Никому не дано нарушить смену времен года, когда вначале все рождается, затем растет, а потом угасает. Ход жизни неподвластен даже двум монахам, живущим в плавучей хижине на озере, окруженном горами.
По мере наступления времени года их души наполняются энергией, что ведет как к чувству одухотворенности, так и к трагедии. Что еще важно, они не могут вырваться из круга жизни, желаний, страданий и страстей, которым подвержены все из нас.
Под строгим взглядом Старого Монаха Молодой Монах познает потерю невинности, когда игра становится жестокой…, познает любовь, когда в их замкнутом мире появляется женщина…, познает преступную власть зависти и одержимости…, цену искупления, просветление опытом. И хотя одно время года неминуемо сменяет другое, их хижина, подобно колыбели духа, находится между настоящим и будущим…
Южнокорейского режиссёра Ким Ки Дока, несмотря на признание на Западе, можно счесть «фестивальным неудачником», поскольку его фильмы, начиная с «Острова», регулярно попадали в конкурс киносмотров в Венеции, Берлине, Локарно, Карлови-Вари или Москве, но почему-то оставались без заметных наград, если не учитывать премии ФИПРЕССИ. Жюри кинематографических творцов продолжало игнорировать этого мастера (что произошло и в декабре 2003 года на вручении Европейских кинопризов, где «Весна, лето, осень, зима и снова весна» номинировалась в категории неевропейских лент). Хотя данную работу оценили даже обычные зрители и члены молодёжного ареопага — соответственно в Сан-Себастьяне и Локарно. И это действительно удивительно, ведь девятая по счёту картина 42-летнего режиссёра менее всего является зрительской или рассчитанной на молодую аудиторию, оказавшись своего рода кинематографическим аналогом буддистской молитвы, полной самоотречения и усмирения греховных помыслов, окончательного прорыва к вечному умиротворению, поиски которого составляли внутреннюю суть подчас шокирующего «Острова».(... читать всё)
Я не знал Ким Ки Дука. Не видел его работ. Не слушал его тишины… Но однажды, года полтора назад, я окунулся в непоколебимый тихий уединенный мир, где «любовь — лекарство, от которого надо отказаться».
О, сколько людей становилось отступниками, бросавшими все, нарушавшими любые запреты ради, казалось бы, самой простой, самой обыкновенной любви! Сколько историй бродило по свету, скитаясь, привязываясь к людям и видоизменяясь со временем! Кто знает, быть может, когда-нибудь и «Весна, лето, осень, зима… и снова весна» Ким Ки Дука тоже взлетит вольной птицей, без привязанных чьей-то извращенной фантазией камней, и станет известной всему миру. А пока… пока этот фильм — та самая уединенная хижинка, скрытая за горами и лесами, где живет Мудрец со своей собственной философией.
Его философия богата и щедра на символизм, на намеки, на метафоры и эпитеты. Это и камень, как те грехи, которые мы «навешиваем» на себя и других. И смены времен года, как неоспоримое однозначное развитие человека, когда стабильно наступает помешательство, согрешение, скитание и, наконец, очищение. И нетронутая красота природы, как единообразное девственное начало каждого человека, из которого выходят либо рыбы, либо жабы, либо змеи… либо люди. И деревянная лодка, как связующее нашего внутреннего и чьего-то внешнего мира. И много-много еще того красивого и тихого, что наполняет удивительную восточную культуру.
А культура эта по-настоящему прекрасна. Она чиста и первозданна, слаженна и стройна, тиха и незаметна. Она словно призывает к гармонии с природой, с прародителями, с моралью, с самим собой. Она, при всей своей благородной гордости, будто бы подчиняется мастерству Ким Ки Дука, заставляет зрителя замолчать и настороженно и внимательно слушать тишину… И действительно кажется, что безмолвие говорит гораздо больше, чем слова. Созвучие с той жизнью, которую мы видим на экранчике компьютера, заполняет нас и остается на долгие-долгие годы, пока мы не решимся написать на бумаге слово «закрыть» и целенаправленно сжечь воспоминание. Мир Ким Ки Дука входит в зрителя и зовет его за собой, позволяя человеку заглянуть внутрь себя, внутрь своего «Я».
