Не секрет, что советские кинематографисты очень любили совместные с иностранцами постановки. Их любили и сценаристы (скажем, Юрий Нагибин, см. его дневник), и режиссёры. Некоторые из них вцеплялись в кооперативную продукцию мёртвой хваткой — взять хотя бы Алова с Наумовым или Сергея Бондарчука. Другие просто всё время держали ушки на макушке, и лишь только наклёвывался проект, как они были тут как тут. И было им абсолютно всё равно, что ставить и где — в Италии ли («Невероятные приключения итальянцев в России»), в США ли («Синяя птица»), в Японии ли («Москва, любовь моя»), лишь бы выехать за кордон. Нетрудно заметить, что кроме факта кооперативной продукции эти фильмы объединяет ещё и общее нереально плохое качество изделия. Потому что постановка совместного фильма была удобным поводом для халявного выезда за бугор, покупок там сувениров, гуляний, в общем, для всего, что угодно, кроме искусства.

И «За спичками» исключением не стал. Сначала Леонида Гайдая отправили в творческую командировку в страну Суоми, где он прокатался по тамошним городам и весям как сыр в масле. А саму картину сняли в одном месте, и довольно быстро. Тяп-ляп — и в прокат. Материал, между тем, чрезвычайно интересный. Место действия — Финляндия, начало ХХ века. Разномастные герои и их приключения, в которые они простодушно попадают, и так же непринуждённо из них выпутываются. Подразумевается и показ национального финского колорита и мелочей быта, народная музыка. Одним словом, фильм мог выйти просто замечательный.
Не вышел. И главная причина: режиссёру была абсолютно неинтересна вся эта история.

Актёры. Их здесь много (среди них и финны, и наши). Играют плохо абсолютно ВСЕ. Долго думаешь: а в чём же дело? Главных героев, к примеру, играют Леонов и Невинный. Оба умели создавать обаятельные образы. Но почему же Ихалайнен и Ватенен в их исполнении производят такое отталкивающее впечатление? Что такое? Наверно, Гайдаю не удалось найти (да он, похоже, и не искал) нужные интонации. И все реплики звучат фальшиво.

Ну ладно, Гайдай всё-таки мастер эксцентрической комедии. Но трюки в «За спичками» производят ещё более жалкое впечатление, чем актёрская игра. Например. Бегут два пузана по улице (улица, к слову, девственно пуста, на массовку решили не тратиться). Посреди безлюдной мостовой им встречается маляр с кистью, перекинутой через плечо. Они заводят с маляром медленный разговор, тот вяло поворачивается от одного героя к другому. Последние попеременно приседают (чтоб не попасть под кисть). Это классический приём немого кино. Но если, скажем, у Чаплина (или даже у раннего Гайдая) вышеозначенный трюк происходит в бешеном ритме (с зашкаливающим ускорением плёнки), то здесь он проделывается очень неспешно. И так все трюки — затёрты до дыр, не в тему и медлительны. Да и всё действие фильма движется в темпе улитки.

Музыка. Судя по всему, Александру Зацепину в момент изготовления «Спичек» было совершенно не до музыки. Ведь любому композитору ясно, что раз делается фильм о финнах, то и вдохновение надо черпать в финских польках. Можно даже и маленько того… А что тут такого? Владимир Косма и Исаак Дунаевский беззастенчиво тибрили мелодии народов мира для своей музыки.
Зацепин же наспех сваял парочку невыразительных тем, сдал, получил деньги и успокоился.

И появился фильм «За спичками» — беспросветно плохая, вялая, натужная комедия третьего сорта и второй свежести. Финнам, правда, понравилось. Но кто их поймёт?