые эмоции выказывает великий Макс фон Сюдов в роли отца. Понимаешь, что значит «актёр от Бога». Ради появления Нильса Ареструпа в проекте следовало выдумать эпизод, которого не было в книге. Ареструп играет заложника террористов, место которому в самолёте уступил Жан-Доминик, а впоследствии он навещает его в госпитале со словами поддержки. Трёхминутный монолог, гениально подано — пожалуй, нет на свете другого такого актёра, умеющего убить и спасти взглядом. Кристальная честность — в кадре появляется Ареструп, а ты про это забываешь, мыслями зарываясь в сущность персонажа.
Все мы своеобразные выпускники в странном, странном мире, чей скафандр верно тянет на дно, но бабочки вырываются на свободу, чтобы увлечь за собой признательных собеседников, помочь им увидеть в ущербе — талант. Талант к жизни, стремление жить просто. Любуясь миром, а не ненавидя его. Рисует Кристи Браун и играет на пианино взрослый ребёнок Хелфготт, выживают герои Ремарка и спасаются от убийц романтики в детективах Агаты Кристи. Почему так мало доброты в современном кинематографе? Хватит прославлять всё мрачное, пессимистичное и циничное. Станцуйте чечётку неповиновения нынешней инерции. И пошлите её на *мурмурное словечко* улыбкой снисходительной.
Посвящается: замечательной Лурдес, превращающей пули цинизма в воздушные поцелуи.
Я посмотрела этот фильм, обратив внимание на необычное название, которое меня почему-то привлекло. Во время просмотра меня ни на минуту не покидала уверенность в том, что «Скафандр и бабочка» если и не находится в Топ-250 лучших фильмов, то по крайней мере на него написано множество положительных рецензий и рейтинг фильма будет довольно высок… И я была неприятно удивлена, когда, зайдя на страничку, которую Вы сейчас читаете, я увидела, что средний рейтинг фильма не дотягивает даже до 8 баллов, да и положительных отзывов о нем не так уж и много… Поверьте, это один из тех фильмов, поставить оценку которому меньше 10, если в Вашей душе есть хоть капелька сострадания к человеческим невзгодам, просто невозможно…
Почему-то в самом начале фильма я не поняла, что сюжет автобиографичен — полагала, что это всего лишь результат кропотливой работы сценаристов, и думала, что «в рецензии уж точно надо отразить, насколько все, как говорится, правдоподобно»… Но тут закончился фильм и на экране замелькали титры… Знаете, в течение просмотра я не плакала. На душе было тяжело, но почему-то слез не было… Но когда я увидела в титрах фразу «Жан-Доминик скончался через 10 дней после выхода в свет книги „Скафандр и бабочка“», я разрыдалась… Конечно, я и раньше знала, что живут на свете несчастные люди, которые не могут говорить, но я и понятия не имела, насколько у таких людей сильно желание рассказать миру о своем скафандре и о той бабочке, живущей в их душе, благодаря которой они не сдаются окончательно…
Знаете, «Скафандр и бабочка» — это один из тех фильмов, в котором я не могу оценить именно фильм, как работу актеров, режиссера, оператора, композитора и других людей, приложивших руку к его созданию. Это история. История жизни и история выживания. Поэтому и поставить ему оценку очень трудно — ведь никто не ставит оценку жизни, не так ли?…
Но тем не менее,
10 из 10
за те мысли, за те эмоции, которые появились у меня после просмотра. Очень советую всем посмотреть этот прекрасный фильм!
Много положительных отзывов я слышал от людей о фильме французского режиссёра Джулиана Шнабеля «Скафандр и бабочка», но до того, чтобы самому посмотреть, дело дошло только вчера.
Фильм снят по реальным событиям и повествует о Жане-Доменике Боби — редакторе журнала Elle, который в 1995 году был парализован в результате инсульта. Единственное, что у него продолжало функционировать — это левый глаз. Жена, дети, персонал больницы читали ему алфавит, на нужной букве которого Доминик моргал, посредством чего и общался с окружающими. Мало того, таким образом Боби написал целую книгу о своих ощущениях после того, как тело перестало его слушаться. Эта книга Жана-Доминика и была экранизирована Шнабелем.
