Во время второй сино-японской войны в 1940 году лейтенант Курокава возвращается домой с почетом и уважением. Однако у него нет рук и ног, которые он потерял в битве в Китае. Все надежды, от соседей и женщин до членов семьи, направлены на Шигеко, жену лейтенанта: она должна выполнить долг перед Императором и всей страной, выполнив священный долг по уходу за божьим воином.
Как можно пропустить фильм, в котором обещают показать секс с безруким и безногим человеком? Пускай «Гусенице» на МКФ в Берлине критики ставили плохие оценки, но упомянул о последней работе Кодзи Вакамацу каждый, подтверждая, что на восьмом десятке лет японский нонконформист и преступник от мира кино еще может задать жару.
Фигура Кодзи Вакамацу во многом уникальна. Некоторое время он работал на побегушках у якудза, с помощью которых прорвался на телевидение, сидел в тюрьме, якшался с палестинскими террористами, приложил руку к самому скандальному японскому фильму «Коррида любви», выступая ее продюсером, и в целом заслужил устойчивую ненависть со стороны соотечественников. Его фильмы легко приписать к грайндхаусу, но для треша, в привычном понимании, они слишком умны. В них очень много секса, но он больше выступает манком для зрителей, чтобы огорошить каким-нибудь диссидентским политическим заявлением. Все это есть в «Гусенице» скандальные эротические сцены, левый пацифистский задор, смачный плевок в японского императора и в нездоровый менталитет общества.
Лейтенант Курокава возвращается на родину в статусе героя войны, с ценными орденами и медалями. Им гордится и знает в лицо вся страна, но реальность такова, что боевые действия не окончены, а лейтенанта Курокаву за инвалидностью отправляют домой без рук, без ног, оглохшего, немого и изуродованного. В буквальном смысле он превратился из здорового мужчины в гусеницу, способную лишь на самые примитивные физические действия. Его несчастную жену, Сигэко, общество обязывает заботиться о нем, ведь он Бог Войны. Ошарашенная женщина, пример для всей нации, сначала пугается, а потом постепенно привыкает ухаживать за Курокавой и даже, прости Господи, исполнять супружеский долг. Казалось бы, пожалеть стоит обоих, и больше, наверное, Сигэко, так как действительно мало кто способен на такие жертвы, однако сначала еще живые глаза Курокавы, потом некоторые поступки Сигэко выдают проблему в их паре, и история о заботе об инвалидах изящно превращается в историю об унижении, доминировании и мести с обеих сторон. Женская сторона, кстати, награждена «Серебряным медведем» за лучшую женскую роль.
За исключением сцен, где Сигэко вывозит мужа покататься и получить несколько добрых слов в свой адрес от односельчан, какая она замечательная женщина, действие фильма протекает в четырех стенах дома, и сцены тасуются в нескольких вариациях: секс, кормежка, вопли. На фоне вялотекущей семейной драмы радио передает сообщения об успехах японской армии, и тут же в крупный план Кодзи Вакамацу берет инвалида Курокаву, которому медали, слава и почет в его положении не нужны. Смотрите, мол, что принесла война этому человеку, а люди, похлеще, чем в СССР с песней идут на фронт, расплываясь в клятвах умереть за императора.
Этот безумный долг и общественное давление, характерные для японского общества, затрагивались сравнительно недавно в фильме Кобаяши Масахиро «Терзание» (2005), где точно так же больной японский коллективизм подвергался критике на примере конкретной человеческой истории, в которой люди затравили женщину, посмевшую опозорить страну и вернуться из плена живой. И пусть с точки зрения психологических фрейдистских раскопок «Гусеница» выполнена богато, отношения Курокавы и Сигэко режиссер проецирует на тандем государство-общество. Один насилует другой позволяет насиловать, так уж повелось.
Пацифизм Вакамацу достигает апогея в песне про семилетнюю девочку, погибшую в атомной бомбардировке то ли Хиросимы, то ли Нагасаки. По ощущениям, ей нет места в этой жесткой, извращенной истории. Ощущения также подсказывают, что когда говорят о пацифизме, то вас не должно при этом тошнить, хотя высказывание Кодзи Вакамацу более чем полноценно. И когда режиссер ставит своей целью завлечь зрителя шокирующими сценами, чтобы сказать что-то важное, он может погрешить дисбалансом, при котором запомнятся лишь шокирующие сцены, а важный, добрый постулат, как инородное, несовпадающее тело попросту отвалится и выскользнет из памяти. Но опять же, спорим, вы никогда не видели секс с безруким и безногим человеком?
Российская картина «Как я провел этим летом» Алексея Попогребского завоевала на Берлинском кинофестивале сразу две награды — за лучшую операторскую работу и лучшую мужскую роль. Главный приз смотра — «Золотой медведь» — присужден фильму турецкого режиссера Семиха Капланоглу «Мед». (...)