В дни Второй мировой войны в Белграде подпольщики-антифашисты организовали целую фабрику по производству оружия. Война давно закончилась, а они продолжают свою деятельность. И все эти годы «наверху» жизнь течет своим чередом, а в «подполье» — своим.
Съемки главного шедевра Эмира Кустурицы растянулись по всей Восточной Европе. Он снимал на знаменитой чешской студии «Баррандов», затем переместился в Белград, работал в Праге, Софии, Берлине и болгарском городке Пловдив. Фильм снимали также близ Рейхстага.
Члены Югославской Киноакадемии проголосовали за «Андеграунд» как за третий лучший сербский фильм, созданный в период с 1947 по 1995 годы.
В двух эпизодических ролях в фильме снялись сам Эмир Кустурица и «Доктор» Нелле Карайлич, лидер группы «The No Smoking Orchestra», в которой на гитаре играет Кустурица.
Эта лента, получившая «Золотую пальмовую ветвь» в Канне в 1995 году (благодаря чему Эмир Кустурица стал всего лишь третьим по счёту — после Фрэнсиса Форда Копполы и Билле Аугуста — дважды лауреатом высшей награды одного из самых престижных кинофестивалей мира), обладает всеми признаками вольного и неудержимого таланта режиссёра из Сараева. Сам он упорно продолжает именовать себя югославским (а не боснийским) постановщиком, хотя единой страны СФРЮ уже не существует, и даже название Югославия, ещё несколько лет использовавшееся в Сербии и Черногории, теперь вообще исчезло с карт. Действительно случилось так, как это напророчил Кустурица в символическом финале своего «Подполья», когда показал, что от большой территории остался после происшедших разломов только жалкий кусок суши, дрейфующий в мировом пространстве. И кончилось то эпическое неделимое время, которое длилось и длилось для обитателей подполья, устроенного ещё в годы второй мировой войны, когда всем югославам, без деления на отдельные национальности, пришлось выживать в условиях немецкой оккупации.(... читать всё)
«Всегда с болью, печалью и радостью мы будем вспоминать нашу страну и будем рассказывать нашим детям, нашим внукам бесконечные сказки с одним и тем же началом… Жила-была одна страна…»
Жила-была одна страна. Жила-была одна война. Жил-был один творец. Жил-был один режиссер… И имя этому молодцу, рассказавшему миру об одной войне одной страны, — одной единственной борьбе одной единственной планеты — Эмир Кустурица.
Стоит узреть пару картин Кустурицы, чтобы понять: сердце творца больше не может сдерживать переполняющую его боль и страдание за Отчизну, за свою колыбель, за Родину, за Отечество, чей дым, увы, не сладок и не приятен. Сердце разрывается и выплескивает на забывающего свои корни рассеянного зрителя потоком хлынувшую реку человеколюбивой жестокости. Зритель пугается, боясь, что не сможет найти, понять и принять истоки этой реки, и закрывает глаза, не в силах глядеть на собственное безрассудное жестокосердие. «Но, — будто говорит нам режиссер, — хотите вы того или нет, вам придется смотреть, ибо эта река — поток не одной страны, а целого мира»…
А смотреть, впрочем, как и писать, действительно трудно, потому что «Андеграунд» — это, как отозвались в «Cadrage», «больше, чем жизнь». Уж столько смешано всего: и богатый национальный дух, и фантасмагорическое художество создателя, и жизненно-примитивный ужас кровопролития, — что разобраться, где кончается придумка и начинается история почти невозможно… А может, так и должно быть. Ведь люди, вкусившие и отравившиеся войной, не знают, где кончился мир и началось безумие.