Большая часть фильма показана от первого лица, благодаря чему происходит полнейшее погружение во внутренний мир главного героя. Мы видим происходящее вокруг так же, как это видел Доминик, слышим его мысли, можно даже сказать, что во время просмотра мы — это сам Боби. Никакие новомодные 3—4-5D-технологии не передадут такого эффекта присутствия.
Обидно, что до сих пор большинство жителей нашей планеты считают инвалидов недолюдьми и не уделяют им должного внимания. Особенно в нашей стране, я очень сомневаюсь что каждому парализованному оказывается хотя бы столько же внимания, сколько в фильме Боби. Инвалиды — это такие же люди, что и каждый из нас, с теми же правами, мыслями, мечтами. Единственное что их отличает, так это то, что они прикованы к креслу. Те два телефониста, зашедшие подключить телефонную трубку в палате Доминика, своими смешками и диалогами как нельзя точно передают отношение обывателей к проблеме. Это же невероятно весело — телефон не умеющему говорить человеку.
«Скафандр и бабочка» — серьёзный фильм о сильном человеке, который, даже несмотря на свалившуюся на него болезнь, не потерял уверенности в себе, а взял и дописал книгу, пусть даже и таким не простым способом. Возможно, что кому то просмотр покажется тяжёлым, но этот фильм стоит того, чтобы быть просмотренным каждым… хотя бы раз.
Если действительность недоступна, то чем плоха тогда мечта..?
Эта история затрагивает самые тонкие струны души. Она помогает поверить в себя даже самому безнадежному человеку. То, каким сильным был главный герой, заставляет восхищаться, и задумываться о том, как же все-таки прекрасна наша жизнь…
Счастье — оно как воздух: его вдыхаешь и не замечаешь. Обычный человек живет, и ему очень часто кажется, что на каждом шагу его ждут одни неудачи, неприятности… Нет никакого просвета — только обычная рутина, серые будни со своими проблемами. Но после такого фильма жизнь как будто все определяет на свои места, становится разноцветной, хочется многое сделать, что еще не сделал, сказать, что еще не сказал…Эта история заставляет спрашивать и давать ясные ответы. Она заставляет задуматься о том, в чем же все-таки смысл жизни и где его искать.
Очень красивый фильм. Прекрасное сочетание воображаемого с действительностью. Создается впечатление, что время утопает в мыслях главного героя. Почти два часа пролетают, как пять минут, оставив после себя глубокий след: мысли, переживания, мечты…
Ну и конечно же Любовь к окружающему миру — чувство, которое спасает в самых, казалось бы безнадежных ситуациях. Меня просто поразили слова Жана-Доминика: «Я пообещал себе, что больше не буду себя жалеть». И это при том, что он прекрасно понимает свое положение, все-таки находит в себе силы не сойти с ума и быть свободным… если не физически, то хотя бы морально. В своих снах, мечтах, в своей безумно красивой фантазии!
Почти все зависит от нас самих. Можно тысячи раз пафосно кричать о чем-нибудь, но никогда этого не сделать. А можно стать для человека целым миром, не уронив при этом ни единого слова.
10 из 10
P.S. Талантливые актеры, очень тонкая режиссерская и операторская работа. Я поверила Жану-Доминику Боби. А Вы…?
Фильм «Скафандр и бабочка» (Франция, США) получил много наград, в частности приз за лучшую режиссуру Джулиану Шнабелю на Каннском Кинофестивале 2007, приз за лучший зарубежный фильм от Национального совета американских кинокритиков, был номинирован на Оскар и т. д. Уже одно это дает любителям кино повод его посмотреть. Как было написано в одной рецензии:" Такие фильмы надо смотреть, когда тебе плохо. Или — наоборот — слишком хорошо. Оказывается, бывает не просто плохо, а совсем плохо. А умереть не дают. Еще такие фильмы надо смотреть, когда тебе хорошо. Чтобы не забывать: все может кончиться в один момент. А вот к этому почему-то никто никогда не готов.»
