В Рио наступило время ежегодного карнавала. В это время можно без всяких ограничений и самоконтроля предаваться веселью, музыке и танцам.
Орфей работает кондуктором трамвая, играет на гитаре. Орфей помолвлен с Мирой. Мира весьма экзотическая женщина, она каждый день живёт так, как на карнавале.
Но Орфео должен любить Эвридику — девушку, только что приехавшую в Рио навестить свою кузину Серафину. Она была вынуждена уехать из родного городка, скрываясь от преследований таинственного незнакомца, но он приехал вслед за ней.
Если смотреть на наградной список этого фильма, то выйдет, что не было лучшей картины, чем эта, в 1959 году, но это не совсем так… Хотя синхронные высшие оценки, как голливудского сообщества- «Оскар», так и европейской фестивальной общественности- «Золотая пальмовая ветвь» Канн, всё же подводят к рассуждению о том- насколько хорошо это кино…
А лента между тем и вправду хороша, как своим внешнем видом- расцвеченным в яркие краски карнавального Рио, так и внутренним содержанием- внесённым в синопсис древнегреческим мифом.
Потому-то и заслужил он признание американских киношников, что явил собой жанрового «родственника» голливудского мюзикла, хоть и не наделённого повсеместными песенными диалогами. С другой стороны, фильм снят в традиционной европейской киностилистике того времени- неореализме, с непрофессиональными актёрами и естественным антуражем пляшущей толпы. При том, что снял его француз Марсель Камю, да и в номинациях лучший иностранный фильм он проходил- как французский, он безусловно кровь и плоть солнечной и беспечной Бразилии!
Конечно, это утрированный взгляд("через границу») европейца на «страну карнавала», но всё же, стоит отдать должное режиссёру, сумевшему показать,- как бесконечную танцевальную феерию, так и обратную сторону праздника- с давками, гибелью людей и горьким утренним отрезвлением от угара торжеств.
Говоря о этой киноработе, нельзя не отметить, западающие в душу зрителя, мелодии, классиков, зарождавшего в те годы, нового музыкального стиля босса-новы- Луиса Бонфа и Антонио Карлоса Жобима. Что составило некий лирический контрапункт всему звуковому ряду ленты, исполненному в искромётных ритмах самбы.
Живописные панорамы Бразилии запечатлённые на истменколоре, задают потрясающий антураж всему действию фильма, добрая половина которого есть предкарнавальное ожидание. Динамика строя картины, рождается в череде экзотических танцев, которые лучше любых образов демонстрируют на экране: любовь, ревность, отчаяние, страх, радость и смерть…
Потому что всему миру известно, что Орфей любит Эвридику!
Что за чудесная страна — Бразилия! Мифический остров Бразил, я хочу жить на твоей земле, наслаждаться теплом твоего солнца, вдыхать твой сладкий чистый воздух, заныривать в громадные волны твоего океана, и смотреть на все с высоты твоих гор! Не удивительно, что именно здесь разворачивается, старая как мир, трагедия любви.
Миф об Орфее и Эвридике — наверное, самый мой любимый из всего сохранившегося древнегреческого наследия. От того, что творилось за тысячелетия до нашей эры, в 1959 остались разве что неподвластные времени имена — главных влюбленных, и Гермеса, проводника в царство теней. А еще размытая, завешанная блестками и бусами из бумажных цветов, атмосфера неотвратимого конца — судьба, в лице трех сестер, неустанно плетущая нить жизни, оборвется в назначенный день и час.
А жизнь в Рио-де-Жанейро кипит, бурлит, рвется ко мне, осенним дождливым днем, солнечным светом, пульсирующим бедрами под звуки тамбурина. Танцы не останавливаются ни на минуту. Музыка не смолкает даже ночью. Страсти разгораются. Комедия и трагедия слились в одно — превосходное представление под названием карнавал.
«Черного Орфея» стоит посмотреть только ради потрясных видов Города Бога. Его тепло я чувствовала спустя пятьдесят лет. Когда воздушный змей замирает высоко над обрывом, где внизу — океан и пляж, и современные высотки, мое сердце обливается кровью — хочу!
И после «Черного Орфея» не верю я, что солнце встает на востоке. Его будит для меня маленький мальчик из Бразилии, играя на гитаре чудесную мелодию. Которого также будут звать — Орфей.
