Действие фильма происходит в Венеции, жители которой жизнерадостные, беспечные, щедрые люди. Они недолюбливают и высмеивают иноверца Шейлока — угрюмого, алчного ростовщика, считающего каждую копейку. Шейлок отвечает им лютой ненавистью.
Конфликт обостряется до того, что кровопролитие кажется неминуемым. Но тут вмешивается созидающая сила женской любви, которая смело противостоит мужским амбициям и побеждает!
Прекрасная экранизация; хоть я и не читала произведение, всё равно прекрасно. Очень атмосферно и живо, подбор актеров, костюмы, декорации и волшебная музыка. Монологи и диалоги в виде стихов тоже придают какое-то очарование происходящему. Когда я увидела Аля Пачино на постере, подумала, что это совершенно не его роль. Но по ходу фильма не было ни одного маленького сомнения в том, что на его роль могли бы взять кого-нибудь другого. Просто невероятный актер! Больше всего понравилась сцена с ним в конце, в суде. В целом, весь этот эпизод с судом очень понравился — столько эмоций и переживаний…
Чудесный фильм, одно наслаждение наблюдать за актерами и происходящими. А любовь, любовь! Красота.
Я боялась смотреть этот фильм. Настораживало то, что многие не самые глупые люди увидели в нем антисемитское высказывание.
Моей первой реакцией после просмотра было восхищенное: «Черт возьми. Аль Пачино переиграл Шекспира».
Аль Пачино с его гениальной игрой, с его невероятно благородной внешностью (по большому счету, старый Пачино — единственный в этом безумно красивом фильме, кто по-настоящему красив), одним своим появлением в кадре снимает вопрос о том, кто тут главный герой и кому должно принадлежать зрительское сочувствие.
Именно Шейлок, его трагедия, его монологи — суть и нерв фильма (как, впрочем, и должно быть — но об этом позже). Остальные, те, кто рядом, — не более чем, виньетки, балетные номера в опере. Не случайно все «положительные» персонажи получились какими-то заурядными, мелковатыми, местами даже отталкивающими и скользкими, как Джозеф Файнс — Бассанио: чувствительный альфонс, меняющий покровителя на богатую наследницу. Среди противников Шейлока, мужчин и женщин, нет никого, кто останавливал бы на себе взгляд красотой, или обаянием, не говоря уж о человеческом масштабе — в подлинном аристократизме с нашим ростовщиком тут никто не сравнится, даже в самых сложных для исполнения сценах, призванных, по идее, вызвать к Шейлоку отвращение.
Место подлинного антагониста Шейлока никем не занято: достойных соперников нет. Да, Порция блистательно хитра и изобретательна, да, Антонио временами очень хорош в своей жертвенности, и все же, все же — по-настоящему не они противостоят Шейлоку, а все венецианское общество с его законами, государство собственной персоной, — не удивительно, что объединенным силам посредственностей удается раздавить одинокого человека, осмелившегося мечтать о справедливости и отмщении.
Антонио, вроде бы задуманный как главный герой пьесы (вообще-то это он, а не Шейлок — венецианский купец), проигрывает в этом поединке личностей. Не говоря о том, что великолепный актер Джереми Айронс откровенно бледнеет на фоне огненной страсти Пачино, акценты в фильме расставлены очень тонко: так, впервые мы встречаем Антонио в момент, когда он храбро плюет в лицо человеку, не сделавшему ему ничего плохого и не имеющему возможности ответить. И сомнительному благородству «положительного» Антонио ни разу не удается уравновесить гнев и боль «алчного» Шейлока.
Противоречит ли эта трактовка шекспировской идее? Рискну сказать, что — нет. Оказывается — нет. Шекспир — на то и Шекспир, что самые простые его пьесы бесконечно многозначны и при внимательном рассмотрении обнаруживают в себе не только второе, но и десятое дно. Если подумать, то пьеса, традиционно считающаяся антисемитской, может рассматриваться как самый проеврейский текст, который можно было опубликовать в шекспировскую эпоху. Главные аргументы в пользу этой версии — монологи Шейлока, которые он бросает в лицо зрителям и своим врагам (что, впрочем, часто — одно и то же), монологи, которые остаются без ответа. Христиане ничего не могут ответить на обвинения Шейлока: ни тогда, когда он называет их своими учителями в ненависти, ни тогда, когда «просит» подсказать, почему в ответ на оскорбление христианин мстит, а иудей должен проявлять милосердие, ни тогда, когда уличает читающих ему мораль в занятиях работорговлей (кстати, венецианцы действительно увлекались этим бизнесом, активно торгуя в том числе и своими братьями по вере).
