Мальчик Отто переезжает жить к девочке Ане, потому что его отец и ее мать полюбили друг друга. Дети вырастают и в свою очередь влюбляются друг в друга. Но когда настоящая мать Отто умирает, он бросает Ану и становится летчиком, летающим за полярный круг.
Эротика и сюрреализм в «Любовниках полярного круга»
Четвертый полнометражный фильм баска ознаменован уходом режиссера от студии «Sogetel» и отказом от уже сплоченного дуэта, с которым мастер поработал на трех первых фильмах (Эмма Суарес и Кармело Гомес), предпочтя из старой команды актеров одного Нанчо Ново. В съемках новой картины участвовали Феле Мартинез и Нахва Нимри. Картина пользовалась успехом у публики, собрав неплохую для авторского кино кассу в прокате. Она была удостоена четырех номинаций национальной премии Гойа и получила награды за лучший монтаж и лучший оригинальный сценарий, а некоторые фанаты Медема вообще считают ее лучшей в фильмографии режиссера. Мы придерживаемся несколько иного мнения и попробуем его выразить.
История любовников Отто и Аны напомнила почему-то о фильме «Господин Никто», в одном из ответвлений сюжетной линии которого тоже были влюбленные друг в друга псевдобрат и сестра, живущие вместе с половинками своих разделившихся семей (возможно, кстати, отчасти в сложности «Любовников полярного круга» Ван Дормель черпал вдохновение для метафизики своего полотна). Что касается «Любовников», то его история настолько туго закручена в спираль, и цикличность концентрических кругов сюжета основана на нереально плотном ковре совпадений и случайности, что это просто мешает восприятию изначальной медитативности и созерцательности, которая бесспорно заложена в фундамент ленты. Иными словами, витиеватость сюжетной конструкции в данном случае не идет на пользу красоте фильма, которой проникнут фильм. По поводу красоты и технического уровня нареканий не возникает: музыка постоянного композитора Медема Альберто Иглесиаса проникает прямо в кровь, впрыскивая удовольствие от наблюдения кадров чистого кино и ракурсов, созданных с помощью камеры Гонзало Берриди. Однако цельности восприятия явных и тайных совпадений не возникает.
Зрителю довольно тяжело разглядеть глубину и правдивость в характерах героев, помимо того, что они любят друг друга, сказать о них что-то определенное затруднительно. Особенно это касается Аны. Если персонаж и эмоции Отто более открыты для восприятия, и отчасти могут объяснить мотивы его поступков, то центральная героиня картины не получила сколько-нибудь заметного развития.
Эротика. Самая страстная пора в жизни героев — их подростковый возраст, а тут сложно разгуляться, не наткнувшись на страшные обвинения в детской порнографии, даже если ты такой смелый режиссер, как Хулио Медем. Вся страсть между Аной и Отто сводится к одной короткой сцене в темной комнате под скрипичную музыку с намеком на мастурбацию и робкие объятия влюбленных. Ну, и еще пара поцелуев в моменты, когда изображенным героям уже явно больше 18 лет. Этот фильм Медем посвятил изучению любви, а не секса, тем более, что общий холодный фон, снег, северные леса — все это не назовешь атрибутами бурлящей страсти.
Сюрреализм. В этом фильме режиссер отпустил повод фантазии, успев, однако, связать нитями логики повествование так, что полярный круг и круги жизни героев не существуют сами по себе, а концентричны, подобно кругам на воде, несмотря на умозрительность и полный игнор теории вероятности. Любовь рассыпается на мелкие детали, которые героям нужно собрать, чтобы соединить, наконец, свои судьбы, в этих необычных деталях и содержится то, что лишь с натяжкой можно назвать сюрреализмом. Образы самолетиков явно перекликаются с будущей профессией Отто. Первый поцелуй героев на фоне полярного круга на глобусе заканчивается встречей в этом самом кругу. История о летчике Отто во время войны приключается с его младшим тезкой, когда он прыгает с парашюта над финским лесом, где в аккуратном домике его поджидает Анна. Их знакомство совпадает с началом долгого романа между их родителями, что стимулирует развитие их собственной любви. В этих судьбоносных совпадениях слишком много порядка, чтобы относить их к области чувственности, отчего и фильм получился несколько пресным.