И, что удивительно, каким бы не было это «Я», для него всегда найдется прощение. Одно единственное для всех. Как в свое время Федор Михайлович Достоевский позволил Раскольникову начать новую жизнь, так Ким Ки Дук дозволил своему монаху вернуться в весну. Может, не в ту весну, с которой начался его жизненный путь, но в ту, которая растопит заледенелое сердце и затушит ненависть ко всему миру.
Подобно круговороту воды в природе, люди будут влюбляться, разочаровываться и снова влюбляться, только теперь в жизнь, а не в женщину. Можно ли сказать, что «Весна, лето, осень, зима… и снова весна» тоже о любви? Да, разумеется. Только о высшей любви. Не к одному человеку, а ко всему человечеству. В одном небезызвестном романе-эпопее от такой любви умирали, у Ким Ки Дука — возрождаются. Здесь человеколюбивое тихое прощение мира и самого себя — начало новой жизни. И не только своей… «Весна, лето, осень, зима… и снова весна» — картина, удивительная по своей красоте, значимости, гармоничности и успокоенности, чьи вечные ценности едины для любой нации, для любого времени. Они естественны и неоспоримы, подобно смене времен года. Лента Ким Ки Дука и ее смысл — та же весна, которая может задерживаться, может быть похожа на зиму, однако, вопреки всему, все равно, рано или поздно наступит и принесет лекарство, от которого, как мне кажется, все-таки не стоит отказываться, а после — настоящее очищение, которое в обязательном порядке следует пройти.
Весь фильм проникнут необыкновенной духовностью и символичностью. Смотрится необыкновенно легко, нет свойственного некоторым другим фильмам ощущения затянутости. Ни в коей мере нельзя назвать фильм обыкновенным и скучным, так же как и предсказуемым, с самого начала и до последних минут он держит в «спокойном» напряжении, переживании, заинтересовывает и остается в памяти еще надолго, заставляет задуматься.
Особое внимание в фильме уделяется религии, восточным обрядам и культуре, но всё это сдержанно, не утяжеляет фильм, а скорее наоборот придает ему некую изящность и великолепие, позволяет более глубоко проникнуться в идею картины. Фильм остается открытым для широкого круга масс.
Очень поражает и то, что автор не акцентирует внимание на именах героев, на личностях, ему хотелось передать прежде всего гамму чувств: переживание и радость, познание собственных ошибок, раскаяние, терпимость, любовь, веру и надежду. В этом фильме вы не услышите длинных диалогов героев, не увидите ярких нарядов и необычных спецэффектов, вы не увидите даже различных мест действия.
Очень многие фильмы в силу отсутствия этого затерялись, так и не раскрыли своей идеи, не донесли ее до людей. Но только не фильм Ким Ки Дука, в котором он необыкновенно талантливо концентрирует внимание зрителя на самом важном, отбросив ненужную шелуху, доносит свою идею до каждого зрителя и надолго закрепляет ее в памяти. Он сосредотачивает внимание на мельчайших деталях, иногда уже совсем забытых под конец, снова возвращается к ним.
Блестящая игра актёров восхищает, заставляет поверить им, переживать с ними и порадоваться за них, не увидишь на их лицах ничего лишнего, нет ощущения переигранности. Музыка, невероятно четко подобранная к каждому действию картины, позволяет еще тоньше почувствовать глубину фильма.
Необыкновенно красиво снятый фильм Ким Ки Дука воссоздает картину человека «изнутри», он обращен к душе человека, серьезный, глубокий, продуманный до каждой мелочи, без ненужных отступлений. Советую посмотреть его всем.
Хороший человечный фильм. Я смотрел у этого режиссера только этот фильм и «Остров». «Остров» не понравился. Вообще человечное гуманное кино, и при этом не слащавое, а способное тронуть любого вообще человека, будет актуально всегда. Все модное быстро устаревает, а в будущем, когда независимо от того, хотим мы этого или нет, жестокость и извращения в кино станут нормой, современные жестокие фильмы будут восприниматься смехотворно устаревшими — цинизм в них будет недостаточно циничным по меркам будущего времени.
А гуманное кино не устареет никогда, потому что оно всегда будет откровением для человека, привыкшего к массовому или к дурацкому «артхаусному» продукту, еще более больному, чем массовое кино.