Иными словами, такая трактовка конфликта — возможна, более чем возможна, и я очень признательна Майклу Рэдфорду за то, что он выбрал именно ее.
В фильме вообще немало деталей, которые могут показаться отсебятиной, но на самом деле ею не являются: например, сомнения и угрызения совести Джессики перекликаются с ее неожиданной репликой, брошенной в разгар веселья по поводу унижения ее отца: «От сладкой музыки всегда мне грустно». Намек на нечто большее, чем дружба, между Антонио и Бассанио отсылает к английскому оригиналу, в котором по поводу отношений этих двоих используются слова love и даже lover.
Вообще, экранизация получилась очень сильной, что тоже было приятным сюрпризом для меня. Пьесы трудно экранизировать. Театральная природа накладывает жесткие ограничения. В пьесах много говорят и мало действуют. В хорошем кино, напротив, говорят мало, кино надо именно смотреть. «Венецианский купец» Рэдфорда — это именно кино. Не телеспектакль. Это динамичный, яркий, красивый фильм с замечательной музыкой, в котором великолепно показана старинная Венеция, это роскошное живописное полотно с тончайшими — шекспировскими — переходами от пульсирующего болью мрака к очаровательно-прозрачным утренним краскам, от трагедии к комедии и обратно.
Не читала пьесы, но то, что увидела в фильме — понравилось. В первые минуты напрягал разговор стихами (в кино это как-то не привычно), но минут через пять уже все воспринималось как надо. Телеспектакли не очень люблю, театр уважаю, а этот фильм смотрелся замечательно — зрелищности намного больше чем в телеспектакле! Аль Пачино в роли еврея великолепен!
Роль ростовщика получилось неоднозначной. Даже как-то показалось странным название фильма. Купца почти не видно за ролью Аль Пачино. Буду читать пьесу (интересно, сколько своего Аль Пачино привнес в роль). Браво!
Вр первых, у меня, как обычно, порадовал Аль Пачино. Собственно, только ради него я и взялся этот фильм смотреть. Его игра была есть и будет на 10 баллов. Но, к сожалению всё остальное сильно не понравилось:
1)Когда в кино говорят стихами это смотрится как-то картонно и не реалистично. Люди так не говорят. Такой стиль подходит только к оригинальному источнику.
2)Мне не понравилось чем и как всё закончилось. Очень слабо. Портит всё впечатление о фильме. Не логичный и бредовый конец.
3)В принципе, если воспринимать фильм как спектакль оценка была бы выше. Но я ставлю за фильм.
Старая как мир история… Евреи, антисемиты, любовь, ревность, родители, дети… Забавно, но Шекспир умудряется связывать всё это так неожиданно и непринужденно, что хочется плакать от восторга, умиляясь этой почти детской простоте, но при этом и какой-то космической сложности. Только одно в фильме вызвало у меня недоумение: Аль Пачино. Он гениален. Но именно этого качества Шейлоку совсем не надо! Ведь из-за этого все акценты смещаются!
Почитайте пьесу. Любопытно, если бы в роли Шейлока был кто-нибудь другой, то пьеса получилась бы о другом, и финал был бы логичен. У Шекспира сочувствие еврею противопоказано. И не стоит говорить здесь о шовинизме и заказах с «королевского стола». Это историческое отношение. Верное или нет — другой вопрос. Но у Шекспира сочувствия Шейлоку явно нет. И что же делать, если Аль Пачино влегкую переигрывает весь остальной состав и перетягивает всё внимание и сострадание зрителей на себя? Может, кино переименовать? Кстати, уже был в Москве спектакль «Шейлок», кажется, с Казаковым в главной роли. Вот и здесь Антонио (Айронс) как бы и ни при чем. Аль Пачино достаточно просто поднять глаза, чтобы стало ясно, кто здесь Герой. И финал проваливается потому, что все ждут, что же дальше произошло с Шейлоком, покончил он с собой или нет, крестился или убежал, с каким лицом подписывал документы, отбирающие у него всё имущество… Мне кажется, это интереснее, чем наигранная ссора влюбленных в финале по поводу потерянных колец.