Единственным по-настоящему сюрреальным моментом истории (моментом истины) является двойной финал, где зрителю предлагается взглянуть на конец глазами каждого из героев, Анны и Отто. Какой вариант подходит вашему восприятию, решать только вам.
Сложно понять, что на самом деле произошло с героями картины. Находясь под сильным впечатлением, переосмысливаю увиденное…и не нахожу ответ. Для меня, этот фильм — сказка, слишком много совпадений, которые помогали понять Ане и Отто, события с ними происходящие.
Часто, люди становятся заложниками вещей, которым нет объяснения. Волшебство возникает из мелочей, для героев оно начинается с имен, одинаково читаемых с начала и с конца.
Виток жизни у каждого свой. Бывают моменты, когда чувствуешь, круг замкнулся. Дежавю, сбывшиеся сны и нереальные реальности дают человеку заряды, насыщая мир тонких материй. Тогда можно даже поверить в вечную любовь! Главный герой верит в нее с самого детства. Он любит мать и полюбит девочку, одну единственную, самую неповторимую!
Режиссер, Хулио Медем, в своих фильмах, показывает душу персонажей через их взгляды. Глаза актеров передают весь спектр чувств, переполняющих их. Глаза Аны, в которых отражается Отто и ее слезы, как волны океана, дают телу странную энергию приливов и отливов. Чувствуется некая невесомость в конце фильма, когда не веришь в трагический финал, ведь только было все хорошо…
Фильм можно увидеть с разных точек, как домик в Финляндии, куда героиня приехала за своей душой, разделен на две половины. Одна — за полярным кругом, другая перед ним. А чтобы круг замкнулся, нужен любимый человек, или же ты обречен, ходить по параллельным прямым, вместе со своей половиной, и быть одиноким.
Наверно, все мечтают если не о любви, то хотя бы о духовной близости. У Аны и Отто — сильная связь, в детстве они нашли себя глазами, стали одной семьей, фактически — они брат и сестра, из-за брака родителей. Но ничто не стоит на месте, дети взрослеют, испытывают первые волнения от поцелуев и понимают, что любят друг друга…
Иногда, смерть близкого человека, толкает в пропасть. Отто, из-за тоски по матери, не хочет жить и думает, что упав с горы, уже на небе и скоро встретится с ней. Но он выжил и находит другой путь — становится летчиком на дальние рейсы.
На протяжении фильма, эмоции переполняли, душу, и подкатывал ком к горлу. Разбитый самолет, застывший взгляд Аны, история Отто и совпадения, связанные с этим…
А на последних минутах, замыкается жизнь Отто и Аны, где за полярным кругом, ночью светит солнце…
Это далеко не первый фильм о роли совпадений и знаков в жизни двух любящих людей, но, на мой взгляд, лучший.
Тональность фильма выдержана в синих тонах и с первых минут и до конца фильма косвенно или существенно (начерченная линия в финском домике) создает присутствие полярного круга. Полярный круг как судьба главных героев.
Начало фильма разбито на эпизоды, то, что видит Анна и то, что видит Отто. С каждым таким эпизодом их взгляды все больше и больше сходятся. До расставания… Имена главных героев это имена-перевертыши. Анна и Отто (как, впрочем, и Медем). Именно поэтому они так верят в совпадения и в то, что все можно повернуть вспять.
Самый запоминающийся эпизод, когда Анна купается в озере и между ее ног проплывает отражение почтового самолета, которым управляет Отто.
Концовка с одной стороны неожиданная, но, когда проходит первый шок, понимаешь, что она логична и любая другая была бы просто не уместна.
Весь фильм происходит бесконечное повторение имен перевертышей, будто в этом какое-то необыкновенное таинство, которое никому не разгадать и, вроде бы, в этом меньше странного и магического, чем, к примеру, родиться после выкидыша.
