В идеологически выверенную конструкцию картины, как бомба в фундамент, гениально встроена тема любви — абсолюта, посильнее любого коммунизма. И вот колхозный парторг, как в омут канет в лучезарные глаза героини Фатеевой. Она умывает лицо молоком, и может в этом дело, а может и нет, но оторваться от неё невозможно.

Талант и смелость Пырьева в том, что он — пусть даже невольно — говорит о невозможности человека быть счастливым, даже если всё вокруг по-коммунистически цветёт и расцветает, но Любви — нет. Осуждаема, отсечена по-живому, уехала, невозможно: он — парторг, у него семья. Остаётся счастье с обрубком чувств. Они оба, влюблённые, конечно, борятся за своё, НАСТОЯЩЕЕ счастье — и в этом сюжет фильма, но в 1961 году идеология обязана была «победить».

То, что Пырьев сотворил с поверхностным жанром колхозной трагикомедии, вызывает восхищение: драма захлёстывающей любви, тупик для идеологии, приговор.

7 из 10