Жан-Доминик Боби, редактор журнала Elle France, в 1995 году в возрасте 43 лет перенес инсульт, в результате которого он был полностью парализован. Подмигивая оставшимся не парализованным левым глазом, когда сидящий рядом человек называл нужную букву, Жан-Доминик рассказал все о своем внутреннем мире, начиная с психологической пытки из-за того, что ты заперт внутри собственного тела, и заканчивая воображаемыми историями о мирах, которые он посещал лишь в своих мечтах.
За всю историю современного кинематографа было снято достаточно много фильмов про людей с тяжелой судьбой, с разного рода отклонениями, травмированными физически и психически (не хочется употреблять слово «инвалид», по-моему, это все равно, что поставить клеймо на человека). Большая часть этих историй основывается на реальных событиях и оттого фильмы такого рода делаются более ценными. Однако среди внушительного количества картин, повествующих о жизни таких людей, редко можно встретить ту, после просмотра которой хочется не плакать от несправедливости, выпавшей на их долю, а наоборот, улыбнуться, пусть и не самой веселой улыбкой. «Скафандр и бабочка» вызовет именно такую улыбку на вашем лице. И на протяжении долгого времени вы, несомненно, будете возвращаться к этой удивительной истории.
С самого первого кадра вы оказываетесь с сознании Жана Доминика Боби, человека, находящегося в коме, но продолжающего общение с миром при помощи одного функционирующего органа — левого глаза. Вы слышите его мысли, его беззвучные протесты, и хочется вместе с ним громко крикнуть «Я здесь! Я все слышу! Я жив!». Будучи полностью прикованным к кровати, он сохраняет не только ясный рассудок, но и удивительное чувство юмора. Причем смеется он, по большей части, над самим собой! Жизнь Жана До превратилась в пребывание в скафандре. Он безвозвратно заперт в нем. Но ему удается сбежать и посетить удивительные места, в которых он не был до этого, а главными соучастниками побега являются его память и воспоминания — то немногое, что осталось от прежней жизни. Сбежав из заточения, его душа превращается в бабочку и улетает. Улетает навсегда.
Джулиан Шнабель в очередной раз демонстрирует мастерское сочетание стильного и жизненного кино. Мастер байопиков на этот раз снял свой самый эмоционально заряженный и мощный фильм.
«Скафандр и бабочка» снят весьма необычно, практически полностью от первого лица. Большое количество крупных планов создает удивительное ощущение присутствия, причем этот эффект настолько грамотно преподносится, что порой действительно теряешь ощущение реальности и думаешь, а не над тобой ли склонились все эти доктора? Все это плод великолепной операторской работы Януша Камински.
Матье Амальрик, большей частью остающийся за кадром, превосходно передаёт образ Жана До, успешного редактора с простыми человеческими слабостями до, и слабого телом, но сильного духом человека после. Ему не просто веришь, ему доверяешь свое сознание и вместе с ним вырываешься из скафандра, чтобы улететь. Потому что все мы бабочки.
«Мне понадобился резкий свет несчастья, чтобы он осветил мою истинную сущность»
Каково это, быть заключенным в собственном теле? Как жить, когда ты связан с внешним миром лишь левым глазом?
Не буду врать, что эти мысли меня мучали до просмотра этого фильма. Думаю, что большинство из нас подсознательно старается оградить себя от таких размышлений, дабы не нарушать свое душевное равновесие печальными думами. Но смотря картину Джулиана Шнабеля, невольно ставишь себя на место главного героя, главного редактора французского ELLE, Жана-Доминика Боби, и понимаешь, что жизнь абсолютно непредсказуема, и ценить нужно каждое мгновенье, так как в любой момент все, чем ты дорожишь, может превратиться в пустоту.
Смотреть было тяжело. Очень тяжело. Может оттого, что эта история не плод фантазии группы сценаристов, а реальные события, произошедшие в конце 90-х.
Хотелось бы отметить работу оператора: практически весь фильм мы смотрим на мир глазами Жана-До. Довольно необычное решение, учитывая, ограниченность обзора героя. Вобще не могу не выразить уважение этому смелому, сильному человеку! Не знаю, хватило бы мне духа прожить последние два года жизни, такой жизни, так как прожил он!
