Бог дает каждому что-то, чтобы он стал лучше. Молодая девушка Бесс из отдаленной общины на северо-западе Шотландии влюбилась в хорошего парня — Яна, работающего на буровой установке в море. Несмотря на противостояние родственников, они женятся. Бесс просит Бога, чтобы Ян всегда был рядом с ней, и Ян возвращается к ней искалеченным после несчастного случая на буровой. Что может сделать молодая женщина, чтобы ее любимый остался жив? На какую жертву может пойти?
На похоронах одного из жителей городка сотрудники церкви говорят о нём: «Энтони Дод Мэнтл был настоящим грешником». Энтони Дод Мэнтл - имя оператора многих фильмов Триера.
Фильмом «Рассекая волны» датский кинорежиссёр Ларс фон Триер начал свою знаменитую трилогию «Золотое сердце» («Рассекая волны» — «Идиоты» — «Танцующая в темноте»), наверняка о самых несовместимых сторонах человеческой души: святости и грехе.
«Рассекая волны» обладает особым тончайшим обаянием артхаус-мелодрамы, заставляя даже самую циничную публику переживать и плакать, это фильм эмоциональный и мощный, в равной степени прельщающий как интеллектуалов, так и рядового зрителя.
Примечательно, что достигнуть такого чудесного эффекта — объять самых разнообразных ценителей кино Ларсу фон Триеру удалось не благодаря новейшим технологиям в компьютерной графике или умелому сочетанию рафинированной любовной истории с драматическими перипетиями судьбы, нет. В основе этой выдающейся работы одно из самых провокационных направлений в кинематографе — «Догма 95», протест против тенденций теперешнего кино.
Современный зритель послушно умиляется летящим на него с экрана 3D болтикам и винтикам, любуется зрелищем разбрызганных по экрану мозгов, попутно поглощая тонны попкорна. Что дальше? Полнейшая деградация? Разве в оболванивании публики конечная цель работы режиссёра? Выступив против негласного правила — возведения в абсолют шлифовки и огранки визуальной составляющей фильма, Ларс фон Триер выдвинул свою философию: согласно манифесту «Догма 95» кино — это реальность.
Практически весь фильм снят на натуре, ручной камерой, будто бы в документальной манере. Все движения камеры ограничены движениями оператора, а источники освещения только естественные. Таким, на первый взгляд, любительским приёмом достигается гипнотизирующий реализм. И раньше, до «Рассекая волны», предпринимались попытки выкинуть из кино всё ненастоящее, не соответствующее реальности, но только у фон Триера правда самая настоящая, выжатая из персонажей и обстоятельств.
Фильм поделён на главы, с простыми и доходчивыми названиями. Коротенькие вставки между главами, будто лубочные картинки нарочитой яркостью образов, контрастируют с мрачной действительностью. Лишь здесь, между главами можно услышать музыку — песни Боба Дилана, Рода Стюарта, Дэвида Боуи, T-Rex, Thin Lizzy, Deep Purple, Брайана Ферри и Roxy Music.
Такой оригинальный подход — скорее всего, дань мелодраме, коей «Рассекая волны», без сомнения, является, однако, без красочных вставок ничто бы не прикрывало злой и циничный язык повествования фон Триера. Действуя жёстко, режиссёр сначала кормит зрителя умиротворяющим пейзажем-фальшивкой, а затем живо возвращает его обратно на землю, в грязную колею сюжета.
С главными ролями блестяще справились Стеллан Скарсгард и Эмили Уотсон. Рассматривать их по отдельности сложно, ведь по сюжету душевное состояние Бесс напрямую зависит от поведения Яна. Конечно, пронзительная игра Эмили Уотсон, даже в снятых максимально откровенно интимных сценах, — первое, что бросается в глаза.
