Сюжет, основанный на подлинном историческом событии, образно выразил основные социальные тенденции ХХ века: массовое стремление к свободе, борьбу с тиранией, защиту человеческого достоинства, призыв к единению людей во имя равноправия. Новаторская форма фильма и сегодня оказывает глубокое влияние на развитие выразительных средств кино.
Я смотрел «Броненосец Потемкин» несколько раз, но запомнился всего один просмотр! Это было в Музее Кино, устроили ретроспективный Эйзенштейновский показ и фишкой показа было то, что музыку в живую исполняла группа, если мне не изменяет память, то ли норвежская, то ли еще какая — «Washing Women». Мне понравилось не только то, как они играли, давая точное настроение каждому моменту (при чем музыка составляла некий симбиоз из мотивов Pink Floyd и Nirvana), но и то, что все 3 участника коллектива были одеты в костюмы уборщиц и играли на инструментах, сделанных из запчастей к стиральным машинам, тазах и стиральных досках!
Вот тогда, меня фильм зацепил и запомнился. С радостью пересмотрел бы с тем же музыкальным аккомпанементом. Очень запомнились операторские ходы и некоторые кадры, до сих пор стоят перед глазами.
Немое кино прекрасно тем, что в нём нет места пафосу, напыщенности, в нём есть чистая идея и безграничное желание снять интересную историю. Зачастую такое желания и является первостатейной причиной успехов картин, ведь режиссёры снимают кино, которое сами хотя увидеть на экранах кинотеатров. Посему не удивительно, что революционная картина «Броненосец Потёмкин», в руках неудержимого Сергея Эйзенштейна стала всемирно признанной классикой кинематографа.
Сейчас основной претензией массового зрителя к немому кино является медлительность повествования, отсутствие визуальной феерии и каких-либо диалогов. Но это никак не относится к «Броненосцу». Хватает всего несколько минут, чтобы понять, что в этом фильме есть что-то необычное, чего не было в картинах в раннего Фрица Ланга и Мурнау, а именно динамики.
Пожалуй, впервые сцены снимались не с одного, не с двух, а с трёх и более ракурсов! Получая такие материалы, Эйзенштейн мог тасовать кадры как колоду карт, подбирая необходимою гармонию в повествовании. Так, например, не единожды в картине друг за другом монтируются кадры с изображением тревоги и храбрости, отчаянья и мужества, отчего картина наполняется неповторимыми эмоциями и динамикой.
Вообще монтаж в данной картине главное и основное оружие режиссёра. С его помощью он помогает повествованию, показывая нарезку панорам, погружает зрителя в действие картины, а об эмоциональной составляющей было сказано выше. В данном плане Сергей Михайлович был новатором. Пожалуй, он понимал как скудно немое кино, поэтому и был нацелен на то, чтоб в его фильмах больше говорили эмоции, а не слова. Так лента во время показа сопровождалась музыкой Эдмунда Майзеля, в которой за исключением классических инструментов симфонического оркестра присутствовали различные шумовые эффекты. Позже во время реставрации в 1976 году в качестве музыкального сопровождения были выбраны композиции Дмитрия Шостаковича. Однако даже этот факт не смущает, и сцены расстрела мятежников выглядят настолько завораживающе и пугающе что берёт не просто шок, а настоящее потрясение! В самой знаменитой сцене, когда детская коляска спускается по ступенькам Потёмкинской лестницы, сердце останавливается.
Заканчивая тему новаторства, стоит упомянуть главного помощника режиссёра, а именно оператора Эдуарда Тиссэ. Вся хвалённая эмоциональность кадра могла бы не состоятся, если бы картинка выглядела удручающе. Основной проблемой большинства картин того времени являлось плохое качество отснятого материала. То где-то темно, то где-то наоборот слишком светло в кадре, а где и вовсе испорчена плёнка. Однако в «броненосце» подобных проблем не наблюдается. Каждый кадр прекрасен, баланс идеален, от чего и фон выглядит ровным, и вся мимика актёров просматривается.
