Лучший фильм, Лучшая мужская роль, Лучшая женская роль, Лучший режиссер, Лучший адаптированный сценарий, Лучшие декорации, Лучшие костюмы, Лучший оригинальный саундтрек
Стивенс — образцовый английский дворецкий, который всю жизнь провел в старинном поместье. Он отдал свое сердце беззаветному служению, и нет ничего, что может заставить его изменить долгу. Неожиданно привычное течение дней нарушается, когда в поместье появляется новая экономка, мисс Кентон.
Стивенс пытается скрыть глубокие чувства к этой женщине, но ни вековая традиция, ни священные обязанности не могут остановить вспыхнувшую любовь. И лишь теперь, на закате дней, преданный дворецкий открыл для себя тот единственный идеал, который достоин истинного служения…
Чопорный дворецкий Стивенс в поместье лорда Дарлингтона словно отгораживается от самой действительности, посвятив себя без остатка беспрекословному и бездумному служению своему господину, пусть и называемому им по-современному, по-канцелярски — «наниматель». Но ничего не остаётся «на конец дня» — для частной жизни: ни романа с мисс Кентон, экономкой; ни сочувствия к престарелому отцу, помощнику дворецкого, со смертью которого будто издаёт последний вздох пришедшая в упадок эра просвещённого монархизма цивилизованной имперской политики, а также сохранявшихся веками аристократических ритуалов и респектабельных нравов знати.(... читать всё)
Сменив трепет виртуального первопроходца на уверенную решимость графоманствующего кинолюбителя, приступаю к попытке написания очередного отзыва на очередной фильм. С той лишь оговоркой, что, как ни странно, доселе страница фильма на «русском imdb» не была избалована зрительским мнением, а потому речь идет об очередном моем отзыве. Ну, а сам предмет внимания совсем нельзя назвать «очередным» в значении обычный, проходной, не запоминающийся. Постараюсь не заработать таких ярлыков и к своему комментарию.
Пожалуй, не буду пересказывать сюжет, но походя отмечу, что прилагающийся к лицензионному российскому изданию синопсис хоть и близок к правде, но прямолинеен и безыскусен донельзя. Хотя, передать сухими словами все полутона и оттенки данного произведения кинематографического искусства — задача не из легких.
Назвать «На исходе дня» простой историей любви в непростых окружающих условиях — это, по меньшей мере, нелепое заблуждение. Фильм выше этого, он тоньше и глубже. Здесь правят бал недосказанность и светлая грусть о былом.
Но давайте поговорим о более земных вещах. Для общего развития, несомненно, стоит уделить немного внимания пресловутым режиссеру и актерам. После чего нельзя будет не сказать о сопутствующих премиях и наградах. Итак, кто же они, обладатели основных трех из общих восьми номинаций на премию Оскар? Правда, ни одна из них так и не была получена — не повезло с соперником в лице «Списка Шиндлера».
Троекратный оскаровский номинант, до «The Remains of The Day» с картинами «A Room with a View» и «Howards End», Джеймс Айвори в режиссерском кресле, да великолепные Энтони Хопкинс и Эмма Томпсон перед камерой. Айвори филигранно управляет, Хопкинс и Томпсон вдохновенно исполняют. В общем-то, больше и не о чем рассказывать: поклонникам качественной режиссуры и самозабвенной актерской игры выше написанных тезисов будет достаточно. Россыпь номинаций, не забываем о Спилберге, в различных категориях на различных кинофорумах — лишние аргументы «за».
Кинолента подается с периодическим использованием закадрового нарратива, обозначающего чтение писем главных героев друг к другу, а также сопутствующих, зачастую довольно продолжительных флэшбэков на «двадцать лет назад». И, наверное, именно события давно минувших дней занимают основную часть сюжета.
