Кто бы мог подумать, что Мартин Скорсезе не застрахован от сентиментализма. Но это не есть плохо… Это шедеврально. Это волшебно. Фильм «Хьюго» — это исполнение детской мечты ребёнка по имени Марти, который смотрит на мир через объектив камеры.

Жил давным-давно мальчик по имени Хьюго Кабре. У него был отец, но умер вдруг он. И был Хьюго одинок, пока загадка родителя не открыла путь вперёд… Вот так и открывается зрителю забытая Небыляндия во Франции. Начало фильма довольно пессимистично: мальчик-сирота, жестокий Инспектор вокзала, холодный и угрюмый владелец лавки фокусов. Но как и во всех сказках всё взаимосвязано. Загадка ведёт к поиску, поиск ведёт к приключениям, приключения ведут к ответам и ответы дают всё. Под «всем» имеются и добро, и печаль, и любовь и конечно же мечты, ради которых ты живёшь. Я так могу долго писать, т. к. невозможно адекватно охарактеризовать, то что снял Скорсезе. Поэтому буду анализировать создателей сия творения.

Мартин Скорсезе в этом фильме как ни странно больше похож на Тима Бертона и Роберта Земекиса. Но если первый вовсю начал эксплуатировать Хелену Бонэм Картер и Джонни Деппа (он ведь продюсер «Хьюго»), а второй набил шишек размером с Эверест из-за motion capture, то итало-американский режиссёр взял самое лучшее от них. Вы конечно наверно будите крутить пальцем у виска, но многое режиссёр почерпнул из Престижа Криса Нолана и «Полночь в Париже» Вуди Аллена. Я сравнил Престиж и Хьюго, потому что оба фильма говорят о кинематографе, о визуальном обмане, где трюк и его секрет важнее чем правда. Для Скорсезе это было очень важно (режиссера можно даже увидеть в фильме в камео-роли фотографа). А «Полночь в Париже» вспомнилась из-за самого Парижа 40-х годов (в «Хьюго» это поистине волшебный и красивый город). Мартин себя показал не как преемник Хичкока или Фрэнсиса Форда Копполы, а как преемник слегка повзрослевшего Питера Пэна и это выглядит очень круто!

А теперь актёры… Хлоя Грейс Моретц привычно шедевральна. А Аса Батерфилд не только не не раздражает, но и приятно удивляет искренностью, чистотой и открытостью своего персонажа. Но почему-то Хьюго немного похож на Фродо из Властелина Колец. Также между этими персонажами проступает неплохая детская химия. Бен Кингсли сыграл в каком-то смысле самого Скорсезе. Фокусник, утративший веру в чудеса кино и застрявший в клетке мрачности и реализма (а ведь нынешний кинематограф как раз и заполнен фильмами «more dark, more realistic»), вдруг открывает заново для себя путь к магии и детству. Прекрасно сыграно. Саша Барон Коэн сыграл эдакого Карабаса Барабаса с человечностью запертой, но ожидающей вырваться. Типичный сказочный злодей. Джуд Лоу появляется на редкость мало, хотя роль доброго, милого и симпатичного (это для девочек) отца удалась. Порадовало появление Ричарда Гриффитса (Вернон Дурсль из «Поттера») и «Великого и Доброго» Кристофера Ли (вы поймёте почему «добрый»).

Музыка Говарда Шора очень добрая и милая. Даже Джон Уильямс позавидовал бы такой какофонией звуков.

С точки зрения декораций и спецэффектов видно куда делись 170 млн.$. Всё сделано на высшем уровне. А операторская работа Роберта Ричардсона превращает всё это в необыкновенный визуал.

Это и вправду «Престиж» Марти, где важна не жестокая и неприятная правда трюка, а важен сам трюк, который привносит магию в реальность. Мечты, мечты, мечты… Без них мир скучен. Привнесите немного чуда в реальность, посмотрев этот фильм.

9 из 10

Фильм «Хьюго Кабре», превратившийся позже в «Хранителя времени» особого интереса для меня не представлял. Но это по началу. Позже натренированный взгляд зацепил такие имена как Хлоя Морец, Бен Кингсли, Саша Барон Коэн и, главное, Мартин Скорсезе. Моргнув и подумав, не ошиблась ли я, перечитала описание фильма и имя режиссера. Нет, все сходилось. Но, к удивлению, семейный фильм от режиссера многих и многих криминальных драм внушил надежду увидеть действительно что-то волшебное.

