Прежде всего хочется подлагодарить Андрея Хржановского за отличные анимационные вставки. Но сам фильм не вставил. Судьба еврея в советской России. Думаю, будет не лишним указать эксцентричность его родителей и некоторую вялость и неспешность их сына. Вот за эти качества он и поплатился однажды предав «родину».
Крое того, название «фильма» полностью передало его содержание. На 0,5 — это качественная анимация. Но остальной кусок, в котором цветность меняется как колейдоскоп и хочется тошнить, не вызвает у меня симпатии. Поэтому
«Фильм мне понравился, я заплакал в конце. Очень серьезное произведение о стране, о поэте…» Алексей Герман
Если это Герман младший, тогда я могу понять, если старший — едва ли.
Поскольку, если старший Герман стал настолько сентиментален, то я, похоже, напрочь утратил чувства. Вероятно — и то и другое. Мы меняемся.
«Я увидел замечательный образ поэта. Все актеры в фильме прекрасны. А мультипликация — какой скачок фантазии! Россия может гордиться этим фильмом…» Тонино Гуэро
Если это тот самый Тонино Гуэро, который работал с Тарковским над НОСТАЛЬГИЕЙ, я вообще ничего не понимаю. Разве что — в части восторгов об анимации и мультипликации.
Сказать честно, я ожидал большего: слишком неоднозначная фигура в центре повествования, слишком сложные перипетии — русский поэт, еврейские корни, мистика Ленинграда, советская государственная машина, эмиграция.
Там, в прошлой, в настоящей жизни, столько всего было: столько крови и нервов, столько непростых отношений и драм, пролитых на бумагу, что сравнивать ту — прошедшую у всех на виду и эту — синематографическую версию — было бы неуместно. Несомненно, мастерски сделанная мультипликация, замечательная хроника, которая, порой, неотличима от художественных кадров, но отдельные сцены — просто нулевые, на уровне… Впрочем, вообще без уровня.
Сергей Юрский и Алиса Фрейндлих — про них вы знаете всё. Добавить что-либо — было бы неэтично. Я всё ждал, где же прозвучит одно из моих любимых и самых пронзительных, над каким видеорядом Понта — Стикса — Фонтанки:
Решиться пойти на сеанс «Полторы комнаты, или Сентиментальное путешествие на Родину» было довольно сложно. Сначала показалось, что тема не рассчитана для широкого круга зрителей. Да и вообще, к сожалению, такие картины нынче не пользуются большим спросом у закормленного будоражащими спецэффектами киномана. Но, доверившись вкусу профессионального кинокритика, я смело купила билет и не просчиталась.
Как и любое другое полное смысла произведение «Полторы комнаты…» поначалу давался довольно тяжело. Не только мне. Некоторые, не дождавшись погружения в атмосферу советской эпохи, созданную талантливыми актерами и режиссером на экране, спасовали и выходили из зала.
Это как долгое время читать бульварные романы, а потом вдруг открыть толстую добротную книгу из разряда качественной литературы. Вникаешь в смысл написанного очень долго, по нескольку раз перечитывая строки. И каждую минуту хочется уступить лени — за-бросить книгу в дальний угол. Но зато потом, когда преодолеешь этот этап и войдешь во вкус, оторваться от книги будет уже невозможно, немыслимо откладывать ее прочтение до лучших времен, хочется постичь заложенный в нее смысл именно сейчас, не медля.
Также было и с «Сентиментальным путешествием…»: треть фильма заставляешь себя сидеть в кресле и, не зевая, смотреть на экран. Но потом начинаешь наконец видеть, слышать и понимать то, чем хотел поделиться с каждым зрителем режиссер.
Критики оценили
Итак, фильм А. Хржановского — обладатель премии Российской академии кинематографических искусств «Ника-2010», победитель в номинациях «Лучший игровой фильм», «Лучшая режиссерская работа», «Лучшая сценарная работа». Фильм, в котором в очередной раз блеснули своими талантами замечательные актеры: Алиса Фрейндлих, Сергей Юрский, Светлана Крючкова. Фильм по материалам биографии Иосифа Бродского, навеянный его стихами, рисунками и особенно — прозой. Фильм-фантазия на тему «Как могло бы быть»…
Сюжет довольно прост — русский поэт Иосиф Бродский, будучи высланным из страны в 1972 году, спустя много лет, уже в наше время, решает вернуться в Россию. Он держит долгий путь на корабле и во время этого путешествия вспоминает свое детство, юность, проведенные с родителями в Ленинграде.
