Деревенский юноша остаётся сиротой после того, как трое бандитов, проезжавших мимо его дома, убили его родителей и младшего брата, а сестру забрали с собой. Парень даёт клятву отомстить, находит великого меченосца, который обучает его всему, что знает сам, и отправляется на поиски негодяев.
В 1960-х киностудия «Шоу Бразерс» была практически монополистом гонконгского кино и главным экспортером оного во всем мире. Самые известные режиссеры того времени — от Кинга Ху до Ло Вэя снимали на этой студии абсолютно все — от традиционных ушу-боевиков до костюмированных мелодрам, военных баталий и эротических комедий. Каждый год — в общей сложности — по 25—50 фильмов разных жанров и стилей, многие из которых сегодня не безосновательно считаются классикой.
Естественно, приоритетным был выпуск фильмов с боевыми искусствами, конвейер этой отрасли гонконгского кино был отлажен до идеала — сработанные в крайне сжатые сроки по двум-трем лекалам киноленты не все радовали качеством, но исправно собирали у экранов поклонников рукопашного боя, коих по всей Азии было предостаточно. Разобраться в огромном количестве достаточно однотипных лент, выпущенных в то время, бывает сложно, да, в общем-то, и не обязательно. Можно сказать, что вся кинопродукция «Шоу Бразерс» того периода смотрится как один долгоиграющий сериал о боевых искусствах, в которой каждая серия отличается от предыдущей разве что спецификой подхода к жанру и стилю того или иного режиссера, ну и разнообразием воспроизведенных на экране видов и стилей тех самых боевых искусств.
«Колокольчики смерти» никоим образом не нарушают закон «гонконгской сериальности», чем, в свою очередь, радуют поклонников гонконгской киноклассики. Это добротная, красивая и эффектная картина от профессионала с 40-летним стажем Фенга Юе, вышедшая в эпоху кинобума и сейчас приводимая в пример критиками как яркий памятник киноэпохи.
Это сейчас американские кинематографисты приглашают китайских мастеров в свои жанровые картины, чтоб те ставили трюки, драки и эффектные сцены, да и количество китайских звезд на американском небосклоне неуклонно растет, как и китайских фамилий на мировых кинофестивалях. Сейчас жанр американского боевика трудно представить без гонконгской классики, которой он старательно подражает. Но кино — цикличный процесс. В 60-е все было наоборот. Гонконгские режиссеры штудировали американские картины, чтоб привнести в свое кино новые сюжеты, новых героев, новые приемы в режиссерской, операторской, монтажной деятельности. Особенно полюбился гонконгским киношникам жанр вестерна — одна из священных коров американского масс-культа. Этот жанр вообще близок гонконгскому кино — духовно, сюжетно, стилистически, морально.
Жанр вестерна отвечал запросам нетребовательного зрителя, как восточного, так и западного. В фильмах этого жанра всегда была четко читаемая мораль, герои, живущие в одной определенной плоскости, слабо подверженные каким-либо изменениям характера и действующие в соответствии с определенными и не меняющимися законами чести, совести, мести и т. д. Духовное родство прослеживается в мотивах, толкающих героев к действию, в обобщениях, делаемых авторами, отважных героях-одиночках, каждый раз пускающихся в крестовый поход против сил зла, в чем бы они не заключались, некая высшая цель, ведущая упорного героя до самого конца, из-за чего он ни на что вокруг не обращает внимания. Ну и потом, не стоит забывать о небольших затратах, которые предполагал жанр вестерна, что приятно грело кошельки в разы менее состоятельных гонконгских продюсеров.
«Колокольчики смерти» — гонконгский вестерн высокого уровня. В нем действует характерный герой-одиночка, движимый местью к трем негодяям, убившим всю его семью и забравшим сестру. Долгие годы он тренируется, оттачивая свое мастерство, а затем отправляется в путь по бескрайним китайским степям и бамбуковым рощам. По пути он, естественно, попадает в маленький городок, где спасает от надругательства милую девушку, и, хотя женщинами мстящие герои не интересуются, девушка сама увязывается за ним, влюбляясь в хладнокровного и чуждого любым, на первый взгляд, чувствам спасителя.
Одного за другим он находит негодяев и расправляется с ними, а в финале, с легким сердцем, уже открывшимся новым чувствам, герои возвращаются в родные края (читай — на фамильное ранчо), где скорее всего, заживут на зависть всем негодяям Китая.
Типично вестерновская схема, наложившая свой отпечаток и на актеров, играющих свои роли и на режиссерский стиль, фильму никоим образом не вредит. Тем более, что Фенг Юе поработал на славу, добиваясь редкой чистоты и четкости каждого кадра, эффектности каждой сцены, уделяя много внимания натуре, антуражу, атмосфере. Одна из финальных битв проходит под раздираемым вспышками молний и потоками дождя небом, смотрится это захватывающе и пробирает аж до мурашек. Не менее прекрасны поединки в бамбуковой роще и в ̶с̶а̶л̶у̶н̶е борделе. Вообще фильм смотрится на редкость ярким и увлекательным, несмотря на избитость сюжета и традиционность характеров.
Кстати, о характерах. В главной роли — неустрашимого мстителя и бойца — Йи Чанг — отменный боец, неплохо справившийся с поставленными задачами — а именно — ходить с непроницаемым лицом и укладывать злодеев одного за другим. Ну Иствуд, не иначе! Необходимую брутальному герою женскую ласку на экране предоставила симпатичная Пинг Чин, которая привнесла в фильм удивительный внутренний свет, ажурность. Сцена, где влюбленная в своего спасителя кроткая сирота тащится за ним поодаль через степь, а он с невозмутимым видом шагает, не сбавляя шага, лишь украдкой поглядывая на нее, сыграна актрисой очень хорошо.
Стоит ли говорить о изобретательных поединках — в основном на мечах — и харизматичной троице злодеев. Вроде бы в эпизоде мелькает еще и Сэммо Хунг — в то время — частый гость в массовках, причем обязательно в стане злодеев. Единственное, что немного раздражало — это беспрестанный звон колокольчиков на шее главного героя. Парень звенит при каждом шаге, как овечка, и это, в конце концов, надоедает.
На этом можно заканчивать. Одна из лучших серий сериала под названием «традиционное гонконгское кино» — стильная, эффектная, добротная. Она занимает нишу «кунг-фу кино» легко и непринужденно, поскольку в ней была рождена. Все, что было хорошего в гонконгских боевиках той поры, есть и здесь. И все же слово «шедевр», которое так и хочется сказать, нельзя применить здесь без ограничивающего «почти». Во-первых, шедевр это лишь в самом узком понимании — учитывающем год производства, страну и спицифику жанра. Во-вторых, даже в лучшие минуты этого отличного фильма не покидает ощущение дежа-вю и где-то в глубине подсознания возникающих образов из американских вестернов. Но если вам это не мешает, этот фильм до какой-то степени будет интересен поклонникам восточных единоборств, до какой-то — любителям бесхитростных историй а-ля вестерн. Вперед! Тем более, что его, в отличие от многих других лент той эпохи, найти не трудно — и в прекрасном качестве.