Но не новаторством единым помнится этот фильм. В картине важна его смысловая нагрузка. Сейчас, когда миф об идеальности СССР развенчан, картину воспринимаешь как натуральную агитационную ленту с целью прославления нового режима. Не зря фильм и был поручен Эйзенштейну как работа к юбилею революции 1905 года. Но режиссёр смог вместить в неё идеи о едином обществе с равными правами, без гнёта царя и беззакония богатых. А вот что касается сюжета, то тут его попросту нет. Точнее он прост и банален. Ведь по своей сути «Броненосец» это документальное кино, или как признавался сам автор: «Действует, как драма, а построен, как хроника». Однако даже при большом желании невозможно обвинить в этом картину, ведь когда в кадре появится женщина с окровавленным ребёнком на руках, вы забудете обо всех внешних недочётах и не захотите вспоминать о не идеальности сценария.
После просмотра остаётся немой восторг за то, что эту картину снял наш соотечественник, который не побоялся внести перемены, а стремился к самосовершенствованию и создал картину, которая на протяжении вот уже более 85-ти лет учит и вдохновляет режиссёров различных поколений. Кто знает, может быть Хичкок, посмотрев именно «Броненосца» решил применить подобную технику монтажа в своём «Психо», а Квентин, подражая Эйзенштейну, так же именует отдельные главы своих картин.
Фильм Сергея Эйзенштейна в представлениях не нуждается. Наверняка мало найдется действительных ценителей кинематографа, которые уж если не смотрели, то хотя бы слышали об этом фильме. Классика, которая признана во всем мире. История мятежного корабля, основанная на реальных исторических событиях, произошедших в 1905 году, до сих пор всеми уважаема и почитаема.
Если обратится к историческим фактам, то можно найти следующие сведения: «14 июня (по новому стилю 27 июня) 1905 г. на броненосце произошло восстание матросов. Поводом к восстанию послужил приказ командира корабля о расправе с 30 матросами, отказавшимися есть борщ с испорченным мясом. Матросы арестовали офицеров, подняли на броненосце красный флаг и привели корабль в охваченную всеобщей забастовкой Одессу, пытаясь помочь бастующим рабочим. Мятеж продолжался одиннадцать дней, в течение которого команде мятежного корабля так и не удалось привлечь на свою сторону другие корабли. Израсходовав запасы топлива и продовольствия, моряки ушли в румынский порт Констанцу и сдали броненосец румынским властям.»
Современному зрителю, особенно молодежи, который избалован чудесами визуальных эффектов далеких-придалеких галактик, падениями гигантских астероидов, нападением различных инопланетных тварей и прочих чудес кудесников современной киноиндустрии очень трудно будет смотреть фильм, снятый на черно-белую пленку в 20-х годах прошлого столетия, да еще и «немой». Но только подумайте, какие титанические усилия приложили создатели Потемкина, что бы поставить настолько эпическую кинокартину для тех времен, которая поражала и поражает визуальными ходами тогда и сейчас. Конечно сейчас, смотреть фильм Эйзенштейна для получения «пиршества для глаз» практически невозможно, ну разве если только вы не прожили всю жизнь в подземелье и не слышали ничего про кино, а тут вам показали первый за всю жизнь фильм, и им оказался Потёмкин, но это уже слишком фантастический вариант. Но все же, как знакомство с историей кинематографа этот фильм нельзя ни в коем случае пропустить.
Приступая к просмотру признанного шедевра Сергея Эйзенштейна, я примерно представлял себе сюжет, но то, что картина снята с таким размахом, даже не догадывался.
Фильм основан на реальных событиях. Более того, сквозь каждый кадр сквозит документализм. Порой кажется, что на экране — хроника, что за кадром нет режиссера и съемочной группы.