Коктейль времен
Символично, что Иосиф Александрович добирается на Родину водным тран-спортом. Ведь вода — символ времени.
Поразительно, что такие, казалось бы, простые технологии монтажа старых документальных и искусственно состаренных современных игровых кадров могут вызвать искреннее восхищение у нынешнего искушенного зрителя. Режиссер на протяжении всей картины вводит нас в заблуждение, переключая цвета на черно-белую палитру, перемешивая кадры разных эпох, лица актеров и реальных людей, представляя нашему взгляду современников на фоне старого Ленинграда…
И не ради небанального выражения своего замысла он, словно варево ложкой в котле, мешает кадры. Не помодничать хочет
А. Хржановский. А исключительно для того, чтобы показать, что времена меняются, а люди остаются прежними. Это намек на неотделимость прошлого от настоящего. И не случайно включен эпизод, где Бродский произносит: «Искус-ство не может быть массовым». Даже этот, не собравший полных залов спецпоказ, доказывает данные слова, которые были озвучены еще полвека назад, но до сих пор актуальны.
Неожиданным решением стали забавные анимации. Через них удачно показан мир фантазий и грез, в котором пребывал поэт в юности. Рисунки стали прекрасными аллегориями, которые разбавили документальность картины.
Поэт-изгнанник
Сам образ И. Бродского вызывает некоторое отторжение. Он не трагичен, как ожидаешь в начале фильма. Скорее наоборот, некоторые черты характера персонажа выглядят вызывающе: он приводит в родительский дом каждый раз новых девушек, он не работает, не трудится, а лишь праздно проводит время с друзьями, рассуждая на отвлеченные темы… «Мужчина должен где-то служить, кого-то защищать», — говорит ему отец. Но у горячо любимого родителями Оси нет, в общем-то, такой нужды. Ведь он — поэт, и этим все сказано. Чересчур надменно, самонадеянно, по-моему, прозвучали его слова в беседе с судьей о том, что поэт — это дар божий.
Но очень точно и тонко показаны чувства не скандального стихотворца, а простого человека в изгнании, человека, оторванного от Родины. Человека, который так мечтал в юности о свободных чужих краях, стремясь вырваться из железных оков советского строя. Но настал для него тот возраст, когда отчаянно захотелось вернуться обратно, туда, откуда бежал — в родной дом, в те самые полторы комнаты, наполненные теплом и уютом семейного очага.
Новый облик Родины
В своем сентиментальном путешествии он достигает цели. После долгих дней пути Иосиф Бродский приезжает на Родину, но уже не в Ленинград, а в Санкт-Петербург. Но, увы, не тот город он видит, о котором грезил долгие годы. Все изменилось: старинные фасады знакомых зданий трудно узнать под маской рекламных баннеров; улицы, бурлящие нескончаемыми потоками автомобилей; полыхающие повсюду неоновыми огнями витрины магазинов с богато уставленными всякой всячиной прилавками; люди — граждане уже совсем другой страны…
Эту печаль поймет каждый, кто долгие годы скучает о родине, забыв, что жизнь не стоит на месте. «В поисках утраченного времени» — гласит случайный, казалось бы, заголовок в газете, взятый крупным планом. Как верно подмечено! Как ненавязчиво подано! Ведь часто мы сетуем на окружающую нас действительность, не понимая, что наслаждаться нужно каждым настоящим моментом. Ведь потом эти мгновения будут потеряны навсегда.
И каким бы благополучным ни был показан эмигрант Бродский, все же по возвращении в отчий дом приготовленная мамой картошка с постным маслом кажется ему вкуснее заморских омаров.