Нехватку в динамике, которая, впрочем, там совершенно ни к чему, фильм компенсирует удивительно правдоподобной атмосферой, подчеркнутой с первых кадров очаровывающей музыкой, восхитительными интерьерами и видами истинно английских поместий.
В картине Айвори немало места отведено политике: фоном к «истории взаимоотношений дворецкого и экономки» служат события вокруг сомнительных прогерманских решений лорда Дарлингтона. Поместье лорда — оплот настоящей Британии. Здесь все, от последнего конюха до самого хозяина, пленники Порядка и Традиций. Здесь живет и трудится потомственный дворецкий Стивенс, чей образ раскрывается через отношения с престарелым, прослужившем на аналогичной должности 54 года, отцом, с новой, ставшей незаменимой в хозяйстве экономкой.
На втором плане с разной степенью эпизодичности мелькают средневозрастные Кристофер Рив и Хью Грант, а также совсем молодые и мимолетные Бен Чаплин и Лена Хиди. Своими в меру страстными партиями они разбавляют внешнюю чопорность и спокойствие главных действующих лиц в исполнении Хопкинса и Томпсон. Но у мистера Стивенса и мисс Кентон все главные эмоции внутри, и остается лишь восхититься самообладанием героев, а также необыкновенным талантом воплотивших их образы актеров, сумевших и в гриме «20 лет спустя» донести до зрителя всю гамму их внутренних страстей, всю глубину и грусть отношений.
Фильм сделан настолько добротно, что даже при отсутствии в малейшей степени «экшена» заставляет смотреть с непрерывным вниманием на всем своем протяжении. Фильм не для того состояния духа и настроения когда просто хочется расслабиться и отдохнуть, так как подталкивает к размышлению и неизбежным выводам.
Всю жизнь главный герой фильма исключительно добросовестно выполнял свой служебный долг, но можно ли назвать счастливой такую жизнь, где самой большой радостью является беспримерное служение кому-то — думаю, что неслучайно режиссер для высказывания своих идей делает главного героя дворецким. Эгоистом в определенной степени быть тоже необходимо, и не забывать о маленьких (и разумеется больших) радостях для самого себя, а заодно не обделять вниманием своих родных и близких. Такова очевидно основная идея этого фильма.
Одновременно его можно рассматривать как блестящее пособие по учтивому светскому общению и правилам приличия, придуманных умными людьми дабы не осложнять себе жизнь.
Лично я разочарована в разочаровавшихся этим незаурядным фильмом. Такая сильная игра актеров и тонкая передача знАчимости основы человеческих отношений — Уважения меня привела в восторг.
Большинство «лордов» (как нарицательное) не стоят и мизинца простого дворецкого, сколько чопорности и высокомерия в них, желания высмеять (сцена большого приема), которые разбились в пух и прах об учтивость героя фильма.
Он не дурачок и далеко не человек без лица, он Человек с большой буквы — тонкая вежливость, безотказность, любовь к своему делу достойная похвал — это далеко не качества служки, это благородство до «мозга костей».
Дворецкий не ропщет на судьбу, не знает зависти и злости, он даже романтичен и робок (даже слишком робок к моему сожалению).
Фильм оценят определенно созревшие личности, либо стремящиеся познать нечто светлое и непобедимое.
Британцы — это холодность, сдержанность, чопорность. Они хранят молчание в транспорте, не повышают голоса в общественных местах, не целуются на улицах. Они уравновешенны, степенны, любят дом, сад, спорт, клуб, чай и домашних животных. Британцы — это сельский пейзаж, твидовый костюм, трубка, палисадник и камин. Это орфография английского языка, левостороннее движение транспорта, технология варки эля и изготовления виски. Это традиции, консерватизм, особое чувство юмора и любовь к абсурдизму, странная привычка шутить над тем, что их окружает, при этом не выказывая непочтения. Удивительный такт. Снисходительность, гордыня, надменность, остаток имперских амбиций, их колониального наследия, когда флаг Британской империи развевался над четвертью суши. Это стремление к свободе, уважение к частной собственности, крайний индивидуализм, предприимчивость и трудолюбие; это критичное относиться к политике, острые, частые споры в Гайд-парке. Это Ла-Манш, узкая полоска воды между континентом и Британскими островами — ров, защищающий «остров-крепость» от захватчиков и охраняющий особую английскую ментальность. Не понимая англичан, их невозможно полюбить. Не любя, невозможно понять.
