Знаете ли Вы, что такое камера обскура? Это пропасть, обрывающая мир солнечного света и теней и ввергающая в царство мрачной, черной пустоты. Отчаяние, страх, недоумение и… надежда, ведь надежда, как известно, всегда умирает последней. Или вовсе не умирает… И музыка, звучащая отовсюду.
Хотя Ларс фон Трир ещё на фестивале в Канне призывал прессу не раскрывать секрета, что же случится с главной героиней «Танцующей в темноте», мало кто заранее сомневался в трагическом исходе этой истории чешки-иммигрантки в Америке. В конце концов, сюжеты греческих трагедий или шекспировских пьес известны всем и, тем не менее, это не опровергает возможность испытать ощущение катарсиса, постигая в очередной раз то, что происходит с Медеей, Антигоной или Гамлетом. Кстати, у самого фон Трира случилась в 1988 году весьма необычная экранизация (на основе сценария его великого соотечественника Карла Теодора Дрейера) «Медеи» Еврипида. Она развёртывалась на фоне дикой и неукротимой скандинавской природы, насквозь пронизанная северными ветрами, но обжигающая роковыми страстями безмерно уязвлённой Медеи, которая с холодной решимостью мстит своему мужу Язону, расправляясь с собственными детьми при помощи виселицы, стоящей одиноко на продуваемом холме.(... читать всё)
Если сравнивать с другими фильмами фон Триера, то мне видятся три основные особенности. Во-первых, самый мощный с его стороны психологический прессинг (даже при нормальных нервах временами смотреть тяжеловато). Во-вторых, самый удачный выбор актрисы: Бьорк играет убедительнее, чем Уотсон, не говоря уже про Кидман. И в-третьих, акцентированный антиамериканизм. Герберт Маркузе бы порадовался…
Сегодня смотрели этот фильм с Бьорк в главной роли. Есть плюсы и минусы. Но с моей точки зрения фильм скорее в минусе.
Положительные моменты. Красиво. Танцуют. Мюзикл, грандиозное зрелище, вплетенное в повествование. Во время просмотра возникал вопрос, сколько они репетировали перед тем, как это снять.
Вообще фильм создан искусно и красиво. Умело создаётся образ бедной девушки, которая находится в темноте не только от слепоты, но и от окружающих условий. Она находится под гнетом жизни, слепо идет к своей цели по зову сердца, которое до конца ей создает звуки. Она пытается быть сильной. И от кошмара действительности бежит моментами в танцы и пение, в мечты, в то прекрасное, что доступно для неё. Мюзиклы включены именно в те моменты, когда ей больнее всего.
А далее всё отрицательное. Героиня слепнет с каждой минутой фильма, всё больше впутывается в темноте в ужасную историю. Создается гнетущее впечатление. Безысходность, злость, тревога — вот эти эмоции по нарастающей идут с тобою в ногу до самого конца. Жуткое напряжение. Зачем? Но зато впечатлений много от кино и запомнится оно надолго, даже гениально по количеству производимых эмоций. Второй раз пересматривать желания не возникнет.
Всё даже как бы утрированно, нелепо, драматизировано, нелогично. Наследственная миопия. И она ослепнет, и ребенок ее ослепнет. Вот она и зарабатывает на операцию ребенку, наплевав на себя. А почему? Избыточное чувство вины. Ведь она знала, что ребенок тоже начнет слепнуть. Тут прямо какая-то фашистко-спартанская линия о здоровых людях. А почему она родила? Ее весь фильм упрекают в этом, и она себя упрекает. И тут чистой воды китч: ее ответ — хотелось ребёночка на руках подержать. Она не может себе позволить завести роман. Она же ослепнет. То есть нет веры, что ее могут любить с этим «дефектом», что она будет нужна. Не, ну почему? А потому что она гордая. Всё сама, мои проблемы, их и буду решать.