Мне больше всего понравилась первая новелла, когда герой еще мальчик. Неужели этот эпизод перестанет трогать через 50 или 100 лет? Нет, не перестанет. Когда вместо кино останется только физиологический суррогат, кто-то вдруг случайно откопает этот фильм и на какое-то время станет счастливее.
Весной юный ученик получает от учителя первое наказание после юношеской проказы. Летом он начинает испытывать незнакомое для него чувство любви, которое вскоре его направит на грешный путь. Осенью ученик возвращается к учителю для очищения души. Зимой он сам становится учителем и берёт к себе в ученики юного мальчика. И вновь наступает весна… проказы, любовь, грешный путь…
«Весна, лето, осень, зима… и снова весна» — спокойный, оригинальный, философский, аквариум о жизни, подчиняющейся ритму природы, цикл которой нельзя было изменить так же, как и само время года. Поэтичное направление, малое количество слов и приятное отчуждение жителей домика на озере, с лучшей стороны показали зрителям жизнь, какой она должна была быть, но не стала.
И на этом моменте я заканчиваю. Рассуждать здесь есть много о чём, но почему-то говорить об этом больше не желаю. Такие фильмы, действительно нужно хотя бы один раз посмотреть, чем сто раз услышать. В моём случае я сначала сто раз услышал, а потом впервые увидел и понял, что все эти слова не смогли передать того, как и о чём Ким Ки Дук действительно решил рассказать и показать в своём фильме.
Фильм о многом. И иногда кажется, что фильм обо всём.
О таких фильмах, как «Весна, лето, осень, зима… и снова весна», не хочется ничего ни говорить, ни писать. Потому что слов нет… Одни эмоции. А еще чувство, будто прикоснулся к чему-то настолько важному и настоящему, что… И тут опять все слова кажутся неуклюжими, пустыми и неуместными.
Ну, вот какими словами описать визуальный оргазм от плавающей в крохотном блюдце озера пагоды? Как с помощью букв воспроизвести совершенно потусторонний скрип открывающихся и закрывающихся ворот, «дирижирующих» не только временами года, но и жизнью обитателей пагоды? Какие слова могут просто и точно, без пафоса, надрыва и сентиментальной назидательности рассказать о жестокости детских игр, о всепоглощающем безрассудстве юношеской любви, об отчаянной безысходности зрелости, о смиренной силе и мудрости старости, терпеливо оберегающей и наставляющей легкомысленное детство? Как передать словами беспомощность рыбки, мужество лягушки и мучения змеи, а самое главное — вселенскую тяжесть камушков, привязанных к ним маленьким человеком? Как описать выражение лица каменного Будды, душераздирающую лиловую ткань на лице матери-«кукушки», страшное изящество покаянных иероглифов, пронзительно-многозначительный взгляд белого кота? У меня нет таких слов…
Скорее всего, Ким Ки Дук тоже не смог найти подходящих слов, поэтому в его фильме их практически нет. Действительно, зачем нужны несовершенные слова там, где всё до боли и душевной эйфории понятно и близко без них?
«Весна, лето, осень, зима… и снова весна» сродни духовному кинопричастию что ли… Нет, все-таки лучше без слов… Просто смотрите.
Я упертый противник глобализации. Каждая страна должна стремиться к сохранению своей уникальности. Только при таком условии мировая культура может полноценно развиваться и быть разнообразной. Ким Ки Дук
Для меня творчество Ким Ки Дука стало своеобразной ступенью в формировании собственного сознания, тем самым мостиком, проникновением в загадочный беззвучный мир Востока. Благодаря молчаливым, безбожно красивым и созидательным картинам южнокорейского мастера, можно, хоть и совсем чуть-чуть, уловить мировоззрение и направление, в котором мыслит азиатский народ. И хотя кинематографический язык Ким Ки Дука — это повсеместная жестокость и насилие, именно этот язык и раскрывает потаенный смысл всех его картин, приоткрывает дверцы восточной мудрости и глубокой непонятной европейцам философии. В этом, наверное, и заключается основной парадокс его творчества. Картины Ким Ки Дука буквально дышат одновременно и болью, и красотой.