Зеркало эпохи
Почти в финале главный герой спрашивает родителей, вызывали ли их после его отъезда в «большой дом». И, получив отрицательный ответ, понимает, какая чудовищная ошибка произошла, какое недоразумение! Вся эта история с вынужденной эмиграцией была лишь случайной, ничего не значащей игрой, показательным выступлением, о котором вскоре все забыли.
Фильм вышел отличным. В том смысле, что достоин высокой оценки и отличается от всего показанного на большом экране ранее. Этот фильм не об Иосифе Бродском, не о его поэзии, не о конкретном человеке, как может показаться с первого взгляда. Скорее, это зеркало советской эпохи, кино о чувствах изгнанника, о родительской любви и…
Эту картину можно пересматривать много раз и каждый раз находить для себя новый смысл. Особенно интересным он покажется молодому поколению, которое мало что знает о том времени.
Иосиф Бродский утверждал идею индивидуализма. Под индивидуализмом он имел ввиду самостоятельность и «оригинальность мышления», независимость и «разноликость». Андрей Хржановский, классик отечественной анимации, взявшись за кинематографическое повествование о Бродском, прекрасно уловил это убеждение поэта. Фильм, соответственно, очень по-бродски получился не похожим ни на что. В наш прагматичный век картина кажется сказочной выдумкой, словно бы пришедшей из другого, более поэтического и светлого мира.
«Полторы комнаты, или Сентиментальное путешествие на Родину» — это не стандартная биография, построенная по принципу школьной задачи «из пункта А в пункт Б вышел поезд». Это остроумная и добрая фантазия, игра, основанная, в первую очередь, на произведениях поэта. Не случайно, по мнению некоторых, аналогом фильму среди литературных жанров могло бы быть только стихотворение. На первом плане здесь не сухие факты из жизни человека, а сам человек, его чувства, впечатления, ассоциации, мысли, его творчество, в общем, та суть, что составляла его внутренний мир. Дабы подобные вещи передать, Хржановский совмещает в своей ленте целый набор различных изобразительных техник: Вы увидите здесь и игровое кино, и документальное, и псевдодокументальное, есть и фотография, и, самое восхитительное, — прекрасно исполненная анимация. Благодаря всему этому «аттракциону» на наших глазах реальная жизнь героев переплетается с вымышленной, сны — с мечтами и фантазиями, а прошлое, дробясь на многочисленные слои, — с современностью. Словами самого Хржановского, получается «волшебное кино».
Многие из нас верят в то, что человека после смерти ждёт встреча с близкими ему людьми. Такая посмертная встреча становится сюжетной основой фильма. Уйдя из жизни, Иосиф Бродский, в исполнении Григория Дитятковского, наконец-то отправляется в долгожданное путешествие на родину, в нынешний Санкт-Петербург, к своими родителями, играют которых великие Алиса Фрейндлих и Сергей Юрский. Поэт не видел отца с матерью с момента вынужденной эмиграции в 1972 году. В середине 80-х родители умерли, поэтому, когда пал «железный занавес», смысла возвращаться поэт не нашёл. Нужный момент настал лишь после его смерти. «Путешествие — лучшее время для воспоминаний», и, плывя на пустом корабле, Бродский вновь переживает многие дорогие ему моменты своей жизни.
Вот он видит блокаду и эвакуацию, а вот он во сне вместе с котом порхает в небе Ленинграда и Венеции. Вот в голодные послевоенные годы он вместе с «вождём» совершает фантастическую экскурсию по «Книге о вкусной и здоровой пище», а вот тот самый «вождь» умирает. Вот он живёт в коммуналке «самого красивого дома в Петербурге», где комната его семьи разделена фанерной перегородкой так, что из одной комнаты получается «полторы», а вот он представляет, как до революции в том же самом доме бывали Блок, Ахматова, Мережковский. Он вспоминает своих родителей, девушек, друзей, своего кота, тех, кто повлиял на его становление. Он вспоминает «музыку на костях», «антисоветские» беседы, американскую выставку в Сокольниках, и другие «мелочи», что составили его жизнь и нашу историю. И он вспоминает стихи, рождавшиеся под впечатлением от всех этих встреченных событий и явлений. В его теплых и ироничных, лишенных стенаний и горечи воспоминаниях, — жизнь целой страны и целого поколения, первого, не пожелавшего мириться с навязываемыми советскими догмами, и последнего, «для которого были ещё важны культурные ценности».