Мой любимый (это и правда и не правда) Медем создал фильм, в котором любовь …пока не забыл записать мысль, возникшую сейчас, в принципе, она связана с настоящей темой, я вернусь к ней. Возникла мысль сейчас под Skynet — Missing Soul (feat. Leiana) — что подобный романтик текстеп драм энд бейс похож на ледышку — ты смотришь на него и это всего лишь кусочек льда, в нем нет ничего, мы знаем этот бит, этот драм перебор, здесь нет никакого развития музыкального, он прост. Но как берешь в руку он начинает плавиться и жечь, и только упав туда, внутрь каждого звука, находишь в нем внутренний далекий слабо уловимый смысл. «Любовники» чем-то подобным отдают. Здесь любовь внешне представляется вновь поданной магической связью между мальчиком и девочкой и таким же знакомством с оригинальной романтической фишкой. Эта любовь снова Медемовским ветром в прямом смысле залетает в комнату каждого влюбленного, странным образом рвется и с середины фильма создается фактически новая любовная история, усложняемая исторической параллельностью любви двух других людей, живших чуть ранее, но во многом похожих на главных героев.
Тут немного неясно почему «любовники полярного круга», тогда как любовники — это когда я еду в Курск и там трахаю Марину Шапошникову, а сам сказал своей девушке, что поехал к отцу в Украину. Здесь же больше похоже на то, что за полярным кругом можно найти того, кого давно потерял, хотя это моя интерпретация. И тогда бы неплохо выглядело «Любовь за полярным кругом». Но Медем не согласился бы. Правда, это неважно, потому что данный фильм — это игра с влюбленными в такие ситуации, кто верит в эту беготню друг за другом, когда вы расстались в седьмом классе после трех лет безумной юношеской, даже детской любви, а потом ломаете голову «ну, где же она сейчас, с кем спит, что ест, и главное помнит ли как мы вместе тащились от Ace of Base» — это смешно.
НО. Медем рассказчик любви — сумасшедшей, лесбийской, наивной, необъяснимой, еще каких-то в еще непросмотренных фильмах, и, в конце концов, все режиссеры молодцы, поэтому те вполне осознанные 6 баллов — это баллы не режиссеру, а баллы мне за то, как я смог почувствовать. Без претензий.
Имена-перевертыши, но это всего лишь одно из совпадений, вплетенных в паутину фильма, звенящую от напряжения на холодном северном ветру. Ледяной лабиринт, построенный из обжигающих кристалликов льда, отражающих и преломляющих образы главных героев, наполняя их новым смыслом и содержанием. Наблюдение за ними подобно наблюдению за единственной снежинкой, кружащейся в пронзительно морозном воздухе, которая не устает открывать новые формы и грани перед терпеливым и прилежным зрителем.
Самый простой и красивый фильм Хулио Медема, мрачная мелодрама о красивой любви, совмещающая теплое испанское настроение и холодный северный пейзаж Лапландии. Фильм о Любви, как о совершенном чувстве, незримо присутствующем в каждом отснятом эпизоде в роли третьего — главного героя.
Фрагменты отдельных сцен, как кусочки цветной мозаики, подхваченных свежим дыханием морозного ветра, собираются перед нами в одно большое и величественное панно. Мир глазами Аны, мир глазами Отто — их уже нет, ибо они растворились в талой воде, и все, что нам остается, — наблюдать за величественной картиной совершенного мира глазами Любви.
И начнутся совпадения и именно совпадения приводят к новым сюжетам, внутри которых происходят свои события, невидимые всем, кто оказался за чертой Полярного круга. Новая сцена и секс заменяется очередным символом — запиской вложенной в ладонь спящей девушки, сюжетом, который еще вернется к нам гулким эхом в одной из финальных сцен фильма.
В фильме нет случайных деталей, и даже отражение в воде между ног купающейся Аны проплывает почтовым самолетиком, которым управляет Отто. События развиваются, следуя своей внутренней логике, и в тот момент, когда главные герои будут максимально удалены друг от друга, именно это расстояние поможет им понять — насколько близки их души.
Вот Ана передвигает свою кровать за уже вполне материальную черту в своей северной хижине, так чтобы быть ближе к Отто, но выхода из лабиринта нет и, круг замыкается. Отто смотрит на умирающую Анну и находит себя в ее глазах. Ставшее уже привычным деление картины на эпизоды белыми заснеженными засветками уступает место темной мгле, подводя итог событиям на экране.
