Молодой клерк Хуттер из Бремена первой трети XIX века отправляется за тридевять земель, в карпатские леса, к инфернальному графу Орлоку, владельцу замка, решившему перебраться в крупный город. Гость выясняет, что Орлок, известный и как Носферату, — вампир, и от его заражающего укуса Хуттера спасает лишь супруга Нина, сверхъестественно сильно влюблённая в скромного и безвольного служащего конторы по продаже недвижимого имущества. Именно она понимает, какое зло несёт в себе мрачный граф.
Мурнау нашел, что в реальной жизни Макс Шрек настолько уродлив, что по большому счету можно обойтись и без гримера: достаточно приделать к этой страшной роже клыки и остроконечные уши.
О, Носферату! Ужасный ужас мирового кинематографа! Безмолвный кровососущий шедевр! Наверное, только с помощью таких регалий и званий можно удержать фильм на волне зрительского интереса, продлить жизнь и не дать утонуть среди литров бутафорской крови, льющейся из прокушенных шеек миловидных дам вот уже практически век с самой зари кинематографа.
Несмотря на свой древний возраст, симфония ужаса может напугать при желании напугаться. Собственно, в этом-то и заключается вся ценность фильма. Фридрих Мурнау создал, изобразил нечто такое, что хотя бы немного, но пугает людей на протяжении девяноста лет. Талант, однако. Но талант не нашего времени, уже слабо волнующий. Как если бы престарелый дедушка, отсоединившись от капельницы, спрятался за дверь, а потом бы беззубым ртом крикнул правнуку «БУ!».
Кино это ничем особенно не примечательно для тех, кто не интересуется кино как таковым. Вся глубина и загадка, которая, наверное, когда-то манила и будоражила зрителей, исчезла вместе со смертью Макса Шрека. Обмелело и высохло чародейство этого фильма, остались лишь небольшие источники, которые оживают только в присутствии графа Орлока на экране, и только тогда из них начинает бить ключом вода. Вполне возможно, что скоро и они иссякнут и уйдут под землю, чтобы вырваться и забить с удвоенной силой где-нибудь в новом месте.
«Носферату, симфония ужаса» — фильм Фридриха Вильгельма Мурнау.
Сюжет
По долгу службы, агент по недвижимости Томас Хуттер (Густав фон Вангенхайм) покидает родной Бремен и отправляется в Трансильванию, дабы уладить формальности с графом Орлоком (Макс Шрек), который изъявил желание приобрести дом в его городе. В дороге Хуттеру открывается страшная тайна графа и тех мест, в которые он держит путь, однако с пути он не сворачивает. Встреча с Носферату станет ужасом для него самого и обернется кошмаром для всего города.
«Носферату, симфония ужаса» — легендарный немой фильма ужасов далекого 1922 года, наследие послевоенной Германии и новый виток развития немецкого экспрессионизма. Он по праву считается знаковой картиной всего XX века и является, пожалуй, самым известным представителем времен зарождения настоящего кинематографа. Легендарность его далеко выходит за чисто «киношные» пределы и не ограничивается лишь на его нетленном статусе и несомненной ценности как произведения киноискусства, что делает эту ленту поистине бессмертной. Прежде всего, речь идет об известной истории, порожденной жуткими слухами о том, что главную роль в фильме играл настоящий вампир, который чуть ли не питался членами съемочной группы. В результате, спустя много лет, будет снят полудокументальный кинофильм «Тень вампира», основой для которого и стало переплетение реальных событий, вымыслов и мрачных поверий времен съёмок «симфонии ужаса» в таинственных чешских горах и лесах. Наличие такого потомка, который по истечении десятков лет фактически воспевает своего «прародителя» — одно это уже говорит о многом.
Фильм во многом новаторский. Здесь и масштабные по тем временам съемки на живой природе, и немногочисленные, но чрезвычайно важные предки современных спецэффектов, вставленные там, где это действительно необходимо и даёт значительный «плюс». Отдельного упоминания заслуживает игра теней, которая в «Носферату» занимает огромную роль в становлении общей композиции кадра, а также вносит существенный и весьма оригинальный вклад в создание неповторимой атмосферы.
Само творение Мурнау назвать экранизацией всемирно известного романа Брэма Стокера «Дракула» можно с большой натяжкой — уж слишком много расхождений. И касаются они не только, и не столько непосредственно сюжета, сколько самого посыла, подтекста, выразительных средств и вообще восприятия фильма в целом. Уникальная стилистика и художественное выражение картины представляет историю графа Дракулы под совершенно другим углом. Все изменения относительно оригинального произведения сделаны и продуманы именно таким образом, чтобы способствовать этому самому «новому восприятию». Они задают тон, дооформляют который уже кинематографические приемы.
Актеры
Их игра может показаться весьма своеобразной, но она типична для тех времен. Нарочито самозабвенный смех или картинный испуг, эдакий «театральный стиль». Однако, не надо спешить с критикой — отнеситесь с пониманием. Фильм немой, его единственный инструмент для воздействия на зрителя — «картинка». Редкие титры лишь выполняют второстепенную роль и являются не более, чем информатором.