Бродский, к огорчению многих, в этом фильме не являет собой идеализированный образ поэта, тем более он не выглядит страдальцем, «проклятым коммунистическим режимом». Бродский здесь очень прост, для кого-то, быть может, даже приземлён. Но в этой его простоте как раз и просматриваются черты, которые позволяли ему выделяться на фоне других, а именно: неудержимая и свободная фантазия, и стремление к независимости и самостоятельности. «Если кто-то не согласен с моим мнением, то это только прекрасно», — провозглашает поэт своё кредо на одной из шестидесятнических вечеринок. Бродский призывает «быть собой» не только словами, но и собственным примером. Что бы ни случилось, спор с другом или с представителем ГБ, ссылка в деревню, или высылка за границу, он остаётся собой, то есть человеком и поэтом. Всё вокруг он воспринимает с неизменным терпением и со спасительной иронией. Трудности его не тревожат: «Что тут вспоминать?» — говорит он о них. И даже самая большая трагедия его жизни — вынужденная разлука с родителями, на первый взгляд не кажется нам трагедией: в перерывах между разговорами с матерью по телефону, поэт продолжает кутить и распевать песни с друзьями-эмигрантами. Но ведь часто самые горькие моменты жизни именно так и выглядят, незаметно, без эмоциональных взрывов, буднично, тихо и невыносимо тоскливо.
Фильм посвящён «памяти наших родителей». Именно родители и их дом в «полторы комнаты» стали для Бродского символом не только родины или детства, но и символом всей его жизни. В памяти он не расстаётся ни с домом, ни с родителями, он мысленно всегда остаётся с ними. И даже после смерти матери и отца, поэт видит их в двух воронах, поселившихся в его доме в Нью-Йорке. Пройдя свой путь, Бродский убеждается в том, что всё настоящее, всё ценное и важное было только в домашнем «гнезде, из которого так нестерпимо хотелось бежать». Пройдя через непонимание, презрение, разлуку, эмиграцию, Бродский вернулся в своё гнездо, удивительным образом не расплескав ничего из того лучшего, что было ему здесь дано. Правда, возвращение состоялось не в этой жизни, а в той, другой, да?
Ещё одно замечательное произведение российского кино. Рассказанное прекрасным киноязыком. Переданное великими актёрами с величайшей теплотой.
О чём же, всё-таки, фильм? О поэте Иосифе Бродском? О судьбе еврея в советской России? Из двух десятком людей, спорящих на эту тему, мне близка точка зрения Сергея Юрского.
Фильм, как я его воспринял, совсем не о поэзии. И не о поэте Иосифе Бродском, хотя он и соткан из вольной интерпретации его биографии. Этот фильм — покаяние перед своими родителями. Покаяние запоздалое, но всё же. Покаяние не Бродского, а автора фильма. А через него и зрителя. Надпись в конце об этом говорит: «Посвящяется нашим родителям». Бродский — это, как бы сказать, фон, средство выражения. И центральная сцена — когда он вернулся через годы в свою квартиру и разговаривает со своими родителями.
Этот фильм не о Бродском. Этот фильм о нас с вами. О главном для нас с вами. И это в фильме хватает за горло. «Не жалейте потраченного времени, и на вопрос «стоит ли смотреть этот фильм» отвечу — конечно, стоит, я его очень люблю!» Сергей Юрский.
Просмотрела предыдущие записи, много замечательных, точных эпитетов тонких и умных людей — это радует… О своем восприятии: у меня есть одно правило — если не хочется перечитывать книгу, пересматривать кино или возвращаться к чему то (например, в Венецию) еще и еще раз, значит необязателен был и первый раз. И наоборот.
Так вот по этому критерию: эссе Бродского я могу перечитывать много раз, фильм Хржановского и Ко я пересматривала многократно и с каждым разом видишь в нем все больше! По сути в нем нет ни одного случайного кадра (а с первого просмотра трудно каждый нюанс увидеть, причем, я вовсе не тугодум..).