Рассказ о жертвенной любви разворачивается в Северной Шотландии начала 70-х. Минимум действия, максимум сопереживания. В центре сюжета двое влюблённых: скромная девушка из закрытой общины Бесс МакНилл и её возлюбленный Ян Нюман, нефтяник. Ларс фон Триер наделяет свою героиню даром слепой веры в Бога. Стоило только Бесс в молитве попросить о скорейшем возвращении Яна, он возвращается. Искалеченный, парализованный. В больном мозгу Яна рождается страшная идея: а что, если Бесс будет рассказывать ему о своих половых сношениях с другими мужчинами — тогда он сможет помнить, как хорошо им когда-то было. Бесс готова пойти на что угодно, лишь бы Яну ненадолго стало лучше. Доброта убивает.
«Рассекая волны» несёт в себе интересные мысли об отношении добра и зла, затрагивающие религиозные сферы жизни человека. В совершенно невероятном финале фон Триер покусился на самое святое — взял право за Бога определять меру греха. Возможно, человеку верующему идея о кристальной чистоты душе Бэсс, которую не в силах запятнать никакое зло, покажется радикальной, если не кощунственной. Тем не менее «Рассекая волны» — это уже полноправная веха в кинематографе, история, которая может с успехом претендовать на звание самого значительного кинопроизведения 90-х.
Несомненно, уважаю Ларса фон Триера как режиссера — талантливейшего, выразительного, оригинального. Но ненавижу его. Потому что боль, которую ты испытываешь при просмотре его фильмов, физическая. А как можно любить человека, который причиняет тебе физическую боль?
Более всего я это почувствовала именно на примере «Рассекая волны». Думаю, любой женщине невыносимо будет смотреть все происходящее на экране. Ближе к концу фильма — при виде истерзанной Бесс — меня просто трясло.
Мне трудно сформулировать, о чем же именно этот фильм. О любви? Да. О самопожертвовании? Да. Но и о наивности, о сумасшествии, о дружбе, о бескорыстии, о боли, о насилии, о жестокости. Бесконечно много эмоций. Фильм страшный, по-настоящему.
Кстати, я прочла не так недавно о некоем психологическом приеме. Оказывается, если ты смотришь, к примеру, фильм, а потом прерываешься или отвлекаешься на картинку, скажем, то впечатление от увиденного несколькими минутами раньше усиливается в разы. На этом приеме очень хорошо сыграл фон Триер, разбив фильм на главы, каждая из которых начинается с красивой фоновой картинки и прекрасной музыки Элтона Джона, Боба Дилана и других исполнителей. Тебе кажется, что ты отвлекаешься от боли фильма, а на самом деле она просто в тебя впитывается. И остается навсегда.
Не знаю, смогу ли я когда-нибудь пересмотреть «Рассекая волны», но в свою коллекцию его приобрела. Считаю, что посмотреть его необходимо всем ценителям кинематографа.
Все никак не могу придти в себя после этого фильма. Смотрела его с перерывами, но тем не менее, фильм въелся в самое сердце ядовитой дикой слизью. Первое время вообще не могла никак реагировать. После молча выключила телевизор, что-то минут десять делала. А после… Захотелось кричать, биться головой об стенку, сделать себе ужасно больно, даже умереть. А еще я в одночасье возненавидела режиссера, в моем сознании он стал маньякоподобным садистом со злобной усмешкой и гранитной лепешкой вместо сердца.
Прошло около двух часов. Когда первые впечатления улеглись, на душе перестала бушевать буря, проснулась голова, и я оказалось способной рассуждать, я решила для себя вот это.
Во-первых, фильм — прорыв. Потому что… Просто потому что, на мой взгляд, Эксцентрично, Ярко, Непохоже ни на что другое. В том же время Жестоко, Остро и Необычайно глубоко.
Во-вторых, фильм — катастрофа. Это взрыв всех моих устоев, мясорубка еще живых розовых грез и открытие, возрождение из самого низа чего-то еще неясного, но несомненно важного для меня и великого.
