Это прекрасный фильм неизвестного тайского режиссера (к моему великому сожалению, не удалось найти ни его фото, ни других работ). Чисто медитативная вещь, кино «образа действия» (где упор делается не на сюжет, а на атмосферу и персонажа). Очень чутко, и откровенно, но вместе с тем рвет душу. Настолько проникаешься внутренним состоянием героя, его болью, тоской. Совсем не растянуто, как может показаться неискушенному зрителю, напротив фильм лёгок как дуновение ветра, наполняет умиротворенностью, светом, теплом. Весь фильм от начала до конца я просто рыдала (не останавливаясь. Практически тоже плывя вниз по реке). Неописуемо чувственная вещь. Очень искренне и просто. Нет ничего лишнего.

Саундтрек просто феноменальный. От этой музыки все внутри переворачивается, и сразу становится ясно, что перед нами нечто особенное, нечто не укладывающееся в рамки привычного нам кино… Словно ангелы поют. Я впервые слышала что-то подобное, и что главное, саундтрек неразрывно связан с самим повествованием, создавая абсолютно непередаваемую атмосферу, словно фильм соткан из света и чистого весеннего воздуха. Такое единство визуального и аудио ряда встречается архиредко.

Также стоит отметить, что при отсутствии четкой сюжетной линии, фильм вовсе не «пустой». Напротив, мы можем видеть как внутреннее состояние героя эволюционирует от страха перед будущим, тревоги и глубокой тоски до смиренного спокойствия, которое «накрывает» его в процессе его духовного поиска. (Если начинается фильм с просьбы о вечной любви, то последняя фраза героя :«В моей молитве нет просьб». Ровно как и бережно хранимая им тетрадь с засушенными цветами, символизирующая счастливое время, проведенное вместе с Вином, которую он опускает в воду и которая должна унести прочь его тревоги, является знаком того, что он боле не тяготится своей любовью, но продолжает хранить в сердце). Но чувство тихой грусти все же остается тонким налетом на его душе, пронизывая повествование чувственностью, подчеркивая сакральность каждого показанного момента. В фильме много символических моментов: прекрасный водопад Пачанга оказывается высохшим, «мертвым». И надежда Крита попросить в этом месте вечной любви разбивается о камни этой безжизненной глыбы, предупреждая о том, что путь к его цели будет нелёгок. Далее, Крит ложится рядом с тушей убитого животного, вокруг которой бродит хищник, показывая тем самым, что он не боится смерти, он уже убит просьбой своего возлюбленного: «ни слово об этом, когда вернемся». Также очень красиво в некоторых диалогах реплики главного героя чередуются с его же закадровым голосом, озвученными в слух мыслями. Нужно заметить, что весьма избитый прием использования закадрового голоса, который режиссеры чаще всего вносят, чтобы облегчить себе работу (ведь сказать о чем-то всегда быстрее и проще, чем изобразить на экране), в данном случае выглядит весьма органично.

Если говорить об игре актеров, то назвать ее выдающейся, конечно, нельзя. Играют вполне посредственно, но вот ведь незадача, этой естественностью, искренностью, наивностью фильм и подкупает! И мы снова понимаем: это тайцы. Вроде, выдающимися достижениями в области кинематографа эта нация не славится. Но почему же за последнее десятилетие все больше картин производства этой страны заставляет нас только и сдерживать переполняющие от просмотра эмоции, пытаясь с трудом перевести их на человеческий язык? Это удивительная нация с очень чувственным представлением о мире, человеке, религии. Главные героя фильма — два парня, проводящие большую часть картины, гуляя по лесу и… рассматривая настенную живопись в храмах. Ну где как ни в Таиланде может такое происходить?

Каким трепетом наполнены моменты, когда Крит листает свою потрепанную тетрадку с засушенными цветами, читает молитву в храме, сворачивает лепестки лотосов для цветочной композиции, которую отправит «вниз по реке», отпуская все свои тревоги и страхи: «В моей молитве нет просьб…». Для человека далекого от загадочного и чарующего мира Азии этот фильм настоящее таинство, откровение, возможность погрузиться в другую реальность в прямом смысле этого слова. И тот культурный шок, который я испытала при просмотре данного кино творения, конечно, объясняется различием образов жизни, и огромной пропастью, которая имеет место между европейской и азиатской реалиями. Я догадываюсь, что тайские зрители вполне спокойно относятся к подобного рода фильмам, ведь ЭТО ИХ ЖИЗНЬ. Но мое впечатление от увиденного было сродни тому, чтобы умереть от восторга и родиться за ново.

Я на экране вижу не фильм, а свое трепещущее сердце. Картина, которую можно пересматривать бесконечное количество раз с учащающимся пульсом — это настоящая победа режиссера. Фильм немного даже наивный, и игра актеров вряд ли удостоилась бы каких то высоких наград, но именно это исполнение добавляет истории правдоподобности и искренности. Бесспорно, это самая сильная работа в жанре сёнэн-ай / яой, которую мне доводилось видеть.

11 из 10