Сказка, с таинственным сюжетом и интригующим трейлером, стала для меня почему-то символом приближающихся новогодних праздников, благо искрящийся постер и загадочное название давали повод. А скоро появилась возможность увидеть, что представляет собой новое творение Скорсезе. Настроившись на магию и захватывающее приключение, я получаю… абсолютно не то, что ожидала, и абсолютно не то, что показано в трейлере. То, что я увидела, была в сто раз лучше. История мальчика, живущего на железнодорожной станции, является лишь ширмой для более удивительной и неожиданной.

- Where do you live? Is this the secret?

- Yes

- Oh, good. I love secrets!

Мои впечатления? Сначала зрителя встречает типичное начало типичного семейного фильма, со всеми вытекающими последствиями. Что вообще значит «типичное начало»? Ты чувствуешь легкое волнение от погружения в созданный кем-то новый мир, наблюдаешь за жизнью мальчика, сопереживаешь ему в напряженных моментах и не более того. Все по редко применяемому, но хорошо и четко работающему плану. Атмосфера волшебства, несколько драматических штрихов, пара требующих разгадки воспоминаний из прошлого и странных персонажей с предсказуемыми линиями развития.

Но действо, происходящее на экране, все равно продолжает нравится. Ведь зритель уже точно знает, что ожидать, знает, какой именно заряд эмоций получит после просмотра. Однако, с середины фильма начинается что-то по-настоящему оригинальное. Приключения мальчика, выступающего, казалось бы, главной ключевой фигурой, становятся фундаментом истории совсем другого персонажа. Даже не персонажа, а вполне реального человека, известнейшего среди ценителей кинематографа режиссера Жоржа Мельеза. До просмотра я не особо интересовалась деталями сюжета картины, поэтому такой поворот привел меня в восторг.

Точно не знаю, есть в фильме элементы автобиографии или все увиденное зародилось только в мыслях авторов, но переплетение очаровательной сказки и реальности заставляет воспринимать фильм иначе. Этакий экскурс по прошлому, погружение в истоки зарождения кино. При этом создатели не забыли сделать фильм именно для детей: не банальный, а просто добрый и понятный, со счастливым концом, где каждый персонаж — неважно главный или второстепенный — нашел свое место в жизни и обрел счастье.

If you ever wonder where your dreams come from, look around. This is where they`re made.

10 из 10

Бессердечные люди. Только бессердечные люди могли лишить этот фильм имени, навесив вместо родного названия ширпотребный лейбл. Нашли приманку, чтобы заманить легковерных людей. Походя обокрав маленького. А детей обижать грешно. За что они так Баттерфилда? Ведь это его фильм, и то, что они сделали — бессовестно. Мало того, что юлят перед зрителями, так ещё и обделяют талант. Ох, не знаю, что сделает с этим талантом гормональный взрыв, но, надеюсь, на «Игру Эндера» его ещё хватит, а там, глядишь, не снесёт ветром голову, пойдёт дальше, карабкаясь в высь, назло выкрутасам наших прокатчиков, лишённых честности детских сердец. А фильм-то ведь о сердце.

Рукодельный мальчишка удивляется, что отцовскую игрушку нужно заводить «сердечным» (в виде сердечка) ключом. И это ключ: пожилой месье никак не может сладить с рассерженной собачкой, мешающей ему сблизиться с престарелой мадам; смущаясь инвалидности, станционный инспектор (непревзойдённый Саша Барон Коэн) не видит способа познакомиться с очаровательной продавщицей цветов, девочка Изабель (та самая Хлоя Моретц) мечтает разогнать своё сердце приключениями, а старичок (потрясающий Бен Кингсли) из сувенирной лавки мучается сердечной болью, вспоминая свой прежний успех.

Кругом — сердце. В лучащихся глазах антиквара, в усмешке матёрого знатока. Оно и в груди мальчика, занятого тем, что делал его погибший отец. Да, он бегает меж вокзальных часов, переводя стрелки и смазывая механизм. Но он не хранит время. Он бережёт память о любимом, пытаясь отремонтировать старый подарок, в надежде получить от него какой-то ответ. А вокзальную работу ему навесил спившийся опекун, отрезав его от мира лабиринтом потайных ходов.

Каждый ищет своё. И задача Скорсезе состояла в том, чтобы удовлетворить всех. Приключения? Будут. Ведь есть загадочная машина, которая оставит чужой автограф, открыв приятелям чей-то секрет. Этот секрет воскресит былое и вернёт угасшую славу, в нем родится дружба и вернётся мечта. Мечта человека, снимавшего фильмы, задолго до новомодного красивого «тридэ».