Очень важная черта «Броненосца» — то, что зритель чувствует свою эмоциональную вовлеченность в действие уже через считанные минуты после начала.
Офицеры и судовой врач, не ставящие ни во что матросов, становятся практически вашими личными врагами. То, с какой ухмылкой врач констатирует, что мясо, кишащее червями, пригодно к употреблению, вызывает негодование и ненависть.
Зато сцена, в которой «Потемкин» переходит в руки матросов, вызывает неподдельный катарсис.
Но на этом все не заканчивается. Главная сцена картины — это все же расстрел простого народа на одесских ступеньках. Хладнокровие, с которым проводится массовое уничтожение невинных людей, просто поражает. Ситуации, когда одни должен убивать других, просто потому, что отдан соответствующий приказ, невероятно абсурдна.
И даже то, что фильм заканчивается хорошо — броненосец, не вступая в бой с адмиральской эскадрой, идет дальше в светлое будущее, не позволяет забыть тяжелые ощущения от сцены насилия.
Возможно, кто-то увидит в этом творении пафос и напыщенность, но для «Броненосец Потемкин» — картина, возвышающая человеческий дух и непоколебимую волю,
Еще один надутый пузырь, величайший из мифов киномира.
Лубок и агитка — это точные, но недостаточно полные характеристики фильма. Скажите мне люди, а это вправду художественный фильм? Тогда где здесь главные герои? Где здесь вообще актеры? Фильм состряпан целиком из одних статистов: статисты ходят по команде рядами и потоками, строятся на корабле и висят гирляндами на мачтах в матросской форме, плывут мощным отрядом в парусных лодках и разбегаются по потемкинской лестнице от строя наступающих с примкнутыми штыками солдат. Они все делают, кроме одного: НЕ ИГРАЮТ, играть некому!
На мой взгляд причина в том, что это фильм не режиссера Эйзенштейна, это фильм оператора Тиссэ! Тиссэ научил в этом фильме Эйзенштейна всему, чем владел. А мастер он, конечно, классный. Оператор великий. В фильме есть на что посмотреть с чисто изобразительной точки зрения. Единственная претензия к Тиссэ то, что он чересчур аффективен, красивость кадра кладет в ущерб реальности. Лично я не испытывал никаких чувств, глядя на события на экране: откуда взяться чувствам, когда видишь, что на экране сплошное позерство! Живописно расположенные группы матросов, живописные солдаты, живописные погибающие дети, живописная лестница, ставшая знаменитой (!) и живописная детская коляска! Я человек неверующий, но и меня покоробил живописный поп, выполняющий агитационную сверхзадачу создателей фильма.
Коробят детали, такие, например, как выхоленные, чисто выбритые матросские морды, такие же, впрочем, как и берегового люда, включая босяков; плотно одетые люди, хотя события происходят жарким черноморским летом, собственно от чего и мясо слегка испортилось, так как его везла команда матросов целый день под горячим солнцем, а холодильников тогда не было и т. д. и т. п. Но детали — это уже зона ответственности неумехи-Эйзенштейна. Кадры ему Тиссэ выстроил, а все дальнейшее уже за пределами компетенции оператора.
Не верю я Эйзенштейну и в нарочитом прямолинейном стремлении выжать слезу из зрителя: солдаты влегкую стреляют по маленьким детям; мать, держа на вытянутых руках окровавленного ребенка не уносит его прочь от опасности, но, напротив, прется прямо на штыки и зритель понимает, что она не мать, а выполняющая на потребу примитивному режиссеру задачу растрогать публику. Лично я не люблю, когда из меня столь примитивным способом дурака делают.