Да, и ещё об одном. Купюры. Их очень много. Хорошо, если от Шекспировской пьесы осталась треть. Любители и знатоки не услышат сцен с Гоббо, грандиозных монологов Шейлока и, на мой взгляд, одного из самых поэтичных Шекспировских текстов — монолога Джессики о ночи. Конечно, это кино, и надо укладываться во временные рамки, но насколько яснее становится текст, когда он звучит полностью (за примером дословного Шекспира далеко ходить не надо, достаточно вспомнить «Гамлет» Кеннета Брана)! И пусть купюры, но сделанные с умом. А здесь переносы реплик, повторение их, странные обрывки текста, часто не совпадающие друг с другом по рифме и ритму… Ну да ладно… Любители почитать и посмаковать Шекспира могут взять с полки книгу.
Если же говорить в целом, то фильм добротный, качественный, выполненный на высоком Голливудском уровне (вот не уверен только, что это достаточный уровень для Шекспира). Его нужно посмотреть всем фанатам Аль Пачино, чтобы ещё раз убедиться в гениальности последнего, всем фанаткам Чарли Кокса, чтобы посмотреть, что здесь их любимец улыбается точно также, как и в «Звездной пыли», непременно всем поклонницам Джозефа Файнса, чтобы убедиться, что их герой играет не только Шекспира, но и в Шекспире, и непременно всем врачам-сексопатологам, чтобы понять, что Джереми Айронс любит не только малолетних девочек, как в «Лолите», но и вполне себе взрослых мальчиков, как здесь.
Милосердие и справедливость идут рука об руку. Закон надевает мантию милосердия и обретает справедливость. Беззаконие же только прикрывается им и покрывает тех, кому это выгодно. Виктор Гюго в одном из своих романов написал: «Суждение нечто относительное. Справедливость нечто безусловное. Поразмыслите о разнице между судом и правосудием». Суд и правосудие — понятия разные, как небо и земля. В этой экранизации пьесы Шекспира те, кто должны были проявить милосердие, этого не сделали. Суд попрал правосудие, а соответственно и справедливость…
Если сказать коротко, то фильм я оценил нейтрально. Во-первых, потому что не читал Шекспира. Сложно судить объективно.
К положительным его сторонам я, безусловно, отношу игру Аль Пачино. Также декорации и костюмы.
К минусам, — яркую выраженность «добродетелей» так называемых христиан во главе с «купцом» и стихотворность речи героев, хотя и не во всех эпизодах.
Вся хитрость картины в том, что положительными героями фильма предстают не Антонио и Бассанио со своим неотесанным другом И не «милосердная и мудрая» Порция со своей служанкой, а еврей Шейлок. В картине помимо противостояния «закона» и «милосердия» просматривается скрытый конфликт двух культур и религиозных взглядов.
В экранизации Шейлок предстает сильной личностью, любящим и заботливым отцом, мастером своего дела, так ненавидимого христианами, — ростовщичества.
Кажущиеся аскетичность и деспотизм Шейлока, касающие воспитания дочери обретают разумность ввиду нравственной обстановки, в которой он ее воспитывает. Еще больше становится понятным его беспокойство о дочери, если помнить о религиозных убеждениях Шейлока. Тора, или пятикнижие Моисея, — первые пять книг Библии, всячески предостерегают об опасности вовлечься в идолопоклонство и безнравственность, исходящую от других народов. Моисеев Закон достаточно ясно говорит о том, что нельзя заключать брачных союзов с иноплеменниками (Второзаконие, 7 глава, 3 стих). Так израильский народ обретал нравственную и духовную защиту. Шейлок перегибает с «запретами» для дочери, однако оно и понятно. В конце концов она сама делает выбор, далеко не разумный, бездумно меняя свои религиозные взгляды, на поводу у ничем не подкрепленных чувств.
Аскетичность иудейского Закона в лице Шейлока ярко выделяется на фоне блеклых «христианских» ценностей венецианцев. Режисер довольно неплохо показывает всю полноту разврата так называемых христиан. По сути Шейлок ненавидит не христиан как таковых, а их образ жизни. Христиане не живут по-христианским традициям и в этом их проблема. История ясно показывает, что христианство является логичным продолжением Ветхого Завета. Возможно, при других обстоятельствах Шейлок был бы только рад тому, что его дочь становится христианкой, но не в этот раз. Бог венецианцев, олицетворяющих так называемое «христианство», имеющее мало общего с Библией, предстает сутенером, в отличие от Бога евреев, — Яхве.