Оказалось, ниточка от металлического человечка тянется к истокам киношного дела, к тому, кто его начал, но не смог потом продолжать, оставив другим открывать для себя «фабрику грёз», неподдельно восхищаясь чудесами светотени и волшебством превращений, которые дарит большое кино.

Доверив прошлое истории со встроенными мгновениями «великого немого», Марти во всей красе показал его настоящее. Скорсезе по полной программе отжал эффектность новейшего формата изображения, дав ему простор панорамной съёмки и близость предметного мира, сияние света и свечение лиц. Он заставил бегать людей и носиться с камерой, он нашёл цвет и задал скорость.

Мужик знает технику и дружит с головой. И в том ему помог сценарий, перековавший роман Слезника в образец сюжетного совершенства, где чувственность и человечность неразделимы с оптимистичной верой в способность собственных сил, где сбалансированы авантюризм и эмоциональный подъём, глубокие переживания и простая игра, в которой комизм не умаляет драмы, сохраняя извечную правду, что дарит кино.

Нет, Марти реально превзошёл себя, делая этот фильм универсальным произведением искусства, демонстрирующим, как далеко шагнул кинематограф, обогатившийся интригующим сюжетом и хитроумными приёмами, которые и не снились Жоржу Мельесу, давшему потомкам неповторимый шанс сделать чудо, не плодом фантазии, а делом собственных рук, щекоча нервы пугающими виденьями и расталкивая сердце топотом беготни.

Скорсезе сплетает авантюрные приключения и межличностные связи, стремительные погони и ужасный кошмар, наводя психологические мосты и устанавливая контакты, не позволяя механике отодвинуть в сторону живые души, которые живут во взглядах актёров — людей, чьи сердца нашли ключ к характерам, представшим в выразительных минутах блистательных сцен, где лаконизм — кратчайший путь к ясности, хотелось бы думать — для всех.

Казалось бы — куда дальше. А Скорсезе пошёл. Он не потерялся в обычной сердечности, сглаживая юмором типологию житейских сцен, давая слово поступку, решающему для каждого и всё для всех: ключик в сердце машины, ладонь, прижатая к ладони, маленькая хитрость и отважный шаг — детали, преображающие вид героев, открывая их друг другу, иногда совсем с другой стороны.

Мартин сработал на славу. Это его картина. Но «сделал» её Баттерфилд, без живого участия которого потерялись бы все вокруг, ибо мальчик силён в партнёрстве, не уступая дороги старшим, но и не позволяя придавить себя, творя без притворства, по воле желаний, выражающих всё его богатое естество. По взгляду камеры видно, что Марти всё понимает и, в благодарность, готов носить паренька на руках.

Я же не могу скрыть своего удивления от на редкость успешного дублирования актёрских речей, заменившего их близким мне языком без потери образной материи, что ткали актёры оригинальной версии, с которой имеет смысл ознакомиться в натуре, но и с русским словом, прямо скажем, вышло очень даже прилично, и детский голос Никиты Сологалова был не ниже уровня, который задавал ему на экране эталонный Хьюго Кабре.

Фильмом был заинтересован ещё с первых новостей. Всё-таки семейное кино от Мартина Скорсезе — это немного необычно, но заманчиво — особенно с такими актёрами. В итоге, «Хранитель времени» не подтверждает опасений и превосходит самые смелые ожидания — у Скорсезе получилось то, что не всегда выходит у кинематографа как такового, не говоря об отдельных режиссёрах. Перед нами — Волшебство прямиком из детства, причём совершенно не важно, когда это детство было — вы почувствуете себя в нём, причём не в качестве скромной ретроспективы. Но по порядку…

Режиссёр Скорсезе по сути — живой классик кинематографа, без которого сложно представить жанр криминального кино, к тому же, он всегда был очень талантливым стилизатором, а его фильмы были полны очень интересных монтажных решений. Использует ли он этот опыт в «Хранителе времени»? Да, но очень избирательно. Отрадно, что оказавшись на незнакомой территории, Мартин Скорсезе не стал цепляться за известные ему номера и приёмы. «Хранитель…» смотрится свежо и одновременно так, что кажется, будто полюбил этот фильм уже очень давно. Режиссёр именно что честен со своим зрителем, он не работает на какую-то целевую аудиторию: фильм не сюсюкает, но и не устраивает нам очередной мрачный реализм, любимый в современном кино.