История рассказанная в этом фильме хорошо известна и потому не буду ее перессказывать. Казалось бы, она не очень кинематографична. Нет настоящей интриги, нет действия, есть тяжелобольной неподвижный человек и попытки общения с миром, которому он стал чужим. Именно по этой причине меня фильм не очень сильно задел эмоционально, а для меня это важно. За исключением самого начала картины, когда мы видим мир глазами, точнее одним глазом, главного героя. Это несомненно блестящая находка режиссера, мастерски реализованная оператором (Я. Каминский). Невозможно не поставить себя на место этого попавшего в беду человека, про которого мы еще ничего не знаем. Невозможно уйти от вопроса: «А если завтра это случится с тобой?»
Митрополит Антоний Сурожский как-то сказал: «Мы живем так, как будто пишем черновик, думая, что обязательно у нас будет время переписать его набело». Увы, как правило, жизнь не дарит нам такой возможности. «В чем застану, в том и судить буду," — говорит Господь. Жану-Доминику Боби (Ь. Амальрик) эта возможность была дана.
Когда он понял что с ним произошло, первая его просьба была о смерти, он хотел умереть. Он бы и умер, если бы эта беда с ним приключилась несколько десятилетий назад, но современная медицина творит чудеса. Он оказывается в прекрасной клинике на берегу моря, его окружают замечательные врачи. Они все исполнены оптимизма и говорят ему, он жив и все будет хорошо. «И это жизнь?», — кричит он своим благодетелям, но его крика никто не может услышать. Однако, его слышим мы, собственно это наш крик. А дальше фильм, как мне кажется, и является попыткой ответить на этот вопрос.
Что такое вообще жизнь? Как отличить живое от неживого? Когда мы живем, а когда просто существуем?
Постепенно мы узнаем о прошлой жизни нашего героя. Казалось, он достиг всего, о чем только можно мечтать: богат, успешная карьера, известность, трое замечательных детей, хотя их мама не его жена, но они его любят. Он окружен обворожительными красотоками. Ему еще и удивительно везет. Несколько лет назад он откликнулся на просьбу незнакомого человека и отдал свой билет на самолет, полетев на другом рейсе. А тот рейс был захвачен террористами, и «счастливый» обладатель его билета просидел 4 года в Бейрутской тюрьме. При этом создается впечатление, что он не пошл и не циничен, хотя, конечно, атеист. В фильме есть прекрасный эпизод поездки с подругой на порно-уикенд в Лурд, где на фоне этой «целулоидной святости» он выглядит единственным живым человеком. Там же он произносит слова, явно не случайные для понимания фильма: «В Лурд приезжают больные, чтобы исцелиться, а я приехал здоровый, чтобы заболеть». (А может, он как раз и исцелился благодаря своей болезни?). Его нежные и трогательные отношения с престарелым отцом, которого гениально играет М. фон Сюдов, показывают, что несмотря на всю это погоню за успехом и благами мира сего, он не потерял чего-то очень важного.
И все же слова модного шлягера из культового фильма 70-х «О, счастливчик»: «Running here and running there, Keep on moving, sonny, don`t be spared! (Живей туда, живей сюда. Давай, давай, сынок. Не думаю, что дадут передохнуть!)", точно передают стиль жизни Жана-Доминика. Казалось бы, жизнь его бьет ключом, о чем можно еще мечтать? Но вот она так страшно обрывается, точнее замирает, делится на две неравные части: 44 года до и год и два месяца после. Жизнь баловня судьбы и почти овоща. И вот вопрос: когда Жан-Доминик был более живым? У каждого будет свой ответ на этот вопрос, и во многом он будет зависеть от того, что мы считаем жизнью.
Великий соотечественник Жана-Доминика Боби Марсель Пруст считал, что «жизнь есть усилие во времени». Т. е. нужно совершать усилие, чтобы оставаться живым. На протяжении всего фильма мы видим колоссальные усилия, которые прикладывает Жан-Доминик, чтобы жить, и не просто жить, а жить максимально осознанно и осмысленно, несмотря на то, что все его тело мертво, за исключением левого ока. Он всматривается в свою жизнь, в людей, которые его окружали. Такое впечатление, что он их только сейчас начинает по настоящему замечать, благо времени теперь много. Он не просто вспоминает, мечтает, фантазирует, он творит, он пишет книгу, что в его ситуации просто подвиг. Как многие на его месте с легкостью впали бы в уныние, отчаяние, ропот и на самом деле бы превратились в овощ! Как многим для этого необязательна инвалидная коляска. «Быть человеком — значит быть направленным не на себя, а на что-то иное» (В. Франкл). Потеряв человеческий вид, оказавшись в скафандре, человек начинает усиленную работу над тем, чтобы стать человеком (бабочкой) и вырваться на свободу.