Макс Шрек — Носферату
Образ графа Орлока в его исполнении шедеврален. Прежде всего, он разительно отличается от модернистских Голливудских вампиров, полных лоска и более знакомых зрителю. Здесь нет ни роскошного наряда, ни «прически за сто баксов», ни самодовольно-презрительного взгляда, в котором читается осознание собственного всемогущества вкупе с животной жаждой крови и чувством наслаждения от процесса её утоления. Нет. Граф Орлок диаметрально противоположен этим сексопилам и буквально «рвёт шаблон» зрителю.
Главный герой проработан до мелочей — в буквальном переводе «носферату» означает «переносящий болезнь». Именно этот смысл с потрясающей точностью воспроизводит и переносит на себя персонаж Макса Шрека. Он идеально вписывается в общую концепцию фильма и, являясь её неотъемлемой частью, пропитан каждой её составляющей и представляет собой своеобразный обособленный концентрат, который вместе с тем, непосредственно находится в органичном взаимодействии со всеми остальными её составляющими. Жалкий, но одновременно пугающий старик, сгорбленный, худой, имеющий сходство с иссохшим гниющим деревом — таков его внешний облик. Он напрочь лишен какой-либо романтизации и возвеличивания. Напротив, он словно кара Господня, как наказанье на свете этом. Его тягостное существование, полное внутренней боли, вызывает противоречивые эмоции. Он живет в отторжении, наедине с собой и со своей сущностью. И не случайны здесь параллели с крысами — такими же разносчиками чумы. Вот они — «заклятые товарищи» его — крысы, которым соответствует он как внешне, так и внутренне. Крыса — низкое, отвратительное создание, являющееся объектом всеобщей ненависти и презрения, которое обречено на жизнь чуждого всем изгоя. Это же воплощает в себе граф Орлок, предстающий в образе юродивого отщепенца и затворника.
Особая атмосфера
Ещё большой вопрос — чего здесь больше: собственно самой атмосферы мистики происходящего, или атмосферы эпохи зарождающегося кино. И та, и другая, очень специфичны. И зависит то, в какую из них зритель больше окунется и насколько правильно прочувствует, от того, каков будет его подход к просмотру.
Просмотр картины
Отношение к «Носферату» исключительно как к фильму ужасов, или даже как к классическому фильму ужасов — недопустимо. Такая позиция практически неизбежно приведет к неверному восприятию, а в некоторых случаях — и к низкой оценке, поставленной неосознанно. К этому фильму нужно подходить прежде всего с эстетической точки зрения — это избавит от бессмысленного поиска ужасов там, где их нет, а также позволит тоньше прочувствовать как идейность картины, так и её художественные изыскания и авторские приемы.
Безусловно, нельзя не отметить черно-белый формат этой ленты, являющийся не только напоминанием о времени создания фильма, но и заложником того самого времени. И это чрезвычайно уместно именно здесь — это дарует совершенно особенные ощущения при просмотре, создает неповторимый эмоциональный фон, словно помещает зрителя в магический мир, находящийся где-то между событиями самой картины и нескончаемым завораживающим мельканием старинных кинокадров.
Вместо эпилога
«Носферату, симфония ужаса» — это фильм, который не ведет борьбу со временем, ибо находится вне него. Он не может устареть, потому что уже давно устарел. Он не может потерять актуальности, потому что это понятие к нему фактически неприменимо. Он не может быть забыт, потому что течение времени — неотъемлемая часть этого процесса.
Абсолютно также не имеет никакого смысла оценивать этот фильм в каких-либо баллах. Можно пытаться вычислять его значимость для всего мирового кино, его роль в развитии киноискусства, даже придирчиво разбирать достоинства и недостатки, как отдельно взятого кинопроизведения, а затем пытаться подытожить всё и конвертировать это в какую-то оценку. Но какой бы ни был результат, все эти старания глупы и невежественны, так как есть категория фильмов, по отношению к которым подобные «математические» подходы являются натуральным кощунством. «Носферату, симфония ужаса» именно в их числе. Он ни в чем из этого нуждается. Это классика мирового кинематографа.
Рецензировать это кино, по меньшей мере, бессмысленно. Так как это — классика, нетленный шедевр кинематографа. Фильм на все времена!
Ну и что, что это копия «Дракулы» Брема Стокера в чистом виде, ну и что, что фильм достаточно дешевый даже для своего времени, ну и что, что он уже смотрится вовсе не так захватывающе, как современные вампирские саги и кровавые хорроры. Это — классика кинематографа, и этим все сказано!
Имена создателей ленты и исполнителей главных ролей в ней уже вошли в историю немецкого, да и мирового кино в целом.
