Давний фильм Фёдора Оцепа, навсегда уехавшего после этой постановки за границу, может поразить спустя десятилетия даже сам по себе. Но он даёт ещё и замечательную подсказку относительно психологической, если не психоаналитической сути «великого исхода» сначала из российской империи, а затем и из Страны Советов. «Серебряный век» русского искусства, возникший на рубеже XIX и ХХ столетий, закончился внутренним сломом ещё до Октябрьского переворота, до Февральской революции и даже до первой мировой войны. Как раз «Живой труп» Льва Толстого во многом предвосхитил губительные процессы разложения российской интеллигенции. Есть такая поговорка — «мёртвые хватают живых». Распространение «мертвечины» в российском самосознании начала ХХ века не могло не привести к общественным потрясениям, а главное — к искусственному стремлению стать де-юре «живыми трупами» ещё до того, как это могло бы произойти де-факто. И эмиграция из России — это желание сохранить внутреннюю культуру «живых трупов» именно в толстовском понимании.(... читать всё)
Основная сложность в перенесении на экран пьесы Толстого состояла в том, что, приспособленная для сцены, она почти полностью состояла из диалогов, того, чего немое кино не могла себе позволить. Оцеп прекрасно справился с этой задачей, кое-что домысливая, что-то убирая, иногда меняя хронологию событий или место их действия. Получившееся произведение навсегда войдёт в анналы мирового кинематографа как одно из лучших приспособлений пьесы к немому экрану.
Главную роль живого трупа играет Всеволод Пудовкин, тем самым доказав, что, являясь превосходным режиссёром, он также гениальный актёр. Он полностью соответствует образу пьесы Толстого, как и прочие персонажи. Для режиссёра Фёдора Оцепа этот фильм был началом сотрудничества с Германией, которое долго не продлилось. Фильм «Живой труп» до сих пор остаётся лучшим творением Оцепа.