В-третих, фильм — шедевр. Блестящая, не знаю как по-другому назвать, игра главной героини, которой не возможно не верить, не сомневаться вместе с ней, не переживать тот же моральный кризис, даже такому далекому от нее человеку, как я. С первой минуты, только взглянув в ее светлые, очень искренние, по-детски наивные и шаловливые глаза, на протяжении всего фильма не можешь от них оторваться. Далее, мастерская работа оператора, монтажера, удивительная музыка и потрясающие, успокаивающие душу пейзажи, прерывающие повествование сюжета — все это, конечно, выявляет оригинальный неповторимый и захватывающий стиль Ларса фон Триера.
Не могу ставить оценки Такому фильму. На мой взгляд, Такие фильмы нельзя оценивать ни кассовыми сборами, ни мнениями критиков, только брожением умов и чувств самих зрителей. Но если нужно, то никак не меньше 10. Хотя это и абсолютно Не мой фильм, но по-другому рука не поднимается. Все.
Признаюсь сразу, я далеко не поклонник Ларса Фон Триера, но нужно отдать должное его умению шокировать зрителя не каким то неожиданным ходом, а общей картиной беспросветной реалистичности, после которой лично мне хочется просто забыть просмотренный фильм и переключиться на что то более светлое и приятное.
Очень сильная актерская игра Эмили Уотсон, как и других актеров, что на мой взгляд главный плюс фильма.
Так о чем же собственно фильм? Мне кажется что он не то что бы о любви, а о жертве, на которую человек способен пойти ради любви к людям вообще. Ну это идея самого режиссера такая. Фон Триер вновь приводит параллель с искупительной жертвой Христа, который прошел через ад во имя искупления и любви, ну и конечно не забывает о дольке сомнения, все-таки кто же такая Бесс? Оправданны ли ее поступки перед Богом? Бесс которая ради любви к своему мужу, во имя его выздоровления пошла по рукам и опустилась на самое дно моральных и духовных устоев, во имя чего? Если во имя любви нужны такие жертвы, то я не знаю в каком мире мы живем. В мире Ларса Фон Триера видимо, где он бог, а зритель его послушная овечка. Параллели с Христом на мой искренний взгляд, вновь крайне сомнительны и совершенно не логичны. Но как бы то ни было, мне гораздо больше импонирует Бесс, что бы она там не сделала, чем священники, той церкви которую она посещала.
Обычно я стараюсь меньше критиковать просмотренные мной фильмы, а скорее находить лучшее, что я оставил для себя после просмотра, но здесь я не смог найти для себя только лучшее, я не хочу обидеть поклонников, без сомнения талантливого режиссера Ларса Фон Триера, у каждого свое кино в конце концов. Но очередной раз убеждаюсь, что Фон Триер снимает не мое кино. Однако я ни сколько не пожалел о потраченных двух с половиной часах, теперь у меня есть свое мнение на этот фильм.
С моей точки зрения, любовь — это чуть ли не единственная из неиссякаемых тем в искусстве, будь то литература, живопись, музыка или кино. Лично для меня олицетворением любви в литературе стала Маргарита Михаила Афанасьевича Булгакова, а любовь в кино — это фильм «Рассекая волны», история, которую рассказал Ларс Фон Триер, и потрясающая, заставляющая душу трепетать игра Эмили Уотсон.
Любовь, о которой снял свой фильм Триер настолько чиста и светла, что кажется нереальной, особенно когда осознаешь все реалии современной жизни и мира, в котором мы живем. Как мне кажется отнюдь не случайно действие происходит не в мегаполисе, не в центре каких-либо событий, а в тихом городке, где все знают друг в лицо, где новости опережают события.
Тогда и появляется надежда, что где-то, очень далеко место такому сильному и безгрешному чувству есть.
Финал завораживает, буря, ветер, волны, а где-то на небесах слышен колокольный звон…
Говорят, что мистификация создается так: чуть-чуть правды, чуть-чуть раскаяния, чуть-чуть обаяния и львиная доля убедительного вранья.
Я вам признаюсь честно, я уважаю и ненавижу Ларса Фон Триера. Я считаю его талантливым, чертовски талантливым режиссером (и сценаристом) и вместе с тем дешевым манипулятором и жалким балаганщиком, выдающим себя за знаменитого иллюзиониста.