Это, например, скандальный режиссер Фридрих Вильгельм Мурнау, про «странности» которого был даже снят фильм с Уильямом Дефо и Джоном Малковичем в главных ролях. Ходили слухи, что психически неуравновешенный Мурнау прибегал к психологическому давлению на актеров, чтобы они играли лучше…
Также, это исполнитель главной роли Макс Шрек, про которого вообще говорили, что он, якобы, настоящей вампир, так как он был настолько уродлив (из описаний Мурнау), что его даже не пришлось гримировать. Начав карьеру как театральный актер, он сыграл в этом киношедевре свою главную, и единственную достойную роль в большом кино. Глупо говорить о работе режиссера (а для тех лет она великолепна), операторской работе, так как фильм черно — белый. Но актеры играют великолепно!
Этот фильм — немой. Но, несмотря на это, лично я его смотрел с большим интересом, хотя бы как некое пособие по истории кино. И хотя далеко не каждый в наше время высидит пусть и небольшой по хронометражу, черно-белый и немой фильм, но, уверяю вас, это — нестареющая классика, фильм, который навсегда останется в истории жанра и кино в целом!
Уже давно хотел сказать что-нибудь об этом знаменитейшем фильме, но всё никак не мог подобрать нужные слова. И дело не в отсутствии живых впечатлений от «Носферату» — дело в невозможности найти правильный подход к оценке столь давно созданного фильма.
В самом деле, писать рецензию на фильмы немой эпохи невероятно сложно в виду откровенной нестыковки наших (современных) представлений о том, каким должно быть качественное кино, и представлений тех людей, для которых выход на экраны того же «Носферату» произошёл в режиме реального времени. Справедливо ли будет ставить оценку фильму Мурнау исходя из нынешних киностандартов?
Ответ очевиден: нет, не справедливо. С другой стороны, почему при оценке того или иного фильма я должен делать скидку на его возраст? Ведь, в конце концов, киношедевр должен быть таковым в рамках любых применяемых к нему параметров.
«Носферату» в своё время произвёл ошеломляющий эффект; во многом творение Мурнау оказалось новаторским и первопроходным. Но с тех пор прошло больше 80 лет, кино во всей своей структуре и по духу своему (так сказать) изменилось до неузнаваемости.
«Носферату» больше не производит того «эффекта присутствия», которым он по праву гордился в 20-е гг., граф Орлок по-прежнему зловещ и неприятен, но уже не вызывает того неподдельного ужаса, которое вызывал в 20-х, сюжет фильма больше не воспринимается как некое откровение — со всей очевидностью он представляется набором наивно-банальных штампов. Никто сейчас не станет восхищаться работой оператора, монтажёра, художника-постановщика.
Из числа актёрской группы по обыкновению можно выделить Макса Шрека, да и то с оговоркой, что вообще-то чрезмерно устаревшая манера игры ничем не отличает его от прочей актёрской массы. Интересные эпизоды? Ну разве что граф Орлок, который плетётся по баварским улочкам, таская за собой собственный гроб, или застывает в знаменитом предсмертном изгибе у окна. А вообще и здесь нет ничего особенного.
Но в любом случае, «Носферату» — это классика, это легенда.
В конце концов, это живой памятник навсегда ушедшей киноэпохе.
Этот фильм — классика. Каждый уважающий себя киноман должен хоть раз посмотреть этот фильм. Музыка к фильму подобрана великолепно, а Макс Шрек в роли Орлока неподражаем!
Мурнау создал шедевр ужаса, атмосфера которого завораживает. Макс Шрек, исполнитель роли Орлока, стал образцовым вампиром, в чьей фигуре не так уж много человеческого. Лысый череп, негнущаяся спина, растопыренные пальцы-когти, мертвый взгляд.
«Вампира» Брэма Стокера впервые я прочитала лет в десять. Это был ужас. Очень атмосферная книга, рекомендую. Поэтому я ждала того же эффекта от первой ее экранизации — «Носферату — симфония ужаса».
Я нашла её, выключила свет и приготовилась погрузиться в этот фильм. Но мне было весело: странная, устаревшая игра актеров, в частности Густава фон Вангенхайма; жеманный мужчина, как мне казалось, в роли невесты Нины, сегодня узнала, что это Грета Шрёдер и она женщина; сокращенная и упрощенная история; безумное музыкальное сопровождение, не совпадающее с происходящим.
Будьте готовы именно к этому. Фильм переворачивает понимание фильма ужасов, он банален, глуп и примитивен. Но! Это первый подобный фильм и все, что сегодня мы называем банальностью, в 1922 году было оригинальной задумкой режиссера. 80% картинки современного фильма ужасов — заслуга Фридриха Вильгельма Мурнау.
Именно поэтому это абсолютная классика и именно поэтому всем ценителям смотреть обязательно.
Уиллем Дефо собрался вот уже в третий раз за свою жизнь сыграть вампира. Актер предстанет в образе демонического кровопийцы в необычном фильме Пола Вейца «Цирк уродов», работы над которым начались еще зимой. (...)
Мы снимали ночную сцену „Женщины в черном“ на железной дороге, и я вернулся к себе только под утро. Я пошел налить себе чашку чая, просто хотел расслабиться. И, кажется, это был почтальон, который почему-то пришел очень рано. Его лицо возникло в окне, и я чуть не умер от испуга... (...)