Еще один фильм талантливого Хулио Медема. Фильм настолько выразителен при помощи музыки, картинок природы, звуков окружающего мира, что кажется смысл будет понятен даже если не будет слов. Потому, что очень важно слушать и слышать сердцем.
Отто=Анна. Мальчик и девочка идут навстречу друг другу, не зная круг это или разорванная линия. Переплетаются судьбы, словно нити в руках искусной мастерицы. Звенья совпадений, соединенные в одну цепочку любви и обретения, узнавания друг-друга, встреч и расставаний.
Отто (актер Феле Мартинес) и Анна (актриса Найва Нимри) две половинки одного целого- они одинаково думают, чувствуют, воспринимают окружающий их мир. Один начинает, а второй продолжает — это не диалог двух сердец, это монолог одной любящей души.
Лабиринт судьбы, искусно созданный режиссером, не имеет выхода. Мальчик и девочка всегда будут в нем вместе, отражаясь в глазах друг-друга, ощущая даже на расстоянии биение сердца и дыхание любимого человека. За полярным кругом нет смерти. Есть только солнце, которое никогда не зайдет за горизонт.
PS… я кого-то потеряла. Но я найду тебя. И снова начнутся совпадения, пропитанные запахами майской сирени или теплого моря. Совпадения, как улыбка рыжей кошки. Совпадения-прогулки по живописным местам любимого мной города…
Медем, Ана, Отто… и по кругу Медем, Ана, Отто, есть какая-то магия в именах-перевертышах!
Мое знакомство с Медемом началось именно с этого фильма, а далее меня просто затянул мир европейского кино, в частности испанского.
«Любовники» — страсть, тепло, даже жарко.
«Полярный круг» — белый с синим холод.
Фильм выдержан в холодных тонах, но вовсе не хочется укутаться во что-то теплое, лишь с напряжением ожидаешь, когда замкнется круг.
Да и стиль повествования: виток за витком, глазами Аны, глазами Отто и, наконец, картина целиком.
На мой взгляд, один из интереснейших фильмах о роли случая, совпадений, может, это судьба, а может, после 1000 очевидных знаков, человек перестает пассивно созерцать и делает шаг… в тот же момент мир начинает рушится вокруг.
Мистический, метафизический Хулио Медем. Настоящий маг от мира кино, не ограничивающийся визуальной передачей смыслов, а старающийся проникнуть в суть таких вещей как любовь, сексуальность, женственность, Судьба, земля… Кому как не ему рассказать о том, что такое влюбленность, пересекающая всю жизнь, что есть случай, и что есть судьба, и как они взаимодействуют. Его лента «Любовники полярного круга» потеснена в его фильмографии такими хитами как «Люсия и секс» и «Беспокойная Анна», но в силу своей сравнительной простоты и холодной красоты, она ни в чем не уступает, а в чем-то даже и превосходит их.
Медем играет с палиндромами и роковыми случайностями, повествуя о любви двух юных сердец — Отто и Аны, сплетая из предначертанных прошлого, настоящего и будущего изысканную, таинственную мелодраму, в которой каждое событие находит отражение в других временах и в глазах главных героев. Ана… Отто… Их имена были случайны, их встреча тоже случайна, но с тех пор они верили, что начался длинный круг, подобный солнцевороту, который однажды замкнется где-то за полярным кругом. И правда, в их жизни начинают происходить удивительные совпадения, сталкивающие героев, и сводящие их воедино, вопреки их страхам и сомнениям. Как настоящая медемовская героиня, Ана верит, что в теле мальчика Отто реинкарнировала сущность ее погибшего отца, а Отто пока влюблен как мальчишка, без запредельных таинств, которые по Медему, доступны лишь женщинам. Что бы ни случилось, они знают, что произойдет очередное совпадение и они всегда будут вместе, пока не замкнется круг. Но что значит «замкнутый круг»? Конец или вечное перерождение?
