Счастливая семейная жизнь главной героини, жены преуспевающего бизнесмена и матери двоих детей (сын-старшеклассник от первого брака и маленькая дочка от второго), неожиданно оборвалась, когда неизвестный похитил девочку и потребовал за нее выкуп… Герой фильма, у которого похитили дочь, Мать решается на сотрудничество с полицией.
Испугавшись, преступники затаились и вообще перестали выходить на связь. Тогда она решает пойти ва-банк, обратившись к ним по телевидению. Следователь, ведущая дело о похищении малышки, постепенно начинает понимать, что преступников интересуют вовсе не деньги.
В раю мне будет очень скучно,
А ад я видел на земле.
(Саша Чёрный)
Теперь я представляю себе, что такое пытка в преисподней.
Мне теперь известно, как выглядит апокалипсис. Он звучит в ушах шумом заводящегося машинного мотора, режет зрение лучами прожекторов и щекочет лицо медленно сползающими по щекам слезами. Сам же он состоит из пугающе обыденных мелочей: из женского лица, прикрытого ладонью, из журналистов, пришедших набить свой карман людским горем, из ярко-голубого пакета, лежащего в свете фар. Свершился конец света в локальных масштабах, но люди чрезмерно заняты позёрством и ненужным рвением, чтобы заметить это.
«Каждому свой ад» — ужасно тяжёлый, сильно давящий и в то же время шокирующе правдивый фильм на тему семьи. Он лишён приёмов, которыми изобилуют триллеры, психологические фильмы и семейные драмы. Он держится на сюжете, в котором нет сверхсложных перипетий и изощрённой жестокости. В нём нет того, что шокирует среднестатистического человека — жестоких медленных убийств, звучащих в подкорке мозга людских истерик и толпы, собравшейся перед зданием суда в едином порыве линчевать преступника. Два главных козыря фильма — это удивительная художественная смелость, смелость не уйти в ненужные дебри морализаторства, героизма и исправления негодяев, и удивительно тонкое, психологичное и прямолинейное отображение личного ада каждого из героев. Без претензии на громкость, пафос и шокирующие эффекты, фильм режет зрительскую душу тупым ножом. Саму же картину можно сравнить с медленной, не приносящей облегчения пыткой в зубном кресле, с заточением в пожизненной одиночной камере без права на помилование. Режиссёр ни секунды не щадит зрителя, концепция фильма направлена на мучения для всех сторон, без какого-либо направления в сторону спасения. Каждому человеку уготован ад на земле, а небо, по всей видимости, для всех одно… Все счастливые семьи похожи друг на друга, и каждая семья несчастлива по-своему.
В фильме рассказана история женщины, у которой похитили дочь. И, хотя всё идёт так, как и должно быть в фильмах о похищениях — звонки, требования выкупа, толпы журналистов, невидимой красной линией проходит постулат о безнадёжности попыток. Сможете ли вы остановить несущийся на вас с бешеной скоростью каток для выравнивания асфальта? Можно ли сбежать, будучи глухо замурованным в четырёх стенах? Безнадёжность, мелодия разложения и фатального для всех участников исхода звучит лейтмотивом в тишине, давящей на уши. Хочется издать крик, чтобы эта тишина не провоцировала звучание в ушах реквиема. Потому что когда под ногами шатается почва и привычный уклад жизни трещит как щепка — невольно сходишь с ума вместе с остальным миром. Атмосфера паранойи, нервных жестов и ощущения, что кто-то медленно портит механизм вашей психики, заставляя вас страдать.
Спросим у любого человека, чем можно остановить насилие? Ответы могут быть самыми разнообразными по содержанию. Некоторые скажут об изоляции. Некоторые — о радикальных мерах. Некоторые опустят глаза и ударятся в бессодержательные рассуждения. Но уничтожение одного негодяя, десятка подонков или даже целого социума не даст ничего. Потому что концепция спасения — в милосердии и гуманности. В способности забыть мальчишески-дикарские замашки и посмотреть на проблему с нормальной точки зрения. Увы, люди плохо усваивают преподаваемые им самой жизнью уроки и не оценивают благ. Значит, мы продолжаем шагать с концепцией того же самого — отвечать на маленькую неприятность лавиной ненависти и садизма, насилие с жестокостью обрушиваются на головы тех, кто никому не причинил зла, фатальные мотивы в исполнении расстроенного инструмента продолжают сеять в людских душах горе и хаос. И семья, здоровая ячейка общества, в которой должно чувствовать защиту и покой, превращается в неиссякаемый источник тупой боли, который по каплям вливает в душу яд. Когда на душе настолько плохо, что не плачется, нет сил устроить истерику, выплеснуть в битье чашек тот жесточайший негатив, который нельзя проглотить, и спустить в душевном разговоре накопившийся пар. Когда есть только молчаливое отчаяние, сжигающее душу и селящее в личном мире саднящую пустоту.
А если вдуматься, то ужасным в каждом преступлении является далеко не сам факт свершения преступления. Не жестокость, с которой оно совершается. Даже не то, что преступнику удаётся ускользнуть от правосудия. Ужасающей является повседневность. Привычность и обыденность того, что каждый день на земле души десятков людей кричат о конце света. То, что люди в этом кругу злодейств меняются, как стёклышки в калейдоскопе. Как будто заварку помешали ложкой. Имя Пети меняется на имя Васи, слова об убийстве матери сменяются на слова об инцесте, но этот конвейер личного ада работает под тяжестью глобальной проблемы. Проблемы психического здоровья и вменяемости отдельных не лучших экземпляров человеческого рода, которые, ввиду природной гнили характера, филигранно доводят ближних своих до могилы. В психиатрии, кажется, невменяемыми считаются люди, которые едят на обед гвозди. А можно ли назвать нормальным человека, кого-то зверски замучившего и убившего и получающего наслаждение от страданий родственников жертвы?.. Но повседневность такого ада — только полбеды. Вторая часть беды — то, что к подобным людям в цивилизованном обществе излишне гуманное отношение. Их признают психами и они засоряют психлечебницы. Абсолютизация тезиса о человечности превращает последнюю в свою полную противоположность.
Концовку фильма, ужасно тяжёлые последние несколько минут, можно интерпретировать совершенно в разных направлениях. Но следует принять во внимание факт, что далеко не всегда родственные связи являются счастьем и даром, некоторые тащат их, как тяжкий крест, хотя, может, единственной ошибкой была любовь, благодеяние, оказанное недостойному и ввиду этого перешедшее в злодеяние. И должно быть право выбора между тем, чтобы дальше тянуть личную проблему под тяжестью глобального, или оборвать ненужные мучения, выбора между ужасным концом и ужасом без конца.
Фильм «Каждому свой ад» — это отличный способ причинить себе депрессию и испытать смягчённый вариант той боли, с который человек незнаком, но о которой знает, что будет больно. Как порой возникает глупое желание проверить стереотипы и проверить, насколько больно, когда ломают челюсть или притрагиваются к жидкому азоту. Но эта боль будет недолгой и легко забывающейся лишь для тех, кто не ощущал себя бессильным перед давящими на голову семейными проблемами. Для тех, кто не понаслышке знает, что это такое — когда слово «семья» прикрывает собой слово «ад» подобно тому, как плохо выкрашенные полы прячут под коврами — фильм окажется уничтожающе понятным, и именно такие люди смогут сполна прочувствовать картину и понять все задумки режиссёра. Тем же, для кого семья всегда была местом покоя, счастья и доверия, не стоит портить себе настроения, ведь в жизни полно и других проблем.
С сердечными чувствами и грустной любовью, посвящается моей матери.
