Известный немецкий кинорежиссёр австрийского происхождения Фриц Ланг, начал свою карьеру в качестве сценариста ещё в далёком 1916 году. Одной из его первых работ была мистическая история «Хильда Уоррен и смерть», и уже в ней молодой сценарист затрагивал темы злого рока, несчастной судьбы и вины, которые являются ключевыми составляющими, характерными для плодотворного творчества Ланга.

Перенести сценарий на киноплёнку решил тогда ещё малоизвестный, но набирающий нешуточные обороты в индустрии немецкого киноискусства режиссёр Джо Мэй. Основав в 1914 году собственную кинокомпанию May-Film, он начал плодотворное сотрудничество с Гарри Пьелом, и в те же годы поставил две картины по сценарию Фрица Ланга. На главную роль Хильды Уоррен, Мэй взял свою собственную супругу, которая играла в его первых пробных картинах с 1912 года. Но стоит признать, что двенадцатилетний творческий союз супругов подарил миру несколько, довольно значимых для изучения эпохи немецкого кино, картин.

«Хильда Уоррен и смерть» даже в нынешнее время выглядит довольно ровной и с технической точки зрения даже профессиональной. Съёмки ровно установленной камеры Курта Куранта, который начал свою операторскую карьеру именно с этого фильма, незамысловаты и просты, но изыскано улавливающие происходящие события картины. Избегая крупных планов, Курант, будто не предугадывая сценарные события, старался уловить дальним планом как можно большую часть актёрской площадки, допуская при этом полную импровизацию актёров. И сцена поездки в автомобиле, снятая с движущегося объекта с быстрым монтажным ходом, для эпохи немого кино выглядит очень профессиональной и клином выбивающейся из ряда сцен, снятых без монтажа одной камерой.

Но далеко не только техническими деталями интересна картина Мэйа, ведь утончённость и глубина сценария двадцатисемилетнего Фрица Ланга видна невооружённым глазом. Трудно определённо сказать, какой направленности больше принадлежала история начинающего сценариста; и мистика и обрисовка несчастной судьбы здесь слиты воедино. Злой рок главной героини раскрывается на протяжении более двадцати лет, и это всего лишь в одном часе экранного времени. Поступки Хильды больше похожи на веления и приказы сердца матери и возлюбленной, когда нелёгкий выбор в сложившихся обстоятельствах угнетает ни в чём неповинную личность. И словно белка в колесе, Хильда Уоррен мечется от одного к другому, нерешительно ступая по разбитым осколкам собственной судьбы.

И тут контрастно вписывая в происходящие события приход самой Смерти, которая становится то ли спутником в жизненных стихиях, то ли последним спасителем от всех горечь и утрат, Ланг придаёт своему сценарию фантастический корень, который отсылает к первым сценарным произведениям фильмов ужасов. Но Пол Вегенер в своём «Пражском студенте» ранее рассматривал схожую тему, когда фантасмагория, сливаясь воедино с реалистичностью, на выходе получала ужасающую картину действительности. Но тут Ланг олицетворяет в дьявольской стороне не какого-либо посыльного в чёрном обличии, а саму госпожу Смерть.

При первом её появлении в кадре, она прозрачна и парит в воздухе над бедной Хильдой, и не исключено, что таким приёмом воспользовался и Мориц Стиллер в своей шведской картине «Деньги господина Арне» и создатель «калигаризма» Роберт Вине в почти театральной постановке «Раскольников», а позже, и многие другие мировые кинематографисты.

Но остаётся загадкой, почему Джо Мэй, в своей не до конца отточенной картине, будто избегал этого мистического образа и не уделил ему должного внимания. Далее, Смерть является сродни человеческому обличию, и её мимолётные появления слишком коротки, чтобы пристально остановить на ней своё внимание. И именно в этом Мэй прогадал, когда уделил большее внимание раскрытию судьбы несчастной женщины, а немецкие кинозрители в те годы тянулись к ужасающим, пугающим образам. И получается, что картина Мэйа выглядит не до конца раскрытой, и образ Смерти, без изображения глубинной экспрессии, даже немного нелеп и поверхностен.

Наверное, поэтому Ланг остался недоволен таким переносом своих сценарных работ на киноплёнку, и самостоятельно взялся за режиссуру. Подхватывая нуждой к раскрытию новоявленных образов, уже в 1921 году он сам поставил свою первую экспрессионистскую картину «Усталая смерть» по собственному сценарию, которая ещё больше укрепила это замечательное течение в немецком киноискусстве. Кто знает, если бы Фриц Ланг собственноручно взялся бы за режиссуру картины «Хильда Уоррен и смерть», то критики бы перечили приход экспрессионизма именно этой картиной, а не «Калигари» Роберта Вине.