Так как в «Любовниках полярного круга» два героя, то и мир разделен на двое: на мужской и женский, мир глазами Отто и мир глазами Аны, представляя собой два зеркала, отражающиеся друг в друге, мозаику, которая должна быть однажды собрана. Но герои будто сами не до конца верят в судьбу, ведь совпадения могут быть и продиктованы людьми, находящимися рядом, а в сущности, разве нужны любовникам посторонние люди? Посторонними могут стать все, включая родителей, и потому Отто переезжает к Ане, бросая мать, а когда та умирает, для него будто вся мозаика рушится. Чтобы знать, что они созданы для другая, Ана и Отто верят в чудо Полярного круга, где Солнце почти никогда не заходит, место где практически нет людей. Лишь там, за чертой можно узнать, были ли судьбоносными совпадения, лишь там можно узнать, что будет после того как замкнется круг.
Пока другие режиссеры придумывают грим для личности своих персонажей, чтобы сымитировать любовь и чтобы все выглядело по-настоящему, Хулио Медем продолжает рассказывать невероятные, фантастические истории, которые никогда бы не произошли в жизни. Он словно вытягивает нутро из своих героев, если нужна влюбленность, он берет самое настоящее чувство, если нужна женственность, он ее экстрагирует и обряжает в красивые, говорящие наряды. Не гонясь за масками, похожими на настоящее, он берет само Настоящее и надевает привлекательную маску. В первом случае, мы созерцаем пустоту за маской, а во втором, медемовском, мы уже своим нутром ощущаем Настоящее, как бы оно фантастично не выглядело на экране. Это и есть магия Медема. Когда Отто пускает десятки самолетиков с записками во двор, чтобы один из них подняла Ана, это выгляди прекраснее, чем он сам бы к ней подошел и положил записку на стол. Такими чарующими приемами переполнены «Любовники полярного круга» и, кстати, все остальные фильмы режиссера, сплошь метафоричные, и как уже принято считать, почти космические. Правда порой, открывая завесы над Настоящим, он может смутить, затрагивая инцестуальные и сексуальные темы, опять же оставаясь на своей территории, придавая им облик стихии, как в «Любовниках», или нескончаемых реинкарнаций, в которых встречаются родственные души, как в «Беспокойной Анне».
В обыденных человеческих эмоциях Хулио Медем находит истоки Вселенских закономерностей, раз за разом совершая на наших глазах чувственное эзотерическое таинство, почти шаманский обряд. В «Любовниках полярного круга», если можно так выразится, он подобрал алхимическую формулу любви, доступную не только в кинематографической реальности, но и в нашей жизни, ведь многие люди, как и их предки тысячелетия назад, верят знаки и символы. Но даже Медем, словно продавший душу дьяволу, не хочет или не может пока ответить, что произойдет, когда замкнется круг. Единственное, что нам следует знать, это то, что Отто всегда был в глазах Аны. А Ана, следуя зеркальной логике, в глазах Отто.
«Я — Отто. Ты — Ана. Мы дети. Мы учимся в одной школе. Однажды я вырвусь из комфортного человеческого улья и побегу за мячом. А в итоге — я найду тебя, Ана».
«Я — Ана. Ты — Отто. Мы дети. Мы учимся в одной школе. Однажды страшная новость ворвется в мою жизнь — и я побегу. Я упаду — я кого-то потеряла. Но я найду тебя, Отто».
И начнутся совпадения…
«Они сведут нас вместе — в одной машине. Мы будем сидеть рядом. И молчать. Нас будут называть братом и сестрой, но я не хочу быть твоим братом, Ана».
«Совпадения сведут нас вместе — в одной машине. Наши имена — перевертыши — повиснут в воздухе. Нас будут называть братом и сестрой, но я не хочу быть твоей сестрой, Отто».
«Настанет день, когда ты оставишь свою мать. Ты скажешь: «Я буду жить с вами». И каждую ночь мы будем засыпать в одной постели, Отто. В нашем доме поселится тайна».
«Настанет день, и я потеряю кого-то. Так бывает, когда находишь тебя, Ана. Я один. Я останусь один. Наедине со своей виной».
И что-то сломается. Совпадения будут сводить нас, но мы не увидим. Не сделаем шаг, не обернемся.
Но мы начнем искать друг друга в прошлом. В тех жизнях, что были до нас. В тех людях, чьи жизни помогли нам встретиться.
99.9 тыс., 
48 тыс., 