Шейлок достаточно последователен в своих поступках и суждениях в отличие, например, от суда, который этого не делает. Он не проявляет милосердия к Антонию, которого он в сущности не заслуживает. Ведь какого милосердия заслуживает человек, не проявляющий раскаяния в своих действиях. До последнего момента фильма Антоний и его друзья называют Шейлока жидом и презирают, как собаку. В то же время Шейлок проявляет уважение к суду подчиняясь бредовому доводу о каплях крови со стороны молодого «судьи». Он верен до конца своим убеждениям и человеческим ценностям. Все уродство милосердия христиан ярко проявляется в лице Антония, который дарует еврею жизнь, но ценой отречения от своей веры. Это плевок не просто в лицо человека, но Творца, который наделил как еврея, так и христианина свободой воли. Этакий крестовый поход в миниатюре. В уме еврея, который привык по роду деятельности все подсчитывать и запечатлевать на бумаге, скрепляя печатями, не укладывается глупость ситуации. Рациональные доводы затушевываются полуправдой. Сознание еврея, воспитанное на законах Торы, не смогло привести контраргументы. Он дает слабину. Соломон написал: «Угнетение может заставить мудрого поступить безумно». Это не оправдывает его. Но самое удивительное, что проступок не вызывает неприязни. Шейлок не выглядит отступником и предателем.
Его раскаяние не прикрыто и искренне. Он сожалеет о проступке.
Шейлок, — трагичный герой. Судя по всему он заработал свое состояние тяжелым трудом. Это видно из его реакции на рассказ Тубала о трате дочерью восьмидесяти дукатов в один вечер. У Шейлока заниженная самооценка, которую он компенсирует
приобретением материального имущества. Но это не его вина, а общества, которое его таким сделало. Подумайте, какая у вас будет самооценка, если Вам прохожие плюют в лицо. Красные шапочки — позорный символ, который заставляли носить евреев.
Ключевой эпизод фильма, по-моему, заключен в беседе с двумя кредиторами Антония (53 минута фильма). Шейлок рассуждает о равенстве христиан и евреев, приводя ряд доводов, основанных на общечеловеческих ценностях. Высказывание еврея раскрывает саму суть картины: «Если жид обидит христианина, что внушает тому его смирение? — Месть. Если христианин обидит жида, к чему побуждает того его терпение по христианскому примеру? — Тоже месть!»
Шекспир умудрился показать в своей пьесе то, чего от него по-сути не хотели. При обычном, узколобом взгляде на картину, Шейлок — само олицетворение зла и жестокости, а Антоний, Бассанио, Порция и иже с ними — храм добродетели и милосердия. Но при пристальном рассмотрении все оказывается совсем наоборот.
Вот такая вот правда жизни, находящая подтверждение и сегодня…
Ну, Шекспир, есть Шекспир! Посмотрев этот фильм, или прочитав книгу, вы попадете в прекрасный, захватывающий, а главное очень продуманный мир созданный великим поэтом… Это очень красивое, поучительное и довольно глубокое произведение… Вы познакомитесь с крепкой дружбой, сказочной любовью, с женской мудростью и с горькой обидой, которые не могут не тронуть…
Читая или смотря «купца» настоятельно советую всем во-первых, хотя он пишет очень просто и понятно, не стоит все воспринимать буквально, очень не однозначное произведение, хочу сказать! Не думаю, что Шекспира сильно волновала политика и национальная рознь, все произведения написанные им говорят о том, что он интересовался конфликтами куда более простыми на первый взгляд и вместе с тем более глубинными… Во-вторых, этот фильм скорее хорошая видео книга, вам как будто читают на ночь и при этом показывают роскошные иллюстрации, поэтому людям которые не любят поэзию наверное нет смысла смотреть, так как они скорее всего не получат удовольствия от картины. Но все же тем, кто жаждет расширить свой кругозор думаю ознакомится стоит и как раз таки советую начать с фильма, если не очень любите читать — для вас это самый лучший вариант (он не совсем полный на сколько мне помнится, но все же от текста режиссер практически не отходит, разве, что в крайних случаях, с эстетической целью — кино сами понимаете, но смысл от этого не страдает)!
В общем декорации, костюмы, игра актеров и музыка — 10 из 10. Все остальное в оценке не нуждается.
p.s. а вообще такое надо бы всем знать (уж простите за пафос, но оно того стоит)
Ну во-первых, хочу выразить особую благодарность за безупречную экранизацию такой не малоизвестной пьесы Вильяма Шекспира, как «Венецианский купец» режиссёру Майклу Рэдфорду, тем более что здесь на прямую затрагивается проблема гонения евреев в XVI столетии, а также за блестящую сыгранную роль одного из моих любимых актёров — Аль Пачино в роли Шейлока. Также неплохо справился с поставленной задачей Джереми Айронс (Антонио) в роли венецианского купца. Такое ощущение, как будто они оба были созданы для этих двух ролей. Безумно понравилась музыка композитора Жослина Пука, как раз для того времени, успешная постановка, удачная подборка костюмов, в общем — ни одного лишнего кадра.