В одном интервью режиссера этого фильма спросили: «У вас есть какой-нибудь рецепт по освобождению себя?». Тот ответил:" Это очень большой вопрос. Мой рецепт: я пытаюсь быть верным себе, я отвечаю за себя, я виновен в своих грехах, и я виновен за то, что я сделал правильно. Нужно всегда принимать ответственность за свои действия, это единственный путь к свободе.»
Наверное, этот рецепт не всем подойдет, меня лично он не очень устраивает. Именно поэтому фильм, несомненно заслуживающий того, чтобы его посмотреть, не стал для меня событием, потрясением. Но, как мне кажется, не так важны ответы, к которым приходят авторы художественных произведений, сколь важны те вопросы, которые они перед нами ставят.
И в заключении хотел бы вспомнить историю, рассказанную американским психотерапевтом Д. Бьюдженталем в его книге «Наука быть живым». Он вспоминает, что будучи еще мальчиком, он оказался впервые со своим отцом в кинотеатре. Увиденное сильно потрясло его, и выйдя из кинозала он спросил своего отца: «Папа, а мы живые или на пленке?».
Хорошее кино для тех кто не боится задавать себе вопросы.
«И тогда я почувствовал как вспорхнула бабочка
Это было знаком — бабочка символ духа и веры»
Жизнь его легкая, свободная, светлая — жизнь бабочки. Он — яркий, пёстрый, красивый. Всё удаётся «по мановению» крыльев: взмах — успешная карьера, ещё один — обожание женщин, невозможно уследить за движениями крыльев — лучшее общество Франции, встречи, банкеты, премьеры — всё дня него. Он — бабочка. Он — Жан-Доминик Боби, редактор журнала «Elle France». Это 1995 год. И это его бывшая жизнь.
Всё переменилось в один день. Инсульт. Кома. Парализация. Единственным, что не было лишено движения это его левый глаз. Только так он теперь может общаться с внешним миром. Всё остальное тело превращается в его ад, в его скафандр. Бабочка начинает жить в новом мире глухом, тёмном и несвободном.
Всё действие фильма происходит от первого лица. Поэтому мы физически, всем телом ощущаем как Боби окончательно превращают в скафандр, когда ему зашивают правый глаз… Мы видим эти большие стежки врача, мы кричим вместе с ним, но нас никто не слышит. Вместе с героем мы видим мир плоским. Боби может видеть только определённую часть пространства. Мы всё это чувствуем, мы живём вместе с ним. Но в нас нет ни жалости, ни грусти. Потому что бабочки не могут грустить и страдать. В нас есть только самоирония и бесконечная любовь к жизни. «Зачем мне этот внешний мир? — говорит Боби. Когда у меня так много воспоминаний». Он ныряет в них, и вместе с ним.
Он живёт и всё вновь оживает вокруг него. В его кусочке жизни, который он может наблюдать одним глазом появляется жена и дети, врачи, друзья. Ему приходят письма и постоянно звонит телефон. Всё снова движется вокруг лёгкой бабочки. Он чувствует и это и хочет общаться. Преодолевая свой скафандр. Сила его желания выше физических возможностей. Доминик начитает общаться с помощью глаза. Моргнуть на нужную букву. Он говорит так.
Говорит. Но простое общение не его главная цель. Он задумывает книгу. Она давно в нём. Нужно только «наморгать» её. «Наморгать» 400 страниц — задача не выполнимая и для здорового человека. Доминик же нисколько не сомневается в успехе. И в него верят. Вместе с девушкой-ассистенткой издательства они «пишут» главы этой книги. Работа продвигается медленно. Никто не отступает. Каждый день Боби пытается вырваться из своего скафандра. Лёгкая бабочка бьётся о толстые стенки своей тюрьмы. Каждый день это «преодоление».