Итак, фильм чисто операторский, без главных героев, без актеров (халява для бюджета!), скорее документальный с острым социальным заказом. Поставил бы единицу, но операторская работа действительно блестящая, а потому
Гениальность — это непривычный взгляд на вещи. Гениальность Эйзенштейна — четкая фиксация зрителя на созданном образе, суть его сверхраскрытие и выход за привычные пределы, живущие в сознании рядового человека. В каждой своей работе Эйзенштейн являет событие с силой нестандартного, высокохудожественного подхода и к действию, и к его экранному воплощению.
Вообще, понимаешь, насколько сильно повезло советской власти с тем, что ее певцом был именно он. Странный синтез художника, чьей природой является природа свободы и глашатая революции, который должен находиться в определяемых для него идейных рамках. Большая удача заключалась в том, что эти линии совпали и работали одна на другую, увеличивая могущество таланта Эйзенштейна, хотя, казалось, куда уже…
«Броненосец» — яркое подтверждение вышесказанного. Это заказной продукт, определенный к 20-летию революции 1905 года. И конечно, Эйзенштейн не мог подойти к работе сухо и формально. То, что получилось, покорило многие миллионы всего мира. Сам фильм вошел во все истории кинематографа, стал хрестоматийным; а его отдельные эпизоды — наглядный пример вершин режиссерского, драматургического и операторского мирового искусства. Он был признан лучшим фильмом всех времен и народов многими опросами и критиками.
Картина была отснята в рекордные сроки. Четко составленный план картины самим Эйзенштейном укладывался в каноническую форму классической драматургии со всеми ее атрибутами: завязкой, перипетией, кульминацией и развязкой. Именно следование этой формуле позволило фильму выдержать стройность композиции, единства и упорядочения действия; чего, скажем, в той же «Стачке» не наблюдается. Ничего отвлекающего от главного события. Вместе с тем, есть и похожесть со «Стачкой»: отсутствие центрального образа единоличного героя, в роли которого выступает народная масса.
Схожесть со «Стачкой» обнаруживается и в ритмике, выраженной многими средствами. Это и ритмика монтажная, это и ритмика световая, это — ритмика действия. Отличным примером тому может служить «одесская лестница», сплошь состоящая из знаковых художественных и ритмических построений, которую за солидный возраст картины, пожалуй, разобрали тысячи раз на тысячи частей. Ритм задается шеренгой солдат, их ногами; ритм повторяется в статичных параллелях лестницы; ритмом выступают и выстрелы — все это и есть ритм движения, действия. Сам Эйзенштейн определял «сверхпредметность ритмического образа обобщения», выводящий зрителя на эмоциональный ритм, ибо эмоция — есть тоже результат движения.
Примеров воздействия, облеченных в форму «Броненосца» в фильме огромное множество. Нарастание интенсивности, построение композиции, выявление фактур стихий и сами стихии, метафорически проявленные; динамика и геометрия отдельных линий и сама геометрия действия…Невозможно передать все полноту примененных образов и приемов, гениально исполненных и самим Эйзенштейном, и его соратником Тиссэ, непревзойденным визуализатором режиссерских идей. И в этом тоже особое мастерство: сказать все и больше без слов, применяя лишь доступные немому кинематографу средства выразительности, ограниченность которых сильно стесняла возможности художника; и при этом добиться результатов настолько впечатляющих, что и сегодня фильм «работает» на зрителя всей силой своей выразительности.
Но, конечно, Эйзенштейн художественно перерабатывает историческую основу события, теряя ее достоверность, но представляя событие как знаковое явление, символ начала революционного движения. Например, он создает вполне счастливый финал братания с адмиральской эскадрой, что является исторической аберрацией; и вместо трагедии зритель получает позитивный финал. Конечно, реалии того времени в совокупности с идейной составляющей Страны Советов допускали подобные вольные интерпретации. Цель данной картины была вполне себе очевидна и она была достигнута в полной мере. Известнейшие люди того времени не только в России, но и за рубежом восхищались работой Эйзенштейна; в том числе и Чаплин, назвавший «Броненосец» «самой лучшей картиной в мире». Историческая правдивость подобных высказываний подкреплена временем. И по сей день «Броненосец» высоко реет ярко-красным знаменем, что раскрашивал вручную лично его создатель. И это уже никаким идеологиям и политическим режимам не сокрушить, поскольку искусство выше любых вождей и режимов.
