Молодая женщина Констанс, читающая роман «Чтица», идентифицирует себя с его героиней Мари, которая, оставшись без работы, нанимается чтицей к разным людям, в каждом случае принимая особые условия чтения-игры. Они диктуются как запросами слушателей, так и произведениями, избранными для чтения книгами Льюиса Кэррола, Ги де Мопассана, Владимира Ленина, Маргарет Дюрас, наконец, маркиза де Сада. Констанс, все более погружающаяся в чтение романа и превращающаяся в Мари, не может уже различить границу между вымыслом и реальностью
Эта эстетская язвительная комедия о нравах современного общества построена по принципу «китайской шкатулки» или же, как сказали бы мы, наподобие русских матрёшек. Молодая женщина Констанс, читающая роман «Чтица», начинает идентифицировать себя с его героиней Мари, которая, оставшись без работы, нанимается чтицей к разным людям, в каждом случае принимая особые условия чтения-игры. Причём они диктуются не только запросами слушателей, но и произведениями, избранными для чтения книгами Льюиса Кэрролла, Ги де Мопассана, Владимира Ленина, Карла Маркса, Маргарет Дюрас, наконец, маркиза де Сада. Однако Констанс, всё более погружаясь в чтение романа «Чтица» и превращаясь в Мари, практически уже не может различить границу, существующую между вымыслом и реальностью.(... читать всё)
Фильм «Чтица» Мишеля Девиля в самой разработке образа чтеца на несколько порядков выше «Чтеца», недавно получившего Оскара. Во всех отношениях интереснее и нетривиальнее, хотя конечно странно сравнивать авторское французское и Голливуд. Однако ж, чтецы у нас в обоих случаях заявлены. И если Долдри добротно разыгрывает предсказуемую драматическую форму в голливудской манере, то француз двадцатью годами раньше создет ироничную и изящную, слегка издевательскую постмодернисткую новеллу в нескольких частях, раскрывающую эротизм слова и текста в слоистом пироге из реальности, фантазии, пространства текста и воображения героев реальных и вымышленных. Иногда эти пространства неожиданным образом проникают друг в друга, открывая тридесятые пласты, отчего все только становится еще вкуснее.
Хирург то и дело при случае демонстрирующий полосатую исподнюю, находящаяся в вечном становлении служанка, которая неизменно покусана эфемерными пауками, между прочим, прислуживает «Смерти» «Орфея» Кокто, которая в этом фильме исполняет роль яростной столетней коммунистки щедро осыпающей алыми гвоздиками улицу в честь годовщины кончины Ленина. Возбужденные подростки-инвалиды, похотливый деловой мужчина, вожделеющие профессор и следователь. Чтица, согласная играть по правилам клиентов и подыгрывать им, становится по-каламбурному жрицей, правда до тех пор, пока дело не доходит до коллективного прочтения Де Сада трем раскаленным мужланам. Миу-Миу пикантна и решительна, и ничуть не уступает себе в скандальных «Вальсирующих». Все тонко и точно замешано, и даже без пошлости, в которую так легко мог бы впасть Девиль, разворачивая столь смелую игру. Другое дело, что фильм этот явно лучше смотреть с субтитрами, потому что озвучка убивает все интонационные решения напрочь.