Может я ещё не доросла до таких фильмов, но мне он категорически не понравился. Я люблю триллеры, фильмы о философии жизни, но это фильм не производит положительного впечатления.
Сюжет
История неплохая, жизненная. Вполне могу представить, что это произошло с моим знакомым. Но всё так растянуто-перетянуто, что сидишь и думаешь, когда уже это закончится.
Актеры
Здесь нет прекрасных принцесс и принцев. Все со стандартной внешностью, никто особо не выделяется. Жан-Доминик вообще вызывает чувство отвращения. Я, конечно, понимаю, что больные люди не выглядят, как модели. Но создатели могли хотя бы одеть его получше.
Музыка
Всё гармонично, спокойно, но ужасно скучно. В принципе, такая музыка и нужна для этого фильма
Вообщем, мне фильм не понравился. Но ещё раз повторю, что возможно я просто не доросла до такого кино.
Свободный в мечтах, прикованный в реальности, несломленный в стремлении.
Скафандр и бабочка — экранизация автобиографии Жана-Доминика Боби. Он ее написал молча. А что такого — все молча пишут. Но дело в том, что он ее наморгал. Вполне здоровый человек со своим сыном едет в театр и по пути его хватает инсульт. Через 20 дней он проснулся. И из всех органов, которые могут двигаться остался всего лишь левый глаз. Инсульт хватил его так, что его парализовало. Он слышит, понимает, видит. Но двигаться не может вообще. И доктор-логопед разработал систему общения — один раз моргнешь — это «да», два раза — «нет». И чтобы можно было составлять предложения и слова она читала ему алфавит и когда нужная буква попадалась — он моргал. Так и жили.
Невероятное кино. Несмотря на свою, скажем, некоторую арт-хаузную направленность, смотрится быстро и интересно. Несмотря на то, что действие фильма разворачивается только в больничной палате и на берегу моря, кино все равно очень красивое и насыщенное. У Джулиана Шнабеля получилось выстроить атмосферу не всепоглощающей тревоги, беды и несчастья, а атмосферу чувства, что даже если ты полностью парализован, ты должен продолжать жить и закончить то, ради чего живешь. Меня очень порадовало наличие фантазии и мечтательности у главного героя. Радует, что он не сдался и нашел хотя бы одно место где может быть свободен — и морально, и физически.
Главную роль сыграл в фильме Матье Альмарик. Скажете вы: а что тут играть?! Просто надо лежать, не двигаться и вот Вам вся роль. Но нет. Задача у него была намного сложнее. Представьте, что вы на его месте. Представьте, что Вы сидите на инвалидном кресле и мимо Вас проходят или пробегают люди и Вы тоже так хотите, но понимаете, что не можете. Представьте, что Вас переполняют эмоции, чувства и нервы на пределе и вы хотите их выплеснуть, но не можете, ибо у вас отсутствует речь и вы можете показать это все лицом, а сказать — нет. Так вот, Альмарик справился со своей задачей прекрасно — он передавал своим лицом и глазом все свое душевное состояние, показывал, как ему хочется вырываться из этого тела, которое его сковывает. Просто замечательно.
Кому еще надо отдать должное, так это Максу фон Сюдову. Этот человек появился на пару минут в фильме, но зацепил так, что потом долго еще вспоминать можно. Один его диалог с сыном — это вся гамма чувств, которую может пережить человек. Простой, но в тоже время цепляющий и душещипательный диалог. Он не сказал ничего особенного, потому что нечего было сказать. Да и к тому же Жан До сам все прекрасно понимал.
Ух ты, какие женщины, а я выгляжу как размазня» (с) . В этот трудный период его окружали три женщины — нанятая, чтобы диктовать, сам доктор-логопед и его бывшая жена. Все его любят в какой-то степени, но жена больше всех и даже ревнует к его подружке Инессе. Без них бы ничего не совершилось и умер был Жан так и не оставив после себя ничего. Насчет их игры. Меня она не затронула, разве что логопед пару раз поволновалась так натурально и жена его когда была вся в ревностях, а в остальном — симпатичные лица видеть приятно, но хотелось бы каких-то эмоций, более развернутых ролей и характеров. Но будем довольстоваться тем, что есть.