Вот почему картина Джеймса Эйвори, трогательно почитающего все британское, за пределами туманного Альбиона сегодня многими останется непонятой. Покажется скучной, затянутой, холодной, бессюжетной. Почему? В ней слишком много истинно британского. Слишком много фона в отсутствии героев на переднем плане. Слишком много атмосферы в отсутствии событий. Слишком много разговоров о политике в отсутствии конфликтов, действ и происшествий. Слишком много едва заметных намеков на любовь в отсутствии объятий и признаний. Слишком много красноречивого молчания и бесед на отвлеченные темы. Слишком много «благодарю», «вы так добры», и «берегите себя». Это скорее живопись, нежели фильм. Серия гравюр из жизни обитателей старинного английского поместья в преддверье Второй мировой войны, а жизнь эта — удивительное переплетение судеб хозяев «Дарлингтон-холла» и его прислуги во главе с преданным потомственным дворецким.
«Остатки дня» — это история двух мужчин, работодателя и слуги, написанная для каждого своими кистями и красками, но, по иронии, одного метафоричного содержания. Дворецкий Стивенс — добровольная собственность Дарлингтон-холла. Сервировка стола, полировка серебра и подготовка к банкетам служат своеобразной призмой, сквозь которую Стивенс смотрит на мир, ограничивая его для себя хозяйственной жизнью поместья, в то время как история буквально вершится у него перед носом — лорд Дарлингтон принимает у себя сильных мира сего, дипломатов, чиновников, министров. Но слышит ли он разговоры, при которых присутствует? Нет. Имеет ли собственное мнение? Нет. Слепотой, самообманом и иллюзией комфорта в своем маленьком мирке Стивенс отгораживается от любых опасностей и потрясений, будь то ветер политических перемен или внезапное чувство к новой экономке, молодой, самоуверенной женщине, жаждущей украсить его неброское, скромное, но жестко подконтрольное и упорядоченное существование собой и букетом цветов на столе.
А в это время его хозяин-миротворец, столь же близорукий и несвободный от предубеждений, ведомый чувством вины и устаревшим понятием чести, уже ввергает Англию во Вторую мировую войну, свято веря в то, что стремится ее от этой войны уберечь… Консерватизм обоих становится повязкой на глазах в стремительной скачке к краю пропасти. «Остатки дня» — это трагедия одного человека, упустившего свой шанс на счастье. Это трагедия социальной прослойки британских политиков-любителей, чурающихся радикализма и готовых пожертвовать сухой теорией ради зеленеющего дерева практического компромисса. Это трагедия страны, уже утратившей былую роль на политической арене, но отчаянно цепляющейся за мираж собственного героического прошлого. Это красота в мелочах, драма в мимике и голосах без привязки к диалогам и фразам, это культура, в которую я жадно влюблена, несмотря на все ее изъяны и противоречия.
Энтони Хопкинс. Дурной характер. Многолетний алкоголизм. Поздняя слава. Сэр, вы гениальны, я люблю вас. Его Стивенс — как он ходит, как говорит, как нервно и подобострастно улыбается, в то время, как мысли его далеко и заняты совсем другим! Как преувеличено бурно реагирует на разбитую бутылку вина, как спешит поскорее уйти от жестоких слов женщины, одновременно заставляя себя остаться и выразить подобающие поздравления. Как вздрагивает при приближении мисс Кентон, как прикасается взглядом к ее лицу в знаменитой сцене борьбы за книгу. Как мимолетно, взволнованно и смущенно улыбается в ответ на ее фразу «ведь я покинула тогда поместье, чтобы досадить вам». Самолюбие, твердость, осанка в начале. Уязвимость, незащищенность, сгорбленность в конце. Это невозможно описать. Это нужно увидеть.