Да и сам фильм — это картина о магии кино, которую теперь принято хоронить под мрачными сценариями и тонами спецэффектов. Да, в самом «Хранителе…» не всё так просто. Главный герой — Хьюго Кабре (юный, но весьма занимательный Аса Баттерфилд) потерял отца и вынужден жить на вокзале, следя за работой часов, а окружают его, на первый взгляд, вовсе не дружелюбные люди, внутри ещё более несчастные и сломанные — как те же игрушки, которыми торгует старый фокусник (сэр ен Кингсли) или нога у жестокого, но одинокого инспектора (усатый Саша Барон Коэн)… Все — как сломанные часовые механизмы, которым в жизни не хватает шестерёнок, благодаря которой они могли бы идти дальше. Так, фокусник окажется настоящим волшебником — пусть и от мира кинематографа, просто переставшим верить в магию, а злой инспектор совсем не злой, просто жизнь такая.

Персонажи классические и тут фильм обходится без сюрпризов. Но как он их преподносит — через всю картину проходит история не столько взросления, сколько просто обретения себя. Аса Баттерфилд сыграл так, как могут играть только такие вот дети — чисто, совершенно не технично, но зато талантливо. Хлоя Морец, юная, но звезда, смотрится гораздо естественнее, чем в тех же «Впусти меня» или «Пипце». Прозвучит жутко старомодно, роль девочки, которая мечтает о приключении, Хлоя смотрелась лучше, чем в ролях девочек, отрывающих людям конечности. Приятно было видеть крупных актёров — таких как Кингсли (в роли очень важного для кино человека) или Кристофер Ли. Живые легенды, они играют людей обычных, но с потрясающей искрой. Бен Кингсли получился страшно ранимым, и берегущим себя от больших потрясений — не в пример другим его работам. Кристофер Ли прекрасно играет на одной своей монументальной харизме, исполняя — всего-то — владельца книжной лавки. Саша Барон Коэн показал себя не как главный пересмешник и тролль кино, а именно как актёр. Да, его инспектор — это собирательный образ на работников всех правоохранительных служб, а сцены с доставкой детей-сирот и доберман явно высмеивают фашистов, но на протяжении всего фильма остаёшься охваченным именно этим сюжетом, этими персонажами и не замечаешь подвоха. Тем более, что Коэн демонстрирует действительно классную игру — не только смешную, но и трогательную. Что касается Джуда Лоу и Рэя Уинстона, то их здесь предательски мало. Но Лоу обаятелен и мил в роли отца Хьюго, а Уинстону идёт образ часовщика-пьяницы.

Собственно, Скорсезе снимал кино обо всех — и о себе, и о многих из зрителей, даже самых юных. В мире бесконечных продолжений, мрачно-серьёзных перезапусков уже не веришь в магию кино, которое оно когда-то дарило. Очень показательно, что режиссёр в чьих фильмах нашли отражение худшие пороки людей, снял этот мудрый, но не нравоучительный фильм. Даже в самые яркие или драматичные моменты «Храниель времени» держится прямо со своим зрителем. Ему не нужно удивлять красотами здешнего Парижа 30-х годов (а они великолепны!) или читать лекции. Ведь кино — это магия, которой иногда не нужно иметь двойное дно, и пусть оно и остаётся фокусом, но дарит людям радость. И в этом плане «Хранитель времени» — Кино с большой буквы, не предназначено для конкретного времени или возрастной категории. Фильм прекрасен и вне своей идеи — панорамы Парижа и железнодорожный вокзал стоили каждого доллара 170-миллионного бюджета, а воплощены они с великим талантом и удивительно бережно, тщательно.

Лучшая сказка года! Радует, что кино в последнее время поднимается из пучины мрачняка — проекты мастеров «Супер 8», «Приключения Тинтина», а теперь и «Хранитель времени» снова делают кинематограф тем, чем он и должен являться — местом, где творятся мечты!

P.S. Не нашёл места для описания саундтрека Говарда Шора. Ну нельзя же составлять весь отзыв из слов «волшебно» и «великолепно»! Музыка получилась для Шора нетипичная — всё очень мягко и легко, с большой долей французского звучания. В фильме звучат композиции Камилля Сэнт-Сэйеса и Эрика Сати — Говард Шор явно вдохновлялся творчеством этих классиков…