Весь фильм сидишь на иголках и ругаешься, ну не ужели нет языка попросить помощи, рассказать. Тем более что близкие друзья есть. Молчание. Молчание ягнят. Ну ведь помогли бы ей. И так помогали, все шпильки хором делали для вымышленного отца. Надо было рассказать об этом только человеку еще слабее, который сможет это использовать в своих нехороших целях, так как слаб. Где логика-то? Прямо с каким-то садистским упорством она пытается исправить ошибку природы, в которой она приняла участие: собрать деньги сыну на операцию. В конце картины уже становится выбор — либо у сына будет мама, либо у него будет зрение. Интересно, что было бы важнее мальчику? Думаю, мать. Хоть слепая, хоть глухая, но мать. У сына она не спросила. Решила всё сама. За всех. Что ей помогать не надо. Что ему важнее будет зрение. Ну правильно, она для этого трудилась, не покладая рук. Не смогу играть — да ну и ладно, мне не интересно было. Не вижу — ну и ладно, на что тут смотреть-то?
Это всё первая линия. На нее наслаивается ещё один слабый сосед-молчун, у которого тоже языка нет. Зачем-то, по велению сердца он живёт с женой, которая транжирит все деньги, которой он, видимо, не настолько дорог, так как он боится ей рассказать о банкротстве. Она его бросит. Он это знает. Но это смысл его жизни. Тоже, придуманный им. Так как и у героини — идея-фикс — сделать операцию. Вот зачем так жить? Да, она красива, как актриса, по его же словам. Именно это он и ценит, ну и её доброту за его счет. А рассказать страшно. Мы лучше умрем, но промолчим. Сидишь и весь фильм злишься. А вдруг бы не бросила? Ну да и бросила бы, но ведь это не повод деньги воровать у нищей матери! Опять тут гордость и эгоизм. Может жена бы и стала тратить меньше, поняла бы. Но нет. Не может он упасть в грязь лицом! Он лучше умрет. Ему безразлично, что она потом, после его смерти без денег и без мужа останется. Её-то он и не спросил.
Оба не думают о своих близких. И оба решают умереть. Им незачем жить. Тот хочет быть хорошим, а эта — исправить ошибку природы. До смерти хотят. С истинными целями и смыслом жизни даже близко нет ничего. Оба живут в темноте.
Далее, третья линия. Ну, достоевщина, всем известная. Преступление и наказание, как по-писанному. Он просит её, чтоб она его убила. Тут не думает вообще ни о чем. Ни о жене, ни о Сельме, ни о ребёнке, да вообще ни о ком. Это проще и всё. Знает, что она не расскажет. Оба дали какую-то глупую клятву сердцем матери. Ну, она, ослеплённая своей целью, за зрение сына убивает человека. 34 удара сейфом. Здорово и мило. А потом в шоке от себя танцует, представляет, что всё хорошо, куда-то там уплывает от реальности. А потом как Понтий Пилат идет и моет руки. Сцена ещё милее. Полный танцующий ангел, жертва природы и стечения обстоятельств, который ради своих целей готов убить. Убийство остается убийством. Но она готова пожертвовать душой и жизнью, чтоб сын был зрячим. Ну, далее, вообще наступает полный конец. Даже в конце она не хочет ничего сказать, не может, хоть и понимает, куда всё движется. Просто не может нарушить клятву, рассказать о своем несчастии как прокаженная. Или гордая всё же. Лучше её сын останется без матери, но она смолчит. Ну она безусловно по мнению автора светлее, чем сосед. Хотя… хотя просто было страшно в темноте, а теперь еще и в тишине. Ну вот. Ну убий, не укради — с полной иллюстрацией, очень живо и душетрепещуще. Наказание обоих — смерть.
Автор картины хорошо продумал, ведь душе человеческой очень тяжело наблюдать, как мучается другая душа. А мы тут в заложниках фильма сидим и сами мучаемся, искренне недоумевая, ну зачем так нагнетать? Ну, конечно, ткнуть в грязь действительности парящих в облаках полезно. Я всю вторую половину времени постоянно искала глазами таймер, ну когда же уже закончится? И весь фильм думала, ну что они молчат? Ну разве нельзя по-другому? Хотя бы рассказать, хотя бы попросить?
Очень неприятно, что с самого начала уже заранее можно догадаться о конце. Вот тут линия настолько проста и логична, что уже всё поняв, сидишь и мучаешься, причем, на самом деле мучаешься в ожидании конца.