Чтобы идеально перенести на экран такую автобиографию потребовалась рука профессионального оператора. Такой попался, а этим «кто-то» стал постоянный оператор Стивена Спилберга — Януш Камински. Вот если честно, будь у меня воля выбора на Оскаре, а именно кому отдать номинацию за лучшую операторскую работу, так я отдал бы ее именно Янушу. Прежде всего у него хорошо получилось передать роль камеры «от первого лица «: состояние, когда отошел от комы, когда смотрит на кого-то и когда умирает. Также хорошо вышли крупные и открытые планы, в частности очень понравились сцены на фоне свободного и бескрайнего моря. Также стоить отметить вставки, которые к фильму не имеют никакого отношения: всякие-разные насекомые на цветках, в том числе и бабочка и конечно очень красивое, в замедленном темпе, крушение айсберга.
Несмотря на простой сюжет и, повторюсь, находясь всего лишь в двух-трех локациях, кино смотреть необычайно увлекательно. Это наверное из-за того, что Шнабель выстроил весь фильм, уделяя внимание каждой детали в фильме немного времени. Благодаря этому кино смотрится без провисаний и оставляет приятное послевкусие.
Мне еще интересно, как на кого подействовал фильм. Я после просмотра начал думать по-другому, смотреть на людей и на их жизнь, судьбу совершенно иначе. Он изменил мое мнение к здоровью (надо следить за ним, чтобы не случилось, как у Жана До. Вдруг у него была какая-то болячка, а он о ней не знал.) и к жизни, к тому что надо быть более бережнее к своей судьбе и ценить все минуты и все мгновения, все приятное, что произошло в твоей жизни, чтобы потом умереть без сожаления что что-то забыл сделать важное в своей жизни.
Посвящается Трофеи, Селестии и Хортенс. Я желаю им много бабочек. С величайшей благодарностью Клоди-Имин-Дибил, вы же понимаете, что без нее книга не была бы написана.
Пусть эти слова станут понятны не только тем, кто еще не смотрел «Скафандр и бабочка», так как они очень красочно описывают в общем-то сам фильм, но и тем, кто его посмотрел…
Понять о чем такое кино не так трудно и думаю, вам обязательно что-нибудь подскажет как отреагировать на него и о чем после окончания размышлять, однако одного этого было бы мало, чтобы я с большим удовольствием поставил ему заслуженные 9 из 10… И мне не хотелось бы произносить какие-либо громкие слова о том, о чем этот кинофильм, а сказать о том, как он воспринимается…
Если начать описывать все простыми словами, то все будет звучать примерно таким образом: картинка доставляет удовольствие взгляду из-за своего стильного минимализма в простых тонах, жизненные диалоги и в общем очень хорошо построенный сценарий, безупречная игра актеров и так далее… Думаю не стоит говорить более на эту тему, скажу лишь то, что в современности это, а вернее такое кино — очень редкое…
Похожая тема проходит в других кинофильмах, как «Моя левая нога», «Пробуждение» или пусть даже намного более слабый «Внутри себя я танцую», но среди этого ряда «Скафандр и бабочка» значительно выделяется, но выделяется по-своему… Как и некоторые фильмы своего ряда, он имеет основанный на реальной жизни сюжет, но отличается руками своих создателей, представая перед нами наиболее ярким, реалистичным и приятным среди своей группы фильмов.
Хотя и кино такой тематики не может оставить никого равнодушным, все же я рад, что найдется не очень много тех, кому фильм покажется не интересным и бессмысленным. Уверен, фильм доставит широчайшее удовольствие тем, кто его еще не посмотрел… Да в общем-то и остальным тоже.
Американец Джулиан Шнабель был не единственным режиссером, решившим рассказать историю Жана-Доминика Бобби, редактора французского журнала Elle, который в 1995 году перенес инсульт, и в результате оказался полностью парализованным, за исключением левого глаза. Глаз этот, в принципе, и являлся первым рассказчиком — с помощью особого алфавита, Бобби «наморгал» ассистентке 130 страниц своих воспоминаний вкупе с теперешним мироощущением затворника в собственном теле. Миловидная женщина, как скороговорку, произносила наиболее часто используемые буквы, а когда доходила до нужной, «писатель» начинал активно работать веком.
Вторым стал Жан-Жак Бенекс снявший 25-минутный документальный фильм «Под домашним арестом», в котором запечатлел процесс создания книги и активную, несмотря на паралич, жизнь Бобби. Но, то был взгляд стороннего наблюдателя, пусть и любопытный, однако лишенный яркой эмоциональной раскраски.