Эмма Томпсон. Ее чувства — это бабочка, пойманная в стеклянную банку. Не способная разбить стекло, она отчаянно бьется о ее поверхность, причиняя себе острую боль. Как она нервно мерит шагами комнату, как почти навязчиво привлекает внимание Стивенса хозяйственными мелочами, как сверкает глазами во время стычек и ссор, как стремится быть нужной! Она боролась. Устала. Почти смирилась. А в это время вдоль туманной набережной, в сумерках, зажглись огни. Для кого-то вечер — лучшее время суток. Для кого? Для них?
Кто-то сказал, что этот фильм рождает собой не светлую грусть, а мрачную скорбь. Подобная реакция возможна и даже предсказуема, прими вы несостоявшийся роман героев или порок английского менталитета близко к сердцу, но для большинства зрителей эта картина Джеймса Айвори, боюсь, так и останется монотонной, сдержанной, малособытийной и безрадостной зарисовкой из жизни британского поместья, понятной только самим англичанам и страстным поклонникам их своеобразной культуры. Для меня же в этой исключительной картине дорог каждый миллиметр потраченной пленки.
Пожалуй, это лучшая экранизация книги, когда-либо виденная мной! Это замечательное кино. Очень талантливое. Очень хорошее. Это как если бы бриллиант (книга Исигуро) обрел достойное обрамление. Когда мысль, безусловно, идеально претворяется в жизнь, и теория ни сколько не уступает практике. Когда игра актеров не коверкает сущность героев, а дополняет. Когда небольшие несоответствия в сюжете и книге не портят общую идею, а филигранно ее подчеркивают. В общем и целом — это действительно лучшая экранизация…
Можно ли сказать, что фильм скучен? Затянут? На самом деле, если прочитать книгу становится ясно, что сюжет даже динамичен для такого романа. Исигуро пишет неспешно, размеренно, мысли, разложенные на полочки, раскладываются там еще более тщательно. Внутренние переживания, воспоминания занимают гораздо больше места, чем динамика сюжета. И режиссер не стал лишать фильм этой японско-английской изюминки. Его внимание на мелочах, которое удручает киноманов, это та самая главная особенность, что делает фильм максимально реалистичным. Режиссеру удалось удвоить те мысли и переживания, что возникают при чтении «Остатка дня». На мой взгляд, это просто удивительно. Это на самом деле сложно, и если вы читали Исигуро, то вам станет ясно, о чем я говорю. Такой «внутренний» роман очень трудно перевести в образы и картины так, чтобы не утратить авторскую специфику мысли.
Самым главным, безусловно (о чем просто немыслимо промолчать, говоря об этом фильме) является игра Энтони Хопкинса. Никто не сомневается в его таланте. И просто петь дифирамбы, пожалуй, было бы очень банально. Но сравнивая героя книги и героя Энтони Хопкинса, невооруженным взглядом будет заметно, что Стивенс стал более живой. Более «человеком». Более реальным. И те эмоции, те чувства, что дворецкий прячет ото всех, даже от самого себя в книге проскальзывают столь малозначительно, что складывается образ человека невозмутимого, закрытого. Отшельника. В фильме же Хопкинс открыто демонстрирует эти эмоции. Открыто, правда, нужно закавычить, потому что это «открыто» по меркам английского дворецкого — глазами. Паузами. Движением рук. Мимолетным взглядом. Но все становится ясно. Хотя это может быть, скажет кто-то, переворачивает идею фильма. Не знаю. На мой взгляд, роль сыграна просто безупречно.