Чем вы готовы пожертвовать ради счастья своего ребёнка? Свободным временем, интересами, деньгами? А собственной жизнью? Представьте, вы видите всё хуже и хуже с каждым днём, ходите на работу «на ощупь», хотя нет, вы просто знаете, после какой по счёту железнодорожной шпалы вам нужно повернуть к заводу, где вы работаете в несколько смен, возвращаетесь домой и продолжаете трудиться. Для чего? Да просто для того, чтоб у вашего ребёнка было то, чего нет у вас — возможности видеть всё многообразие красок этого мира.
Поражала во всей этой ситуации сила воли главной героини, которая не показывала никому боль и переживания, скрывала усталость за милой улыбкой и представляла свою жизнь в виде мюзикла, причём отлично поставленного мюзикла, к сожалению, с печальным концом, но бурными овациями после опустившегося занавеса.
Никак не могу согласиться с мнением об этом фильме как о «слезовыжималке». В данном случае перед нами что угодно, но только НЕ слезливая мелодрама, хотя, в общем-то, благодаря простоте и как бы очевидной однозначности сюжета она как таковая и воспринимается.
Имея в своем запасе просмотр еще одного похожего фильма Триера — «Рассекая волны», я могу только удивляться цинизму режиссера, который может так вывернуть наизнанку традиционный «сюжет о добродетельной женщине». Но морально-нравственные фильмы с таким мотивом могли сниматься на полном серьезе разве что годах в пятидесятых. Сейчас же другая эпоха. Точно то же самое можно сказать, например, о каких-нибудь реалистических натюрмортах: они были интересны в свое время, но если сегодня кто-нибудь представит картины, выполненные в той же технике, это будет неактуально в силу того, что искусство не стоит на месте и вечно воссоздавать одно и то же просто глупо.
Особенность «Танцующей в темноте» как раз в том, что это не тупо очередной гуманистический фильм. За внешней простотой и мелодраматичностью стоит какое-то чуть не патологическое пристрастие режиссера унижать своих «добродетельных» героев. Такой эффект достигается, во-первых, за счет абсурдности ситуации, в которой совершается «нравственный подвиг» (в «Рассекая волны», впрочем, абсурда больше). Наша «добродетельная» героиня так и вообще оказывается единственной убийцей в фильме. Во-вторых, сам уровень абсурдной жестокости зашкаливает. Вот вам кража денег у слепой женщины с целью «сохранить любовь». А вот как наши герои ведут себя в суде. А вот и одно из главных «доказательств» порочности этой женщины — симпатия к коммунизму, ну чем вам не эпоха маккартизма? Чернухи в фильме столько, что сюжет а ля «посмотрите, какие честные, добрые, бескорыстные люди (ну, в данном случае героиня Бьорк) живут среди нас» оказывается процентов на 75 утоплен в грязи. А тут еще, как и в других фильмах Триера, повсюду бытовуха, рабочие кварталы — в общем, никакой художественной лакировки действительности.
Конечно, это не уничтожает полностью моральный пафос произведения — но уж точно принижает его. Иногда кажется, что за вот таким вот отображением действительности во всей ее противоречивости кроется авторская насмешка, провокация, «а гляньте, вот вы подумали, что я буду вам сказку о добродетели рассказывать, а я возьму и ее испоганю, напихаю г… а, а вы думайте о фильме что хотите». Хотя, конечно, «Танцующая в темноте» — это все-таки не такая жесткая штука, как «Рассекая волны», где градус издевки над всем происходящим просто зашкаливает (чтобы, правда, в конце неожиданно подвести нас все-таки к жизнеутверждающему началу). Да и обычных сцен изнасилований и прочей жести нет. Фильм очевидно был спроектирован как что-то более удобоваримое для широкого круга. Плюс заметим, что, вопреки всей этой своей «Догме», Триер потихоньку уже начинает вводить в свое кино что-то помимо съемок дергающейся камерой. Молодец, что не зацикливается на своем основном приеме, что, наработав какие-то особенности, дополняет и расширяет свой художественный язык. Пойду у него еще что-нибудь посмотрю.
