Экранизация рассказа Нодара Думбадзе. Нежное и грустное повествование о жизни и повседневных заботах жителей большого грузинского села, увиденной глазами подростка.
Фильм Грузинского мастера можно разделить на 4 части: школа, война, институт, эпилог.
Картина вышла в период оттепели.. и была одной из первых в Советской «Новой волне», уже потом выйдет Московская версия Данелии с Михалковым, но еще под запретом «Мне 20 лет» Хуциева. Но так или иначе в Хрущевское кино попал кислород. Герои стали живыми, умеющими любить, страдать и ошибаться… и никакой политики.
Т. Абуладзе выстраивает фильм в свойственной ему манере зарисовок. Часто смешные, часто грустные они как ничто иное — показывают глубину переживаний главных героев. Такая мозаика нюансов — и роднит картину с жизнью. Истории, как бы подсмотренные из жизни «каждого» из нас. Причем многие сюжетные линии остаются без продолжения, отчего интрига «проживания» с персонажем лишь возрастает.
Персонажей 4. Каждый несет свою миссию… свою притчу. И лишь в последних кадрах все нити сюжета сомкнутся в грустный и философский итог.
Особо проникновенной для меня была сцена отправки «гостинцев» на фронт… беседа о «похоронке». до слез.
История 10 лет жизни паренька из горного села, его бабушки, дяди и соседа — очень точная и ностальгическая зарисовка о простых людях, живущих общей судьбой… о единстве Народа — в итоге. Затронуты, пусть и вскользь тема жизни села во время войны, села почти без мужчин, тема крестьянина в университете, крушения юношеских иллюзий. Но главное в фильме — его исцеляющая добротой сила. Картина — неспешный гимн человечности, человечности иногда ироничной, иногда нелепой, но имеющей право на счастье ценой выстраданности своего пути.
Так и фильм, начавшийся сатирической комедией на 20 минуте «ломается» темой начала войны. И как динамика монтажа уступает место вдумчивым планам и темным тонам — так и жизнь человека, однажды обретшего свою истину — уже никогда не станет разменивающейся сиюминутными мелочами..
Хочется верить, что вдумчивый зритель вместе с главным героем за полтора часа просмотра совершит некую духовную эволюцию… и станет чуточку добрее.
Человеку, рожденному в СССР, прививались ценности, которые делали человека настоящим. Дружба, взаимовыручка, бережное отношение к своим корням — главные достоинства гражданина Мира. Так нас учили родители, деды, прадеды. То, что впитано с детства — остаётся в сознании всю оставшуюся жизнь. В наше время, заглядывая в чьи-то глаза — видеть пустоту грустно и тоскливо. Молитва старой женщины в финале картины — призыв будущему поколению, чтобы помнили. Чтобы помнили свою родину, не забывали о человечности и знали, в чем заключается настоящее счастье…
Герои картины — чудаки, с хорошим чувством юмора, представляющие поколение внуков и их дедов (бабушек). Старики, за шутками и причитаниями искренне учат жизни. Ссоры прекращаются за душевными тостами и песней идущей от сердца. В споре рождается истина, а крепкие узы, когда они крепкие, не ослабевают. Это демонстрирует режиссер, знакомящий с несколькими этапами жизни деревни: с детством, войной, зрелостью.
Детство. Зурико — мальчик, которого воспитала бабушка. Из-под палки ребенок учится, ловя моменты радости от свободы и беззаботной юности. Дружит с другом семьи, Илларионом и Илико, колхозным сторожем. Искрометный юмор в картине приходится на ее первую часть и послевоенный период, чего стоят реплики: «Смотри, убьешь меня — я тебе потом все уши оборву»! Или: «Ты же знаешь свое ружье — стреляешь в козла, попадешь в осла»! Корова, упавшая на дороге от усталости, вызывает вопрос в прохожем: «Умерла»? Нет — отвечают весельчаки, вздремнула! Весело живет народ в деревне, зритель заряжается настоящим здоровым юмором. Пока эмоции радости не переходят в печаль…
Война. Наверно у многих, звучание песни «Священная война» и слов в ней В. Лебедева-Кумача, заставляет содрогнуться. Да, ничего нет страшнее потери близких людей, будь то война, будь простая смерть. Но крепость семейных и дружеских уз, помогают пережить боль утраты, с поддержкой, сердечностью близких и верой в счастливое будущее…
Зрелость. Она наступает, когда человек прощается с юностью, выходит на широкую дорогу жизни, учится ей и способен отличить влюбленность от любви. Иронична фраза директора школы, вручающего аттестаты зрелости: «Теперь дети, можете ходить хоть на голове»!
Помимо великолепной игры актеров, хотелось бы отметить переводчиков с грузинского языка, особенно бабушки, правильно передающей интонации женщины, страдающей в деревне без внука, без своей кровинушки. Письмо, звучащее голосом человека, проникнувшегося печалью, передает зрителю ощущение разговора с близким человеком.
Картина «Я, бабушка, Илико и Илларион» — трагикомедия о не придуманной жизни людей времени, безвозвратно исчезнувшем, но оставшемся в сердцах тех, кто помнит. И тех, кто еще молится о будущем мира, в котором человек — остается человеком, несмотря на всю тяжесть жизни…