Спустя 12 лет пришло время полнометражной картины, которая удивительным образом помещает зрителей непосредственно в голову героя, в этот неподвижный, нелепый скафандр, в котором бьется бабочка человеческого сознания.
Шнабель демонстрирует серьезный подход к делу — вместо слезливой мелодрамы, арт-хаус с человеческим лицом, Джонни Деппа заменяет Матье Амальрик, а самой красивой музыкой становится мантра, сотканная из букв французского алфавита, безостановочно звучащая из уст практически всех персонажей.
Художник-неоэкспрессионист, Шнабель, уже снял два фильма-биографии («Баския» и «Пока не наступит ночь»), где для создания атмосферы охотно использовал визуальные эффекты и специальные светофильтры. На этот раз он пошел еще дальше, превратив картину в настоящее визуальное пиршество.
Художественные фантазии Шнабеля и оператора Яноша Камински превращают объектив камеры в «живой» глаз Бобби, большая часть фильма — погружение в скафандре на дно внутреннего океана, где крупные планы лиц, сменяются еще более крупными изображениями губ, кончиками пальцев, бэйджика с именем доктора, размытыми лицами друзей, детей. Неподвижный мир, сотканный из одинокого взгляда паралитика, пугает и завораживает. И лишь во снах и воспоминаниях камера, наконец, обретает привычную свободу.
Получившийся в итоге невероятный эффект присутствия создает общее неторопливое течение времени внутри кадра. Скафандр слишком тяжел, а реальность такова, что вести диалог с самим собой гораздо сложнее, чем диктовать моргая. Бабочка создана для полетов, и единственный выход из кокона только один — медленно, буква за буквой, протискиваться сквозь несчастное левое веко.
Бобби, как истинный француз, будет размышлять о женщинах (их много и все они красавицы), боге, в которого не верит и душе (как атеист он предпочитает слово «воображение», но мы-то точно знаем, о чем речь). Вместо самосожаления — ирония и беззвучный смех. Убиваться по поводу своей непростой судьбы и разводить пустые разговоры о том, почему с хорошими редакторами порой случаются инсульты он не собирается. Ведь гораздо интереснее представить на какой овощ ты стал похож больше — на огурец или картошку?
Эта философия спасает фильм от излишних сантиментов, коих и так предостаточно. Вопрос «разве это жизнь?», возникающий в голове героя, остается не озвученным. Неспешно, как и все повествование, Бобби приходит к осознанию чуда жизни, когда великим даром можно считать возможность вспоминать и фантазировать. Безысходность трансформируется в надежду, которая в свою очередь превращается в книгу. Выбравшаяся из заточения бабочка еще пару дней греется на солнце, а затем, расправив крылья, улетает.
(Жан-Доминик Бобби умер спустя два дня после выхода его книги «Скафандр и бабочка»).
Фильм «Скафандр и бабочка» является экранизацией автобиографии Жана-Доминика Бобе, главного редактора Elle France, который в 43 года перенес инсульт и стал парализованным на всю оставшуюся жизнь. Только представьте — вы, преуспевающий журналист, целеустремленный и успешный человек. У вас много планов, кажется, столько можно еще сделать, столько предпринять. Но в одно мгновение, один злосчастный миг, все вдруг обрывается, планы рушатся, и вы оказываетесь запертыми в своем собственном теле.
Фильм Джулиана Шнабеля — попытка перенести на экран чувства, мысли, эмоции парализованного человека. ЖанДо, главный герой фильма, парализован полностью, за исключением левого глаза, который становится его окошечком для общения с окружающим миром и с помощью которого он рассказывает свою историю. Примерно до середины фильма зритель видит мир так, как видел его главный герой. Возможно, это помогает почувствовать всю тяжесть положения Жана-Доминика, и фильм выглядит достаточно реалистичным. Повествование ведется от первого лица. Закадровый голос озвучивает мысли персонажа, его переживания и чувства. Замечательная музыка очень гармонично вписывается в картину.
ЖанДо — сильная личность. Он не пытается жаловаться на жизнь, относится философски к своей участи, примиряется с ней. Несмотря на то, что его тело заперто в скафандр болезни, душа его, словно бабочка, рвется наружу, к свету, к жизни. ЖанДо цепляется за жизнь, какой бы трудной она не была. Поэтому фильм не вызывает горечи, он удивительно светлый, красивый, и оставляет приятное чувство надежды.
