Вторая картина Мохсена Махмальбафа, просмотренная мной, сохраняет все то же впечатление об «авторе» картин — глубина, которую не сразу разглядишь, кое кто не поймет, а кто то назовет шедевром.

Что произнести о самом фильме? Пожалуй следующее… и пусть сказанное будет мало отличаться от самой картины.

Есть момент, миг, та малейшая доля секунды, которая предопределяет будущее — она несет в себе решение, приводящее к действию..

Вот и наш главный герой — Махмальбаф когда то принял такое решение, которое в свою очередь повлияло на всю его жизнь, вернее сказать на 20 лет его жизни…

«Если бы я подарил ей тогда цветок, возможно моя жизнь была бы другой» — говорит он своему подопечному.

Этот фильм открывает внутренний мир человеческих переживаний, зацикленных на одном моменте жизни, того сожаления «а что если». Однако, вполне вероятно, что мы, на самом деле, далеки от правды — той реальности, которая скрывается за созданной нами виртуальностью, которую мы видели, верили в нее и приняли за правду.

Фильм, с моей точки зрения, является отражением процесса психотерапии. Главный герой проигрывает момент своей жизни и открывает в нем нечто такое, что приносит ему разочарование и боль, однако в то же время она его и освобождает.

Это фильм внутри фильма, реальность внутри виртуальности и еще немного невинности.

Хороший фильм, но очень сложно его оценить, потому что он создан в каком-то другом эстетическом измерении, где европейские критерии просто не работают. Это фильм о съемках фильма, посвященного реальному событию: нападению Мохсена Махмальбафа на полицейского. То есть, Махмальбаф ставит фильм о том, как он ставит фильм о том, как он сам когда-то давно порезал полицейского ножом. Когда сюжет доходит до собственно съемок фильма в фильме, становится очень интересно наблюдать за тем, как реальная жизнь и кино пересекаются в самые неожиданные моменты. По сюжету кинотруппа снимает фильм о нападении, все детали которого уже заранее известны зрителю — и при этом реально интересно наблюдать за этими съемками, и с нетерпением ждешь, когда же, наконец, нападение произойдет. То есть, это какой-то удивительный парадокс восприятия, который необъяснимым образом ставит с ног на голову всю теорию саспенса и вообще зрительского интереса. Мы сопереживаем, зная весь исход заранее, — какой голливудский продюсер поверит в такое? Вы скажете, что в дурацких голливудских фильмах тоже заранее знаешь, что будет хэппи-энд, и, тем не менее, сопереживаешь. Неправда. В голливудских фильмах, когда герой болтается на ниточке, готовый сорваться в пропасть, мы сопереживаем не по поводу концовки (мы ведь знаем, что будет хэппи-энд), а сиюминутно: сорвется он вот именно сейчас в пропасть или нет. Махмальбаф же заставляет нас сопереживать именно по поводу того, как все закончится, хотя как все закончится, нам хорошо известно. Это сложно объяснить, нужно просто посмотреть этот фильм. Режиссер дважды подряд заставляет зрителя принять искусство за реальность: сначала собственно в фильме, который мы смотрим, а потом еще в «фильме в фильме». Это маленькое художественное открытие делает картину очень необычной и достойной. Чисто внешне она проста, поэтому не ждите бергмановских изысков (ближневосточное кино, однако). Но зато актриса Мариам Мохамадамини очень красива. Очень красива!