Хочу сказать, что без книги я смотреть фильм не рекомендую. Без книги о многих вещах может сложиться превратное мнение, и смотря фильм вы не будете знать ту внутреннюю философию Стивенса, что послужила залогом уникальности как книги, так и фильма.
Все привыкли к тому, что американский режиссер Джеймс Айвори умело воссоздает на экране викторианско-эдвардианскую эпоху Британский Империи.
Вот и в экранизации одноименного романа Кадзуо Исигуро Айвори показывает упадок британской аристократии и крах сложившихся устоев. И хотя эта лента напоминает прежние работы американца, нельзя не поразиться удивительно тонкому и чуткому восприятию им `облика минувших времен`.
Безусловно, достижению таких впечатляющих результатов способствовали прекрасные актерские работы Энтони Хопкинса и Эммы Томпсон, воплотивших на экране образы дворецкого Стивенса, не могущего признаться в своих чувствах и вынужденного `на исходе дня` жалеть о своем выборе, и экономки мисс Кентон, влюбленной в Стивенса и страдающей из-за его пассивности.
Главным же недостатком фильма является отклонение основной канвы сюжета (крах эпохи на примере краха одного человека) в сторону длинных, неинтересных сцен званых ужинов с делегатами разных стран, обсуждающими проблемы места Германии на политической арене в 30-е годы.
Номинированный на 8 основных «Оскаров» и, к несчастью, не получивший ни единой статуэтки, «На исходе дня» Джеймса Айвори по праву считается образцовым историческим исследованием британской психологии. Может показаться парадоксальным, что лента снята американцем по сценарию немецкой еврейки Рут Проэр Джабвалы, которая перенесла на экран японский роман Кадзуо Ишигуро, но центральный для фильма конфликт между долгом и чувствами известен всем этим и многим другим народам.
Создатели картины лишь рассмотрели его на примере другой культуры, потому что, иногда чтобы взглянуть в глубину, нужно смотреть со стороны. Поначалу картина кажется «заторможенной» и излишне медитативной, но затем понимаешь, что только так и можно раскрыть внутренний мир героев — гротескный, не всегда адекватный здравому смыслу, но, безусловно, яркий и запоминающийся. Автор педантично раскладывает по полочкам происходящее в доме, и мы, сами не понимая как, вместе со Стивенсом поселяемся в поместье, вдыхаем запахи старой кожи и красного дерева, размышляем о том, что такое опыт, любовь и верность традициям… И почему Хопкинса помнят как доктора Лектера, если старый дворецкий — намного более сильная работа?
В фильме переплелись мелодраматичные, социальные и политические мотивы и этот коктейль надо пить медленно и вдумчиво, не торопясь — только тогда удовольствие гарантировано.
Можно однозначно сказать: «На исходе дня» — удивительный фильм. Удивительно, что он весьма точно экранизирует роман Кадзуо Исигуро, который, кажется, вообще не подлежит экранизации, потому что представляет из себя преимущественно рассуждения героя. Удивительно, что статичная картинка нисколько не скучна, а фильм вовсе не кажется затянутым, несмотря на принципиальное отсутствие действия. Удивительно (и весьма печально), что при всех своих замечательных качествах, фильм не слишком известен.
Чтобы ответить на вопрос: «о чем этот фильм?» — нужно либо просто сказать, что это воспоминания дворецкого богатого английского дома о событиях 30х годов XX века, либо попытаться пересказать все сюжетные линии, причудливо сплетенные в единое повествование, либо — и это будет честнее всего — посоветовать посмотреть сам фильм.
Несмотря на неспешность развития событий, назвать фильм вовсе бессобытийным нельзя. Напротив, рассматривать его стоит именно как рассказ о важнейших событиях в жизни героя — дворецкого мистера Стивенса. Какие-то из них имеют значение только для него самого, какие-то повлияли ни много ни мало на ход истории. В то время, когда они происходили, мистер Стивенс явно отдавал предпочтение событиям историческим, считая своим долгом верно служить хозяину дома лорду Дарлингтону. Тот тоже ставил долг во главу угла: своим долгом он считал восстановление справедливости в послевоенной Европе. В итоге и слуга, и господин оказались заложниками своих представлений о долге и достоинстве.