А теперь о фильме: Если судить данную пьесу(и фильм) с точки зрения гоя(не еврея), какого-нибудь неосведомлённого обывателя, который абсолютно не имеет ни какого представления о истории еврейского народа, то мы совершим грубую ошибку. Шейлок — такой себе алчный, грубый, злой, бесчувственный, жестокий, мстительный и кровожадный человек — подумал бы простак. Он глубоко заблуждается. Конечно, у него был выбор взять 6 тыс. дукатов, а то и в 10 раз больше, как например поступил бы я на его месте. Но в иудаизме существует некоторые нюансы, о которых наш выдающийся Шекспир хорошо знал. Жалкие христиане не знали давних традиций и обычаев еврейского народа — если еврей дал клятву, он должен её исполнить. Вот почему религиозному соблюдающему человеку в нынешнее время нельзя давать обеты — чтобы не происходило таких ситуаций, как с Антонием. У нас с этим всё очень строго. И действительно, в отличие от фильма, в пьесе нет ни малейшего сочувствия автора к своему персонажу(Шейлоку).
Представьте себе, от вас сбежала родная дочь с каким-то проходимцем, вексель по долгу просрочен, и ко всему этому у тебя в душе накипело горечь, ты ощущаешь эту душевную боль за судьбу своего народа. В глубине души таится ужасная месть и обида за эти постоянные гонения, за эти грубые оскорбления, насилие, моральное и физическое, гнусное издевательство, притеснение, ущемление в правах, евреи преследовались вплоть до 20 столетия, и жили в ничтожных гетто. Шейлок боролся и отстаивал свои права и права всего народа, всех своих собратьев, защищал своё достоинство, и по сему, я считаю, что поступил правильно. А принять другую веру еврею — это очень ужасная вещь. Многие евреи погибали, отдавали свою жизнь, лишь бы быть преданным и верным единому Б-гу, поэтому здесь ещё один минус у Шекспира. Истинный еврей либо забирает деньги, либо вырезает фунт мяса либо отдаёт свою жизнь, но ни в коем случае не принимает христианство…
У меня нет претензий к экранизации — как говорится: что рассказано, то и показано. Шекспир на своем примере показал, что гений и невежество вполне совместимы. Конечно, автора нельзя судить по сегодняшним меркам, но интересная вещь: погрешив против истины в изображении еврея, Шекспир создал самое неудачное своё произведение (кстати — это мнение Л. Н. Толстого) Как верно заметил один из критиков, в пьесе чувствуется социальный заказ. Ключевой момент пьесы — вопрос о куске человеческой плоти. Тот, кто хоть немного знаком с иудейской религией знает, что отсечение живой плоти от животного для религиозного иудея (а других в то время не было, то есть светский еврей просто переставал таковым быть) является абсолютно неприемлемым даже в помыслах. В тысячу раз более — когда речь идет о человеке! Аль Пачино всё-таки гениально сыграл в фильме еврея, которому Шекспир приписал чувства, которые по его мнению должен был бы испытывать представитель гонимого и униженного народа, вот только к действительности это не имело никакого отношения хотя бы потому, что иудей отдает месть в руки небес. Собственно, и евреев-то Шекспир не мог вживую видеть — к тому времени уже были полностью из Англии изгнаны.
Впрочем, у меня есть некоторые основания полагать, что время постановки фильма по пьесе, которую нацисты в своё время выбрали как оружие в своей антисемитской пропаганде — неслучайно и совпало с очередным усилением антисемитизма в мире. И это уже вопрос к режиссёру.
В 1995 году Марлон Брандо, Джонни Депп, Дебра Уингер и Джон Хёрт прибыли в ирландскую рыбацкую деревушку Балликоттон в графстве Корк. Актеры начали сниматься в картине «Божественное вознесение» (Divine Rapture), но работа над фильмом прекратилась из-за сложностей с финансированием. Спустя 17 лет проект снова возрождается, но с новым актерским составом, во главе которого окажется Джеффри Раш. (...)
238.7 тыс., 
