В современном громадном мегаполисе, этом лживом и вероломном мире разочарований и предательства, где выживают только люди с пустыми глазами и ледяным сердцем, казалось бы, нет места молодости, любви и светлым надеждам. Но для Ника, Сида, Бет и Кэрол жизнь только начинается.
Родной дом оставлен далеко позади вперед, к новым радостям и разочарованиям, потерянным друзьям и обретенным мечтам, к проступкам и преступлениям.
Молодость, осознавая свою неконтролируемую разрушительную силу, прорывается вперед, саркастически улыбаясь и подначивая уходящее прошлое, устремляясь навстречу новой жизни, вере и, может быть, любви.
Тело, покоящееся или движущееся, сохраняет свое состояние, если на него не воздействует внешняя сила. (Первый закон Ньютона)
В оригинале название этого маленького артхаусного шедевра, возможно, самого недооцененного из всех, что вышли в 90-е, звучит дословно, как «Тела, покой и движения», что, впрочем, несколько неудивительно, учитывая, что в картине, несмотря на избранную и старую как мир тематику человеческих взаимоотношений, буквально все замешано на элементарных законах физики, по которым человек, как бы высоко он прыгнуть не собрался, не сможет этого сделать, если рядом стоит кто-то и воздействует на него тем или иным образом. Иными словами, чтобы не делали главные герои, коих условно отведем Тиму Роту и Бриджит Фонде, собравшиеся променять Аризону на Юту, как бы усердно они не паковали чемоданы и как бы усиленно не разглагольствовали на тему завтрашнего переезда, итоговый расклад событий будет зависеть вовсе не от них. Точнее, и от них тоже, однако в свете того, что прямо накануне переезда в их дом нежданно-негаданно нагрянет маляр, чье обаяние, похоже, способно вскружить голову любой даже замужней женщине, а Кэрол сочтет нужным сообщить Нику, что неплохо было бы тому повидать своих родителей, происходящее и вправду начнет открываться с несколько иного ракурса.
Маляр, нужно отметить, вообще прелюбопытнейший персонаж и не только тем, что Эрик Штольц уже за год до «Криминального чтива», как выясняется, толкал наркоту порядочным гражданам, но и тем, что герой его привносит в эту картину какую-то свою особенную философию и именно сквозь призму его восприятия зрителю будут донесены основные мысли этого произведения. В отличии от Ника и Элизабет, мечтающих во чтобы то не стало вырваться из опостылевшего им окружения, где время, по существу, стоит на месте и ничто не способствует собственному прогрессу, персонаж Штольца не страдает карьерными издержками и вовсе не прочь прожить остаток дней в обозначенной тараканьей тьме. Крася дома и поливая газоны, Сид наслаждается жизнью и другого ему не нужно: как только трава отрастает, а дома, которые он красил обшарпываются, и компания высылает его на прежнее место, Сид отмеряет для себя время. Занимаясь любовью с Элизабет, он предлагает ей насладиться моментом, ибо самое прекрасное, с его слов, происходит только здесь и сейчас, но девушке это не шибко нужно: в ее представлении все лучшее впереди, а хорошо по-настоящему там, где ее еще не было.
Любопытным представляется и передвижение героев по карте фильма. Чтобы они не делали, стояли на месте или двигались вперед, в картине постоянно идет сопоставление с чем либо. Тим Рот, например, совершая свой поистине дурацкий поступок, когда предательским образом бросил жену вместе с чемоданами и умотал на важнейшую с его точки зрения встречу с предками, которые не факт, что окажутся на месте, тем не менее, при всех сопутствующих оговорках, находится в движении, в то время, как его обманутая жена, вынужденная томиться в ожидании и предпринимать самостоятельные попытки как закончить начатое, пребывает на какое-то время в покоящемся состоянии и как бы в отместку решает переспать с подвернувшимся маляром. Однако, не пройдет и суток, как ситуация поменяется на прямопротивоположную, и если еще вчера Элизабет бездействовала, то сейчас именно она в движении, а Ник, наоборот, оказывается в неком пространственном временном вакууме, где только стены, стены и еще раз стены; и лишь похищенный супругами в ближайшем супермаркете телевизор остается неподвижным и никому, по сути, ненужным. Теорема не иначе как выведенная из банального, на первый взгляд, жизненного примера, когда не принципиально где ты, но очень важно с кем, и главное как.
Нельзя взять другого человека, он только может отдаться тебе. (с)
Фильм Взрослая жизнь (переводя дословно «Тела, покой и движение») появился на экранах США в 1993 году. Но то ли из-за сюжета, то ли из-за небольшого маркетинга не имел особого успеха, а жаль. По своему содержанию он действительно многого стоит. Хороший подбор актеров: Фиби Кейтс, Бриджит Фонда, Эрик Штольц и мой любимый Тим Рот, собственно, благодаря ему я и нашла этот фильм.
Сие кино рассказывает нам о непростых взаимоотношениях молодых людей на фоне засушливой Аризоны, откуда герои Ник и Бет хотели благополучно уехать. Но, получается так, что неожиданные идеи и невзначай появившиеся люди кардинально меняют жизнь. Ник вдруг уезжает без Элизабет, а она, в свою очередь, время зря не теряет и заводит роман с маляром. Да и без бывшей подруги Ника тут не обходится. Что бы ни случилось, она все время находится где-то рядом. Жаль только, что понять свои настоящие желания герои смогли слишком поздно
Несмотря на не совсем хорошее качество моей записи, фильм мне понравился. Дух 90-х. Аризонский вид, который можно увидеть только совсем в старых фильмах. Но фильм спокойный, не навязывающий, не тяжелый, просто на него можно легко потратить вечер. Поэтому