«Кардиналы — тоже люди» говорил своим фильмом испанец Франсиско Рибейро, собравший в «Padre Nuestro» великолепный актерский состав во главе с Фернандо Реем и получивший за эту полную мягкой иронии и доброго отношения к человеческим ошибкам трагическую киноисторию целый ворох национальных и международных премий. Правда, в последующие десятилетия «Отче наш» отчего-то оказался забыт, но это не повод держать его в забвении и дальше.
В свое время многие увидели в работе сеньора Рибейро следование традиции Бунюэля с ее скептическим отношением к религии и «скромному обаянию буржуазии». Наверное, это действительно так. Автор «Padre Nuestro» явно придерживается агностицизма и не испытывает особого пиетета перед католической традицией. Но антиклерикализм, о котором говорили и говорят при упоминании об этом фильме, в картине разглядеть можно только если долго и тщательно исследовать каждый кадр с лупой, предварительно убедив себя в том, что он там есть. Если, конечно, не принимать за антиклерикализм утверждение, что даже самые высшие церковные иерархи суть обычные люди, со своими грешками и грехами, своими скелетами в шкафах и своей собственной судьбой, никоим образом от Бога и Церкви не зависящей.
Правда, кардинал Фернандо думал иначе. Проведя в Риме близ папского престола тридцать лет, он твердо уверовал в свою собственную непогрешимость и ответственность только перед Богом. Но узнав, что смертельно болен и жить ему осталось не более года, все же решил отправиться в родную испанскую деревню, чтобы привести в порядок немногочисленные мирские дела, а заодно и осчастливить земляков явлением целого кардинала в далекую и бедную провинцию. Вот только оказывается, что далеко не все рады видеть столь высокую персону в своих краях. Слишком неоднозначной оказалась память о Фернандо в глухой испанской деревушке, затерянной где-то в Пиренеях.
Он сам за тридцать лет о многом забыл, но теперь пришлось вспомнить… Хотя бы потому, что вон оно напоминание бегает, овец пасет — внучка лет шести-семи с ободранными коленками, о которой дед даже понятия не имел в своих ватиканских эмпиреях. А тут вот грехи юности — дочь, прижитая с безотказной служанкой, теперь имеет свою, тоже незаконную дочь. А от кого — да Бог его знает. Она же главная и единственная деревенская проститутка, никому и никогда не отказывающая… А былая любовь — тонкая и стройная когда-то девушка превратилась в раздобревшую неказистую сельскую матрону, вышедшую замуж за пастуха, что любил ее когда-то больше жизни и так и не смирился с бесчестьем, которое когда-то приняла его невеста от молодого священника.
Дома же по-прежнему заправляет властная и эксцентричная мать, которой уже далеко за восемьдесят, но она нисколько не потеряла былую хватку, железной рукой управляя виноградниками, приносящими основной доход, в том числе и ватиканскому затворнику Фернандо. Тем более, что брат его, Абель, никак в семейном бизнесе не участвует, подвизаясь сельским доктором: по совместительству стоматологом, гинекологом и патологоанатомом в одном лице. Вот только ничего толком этот так и оставшийся в отличие от своего брата-кардинала девственником атеист делать не умеет. И Фернандо с ужасом понимает, что после того как не станет его и матери, все фамильное дело пойдет насмарку…
Но что можно успеть за то немногое время, что осталось, как исправить все, что пошло наперекосяк? Вот если бы он не уехал тридцать лет назад, если бы не провел эти годы в бесполезном служении… Можно, конечно, попытаться по-мужски поговорить с братом, можно дать распоряжение виноделам, можно, наконец, окрестить дочь. Прямо в постели, на которой она только что обслужила очередного клиента. Но что это изменит? Поздно, поздно, поздно… И трагедия человека, зря прожившего свою жизнь, ничего не успевшего и не сумевшего оборачивается страхом смерти, которой раньше Фернандо нисколько не боялся, считая, что готов к встрече с Богом.
Фернандо Рей блестяще играет человека, перед которым внезапно раскрывается вся тщета и пустота жизни, которую раньше он считал прожитой не зря. Превращение абсолютно счастливого человека, едва ли не с радостью встречающего свою участь, в сломленного и отчаявшегося умирающего старика проходит перед глазами зрителя незаметно и последовательно. Но так, что финальная сцена оставляет на редкость тягостное впечатление. Но короля (то бишь, Рея), обычно играет свита. И исполнители второстепенных ролей не подкачали. Как всегда эмоциональная и яркая Виктория Абриль в роли дочери кардинала, убедительный в роли суматошно-растерянного, слабого духом Абеля Франсиско Рабаль и Амелия де ла Торре, так живо напомнившая Тамару Пельтцер в образе эксцентричных помещиц, что невольно возникает чувство дежа-вю — все они сделали своих героев настолько живыми и настоящими, что судьба кардинала Фернандо начинает восприниматься еще острее.
Вот только почему, если героем фильма становится священник, и священник этот переживает личную трагедию, то картина сразу же заносится в разряд «антиклерикальных» — объяснить трудно. По большому счету, Церковь и ее место в обществе Франсиско Рибейро вообще не интересует. Другое дело, личные отношения человека с Богом, которые герой «Padre Nuestro» так и не смог уладить, несмотря на свой кардинальский сан. Но ведь «священники — тоже люди». При чем же здесь Церковь?