Выйдя из дома, в котором он провел большую часть своей жизни, мистер Стивенс отправился в путешествие по стране — и по своим воспоминаниям. Внимательно оглядевшись вокруг, он вдруг обнаружил, что жизнь как-то незаметно прошла мимо, а вместе с его хозяином ушла в небытие целая эпоха. Он ни о чем не сожалеет — он всегда выбирал то, что должен был выбрать, а именно так и поступает достойный человек — но на исходе дня нет-нет да и возникнет непрошенная мысль о том, что могло бы быть, если не…
Для успеха подобного фильма необходима мастерская игра актеров. Энтони Хопкинса в роли мистера Стивенса великолепен: ничего не делая и произнося минимум реплик, он сумел полностью раскрыть характер своего героя. Да, мистер Стивенс таков, что высшим проявлением чувств у него является фраза: «Сегодня я немного устал," — но это ни в коей мере не значит, что чувств у нет. Держать в себе все переживания невероятно тяжело, но это поведение достойного человека. И все, что остается герою, — отпустить прошлое (как птицу выпустить из дома) и по возможности приятно прожить остаток дня.
Остаток дня — это вечер. Он наступил для старой доброй Англии. Вечер изысканных манер и скромного поведения, вечер устаревших представлений о долге, чести, справедливости… Когда придет ночь нашей славной цивилизации, не будет места таким людям как лорд Дарлингтон и его дворецкий Стивенс.
Пока же мы наблюдаем, как наивный Дарлингтон (Джеймс Фокс) пытается примирить увязших в своих национальных амбициях немцев с американо-британскими нуворишами, прикрывающимися заботой о соотечественниках. Давно миновали те времена, когда подобные споры решались умными людьми, по-рыцарски настроенными в отношении друг друга. Теперь бал правят хамство, злоба, жадность, шпионаж…
Стивенс — такой же динозавр, как и Дарлингтон. В наши дни ТАК себя не ведут даже потомки былой аристократии, кривляющиеся и визжащие на светских раутах. А тут — дворецкий! Необходимо помнить, однако, что выдержка истинных слуг воспитывалась столетиями и заслуживала не меньшего уважения, чем происхождение их хозяев. Я снимаю шляпу перед талантом сэра Энтони Хопкинса. Какое мастерство, какая вдумчивость, какое… благородство!
Трудно сказать, изменилось ли поведение Стивенса, сложись иначе его отношения с экономкой мисс Кентон (Эмма Томпсон). Дворецкий не показался мне несчастным, поскольку он — самодостаточен. Неприятно кольнуло другое: неудавшаяся попытка Стивенса отречься от своего бывшего хозяина в послевоенной Англии, охваченной патриотическим психозом.
Увы, судьба поместья лорда Дарлингтона типична для той эпохи. Большинство родовых гнезд после войны было продано или сдано в аренду таким личностям, как конгрессмен Трент Льюис (Кристофер Рив), и потакающее лейбористам государство одобрило процесс купли-продажи очагов национальной культуры.
Фильм снимался на юго-западе Англии. Внешне роль Дарлингтон-Холла исполнила усадьба Дайрем (Глостершир), а в интерьере же выделяются музыкальный салон с прекрасным камином и парадная лестница замка Поудерем (Девоншир).
Энтони Хопкинс подал в суд на компанию Merchant Ivory Productions за отказ от выплаты около 750 000 долларов, полагающихся ему за работу над фильмом «Город финального назначения». Картину совсем недавно закончил снимать режиссер Джеймс Айвори, сейчас она находится в стадии пост-продакшна. (...)