По моим скромным ощущениям талантливый режиссер Ларс заключил с дьяволом банальную сделку. Он хотел преумножить свой талант. Как результат, в обмен на бессмертную душу, он получил заклинание «вызывание слез пятого уровня». И, поскольку, других душ, а равно — заклинаний у него нет, он использует его ВСЕ ВРЕМЯ.
Есть удивительные, заложенные в нас природой безусловные реакции. Если вдруг кто-то зевнет во весь рот, нас так и тянет ответить тем же (вспомните, как на этой реакции поймали человека-невидимку), если вам улыбнутся, вы улыбаетесь в ответ. Если кто-то плачет, у вас текут слезы. Ну, только если вы, конечно, не бесчувственная сволочь, или конченый подонок. На этом и играет Фон Триер. На том, что никто не готов признать себя бесчувственной сволочью и подонком. А еще человеком, неспособным посмотреть и понять фильмы «не для всех». Черт! Ведь не для всех — это ж как раз для меня! Эти слова все равно что, категория «R» для подростков.
С чисто математической точки зрения фильм «Рассекая волны» это 60% слез, 20% истерик, 15% подготовки к истерикам или слезам и 5% действия, двигающего сюжет. Не верите? Возьмите секундомер и включите фильм где-нибудь посередине.
Но кто же может столько плакать? Человек слабый, отчаявшийся, истерик, шизофреник… А ведь какая красивая шизофрения: одна половина она сама, а вторая — Господь Бог. Неплохое содружество. (Бог у тебя отец, Родина — мать). Но вторая половина не помогла, и героиня пошла по кривой дорожке. И даже священник отвернулся от нее. Правильно. И нефиг проводить параллели с Марией Магдалиной. Ведь мы имеем дело с шизофреничкой, не умеющей ничего, кроме как ОТДАВАТЬ СЕБЯ ЛЮБВИ. Буквально брать и отдавать. Ничего! Она не могла ни утешить, ни спасти, ни помочь, ни поговорить. Разве что реветь и биться в истерике.
Говорят, что в этом и есть пафос нового кино: перестать жалеть зрителя, а заодно показать ему, что кино — это не только развлечение. Но это же одна линейка с Гаспаром Ноэ? Может быть и «Необратимость» — шедевр? Может быть слезы очищают? И женщины, нервы которых не выдерживают девятиминутной сцены изнасилования; женщины, которые уходят в слезах и пребывают несколько часов в депрессии, ведь — черт подери — возможно они когда-то подвергались насилию, — счастливчики, пережившие катарсис? Не уверен.
Мы имеем дело с очередной жестокой и бесжалостной слезовыжималкой. Хотите испытать на себе действие заклинания — прошу вас!
В течение всего фильма у меня не выходил из головы всего лишь один единственный вопрос: Ларс фон Триер люто ненавидит женщин или же наоборот — боготворит их?
Я смотрела на смятение бедной простушки Бесс, её самобичевание, явное раздвоение личности. И я минута за минутой убеждалась, что Триер презирает её такую глупую наивную овечку со странностями, которая беспрекословно слушается своего парализованного волка. Более того — он помещает эту парочку в «обитель» церковных фанатиков, которые создают глупые правила. Это дурацкое общество и сделало Бесс такой какая она есть. Она любит, любит Яна всем сердцем, он — центр Вселенной для неё. Но её воспалённый мозг не осознаёт, что она творит (или не хочет осознавать). Единственное, в чём она безоговорочно уверена — это любовь. Какая разница, что делать, если об этом просит любимый муж. Но достоин ли Ян этой любви, этой самоотверженности? Напичканный таблетками и трубками он приказывает(!) ей заниматься любовью с другими мужчинами, но не для удовлетворения её, Бесс, а для себя. Ян прекрасно понимает свою никчёмность и, говоря простым русским языком, «бесится от жиру». Ему нечего терять и ему глубочайше плевать на страдания собственной жены. Когда-то он может и любил её, но в сложившейся ситуации он старается взять от жизни всё что может и пусть цена будет слишком высока.