Я долго не решался начать писать отзыв на «Андеграунд» Эмира Кустурицы, ибо для собирания в единый отзыв такого колоссального количества разношерстных и разнокалиберных идей, навеянных фильмом, мне потребовалось гораздо больше времени, чем три часа хронометража. Одно обустройство в голове философии этакого «бессердечного гуманизма»/«человеколюбивой жестокости», о которой я уж упомянул, требует немалого времени, а понимание и применение на практике… Ну, согласитесь, не умеем мы еще принимать чужие ошибки без злобы и скабрезности, с отеческой улыбкой и мудрым всепрощающим спокойствием. Это дано лишь богам… Но, к счастью, боги существуют и на земле…
…Может, есть и под землей? Недаром же сотворено «Подполье» — история превращение людей в слепых кротов, которые однажды выбираются на поверхность земли; которыми правят лишь животные инстинкты; которые готовы убивать своих сородичей ради грязного опарыша. Да, «просветление» и «рождение» героев, «по-кустуровски» шедеврально исполненных Ристовски, Манойловичем, Тодоровичем и Штимацем, есть ничто иное как «отрыжка» мира, более не способного терпеть внутри себя людей. Рассказ Кустурицы глазами Филача и ушами Бреговича о губительности акселерации человека и его деятельности — глухая пощечина всему обществу, данная без театрального пафоса, но за дело. Это урок. Урок всем людям. Урок всем детям, которые еще не знают, и, дай бог, никогда не узнают солено-сладкий вкус войны с пороховой иль ядерной отдушкой.
Но бог не был бы богом, не умей он прощать и любить пусть грешных, но все же своих детей, каждый раз снова и снова выстраивающих стену слепой беспощадности. Три части «Андеграунда» — это три первых тома «Войны и мира» с их многообразием героев и философских проблем. Мир Эмира скрывается лишь в последней, начатой, но недописанной режиссером четвертой части. Четвертый том, бесконечный и неизъяснимый, — в гениальном конце, который может принадлежать только Кустурице… Четвертый том — это рай, к которому стремятся кроты, убивая на пути своих родных. А рай — это традиция, это история, это человеческое единство, которого никогда не будет на земле… Запомните зрители, именно так выглядит то «мы всегда будем вместе», которое так любит дешевая попса. Запомните и не верьте другим. Верьте Кустурице, посвятившему сей мысли неописуемый фильм «Андеграунд» и весь свой талант. Верьте ему, ибо он точно знает, о чем говорит…
P.S. «Война — еще не война, пока брат не поднимет руку на брата». Да, правда… Только все мы на этой планете — братья.
Война убивает всё живое, ей неважно кто ты: юный работник зоопарка, антифашист-авантюрист или беременная женщина. Но «война ещё не война, пока брат на брата руку не поднимет.»
Полвековая история о маленькой стране, людях, проживших под землей. О лжи и любви к одной женщине. Пока весь мир праздновал победу над «гребаными фашистами», они всё также изготавливали оружие и боялись бомбежек, и верили, что ещё смогут жить в своей стране. И неизвестно, что хуже, какая война и есть ли оправдание для Марко и Натальи?
-Это солнце?
-Это луна, сынок
Но в Югославии нет больше солнца как и луны. Как и Югославии
Безумно-тяжелый и прекрасный фильм. Он затрагивает не сердце, а мозг. А после него печаль до слёз о сказочной стране, шрамах Европы и главном проклятии людей.
Кустурица показал и рассказал всё. Но у его истории нет конца.
Его фильмы на любителя. И как же я счастлива, что вхожу в эту категорию.
Я смотрела лишь несколько фильмов этого Гения, но этот фильм, конечно, надолго останется в памяти.
Смотря его долго не покидало чувство, что это комедия: все тот же почерк Кустурицы, цыганские пляски и песни, пьяные и неунывающие герои. Но чем дальше фильм шел, тем яснее понималось, что это уже немного «другое». И непонятно: все продолжает шутить Кустурица или все-таки это все серьезно.
К сожалению, это далеко не комедия. Да тут все тот же юмор. Но какой же он грустный…
Все трогает до глубины души. Каждому герою сочувствуешь по своему.
Хочется, конечно, сказать — must see или нечто подобное. Но данный фильм я считаю нужно понять и понимать, что здесь уже не комедия, здесь история. История страны, которой будто и не было…
Славный мир Кустурицы, где движения достигают безумства, выдумки превращаются в реальность, и непохожий на всепринятые каноны подход к показу событий. События, которые 9 из 10 режиссёров очертили бы по-своему, придав картине привычные, обыденные рамки, следуя тому «как надо», находится 1 такой как Кустурица, который раздвигает эти рамки, переносит реальность, перешагивает поверхность квадрата, раздвигая его до объёма. Он стремится к нетривиальности, причём во всём. Мысленно плюя в небо наугад, с шерстяной повязкой смелости на глазах, слепо веруя, что получится, он стремится, он гнёт свою линию, он хочет претворить всё в шедевр. Каждый кадр пропитан пьянящей гениальностью, смехом, трагедией. И мы видим Плач Смеющегося Пьерро. Каждый момент наполнен саркастическими усмешками, пронизывающими раз и навсегда. И мы чувствуем, как наш сосуд эмоций перетекает из бесконечно смешно в бесконечно больно.
