В 1905 году Сунь Ятсен, собирается посетить Гонконг, чтобы обсудить планы революции и свержения династии Цин с товарищами из организации Тунмэнхой. Вдовствующая императрица Цыси, находящаяся у власти, посылает группу убийц во главе с Ян Сяого помешать Сунь Вэню. С другой стороны, Сунь Вэня защищают телохранители — рикши, уличные торговцы, бродяги, которых организовывает бизнесмен Ли Юйтан. Его сын Ли Чунгуан берет на себя роль двойника Сунь Вэня, чтобы отвлечь убийц от настоящего и дать ему возможность беспрепятственно провести встречу и покинуть Гонконг.
Очень жаль, но фильм плох. Причём, что удивительно, его сложно порекомендовать даже хотя бы одной категории зрителей.
Для любителей посмотреть боевые искусства: эта часть в фильме обширная, но вся какая-то рваная, мельтешащая, непривычно неизящная.
Для любителей выверенного сюжета с ключевыми харизматичными героями: нет, этого тоже нет. Действие пытается держаться на том принципе, который объявляет главным для победы дела революции один из героев: «Вместе мы сила. Только вместе мы победим». А на деле всю ситуацию и революции и фильма продвигают вперёд одиночки. И выводят на уровень «вроде бы победы». О победе сообщают как о данности в самом конце. Иначе — не догадаться. Но этих одиночек, вокруг которых строится развитие фильма, сложно назвать харизматичными. У них нет характера как такового. Это в фильме оправдывается тем, что зрителю намерены показать не всю их выкристаллизованную личность, а их мотивацию вступления в «телохранители». И под таким углом зрения они все оказываются либо абсолютно одержимыми идеей освобождения Китая, либо мстящими за своих родных, либо индифферентными ко всей этой борьбе, но просто ищущими смерть. То есть все главные герои оказываются захвачены какой-то идеей (чаще всего — идеей долга, по отношению к своей стране или к своей семье), а их личность, как таковая, теряется.
Для любителей красивых масштабных мелодрам: женский элемент в фильме вообще потерян. Пара эпизодов, видимо, потому что так принято.
Для любителей артхауса (а в некоторых изданиях фильм презентовался как артхаус): ну нет, руки режиссёра здесь не видно. В итоге даже нет режиссёрской позиции — как относиться к захваченности человека идеей революции, стоит ли сознательно идти на организацию революционного движения, зная, что выстоит оно только на алтаре, щедро сдобренном кровью. Позицию «пусть зритель решает сам» режиссёру тоже сложно приписать, ведь чтобы предложить решить что-либо, нужно дать зрителю информацию и ракурсы, с которых можно посмотреть на проблему. А структуры в фильме не хватает: ни с точки зрения, если просто смотреть на действие, ни с точки зрения, если пытаться думать над бросаемыми с экрана идеями.
4.5 тыс.