На меня большое впечатление произвели разговоры Бесс «с Богом». Она как будто через Бога карает саму себя за грехи. Но «её Бог» идёт скорее от общества, в котором она живёт, потому что Бог истинный прощает Бесс. Пусть даже как заметила жена брата : «слабость граничит с безволием», сама Бесс всё-таки доказала свою силу.
Фильм сложный и, впрочем как и все фильмы Триера, нудный. Но внимания стоит, однозначно, хотя бы для того, что бы знать как делать не надо.
В конце хочу отметить, что на свой главный вопрос я без зазрения совести отвечу — Ларс любит женщин, но как и любой мужчина не понимает логику их поступков. Женщины для него тайна и с каждым новым фильмом он пытается эту тайну разгадать, погружая своих героинь в самые невероятные ситуации. Что ж, это у него получается с присущей только Ларсу натуральностью.
Безусловно, Ларс фон Триер, вновь ставит зрителя в неловкое положение, когда последний пытается определить положительная ли динамика исходит от картины, либо он этого не приемлет. Что касается меня — не ощущаю однозначности в оценке фильма: вроде доброта, исходящая от фильма настолько естественна, что не возможно не поверить в чудо, любовь слегка сумасшедшей героини Бесс к своему смертельно больному мужу настолько сильна, что она готова принять на себя клевету, оговоры, посрамить свое достоинство, лишь бы любимому стало лучше, музыка в переходах из главы в главу, на которые разделен фильм умиротворяет, звон колокола в конце кинокартины заставляет дрожать от восхищения.
Однако, многое меня и смутило при оценке просмотренного, отчего я долго не могла собраться с мыслями и написать.
Во-первых, это совершенно дикая просьба Яна: по его словам только «распутность» супруги сможет спасти его от надвигающейся смерти. Хотя это так или иначе можно оправдать, он не совсем в рассудке, «его голова вся в шрамах, а из ушей вот-вот польется наркоз»(Дороти). Но вот то, с каким спокойствием на это отважилось Бесс, меня покоробило. В картине четко проступают самые явные и негативные черты постмодернизма: это вам и безысходность, и присутствие «случая» в судьбах героев… Но фон Триер как всегда показал весь негатив в таком свете, что как ни крути, а отрицательную оценку руки сами отказываются писать. Это действительно талантливая работа, несмотря на то, что она показывает однобокую, «больную» любовь, зато невиданной мощи.
Считаю, что фильм к просмотру обязателен, но только тем, кому нравиться переосмысливать увиденное, извлекать из историй некого арт-хауса пользу, новые идеи либо переоценивать старые.
Нельзя не упомянуть великолепнейшую игру Эмили Уотсон (Бесс), которая выложилась настолько, что мне захотелось самой показать ее врачу. Все эмоции неподдельны и этот факт не может не повлиять на оценку фильма в целом.
Ларс Фон Триер очень неоднозначный человек. Смотря другие его фильмы, я всегда задавала себе вопрос: Всё, что он показывает — это искреннее беспокойство или просто эксперимент, игра на чусвтвах зрителя? Провокация?.. Другие фильмы не позволяли понять.
А этот, хотя и довольно старый, раскрывает все карты: может быть, отчасти, беспокойство, но в гораздо большей степени — эксперимент, причем не честный «эксперимет ради экрсперимента», а именно провокация, желание сыграть на чувствах, проверить, как отреагирует зрители. Довольно лицемерно. Неприятный всё-таки человек этот режиссер, хотя и, действительно, мастер своего дела. То, чего он хочет — обычно в картине добивается, и из актеров выжимает всё.
В этой картине режиссер даже не скрывает своего отношения: если сама история еще и может зацепить и обмануть, то перебивки между главами и колокола в конце выглядят, как откровенная издевка. И, когда осознаешь это, то сама история уже видится в совершенно другом свете.