Не зря в своё время эта картина имела громадный успех у зрителя. Всё содержание фильма 1925 года подчинено актуальным в то время идеям революции и закономерной власти пролетариата, для интересов которого и снята знаменитая картина о восстании матросов на броненосце «Князь Потёмкин Таврический».
Фильм представляет образ мучеников из рабочей среды, готовых гнуть спины, пока вероломные угнетатели совсем уж не озвереют. С идеологической точки зрения фильм выгравирован, как алмаз. Весьма удачно подобраны и солдаты, и казаки, и представитель церкви. Черви, и те — весьма неплохо поблескивают в тушке. По пунктам выражена политика советской власти, в отношении должной направленности кино. Даже фраза из молитвы «Отче наш»: «Хлеб наш насущный даждь нам днесь» — появляется там, где и полагается — на пустой тарелке, и звучит там как издевательство. …А священнослужители автоматически примыкают к стану угнетателей, как бы оправдывая этим повсеместную травлю духовенства в СССР. Да, церковь извечно поддерживала самодержавие и царя, но ведь корень здесь в русских традициях, а не в продажности властям! Моё внимание привлекло и непомерное очернение военных Одессы. Они представлены, как нелюди, которые видят в собравшихся людях только неполиткорректную дичь. А под знамёнами люди, конечно же, диаметрально противоположные. Один за всех и все за одного, не бросить в беде друга, во что бы то ни стало объединиться — вот девизы. Но с этим нужно мириться, таковы реалии времени… Но всё же для меня идеологическая сторона затмевает многие достоинства фильма, такая позиция смущает, да и к тому же она устарела в нынешнее время, как и большинство фильмов социалистического реализма.
Но если взглянуть на кинематографическое мастерство начинаешь понимать, почему многие любят «Броненосец Потёмкин» не смотря ни на что. Для русского кинематографа того времени, это был несравненный прорыв. Съёмки в фильме живы и подвижны. Меня удивило, как действует камера на корабле и в море. Благодаря этому съёмки баталий по зрелищности продвигаются на несколько десятилетий развития кинематографа. Многие моменты именно благодаря кинематографическому мастерству режиссёра заставляют задуматься. Прекрасна и одновременно трагична коляска, катящаяся вслед убегающим людям. С одной стороны — рвение новой жизни, с другой — борьба за жизнь с самого рождения. Воплощение замысла картины, в отличие от самого замысла, восхищает.
В картине довольно неплохая игра актёров. Больше всего мне понравился, конечно же, главный герой в исполнении Александра Антонова. Мужицкий, одухотворённый идеей равенства лидер, который, как и многие лидеры, уходит от нас, выглядит простым и смелым, и, конечно же, оставляет добрую о себе память по просмотру. Однако мимика не всегда к лицу актёрам. Образ смелых матросов удался, но женщины в картине частенько ведут себя неестественно. Закат глаз героинь выглядит, каким то уж очень театральным. Мне не понятно также и общее отношение режиссёра к женщинам в картине, где богатые дамы, вопреки богатым мужчинам выглядят гораздо терпимее к рабочим. Может, этим показана коварность, или наоборот мягкость женских душ, ведь иногда режиссёр поражает своей глубиной…
«Броненосец Потёмкин», несмотря на революционный закал, — неоспоримо очень интеллектуальная картина. К примеру, проницателен взгляд Эйзенштейна на бунты в целом. Один из зажиточных горожан кричит в толпе: «Бей жидов!», на что получает тумаков сам — это о многом говорит, например, что угнетателям теперь уже не удастся найти козла отпущения, или о том, что бунт перестал быть хаотическим. Краем, ненавязчиво от верхушки (в лице упомянутого в титрах Троцкого, например) Эйзенштейн затрагивает даже проблему безликости толпы, никчёмности и страза обычного человека перед ней, ведь как мы можем убедиться из истории, толпа — это очень страшное оружие. Мальчик, по которому пробегают люди, оказывается раздавленным толпой. Так же и тоталитарное общество, обеднённое культом толпы, может раздавить человека… Но за общей торжественностью ленты можно только догадываться о подобном смысле, это так сказать скрытая сторона, вероятностная.