В отличии от большинства азиатских режиссеров, которые получили известность на западе, Ким Ки Дук не изменяет себе и продолжает снимать свои картины на родине и о своей культуре. Получив всевозможных «венецианских львов» и «серебряных медведей» он не опошлился, в отличии от тех же Энга Ли и Кар Вая, не побежал за славой в Голливуд и не стал звать известных актеров на главные роли. Ведь, по правде говоря, «Мои черничные ночи» Кар Вай Вонга с Джудом Лоу и Натали Портман, уже далеко не обладает тем магнетизмом его более раннего «Любовного настроения». А «Вожделение» Энга Ли, которое он снял уже после «Горбатой горы» — это откровенная фальшивка с кучей голливудских штампов и стандартов. Однако, интересно то, что в Южной Корее своего самого яркого представителя в кинематографе не особенно и жалуют. Соотечественникам Ки Дука кажется, что его фильмы являют миру худшие стороны корейского общества.
Прожив два года в Европе, я так и не смог понять европейское мироощущение, взгляд на мир, то, что движет европейцами, их мотивы. Я по-прежнему ими озадачен.
Ким Ки Дук
«Весна, лето, осень, зима… и снова весна» — это, пожалуй, самый красивый фильм молчаливого маэстро. Каждый кадр, как законченное художественное произведение, каждый звук символичен. Тишина, как главный козырь большинства фильмов Ки Дука, особенно ярко подчеркнута и завораживает с каждой минутой все больше и больше. Здесь уже нет былого бунтарства, откровенной жестокости и ненависти режиссера, которую можно было встретить в его более ранних работах «Остров» и «Плохой парень». Это более зрелая картина, своеобразная ступень в творческом развитии. Кино на грани, наполненное глубоким психологизмом.
Похоть порождает желание обладать, а желание обладать порождает желание убивать.
Страсть у Ким Ки Дука неразрывно связана со смертью, мужчина и женщина неотделимы друг от друга. Главному герою предстоит пройти огромный путь по дороге искупления, прежде, чем он снимет с себя «каменный груз своих ошибок» и обретет покой в своей душе. Ему не дано обратить время вспять, на смену весне неизменно приходит лето, и так год за годом. Даже старый монах-целитель, которого от Высшей Истины отделяет лишь бренная оболочка, не в силах остановить мгновение. Человеческая жизнь, как череда сезонов и не более того. И только лишь дрейфующая пагода, окруженная горами, с годами остается неизменной и находится в вечной гармонии со временем.
Насилие у Ким Ки Дука — это самое примитивное действие, которое может совершить человек. В «Весне..» режиссер открыто пропагандирует то, что осознанный уход от жестокости гораздо более легок, чем ноша последующего груза на совести. Весь фильм мы наблюдаем за действиями и поворотами в сознании главного героя, проходя через все ступени становления его личности. Это глубочайшая философская притча о жизненном пути человека на фоне безбожно красивого и умиротворенного пейзажа. Это даже не кино, это действительно искусство.
- Если Вам представится выбрать, какой смертью умереть, какой способ Вы выберете?
- Помните, как умирает герой в «Весне…»? Заклеивает рот, глаза, ноздри бумагой? Вот именно так, постепенно перекрывая доступ звуку и изображению. Ким Ки Дук
Фильм абсолютно особенный благодаря своей молчаливой красоте, созерцательности, медитативности. Это не просто очередная история из жизни людей на потребу публике, это авторский взгляд, как бы со стороны, на жизнь человека в общем.
Молодой монах олицетворяет в нем некий собирательный образ людей, человечества, обреченное из-за одержимости внутренними страстями, на роковые ошибки, совершаемые в молодости — по весне и летом. Совершая их, мы мало думаем о связи наших сегодняшних поступков с нашим будущим, и склонны воспринимать жизнь как нечто сиюминутное.
Фильм служит нам предупреждением насколько важно в жизни делать правильный, продуманный выбор, совершая те или иные поступки. Об этом говорит, совершенно ясная по своему посылу сцена, когда после сбора трав для лечебного снадобья, старый монах и маленький тщательно перебирают каждое собранное растение и обнаруживается, что маленький монах сорвал ядовитую траву вместо лечебной, поскольку ему не хватило опыта их отличить. Тогда старый монах говорит, на мой взгляд, ключевую фразу в фильме: «Хотя на вид между этими травами нет разницы, эта трава убивает, вместо того, что бы спасать жизнь».