Он видит по-своему, так, наверно, как никто не видит. Более того, он пытается чувствовать, сострадать и видеть смешное в казалось бы той трагичности, в которой большинство режиссёров захлёбываются.
Стоит отменить сербов. На сегодняшний день я посмотрел более 30 процентов фильмов Кустурицы. Во всем из них играли сербы. Великолепный Славко Штимац! Я влюбился в его игру после «Помнишь ли ты Долли Белл?». Великолепный Кустурица! Не тот ли человек уже выдающийся, который заставляет влюбляться, уважать, культуризовать свою национальность, как это делает Эмир? Мы не смотрим фильм, мы порхаем в образах, мы смеёмся, расцветая, и не верим, что такое возможно.
Особый мир. Выдуманный, местами наигранный, местами мы верим, а иногда видим очевидные промахи, но почему мы не ставим это ему в упрёк? Потому что это чудо. Потому что Жизнь — Это Чудо. И для Кустурицы — это очевидная аксиома.
Только у Кустурицы с потолка в доме может сыпаться побелка и куски рушащегося дома, а двое будут танцевать дурманящий вальс, только у него человека-пленного могут незаметно проносить в чемодане, а он мало того что этому бы не сопротивлялся, а вдобавок просил гранату на «всякий случай». И после её разрыва он бы ни умирал, а оставался жить и делался героем. Только у него чтобы осветить роды в тёмной помещении смотритель зоопарка крутит педали велосипеда, заставляя лампочку гореть, а другой персонаж поднимает груз как на тренажёре, чтобы обеспечить подачу воды в душе.
Нельзя не отметить животных в фильме Эмира. Начинаю с ослицы в «Жизнь как чудо», которая страдала от неразделённой любви до всеобъемлющего зоопарка в «Андеграунде» во время бомбардировки, животные ставятся чуть ли не на одну ступень в людьми, иногда играя свою «лучшую роль второго плана». Она бегут в хаосе и панике, им больно, они страдают из-за того, что их город, хоть это зоопарк, бомбят. Шимпанзе сидит во время застолья в середине стола вместе с людьми. С животными разговаривают, раздвигая привычные рамки. Здесь они страдают, они тоже живут. И они тоже живые.
Подполье, Андеграунд — это словно отдельный, обособленный мир. Здесь люди борются и веселятся. Они производят оружие и гордятся тем, что смогли достань танк, «потому что теперь мы победим врага». Она сражаются, они смеются, веселятся. Они живут. Без веселья мы умрём. Нужно бороться, живя. Нужно прожить жизнь, боровшись.
Лучезарная, прекрасная, очаровательная Наташа, грациозный, кастильской внешности с усиками Дали Марко, писатель, герой и революционер. Безбашенный чёрный, хорохорящийся, праздный, экстравагантный, в конце концов, Чёрный! Смешной, юный и боящийся всего его сын Йован. И это только малая часть героев подполья.
«Если бы не война, я бы была ведущей актрисой московского театра», — говорит Наталья.
«Если бы не война, я бы стал Югославским Маяковским», — глаголет Марко.
«Нет веселья без русской песни»
«Война ещё не война, когда брат не убьёт брата». Какими сплочёнными они были во времена второй мировой и какими озлобленными друг на друга из-за междоусобиц они стали. И как не стало единой Югославии.
- Я вам не товарищ, господин.
- А я вам не господин, товарищ.
- А в какой армии вы служите?
- В своей собственной.
В конце фильма комок, длиною в целую жизнь, подкатываем к горлу, комок эмоций, скорби и печали. И не знаешь, чего здесь больше: радости или печали, смеха или грусти, жизни или смерти? Знаешь только одно: это — жизнь.
Великолепная музыка, колорит эмоций, поступков и событий, великолепный сербский язык в котором некоторые слова русским людям близки, великолепные сербы. Великолепный Кустурица!
Кажется, восхищение перекрыло здравый смысл. Но я не могу не восхищаться этим безумством, иногда отсутствием всякой тривиальности, этой игрой, этой жаждой жизни, борьбы! стремлением, красотой людей и чудовищностью войны.