Какие вопросы тут ставит автор? Про жертвенность, невинность — и жестокость общества? Неужели? Но главную героиню нельзя вовсе назвать «добросердечной» и «милосердной» и «невинной». Она просто сумасшедшая — проследите, она вовсе не думает о других, ни одной минуты. Она только бьется в истерике из-за того всего лишь, что на время уехал ее любимый мужчина. И, когда он оказывается парализован — она, на самом деле, ничего не делает ради него. Она желает обладать им, как вещью, и больше ее ничего не интересует. Она не пытается его понять, поддержать, помочь. Всё, что она делает, она делает для себя, и из-за своего помешательства. И ведь она разговаривает вовсе не с богом, она разговаривает сама с собой. Эта девушка вовсе не противопоставляется этой общине, наоборот, она — порождение этой общины, где, на самом деле, все люди не в себе, а она просто более не в себе, чем другие. Эта религиозная община ведь на самом деле обыкновенная секта — именно так она показана в фильме. И именно поэтому колокола в конце выглядят так издевательски, так нелогично.
И что же происходит, если ты понимаешь это и перстаешь сочувствовать главной героине и другим положительным героям? Очень просто — фильм перестает быть интересным. Ведь история, на самом деле, проста и предсказуема. Там почти ничего не происходит — фильм мог быть короче раза в три. Все персонажи тоже очень просты, односторонни. Фон Триер не занимается исследованием психологии. Актеры играют замечательно, но в этом фильме нет живых сложных героев, нет движения характеров. ФИльм, увы, перестает вас поражать. удивлять, вгонять в ужас — и оказывается, что никакой другой ценности он в себе не несет, т. к. он и создавался только с целью удивить и поразить. А если вы не поддаетесь — то вам просто становится скучно и даже не хочется досматривать фильм до конца.
Глупость и простота это разные вещи. Глупость, в отличии прекрасного и трезвого качества простоты, это грех, и у нас всегда есть выбор как поступать. И наша вина в том что мы не знаем как и что именно нам нужно делать.
Героиня этого фильма — молодая, ветреная и сумасбродная девчонка которая впервые познала любовь, в том виде, в котором показал ей её муж. Погружается с головой в любовные утехи души и тела. Будучи совершенно не подготовленной к жизни и тем трудностям и опасностям которые встречаются на пути у каждого, она теряет голову при первом же вынужденном расставании с возлюбленным на не продолжительный срок по причине его трудовой занятости. С этого момента и начинается вся карусель.
В Бесс была вера, но страсть к мужу, её желание наслаждаться им было так велико, что оно свело её с пути истинного. Да, небеса встретили её, колокольным звоном, но из за своей не разумности она упустила свое счастье на земле.
В фильме хотели воспеть добродетель? Да, но доброта без знания, как, к кому и зачем её применять не приносит ни пользы ни счастья. Глупая, слепая доброта пагубна и несчастна. Ты бесполезен или даже опасен, тогда, когда в тебе нет знания как правильно жить и распоряжаться тем что у тебя есть. Нужно изучать, что хорошо, а что плохо. Своим примером, героиня показывает нам, как не были бы чисты твои намерения, всегда следует включать мозг для того, чтобы из твоих усилий и стремлений вышел толк! А иначе никакие высокие моральные качества помочь не смогут. Следует руководствоваться здравым смыслом и головой, а не безумными эмоциями, а то выйдет вот такая тяжелая драма.
Однако идея фильма гласит, чудеса случаются, ибо по вере твоей тебе дано будет!
Стоит ли смотреть, да, преимущественно любителям психолого-философского кино. Если вам по душе жанр, не претит вера в бога и вы не находитесь в глубочайшей депрессии.
Очень люблю сниматься у Ганса Петтера Моланда - мы отлично проводим время. Всегда ищем материал, который мог бы соединить нас. Сняли вместе два реалистичных и мрачных фильма, а в этот раз мне присылают сценарий, я читаю его и думаю: «Надо же, смешно!» Мы ни разу не работали в комедийном жанре. Вот и решили попробовать! (...)
897.2 тыс., 