Это превосходная экранизация Джулиана Шнабеля. Очень точно выполнена главная режиссёрская задумка — показать две реальности Доминика Боби — «внутреннюю»: ту лёгкую бабочку, которая живёт в нём и «внешнюю» — его практически мёртвое тело и абсолютно не нужную Доминику теперь обстановку. Кроме того автор фильма удачно расставляет акценты — он визуализирует два главных образа фильма — бабочку. Мы видим её в кадре. И скафандр — тяжёлый, огромный скафандр под водой — мы так же видим его. Удачно сняты кадры его старой и новой жизни. Первые яркие, наполненные светом. Вторые серые, будничные с редкими «вкраплениями» солнечных лучей.
Нельзя не отметить операторскую работу Януша Камински. Очень важно здесь было заснять жизнь «глазами» Боби. Снять именно так как он видит мир герой. В объективе камеры только то пространство, которое он может видеть. Уникальность работы оператора заключалась ещё в том, что зритель не мог отличить кинематографическое пространство от своего собственного. Такое сближение достигается за счёт приёма «первого лица». Зритель словно живёт в Доминике. И переживаёт всё вместе с ним.
Актёрская работа Матье Амальрика так же достойна внимания. Матье действительно смог показать две жизни своего героя прежнюю — яркую, гламурную. Где Доминик — самый значительный светский персонаж. Обаятельный, ироничный, жизнерадостный. И жизнь в скафандре — перекошенное лицо и неподвижность. Сыграть неподвижность, думаю, оказалось гораздо труднее. Безмолвно передавать эмоции — так, чтобы зритель чувствовал и переживал их вместе с героем — это мастерство.
Сочетание всех профессиональных работ — актёрской, режиссёрской, операторской. Подчинение каждой из этих работ одной идее даёт нам не только качественное кино, но и кино интеллектуальное, авторское. Кино, обладающее своим стилем. Узнаваемое. Увидев «Скафандр и бабочку», мы без сомнения можем сказать: «Это стиль Джулиана Шнабеля. Это его работа». Этот фильм, безусловно, можно отнести к Арт-хаусному направлению кинематографа или, другими словами, «авторскому интеллектуальному европейскому кинематографу».
Очень приятно, что такие фильмы выходят на российский экраны. Очень приятно, что есть возможность размышлять над отличной киноработой и получать настоящее интеллектуальное наслаждение от просмотра.
Все мы всего лишь куколки. Нам еще нужно успешно пройти стадию метаморфоза, чтобы превратиться в бабочек. А когда мы станем бабочками, нам надо будет расправить крылья и лететь к свету. [c]
Его тело оказалось скафандром, его собственной тюрьмой, погружённой на десятки метров вглубь воды, из которой не то что выбраться, а даже не подать сигнала о помощи. Он часто слышал стук своего сердца, но любил принимать его за взмах крыльев бабочки. Его звали Жан-Доминик Боби и он был главным редактором Elle France, а этот фильм — рассказ о его жизни без возможности пошевелиться, о его собственном скафандре.
На самом деле человеку полноценному и неограниченному довольно трудно представить, пусть и опираясь на чёткую картинку с экрана, что может чувствовать мужчина, скажем, ещё в расцвете сил, когда единственное, что он может делать — смотреть, и даже не двумя, а одним не парализованным левым глазом. И правильней после просмотра не быть в состоянии шока, а спросить: «Что бы сделал я?». Говоря о себе, я уж и не знаю, хватило бы моей силы воли, чтобы хотя бы прожить эти два года, которые после инсульта прожил он.
История знает достаточное количество людей, чьи жизни были запечатлены зарубежным, да и отечественным кинематографом, но, скажем, одинаково ли достойны Жан-До и Брежнев этого права? Судите сами, но для меня по многим критериям — нет.
Спасибо людям, которые живут, чтобы продолжать жить, несмотря на истерические припадки судьбы. Они достойны не только уважения и наследования, но и права занять место в нашей памяти как сильные люди, смелые люди, отчаянные люди.
Что остается делать человеку, который волей случая оказался узником собственного тела…? Думаю, выбор невелик и кроме того, как мечтать и ждать своего часа, делать-то больше и нечего! Но не в данном случае…
Приложив немало усилий, используя один действующий глаз, Жан-Доминик написал книгу, в которой он поведал нам о том, что переживает человек, находясь в его ситуации… О чём он мыслит, что чувствует, каким воспринимает окружающий мир. Оказавшись в таком положении, весь внутренний мир человека меняется, начинаешь задумываться о своих поступках: «Что я сделал за свою жизнь?», «Что мог сделать?», а «Чего делать не стоило…?»! То, что раньше казалось таким незаметным или совсем не важным, то, на что раньше не обращал внимания, вдруг приобретает совсем иной смысл! Все эти переживания, без возможности, что-либо исправить… Всё, что было в прошлой жизни, осталось в прошлом… А взамен, жизнь, которая больше похожа на существование…!