Жизнь ранней весной и летом, кажется предназначенной только ради собственного удовольствия, осознание того, что такой подход к жизни неминуемо влечет за собой великие страдания для души, приходит порой слишком поздно, только осенью. Осень, как период зрелости личности, несет с собой душевные муки, переоценку прошлого и дает шанс приготовиться к следующему витку — зиме, жизни полноценной с точки зрения духовности. Только пройдя полный цикл духовного преобразования, жизнь переходит к обновлению — весне.
Ким Ки Дук без лишних слов, без навязчивой проповеди, используя лишь визуальный ряд, показывает зрителю самую суть мудрости буддийского учения. Потрясающие пейзажи картины очень гармоничны, и являются как бы иллюстрациями к ее глубокому философскому содержанию. Режиссер очень умело использует в кадре детали — плавающая среди озера пагода, золотые рыбки в водоеме, молитвенный бубен, инкрустированные деревянные ворота, каменные статуэтки, комната без стен но с дверью и так далее… Этих особых мелочей множество и они передают незабываемое эстетическое ощущение проникновения вглубь буддийской культуры.
Фильм, по моим оценкам, является жемчужиной восточного кинематографа, да и мирового тоже.
И гнев, и похоть, и жажда убийства, и насилие над живым существом из простого любопытства — но так же и тепло, доброта, мудрость, умение видеть суть сквозь внешнее и наносное, желание очиститься от камней на сердце. И не торопись стремиться ко второму, не испытав и не пережив первого.
Очень красивый фильм, мудрый и спокойный. Смена времен года, смена времен жизни, смена учителей и учеников — появляется ощущение, что так было и будет всегда. И даже не верится, что где-то там, за пределами этого озера, этого леса и гор — шумит огромный современный мир.
Задумалась еще и о том, что хранителями этого волшебного места — всегда остаются мужчины. Женщины — приходят лишь для того, чтобы принести с собой новый урок, новое испытание или чувство, и уходят снова. Стало даже немного завидно.
Прекрасная картина. Обязательно ознакомлюсь с другими фильмами этого режиссера.
Посмотрел этот фильм несколько лет назад, но с тех пор много раз его пересматривал, особенно в минуты душевного непокоя, когда нет ни настроения, ни желания и в голове сумбур…
Можно смело сказать, что перед нами самый буддийский фильм — здесь заключена и проиллюстрирована вся философия дзэна.
Сама идея сравнения времен года и времен жизни человека не нова. Она часто использовалась в литературе (ну например, у испанского писателя Унамуно в его Ниволах), однако Ким Ки Дук вдохнул в это банальное сравнение новую художественную жизнь.
На плоту стоит дом, в котором живет седовласый монах и его ученик — маленький мальчик, которому предстоит преодолеть многие испытания перед тем, как познать истину и стать самому старым и мудрым.
Очень много в фильме смыслов, идей. Понимаешь, что только через страдание человек способен осознать и понять себя, что любовь — это лучшее лекарство и что время течет независимо от нашего желания.
Фильм-медитация, дающий пищу для размышлений, оставляющий глубокий эмоциональный и эстетический отпечаток, умиротворяющий и приближающий зрителя к познанию себя и мира. Хочется пересматривать и пересматривать…
«И что было, то и будет. И нет ничего нового под солнцем»
Всегда была скептична настроена к восточной философии, считая ее идущей в разрез с нашим мировоззрением… однако решилась и посмотрела этот фильм.
Мне не хватает слов чтобы описать все то, что он вызвал. Не смогла посмотреть «наскоком», останавливала, однако при этом ни на секунду не переставала думать о фильме.
Бесконечно прекрасное и лаконичное произведение, дающее понять, что все в этой жизни просто и что самое страшное — происходит независимо от нас, может быть если бы мы смогли это понять сразу, с рождения, то совершали бы меньше ошибок?! (Я не фаталистка, я через чур реалистка)
Возвращаясь к фильму следует отметить, что в нем нет ничего случайного…
Каждый кадр несет в себе глубокий смысл. Это не кино как развлечение. Пожалуй самое важное, что я почерпнула, так это то, что зима не есть конец и смерть живого (как мы привыкли считать, основываясь на классических произведениях наших авторов), а зима есть предвкушение нового начала, а оно как известно у всех одно…
Рука не поднимается ставить оценку, такие произведения бесценны.
383.4 тыс., 
220.4 тыс., 