Отдельное слово об актерском составе. Матье Альмарик создал запоминающийся образ Жана-Доминика Бобе, несмотря на то, что большую часть времени он остается за кадром и мы слышим только его голос. Отлично сыграл Макс фон Сюдов в роли отца главного героя. Актрисы, играющие в фильме, бесподобно красивы и искренни.
Хочется сказать спасибо Джулиану Шнабелю за прекрасную работу. Фильм действительно получился отличным.
Я посмотрела этот фильм, обратив внимание на необычное название, которое меня почему-то привлекло. Во время просмотра меня ни на минуту не покидала уверенность в том, что «Скафандр и бабочка» если и не находится в Топ-250 лучших фильмов, то по крайней мере на него написано множество положительных рецензий и рейтинг фильма будет довольно высок… И я была неприятно удивлена, когда, зайдя на страничку, которую Вы сейчас читаете, я увидела, что средний рейтинг фильма не дотягивает даже до 8 баллов, да и положительных отзывов о нем не так уж и много… Поверьте, это один из тех фильмов, поставить оценку которому меньше 10, если в Вашей душе есть хоть капелька сострадания к человеческим невзгодам, просто невозможно…
Почему-то в самом начале фильма я не поняла, что сюжет автобиографичен — полагала, что это всего лишь результат кропотливой работы сценаристов, и думала, что «в рецензии уж точно надо отразить, насколько все, как говорится, правдоподобно»… Но тут закончился фильм и на экране замелькали титры… Знаете, в течение просмотра я не плакала. На душе было тяжело, но почему-то слез не было… Но когда я увидела в титрах фразу «Жан-Доминик скончался через 10 дней после выхода в свет книги „Скафандр и бабочка“», я разрыдалась… Конечно, я и раньше знала, что живут на свете несчастные люди, которые не могут говорить, но я и понятия не имела, насколько у таких людей сильно желание рассказать миру о своем скафандре и о той бабочке, живущей в их душе, благодаря которой они не сдаются окончательно…
Знаете, «Скафандр и бабочка» — это один из тех фильмов, в котором я не могу оценить именно фильм, как работу актеров, режиссера, оператора, композитора и других людей, приложивших руку к его созданию. Это история. История жизни и история выживания. Поэтому и поставить ему оценку очень трудно — ведь никто не ставит оценку жизни, не так ли?…
Но тем не менее,
10 из 10
за те мысли, за те эмоции, которые появились у меня после просмотра. Очень советую всем посмотреть этот прекрасный фильм!
Грустный, тяжелый фильм, который дает нам задуматься о жизни.
Что может быть тяжелее и мучительнее, чем безжизненное тело с живой подавленной душой и с одним открытым глазом?
Что может сказать или показать человек, который больше не владеет своим телом? Как он может себя чувствовать, когда его понимает только медсестра, придумавшая новый способ выражать мысли больного?
Девушка медленно произносит буквы алфавита и, подмигивая глазом, Жан-Доминик указывает на выбранную букву. Таким образом, он строит слова, словосочетания и предложения.
Не удивительно, что первым его предложением стало:
- Я хочу умереть.
Вскоре он решает написать книгу. Это было очень мучительно, трудно, а главное долго, но Жан-Доминик не сдавался.
Очутившись в таком состоянии, он хотел донести до людей, каково быть в скафандре.
Он хотел быть бабочкой. Свободной и счастливой.
После того как книга все-таки вышла, люди были в восторге. Похоже, он и вправду, сумел донести до них свои чувства и мечты снова быть свободным.
Он так и не смог стать свободным. Он так и не смог стать бабочкой, ведь он так старался! К концу своей жизни, он мог уже тихо, не разборчиво петь песню… Но все же он ее пел!
И самое печальное то, что эта история была на самом деле.
Постоянный соратник Стивена Спилберга, продюсер Кэтлин Кеннеди отвечала и за стартовавшие в прокате „Приключения Тинтина“. КиноПоиск поговорил с ней о том, как улаживался вопрос прав и почему фильм выходит в США лишь через два месяца... (...)
280.1 тыс., 