Итак, книгу я не читал, но фильм получился отличным, после просмотра, есть о чём поразмыслить, ведь никто из нас не застрахован от подобного, всё это жизнь и что будет дальше, увы, нам знать не дано…!
О, как же многого я ожидала от этого фильма! Я думала, что он раз и навсегда изменит моё сознание и меня саму, показав историю одного человека, обладавшего несгибаемой волей к жизни и мужеством, которое многим из нас даже не снилось. Кажется, в соответствии с обстоятельствами, о которых повествует «Скафандр…» и его наградами, мои ожидания ничуть не были завышены. В соответствии с действительностью это оказалось далеко не так. Помимо эмоциональной встряски я ожидала того, чего ждут обычно от любого фильма: того, что его будет просто интересно смотреть. Даже этого я не получила.
Фильм ужасно затянут, нуден и скучен. Мне не понравилась подача сюжета. Можно было показывать сцены из жизни Жандо «до» в чередовании с интерьерами больничной палаты. Да, это было бы примитивно, но разумно. Вместо этого так: показана сцена из детства (замечательное начало воспоминаний), нелепая поездка с любовницей и сама сцена инсульта. Этого не достаточно. Нам не показана жизнь героя, которой он жил и наслаждался раньше. Воспоминаний должно было быть больше. Или создатели считают, что публика — сплошь философы и мыслители, которым не нужно показывать слишком много — им достаточно лишь намёков на это, и они всё поймут? Уверена — большинство, так же как и я, не такие. Им мало этих жалких обрывков чтобы постичь яркую и многогранную натуру Жандо.
Всё остальное время занимают изображения жития в больнице и расплывчатые фантазии Боби. Если режиссёр пошёл не тем путём, которым мог бы пойти (о котором я писала) — ради Бога, не надо! Только дайте насыщенное, трогательное, рентабельное зрелище. К этому были сделаны попытки — к сожалению, они провалились. Одна из фантазий — мечты о ресторане — вызвала у меня даже отвращение. Это не приём пищи — это пожирательство и поглотительство всего, что есть на столе, и поцелуи с набитым ртом! Брр… мерзость!
Как можно смотря фильм с таким великолепным сюжетом обращать внимание на такие вещи?? Да я просто циничная, бездушная и чёрствая дикарка! Нет, нет и ещё раз нет! Никогда я не была и сейчас не являюсь бездушной. Наоборот, я очень сентиментальна, чувствительна и вдумчива. Если обращаю, значит «Скафандр» не затронул тех струн в моей душе, которые должен был. Я-то тут причём?
Помимо истории парализованного мужчины фильм повествует также о беспримерной человеческой подлости и возвышенности. Первое — в лице любовницы Жандо. «Я люблю тебя, очень, но я не хочу видеть тебя таким!» Ну разве не свинство?! И второе — в лице жены Жан-Доминика, до сих пор любящей его, и перешагивая через гордость выступающей посредником между мужем и его любовницей. Не каждая бы так смогла. Но это так — не плюс и не минус фильма.
Весь он — один большой комок противнейшего пафоса. Эти банальнейшие избитые фразы, претендующие на мудрость и проникновенность! «Как жаль, что я не могу обнять своих детей!» — понятно, что жаль. «Сын мой, ты — пленник своего тела, как я — своей квартиры!» — мы и сами это видим. И таких ещё немало. А то, что Жандо произнёс в середине фильма — это чудовищный вздор и чепуха! «В своём воображении я могу всё.». И пытается убедить нас, что мечты способны заменить радость общения, движения, любви, жизни. Нет, не способны. В этом меня не уверил бы даже самый пронзительный и душевный фильм — не то что какой-то «Скафандр»!