Есть фильмы, которые я не буду пересматривать даже под дулом пистолета. И речь вовсе не о бездарных и глупых картинах, а скорее наоборот. Это ОЧЕНЬ талантливые работы, оказывающие невыносимое эмоциональное воздействие. Обычно они заканчиваются слезами и вызывают внезапную апатию ко всему, которая продолжается не один день. Они трогательны и драматичны, а соотношение содержания и формы просто идеально. Однако несмотря на всю свою мрачную трагичность, их можно назвать вполне жизнеутверждающими. Ибо глядя на чужую драму жизни, осознаешь, что в твоей не все так непереносимо, как представляется.
«Танцующая в темноте» из разряда именно таких фильмов.
Она и Чувства
Глубоко в душе. Первые кадры — непривычно, странно, интригующе. Цвет фильма мрачновато-подавляющий, искусная операторская работа придает зрелищу некую достоверность и документальность. Нельзя назвать все происходящее захватывающим, скорее завораживающим. Чуть позднее — каждый герой открывается, познается, принимается. Музыкальные отступления вызывают сначала озадаченное недоумение, потом тихий восторг и осознание их необходимости. Еще позже — неожиданный поворот событий, сопереживание, сомнения и подсознательное ощущение надвигающейся беды. И, наконец, финал — полный крах всех надежд, горечь и боль, смазанные титры из-за истеричных слез и музыка, невероятная, мучительная музыка. Сжимаешься от ужаса. Не хочешь верить.
Она и Жертва
Мать, способная на великую жертву ради спасения любимого сына, ради его благополучия. Беженка, вынужденная работать не покладая рук, экономить на всем, чтобы добиться высшей цели. Женщина, встретившая непонимание и презрение со стороны окружающих из-за своих причуд и странностей. Танцующая душа, живущая в своем мире радости, фантазии и музыки. Сельма.
Идея не нова, скажут скептики. Но ведь так неповторимо…
Она и Голос
Кажется, что сценарий писался исключительно для Бьорк. Она сама невероятно подходит на роль Сельмы, в ней, в ее внешности, кажется, изначально уже заложен надрыв, исступление и танец. Прекрасная актерская игра со стороны непрофессиональной актрисы. И если саму музыку можно назвать осторожным наблюдателем, то голос Бьорк — непосредственно ярый участник. Он страдает, звучит и играет — невыносимо прекрасно. И, несомненно, это оценят не только поклонники ее творчества.
Она и Они
Удивительные люди, с которыми Сельма сталкивается, с которыми дружит, живет и умирает. Удивительные актеры: гениальность Катрин Денев как актрисы уже давно не вызывает ни у кого сомнения, а вот Дэвид Морс и Петер Стормаре неожиданно порадовали. Живые персонажи и живые судьбы.
Она и Вы
Этот фильм однозначно стоит смотреть. Не в поисках положительных эмоций и не для развлечения. Просто потому, что мимо шедевров проходить нельзя. Мучительная и тягостная картина, она западет глубоко в душу каждому, у кого хватит сил и мужества досмотреть ее до конца.
На Каннском кинофестивале фильм Ларса фон Триера получил две пальмовые ветви. Одну как лучший фильм и одну получила Бьорк за главную женскую роль. В принципе с председателями жюри можно согласится, однако хотелось бы всё разложить по полочкам если никто не против.
Многие тут думают за что Триер так ненавидит женщин. Во многих своих фильмах он как Бог навешивает на них тяжёлые испытания, а мы — простые зрители только и делаем что смотрим как женщины преодолевают все трудности, которые посылает им Триер. Будь это хоть «Догвилль» где униженная и оскорблённая Грейс терпит всё от жителей адского городка. Или «Антихрист» где Триер вообще сравнивает женщину с дьявольским сосудом. Можно даже вспомнить «Рассекая волны» где женщина ради любви готова на всё.
Ну да ладно. Разберём отдельный фильм, а именно «Танцующая в темноте». И здесь, как вы понимаете главной героине тоже придётся пройти огромную кучу всех жизненных трудностей, лишь бы добиться желаемого.
Сэльма — простая эмигрантка из Чехословакии. У неё есть сын Джин и работа на фабрике. На первый взгляд можно подумать что она просто «охотница» за Американской мечтой. Понятно дело что Америка разрекламирована как страна больших вохможностей.