Потому что это — жизнь. А Кустурица — один из лучших её художников.
А знаете, почему стоит посмотреть этот фильм? Потому что согласно Кустурице Жизнь — это Чудо.
Югославская «Война и Мир», эмоционально рассказанная прекрасная история о все таки стране, а не о народе. Воспевание всего замечательного и не очень в Балканах: музыки, темперамента, женщин, природы. Об этом эпическом полотне балканского режиссера Эмира Кустурицы хочется говорить много, но в словах захлёбываешься, на первое место, как и в фильме, лезут эмоции, чувства.
Высказывание режиссера конечно про Югославию, но разве не каждая страна имеет право на собственный путь? Сначала фашисты, затем свои же, а потом люди с запада и арабы мешали прекрасной стране и её жителям жить, но они жили, кто в иллюзиях, кто пресмыкаясь перед текущей властью, но жили.
Герои «Подполья» так и живут, наивно любя, ненавидя, ссорясь и примиряясь. Иногда пускаясь в откровенный сюр, Кустурица показывает историю одной семьи, как страны, как народа, заплутавшего в дебрях сложного и жестокого 20 века, в котором не понятно зачастую, что реальность, а что фикция. Режиссер пользуется очень трудно воспринемаемым языком символов хоть и снимал не для своих (хотя и по своему) а для чужих, для всех. Европейским зрителям Кустурица тычет пальцем в их вмешательство в дела его родной Сербии. Для нас же, братьев славян, он показывает пьянство всей страны, всей земли балканской, которая в конце фильма предстает как рай, который медленно но плывет по течению времени. Да и сама метафора с подпольем возможно и сделана для того, что объяснить нам, что кто то сверху полвека пудрил мозги сербам, переводя стрелки часов назад, оставляя их в грязи и нещите. И так этот народ на своих костях построил новую свободную Югославию, которая, однако, как плывет так и плыла. С песнями и выпивкой.
Сказка про искусство жить в Белграде. Сказка про искусство жить это действительно штука вечная и бесконечная. Жить это вообще искусство. И все мы там актёры. Хотя вопрос о том, что если все на сцене, значит в зрительном зале пусто — остаётся открытым.
А ещё сказка аллегорична всегда. Аллегорий тут куча. Намёков. Начиная с названия. Вообще аллегории и карикатуры воспринимаются не всегда положительно. Под настроение. И если честно субъективно к авторам. Автора! Автора! Но здесь такие темы и такие страницы истории, и такие как ртуть, как пульс, как скрипки, трубы и цимбалы актеры, что под конец обязательно в глазах будут стоять слёзы.
И пока не погаснет экран, вы будете двадцать раз умирать, и ещё двадцать раз потом вспоминая фильм. Потому что вспомните и свою молодость, и свою Родину. А ещё все сказки и все истории, наверное, так или иначе, о любви. В данном случае о любви к Родине.
Я обожаю этот фильм. Я безумно люблю его чумовую первую часть, но больше всего меня всегда пронзает финал. Наверное, для того чтобы понять этот финал, нужно самому пережить предательство друга и искренне простить его в память о том прекрасном, что было важнее предательства. Так что в глубинном смысле это фильм о победе прекрасного и подлинного над уродливым и случайным, и провести эту мысль фильму удается без фальши и наивности. Это выстраданная вера — в добро, жизнь, красоту, дружбу, все то, ради чего стоит жить.
В этом фильме, который я предпочитаю называть «Подполье» (под этим названием я его впервые увидела), есть несколько абсолютно гениальных находок: таких, как фраза «Белград страдал от открытого перелома души», или война в зоопарке — поразительный символ жестокости и нелепости войны. И все же финал остается самым потрясающим для меня.
Сплав боли и счастья, пляски и отчаяния. Кустурица в этом фильме постоянно ходит по лезвию: еще немного веселья — и получится цинизм или розовые очки, еще немного грусти — и станет слишком тяжело смотреть, еще немного чувств — и голос сорвется в истерику. Но тонко выверенные пропорции ни разу не нарушаются, и фильм продолжает развертываться дальше, идя танцующей походкой, соблюдая единственно верную интонацию рассказа о трагедии веселых людей.
Бесспорный шедевр, один из лучших фильмов на все времена.