Картина воплощена на очень высоком уровне, что повторят многие и многие — ведь уже несколько поколений кинорежиссёров учатся по этому произведению, находят в картине новые грани, выделяют теоретические аспекты. Но лично мне «Броненосец Потёмкин» кажется скучноватым. Возможно потому, что сильная привязка к идеологии кажется устаревшей для моего постперестроечного мозга. Возможно в этом дело. Мне не по душе, я не революционер. А фраза «Из-за ложки борща» — это преувеличение, как не крути.
Гениальное кинополотно гениального советского режиссера театра и кино, художника, сценариста Сергея Эйзенштейна (1898—1948). Потрясает своим замыслом и техникой операторская работа Э. Тиссэ. А музыка Дмитрия Шостаковича делает фильм неизменным и вечным шедевром кино. Реалистичные, слегка колеблющиеся кадры (что свойственно старым кинолентам) каждый по себе является новым по тем временам словом фотографии. Надо отметить, что композиционные решения оператором приняты мастерски. Такой красивой и эмоционально насыщенной картинки я не встречал ни в одном другом фильме.
Чего стоят кадры, на которых изображено сгнившее, червивое мясо, отпущенное командным составом броненосца на суп для матросов! А сжимающиеся в кулаки ладони рабочих, брошенные ввысь шапки, стая белопарусных яликов, двинувшихся к броненосцу! А поросята и утки, привезенные одесситами на борт корабля! Страх и паника убегающих вниз по ступенькам от пуль солдат царской армии горожан, окровавленный мальчик, сорвавшаяся вниз коляска с младенцем, безногий юноша, спешащий за толпой — эти мазки картины Эйзенштейна навсегда врезаются в память.
В 1926 году в Голливуде «Броненосец Потемкин» был признан лучшим фильмом года, а в Париже получил Гран-при столичного фестиваля кино. В 1958 году вошел в десятку лучших фильмов всех времен и народов.
Шедевр не только отечественного, но и мирового кино.
С некоторым трепетом и опаской начали смотреть фильм, который кусками в детстве да, а вот целиком в зрелом)) возрасте ни разу. Ну невероятное кино, кроме шуток.
Оно не смотрится смешно-устарело. Оно выглядит, сложно подобрать слова, скорее как стилизация под древнее. Настолько естественна игра актеров, настолько мастерски работает оператор.
Фантастически хорош звук. Майзель и Шостакович — наиболее известные варианты, теперь хочу обязательно посмотреть с Шостаковичем. Но Майзель, и в целом, и особенно на потемкинской лестнице — это как флойдовская Стена для человека со слегка измененным препаратами сознанием. Ужас от сцены охватывает животный, мурашки прилагаются. Крупные. И финал, с проходом сквозь эскадру, убойный. И красный флаг — первые цветные кадры в мире, если не ошибаюсь.
Про лубочность и агитационную направленность говорить не хочу. Не важно, из-за чего был бунт, черви ли или идея свободы-равенства-братства. Кино Эйзенштейн снял вневременное и внеидеологическое. В 29 лет снял, к слову.
Диллинджер был романтиком и сам лепил собственный имидж. Билли Фрешетт была любовью всей его жизни. И он добивался её, но не знал, как ухаживать за ней, что вообще говорить женщине в таких случаях. Телевидения тогда не было. (...)