Однако всё далеко не так, как кажется на первый взгляд. На самом деле Сэльма слепнет и хочет чтобы эта участь не постигла её сына так как слепота у них в роду — это наследственное. Пожалуй нет ничего более печального чем полуслепая девушка, которая работает как может, пытаясь спасти своего сына от той темноты, которая с каждым днём становится всё отчётливее и отчётливее для неё.
Знает Триер на какие рычаги надо жать чтобы у зрителя бежала слеза. Хоть конечно я и не расплакался, но по силе воздействия кино производит очень сильный эффект. Наверно самопожертвование одна из самых трогательных тем в кино. Вспомнить хотя бы как у нас в своё время шла мания по «Титанику». А ведь люди до сих пор помнят тот эпизод когда Леонардо ДиКаприо пожертовал собой, лишь бы спасти Кейт Уинслет. Там это был один крошечный эпизод, а тут весь фильм строится на этом.
Бьорк своей игрой действительно поражает. Всегда считал её певицей со своебразным стилем музыки. Но тут ей полностью веришь в роли Сэльмы. За неё переживаешь, да чего уж там, готов молиться за неё. А концовка получилась очень сильной. И это её большая заслуга.
Дэвид Морс тоже порадовал своей игрой. Неприпомню чтоб он играл каких-нибудь драматических персонажей. Но удаются они ему просто на отлично. Его персонаж — простой коп, который не может сказать жене что они банкроты. А в момент своего убийства он по полной раскрывает свой талант. Да и вообще достаточно сильный момент.
Катрин Денёв тоже молодец. Одна из немногих кто поддерживает Сэльму во всех её начинаниях. Роль небольшая, но тем неменее очень важная.
Всё-таки Триера нельзя считать жёноненавистником. Своим фильмом он доказывает что женщина, какой бы хрупкой она ни была, способна выдержать любые коварные удары судьбы. Единственно к чему можно придраться, так это к неуместным, на мой взгляд, музыкальным номерам. Они смотрелись как-то глупо. Но тем неменее фильм достоин оваций.
Сюжетная линия понятна, все просто — мать-одиночка, которая должна собрать деньги, чтобы помочь своему сыну. Музыкальные моменты и танцевальные постановки дают понять, что это мюзикл.
Смысл, конечно, заложен философский. Особенно заставляют задуматься последний эпизод и сопроводительные строчки к нему. Но в целом, на мой взгляд, сюжет построен грубо, усваивается не слишком просто, что не способствует «перевариванию» и «усвоению» фильма.
Что-то тут не так. Чего-то не хватило этому фильму дотянуть до того, чтобы стать для кого-то самым любимым или лучшим фильмом, чтобы захотелось пересматривать и пересматривать его несколько раз…
Главная героиня представляет собой человека неуравновешенного, находящегося на грани психического расстройства, сцены, в которых она впадает в состояние нирваны (как раз в эти моменты она поет и танцует), наводят на мысли, что ее посадят в психушку. Но попадет в тюрьму, где ее и без того слабая психика находится на грани полного разрушения. Ни у кого почему-то не возникает мысли назвать ее безумной или хотя бы усомниться в ее адекватности.
До конца фильма ждала, пока не приедут санитары в белых халатах, скрутят ее, посадят в машину и увезут в сумасшедший дом. Не приехали. Жаль.
Один из самых противоречивых европейских режиссеров Ларс фон Триер снял совершенно нетипичный мюзикл. Мир реальности и мир музыки разделен на первый взгляд невидимой, но очень ощутимой чертой. По одну сторону слепая мать убивает соседа — вора, отнявшего у нее последние, такие нужные для дочери деньги. По другую… По другую она счастлива, танцует в местной постановке, видит мир в цвете радуги. Тот мир — это иллюзия, его нет, потому что не может быть. Но после финальных титров остается не молчаливый ужас казни, а гипнотическая музыка, звучащая из нас самих, вселяющая надежду, которая не умрет…
Актерская игра.
Здесь нет Бьорк, знаменитой исландской певицы. Она полностью растворилась в роли трагической матери — одиночке, идущей на преступление. Ее игра просто завораживает, не отпускает до самого конца. Невероятно жаль, что Бьорк не продолжала осваивать актерские вершины, но это все же ее выбор (у нее были еще роли, но материал слабенький). Катрин Денёв… Вне сомнений, Великая актриса, и здесь играет великолепно, но это не ее фильм, здесь не она Актриса.
