Всякое смертное величие есть только болезнь.
1808 г. «В первые годы XIX века директор Шарантона организовал свои знаменитые спектакли, в которых безумные играли то роль актеров, то роль зрителей на сцене. «Сумасшедшие, участвовавшие в таких театральных представлениях, становились объектом внимания и любопытства со стороны публики, легкомысленной, беспечной, а иногда и злой. Странное поведение этих несчастных, их манера держаться вызывала насмешки и оскорбительную жалость у присутствующих». В том мире, над которым простирает свое господство Сад, безумие становится спектаклем в чистом виде, его преподносят как развлечение уверенному в себе разуму с его спокойной совестью. До самого начала XIX в. безумцы оставались чудовищами — т. е. существами или вещами, которые стоит показывать, чтобы на них дивились, как на чудо». (М. Фуко, «История безумия в классическую эпоху», 1961). Действие спектакля под руководством де Сада, а именно последние часы жизни революционера Марата, разворачивается в году 1793. Сборник статей «Театр и его двойник» Антонена Арто, конструктора театра жестокости, появляется в 1938 г. И наконец, наследник идей Арто, Питер Брук снимает свой фильм «Марат/Сад» в 1967. Сплавленные, синтезированные временные пласты находят свои очертания в этом фильме. А после, ширятся, стремясь обогнать друг дружку, срастаются позвонками и тают на общем фоне истории.
Круги на воде.
Интересные заметки:
- Шарлотту Корде, убийцу Марата, играет меланхоличка. Сцена переклички обитательницы лечебницы и знаменитой дворянки происходит на 20 минуте. Хор исполняет песню о прибытии Корде в Париж. Ее ничто не интересует, она ничего не видит, маниакальная идея сидит в ее мозгах. Она находит то, что поможет избавиться от гнилья вокруг, на улицах, мостовых, в воздухе, — кухонный нож.
- Марата, «друга народа», играет параноик. Как известно, последние дни жизни Марат страдал от кожной болезни, поэтому постоянно принимал ванны, чтобы снизить зуд, и никуда не выходил. Также, он постоянно пишет обращения к народу с требованиями новой крови, ее, оказывается, слишком мало. Мысли копошатся в его голове, безостановочно, сменяя друг друга. Параноика, к слову, лечат теми же способами, чтобы загасить жар внутри и умерить буйство.
- в 1927 г. в шедевре Абеля Ганса «Наполеон» Антонен Арто исполняет роль Жан-Поля Марата.
- 00:58:18 — бичевание де Сада. Маркиз снимает с себя рубашку, встает в центре и просит красотку, исполняющую роль Корде, высечь его. Она встает позади, наклоняет вперед голову, так, что кончики волос касаются плеч де Сада, водит ими от края до края, а после наносит резкий удар, словно это не волосы, а сотни плетей. В это время де Сад произносит речь, тихим медитативным голосом, будто исповедуется, о демонах, им порожденных, которых он не в силах убить, а на улице с такой же медитативностью истребляют тысячи. Убийство индивида.
- 1:08:42 — монолог Марата. Лихорадочно-горящие уставшие глаза направлены прямо на вас. Неважно, в каком веке они вас застанут, их суть останется неизменной, потому что… человека изменить нельзя. Эгейн энд эгейн…
- 1:51:40 — открытый финал, дышащий смрадом из разрываемых диким воплем глоток, летящий в бесконечность, оставляет свой стойкий след, блестящий как дорожка позади слизняка. Марат/Сад — двойники, один с тюрьмой внутри себя, другой — не вылезающий из клеток, чьи имена стали безоговорочными синонимами террора и жестокости, как ни желал того маркиз, из памяти людской не стерлись.
- «где есть творчество, там нет места безумию; и однако безумие современно творчеству и творению, ибо кладет начало времени его истины. Миг, когда вместе рождаются и достигают свершения творчество и безумие, есть пролог того времени, в котором мир оказывается подсуден произведению и ответствен за то, чем он является перед его лицом». (М. Фуко)
А судьи кто?