В фильме «Андэграунд» Эмир Кустурица опять забавляется и издевается над действительностью. Но, при этом, снимает он свои невообразимые истории вполне натурально, без спецэффектов. И создаётся ощущение, что всё это могло бы быть взаправду.
Сюжет фильма условно разделён на три части и вертится вокруг двух друзей — Чрного и Марко. Сначала они в оккупированном Белграде подпольно снабжают партизан оружием и строют всю местную мафию под себя. Потом оказывается, что процесс налажен настолько грамотно, что нет смысла его прекращать и после окончания войны. Но, чтоб издержки были минимальными, Марко запирает Чрного и остальных подпольщиков под землёй и кормит их 20 лет сказками о продолжающейся борьбе с фашистами и собачьими консервами, в то же время зарабатывая на поставках оружия огромное состояние. Так же между делом, ему достаётся и женщина Чрного — актриса Наталья.
В решающий момент, во время свадьбы сына Чрного, обезьянка Сони, заботливо спасённая Иваном из разбомбленного зоопарка, устраивает в подполье заварушку, в результате которой Чрный с сыном оказываются на воле с полной уверенностью, что Белград всё ещё оккупирован фашистами, и совершенно случайно попадают на съёмки фильма про фашистов и про самого Чрного. Во что это вылилось может предположить любой мало-мальски знакомый с творчеством Кустурицы. Тем же, кто не знает почерк мастера, не буду портить просмотр спойлерами. И так много рассказал.
Кстати, во всех фильмах Кустурицы кто-либо из ГГ нянчится с каким-нибудь зверем. В данном случае — это Иван и обезьяна Сони. И этот зверь всегда вносит свой вклад в развитие сюжета. В «Андеграунде» этот вклад решающий.
У Кустурицы как всегда история получилась громкой, музыкальной, разношёрстной и похожей на дебош. Нормальное дело, когда в кадре на фоне духового оркестра разговаривают одновременно, громко и на эмоциях несколько нетрезвых человек, а потом они ещё и начинают драться. Причём концентрация сумбура и невообразимости возрастает к концу фильма в несколько раз и разрешается вообще каким-то неземным финалом.
Этот фильм Кустурицы и смешной и грустный, и комедийный и трагический, и реальный и фантастичный, и понятный и, в то же время, с невообразимым количеством намёков и метафор, преимущественно пацифистского толка. Так же стоит отметить, что это очень смелое в историческом смысле кино. Ведь Кустурица умело встраивает свою нереальную выдумку в реальную историю, и в фильме даже можно увидеть кадры официальных исторических кинохроник, в которые вмонтирован Марко.
Про музыкальное сопровождение фильма сказать стоит отдельно — все любители балканских мотивов будут очень довольны. Ведь над саундтрэком работал сам Горан Брегович. И духовых инструментов в фильме очень много. И все они играют горячо, заводно и бойко, усиливая острый восточноевропейский колорит фильма.
Решив приобщиться к прекрасному, посмотрел этот фильм. Если честно, то я до сих пор не могу понять, почему эта картина считается гениальной.
Что это за жанр? Для комедии слишком тупо и прямолинейно; драма смазана постоянным беснованием и идиотизмом героев; исторический фильм не вышел ввиду малой доли историчности. А что остается? Извините, но этот чудо-сплав оказался бесполезней бронзы в век железного топора.
Не понятна сама идея этого фильма. Для описания семейно-личностных перипетий не хватает адекватности героям. Для рассказа о войне недостает, собственно, этой самой войны. А если этот фильм о «Югославии, которую мы потеряли», то вообще становится смешно: распад — это объективный процесс, непонятно, что здесь может вызывать жалость.
Герои неприятны, ситуации глупы, да еще и пол-фильма на экране непрерывная пьянка.
Я понимаю, что такое пренебрежение вызовет бурю негативных эмоций. Но я спрошу вас: что останется от фильма, если отбросить имя режиссера, налет «илитизма», имперские амбиции и псевдо-ностальгию? Повесть о настоящих идиотах, сочувствие которым само попахивает идиотизмом.
Еще одну звезду заполучил себе 64-й Каннский фестиваль, который стартует 11 мая этого года. Сербский режиссер Эмир Кустурица возглавит жюри внеконкурсной программы под названием «Особый взгляд» — Un Certain Regard. (...)