Второплановые роли разыграны продуманно, не ломая общей картины, образы запоминаются. Вот только это все, что можно про них сказать.
Режиссер, оператор, монтаж. Высочайший класс. Все сделано именно по-«фонтриевски». Зритель — часть фильма. Чувства обнажены до предела, ни на мгновение не отпускают, пусть даже происходящие на экране мерзко, низко, шокирует и отталкивает. Подобное не признак профессионализма. Это признак Таланта.
Про саундтрек сказать что-либо сложно. Просто посмотрите фильм или купите DVD с этой музыкой. И вы все поймете сами.
Ах да! Есть не лишенная смысла мысль, что тем сложнее снимался фильм, тем лучше он получится. Так вот, «Танцующая…» не раз оказывалась под угрозой то из-за проблем с финансами, то из-за Бьорк, которая посередине процесса покинула команду и скрылась в неизвестном направлении. Только страх грандиозной неустойки смог ее вернуть. Решайте сами…
Я уходила из кинотеатра сразу перед конечной сценой, и фильм не кончался для меня… (с)
Посмотрев этот фильм однажды, ты не забудешь его никогда. Он цепляется за твою душу и уже не отпускает. Проживаешь с героями каждый момент фильма. Находишься там, с ними. Держишь Сельму за руку, и помогаешь ей добраться до дома, следишь, что бы она не поранилась на станке, танцуешь и поешь вместе с ней. Безусловно, в первую очередь это заслуга Бьорк. Она прожила жизнь этой женщины и не дала ни на секунду засомневаться, что перед тобой Сельма. Так же общая атмосфера фильма. Правда, не с самого начала. По началу фильм смотреть трудновато, из-за сьемки и монтажа, которые не привычны нам. Но привыкаешь очень быстро и перестаешь обращать внимание на такие вещи. Ты весь погружаешься в эту историю. Голос Бьерк имеет какой-то особенный магнетизм, и музыкальные вставки с песнями и танцами ничуть не лишают фильм его особенной атмосферы. Обычно такие моменты перебивают связь с фильмом, лишают ощущение реалистичности, но не в этом случае. Сельма своими фантазиями окрашивает яркими цветами тусклый мир вокруг. Она настолько искренна, чиста и прекрасна внутри… Знаешь, что нет таких людей в жизни, но увидев этот фильм, начинаешь в это верить, ни смотря на то, каким бы циником ты не был. Хочется любить людей. Верить в них. Сцена казни настолько эмоционально потрясает и трогает, что после просмотра сидишь и смотришь в экран, не двигаясь. Уже давно пошли титры, а ты сидишь в шоке и не можешь пошевелиться. Только слезы стекают по лицу и тебя все еще немного трусит. Это общая заслуга Бьорк и Ларса фон Триера.
Это фильм, который раз и навсегда записываешь в список своих самых любимых и пересматриваешь его снова и снова, каждый раз переживая эту история, как впервые, замечая с каждым разом все больше деталей, которые хотел передать режиссер. И напоследок хочу добавить. В гениальности Бьорк как актрисы я убедилась окончательно, когда смотрела фильм в третий раз. Уже другим человеком, не таким, каким я была, когда смотрела его в первые два раза. Повзрослевшим, набравшимся опыта и пережившим конкретные ситуации в жизни, которые позволили мне увидеть, то, что не замечала раньше. То, как она боялась смерти. Толи Бьорк пришлось пережить такую ситуацию, когда ты обреченный идешь умирать, в чем я сомневаюсь, толи она гениально это прочувствовала и передала. Ибо я точно прочувствовала и ясно вспомнила, как же это все-таки страшно.
Да, это Ларс фон Триер. Это он, собственной персоной.
Это не то кино, которое можно смотреть с другом/подружкой дома на диване, периодически повторяя: «Это как про нас снимали!»
Это не то кино, герои которого висят не плакатах улыбаясь со стен подростков.
Это не то кино, когда всё кончается как обычно.
Это не то кино, которое снимается ради миллионов долларов.
А саундтрек…
Это вообще не то кино.
Это замечательное кино. И я сильно плакала. Я хочу жить.