И опубликованные здесь — да вообще везде положительные отзывы — это тоже сплошные потоки пафоса. Понятно, чем они вызваны. Они — дань уважения воплощению мужества, стойкости и жизнелюбия, Жану-Доминику Боби. Наивный зритель просто не допускает мысли, что фильм о нём может быть плохим. Увы, дорогие, вас обманули. Этот фильм плох, очень плох. Лучше отдайте дань уважения герою просто вспомнив о нём, ещё раз восхитившись его подвигом, рассказав о нём кому-нибудь. Но не надо, не врите себе и другим — не хвалите этот фильм.
Понравились в фильме работы актёров (отец Жандо, его жена, врачи, медперсонал и все остальные — без претензий), прекрасное музыкальное сопровождение и изумительные проделки оператора. Я имею ввиду не взгляд изнутри, который меня в отличие от остальных отрицательных рецензентов не раздражал, как ни странно. А красивые виды, пейзажи, ракурсы, светлые тона и яркие краски. Так что «фасад» фильма получился весьма симпатичным. А «внутренности» — нет.
А ещё мне невероятно понравилось обрушение скал. Не могу сказать, чем. Но для меня это было шикарное зрелище, я могла бы смотреть на это часами!
Я не читала книгу Боби, но я хочу и обязательно скоро её найду и прочту. Я уверена, на 300 %, что книга намного лучше фильма, так как являет собой не исковерканные режиссёрскими выходками мемуары, подлинные мысли и чувства Боби. И вам советую выбрать не фильм, а книгу.
Жаль покалеченной ужасной режиссурой такой светлой возвышенной идеи.
Если ты считаешь, что твоя жизнь «дерьмо», посмотри этот фильм, и убедись в обратном!
Будучи физически здоровыми людьми, мы редко задумываемся о завтрашнем дне. Мы ссоримся и обижаем близких и дорогих нам людей, думая, что попросим прощения завтра (если вообще попросим). Мы даже не представляем, что завтра с нами может случиться непоправимое, и для прощения будет уже поздно. Хотя, с другой стороны, раскаяться и извиниться никогда не поздно!
Вот такая вот трансформация взглядов происходит у Жана Доминика Боби. Будучи успешным человеком, имея трех детей и любовницу, у него случается инсульт. И тут вся его прежняя жизнь летит к чертям. Надо приспосабливаться жить по новому, волеизъявлять свои чувства по новому, говорить по новому. Чтобы не сломаться в такой ситуации, нужно иметь огромную силу воли и твердый характер.
Паралич сковывает его тело, он словно замурован в скафандре или в коконе. Он начинает переосмысливать свою жизнь и понимает, что помимо одного глаза у него осталось еще две непарализованных вещи — его воспоминания и воображение. Это помогает ему держаться «на плаву».
В фильме очень необычная операторская работа, ибо большую часть фильма мы видим происходящее вокруг глазами Жана Доминика. Воплощение этой идеи показалось мне очень интересным. Само повествование в целом выстроено очень грамотно, ибо настоящее перемежается с прошлыми воспоминаниями и нынешними полетами фантазии Жана. С середины фильма дается и общая картина происходящего, не только глазами главного героя. Единственный минус, на мой взгляд, небольшое провисание сюжета в конце фильма, ибо зритель уже подустал. Хронометраж для подобных фильмов должен быть немного короче. В остальном фильм просто превосходен, ибо несмотря на достаточно трагичный сюжет, в нем есть место и для смешных моментов (что называется, и смех и грех), и для самоиронии.
Главный же посыл фильма можно истолковать так: если вы считаете, что ваша жизнь «дерьмо» (а сейчас многие люди разделяют подобные убеждения), то посмотрите этот фильм, и убедитесь, что вы глубоко заблуждаетесь! Ибо если главный герой, несмотря даже на сложившуюся ситуацию, нашел в себе силы и воплотил в жизнь свою последнюю мечту, то и вы сможете переломить создавшееся положение в свою пользу!
Жан вырывается из своего скафандра, из своего кокона, теперь он уже новое существо, с новым взглядом на мир. Он свободен, он бабочка!
Постоянный соратник Стивена Спилберга, продюсер Кэтлин Кеннеди отвечала и за стартовавшие в прокате „Приключения Тинтина“. КиноПоиск поговорил с ней о том, как улаживался вопрос прав и почему фильм выходит в США лишь через два месяца... (...)
280.1 тыс., 