А каков музыкальный фон — это чудо! А про Алису мой сдержанный сын сказал: «Это уж не игра, это что-то большее…». Не говорю уже, что при первых просмотрах не только я, но и некоторые мои мужчины, любящие Бродского, не смогли сдержать слез (вроде стыдно реветь, но ничего поделать не можешь…) А сколько точнейших деталей: картошка, спрятанная в варежку, «вот беленький, наступи…» (кормит курицей) и т. д. и т. п. а разговоры по телефону, а реакция Вашего величеста» Оглянись честной народ, боже, кто тебя.. .»
Короче: тем, кому фильм понравился, советую пересмотреть его еще — увидите многое.
Наверное, самым простым, но отнюдь не самым правильным было бы назвать этот фильм байопиком. Жизнь Иосифа Бродского, думаю, заслуживает не только двухчасового фильма, но и целого цикла фильмов. Впрочем, еще одной ошибкой было бы назвать «Полторы комнаты» кино о Бродском. Недаром авторы в конце вывели до боли знакомую фразу о нереальности событий фильма. Надпись эта, конечно, говорит не о выдуманности истории, а скорее о более глобальной реальности, чем принято показывать в рамках отдельно взятой биографии.
На фоне современного и одновременно конъюнктурного флешбекового фильма «Исчезнувшая империя» Шахназарова и еще более раскрученных «Стиляг» Тодоровского, «Путешествие на родину» смотрится как глоток свежего воздуха. Фильм Хржановского действительно отражает и прошлое, и настоящее, пусть и субъективно, пусть через призму одного человека, но отражает.
Но самое главное: это кино снято человеком «того» времени. Хржановский современник и ровесник Бродского. Младшему поколению судить о прошлом трудно. Но та советская (в хорошем смысле слова) интеллигентность проникает в душу из каждого кадра. Сейчас уже так снять не смогут. И этим тоже ценен этот фильм. Прибавив к вышесказанному высокий профессионализм исполнения, одни фамилии Юрский и Фрейндлих говорят за себя, и тот огромный труд, который был затрачен на производство, получим некий кино-анахронизм, даже несмотря на применения современной компьютерной графики.
Бродский, если судить по фильму, больше любил не Россию, а Питер. Поэтому и главный герой возвращается именно в город, а не в страну, и вспоминает он именно жизнь города. На экране Петербург преображается перед нами от блокады до современных сотовых телефонов, рекламы и бандитов. Преображается не только город, но и люди. Юношеские размышления героя, на фоне поколения шестидесятников, выглядят, если опустить абсурд выражения просто-таки пророческими. Это и потребность маргинальной молодежи в хорошей литературе и разговор «на лавочке» о будущем, об индивидуальности, о шкурности интересов и массовой культуре. Этот момент неплохо бы показывать современным «неформалам», которые в пьяном угаре забывают не только о Достоевском и Толстом, но и об элементарных рамках приличия. Раньше протест был хоть и асоциальным, но культурным. Сейчас это даже не протест, а элементарное нарушение общественной морали. Преображение — одна из основных тем фильма.
А вообще в «Полторы комнаты» намешали столько всего, что на выходе должен был получиться совершенно невкусный винегрет. Эклектические экзерсисы Хржановского порой переходят всякие границы, но это никак не мешает повествованию, а даже помогает ему. Режиссер, долго работающий с мультипликацией, естественно не смог отказаться от неё и в кинематографе, благо Бродский баловался рисунками. К мультипликации (совершенно различной) примешивается известная кино-игра «в цвет», плюс фильм располосован документальными и псевдодокументальными кадрами, а местами и легкими экспериментами с наложением звука и картинки. Кажется, к этой смеси добавить нечего, но авторы продолжают играть, мешая реализм, исторические факты и детские мечты, и еще умудряются вставлять совершенный в изобразительном плане символизм.
Отдельно можно отметить и сюжетную составляющую. На первый взгляд она отсутствует и предстает перед нами в качестве набора случайных снимков, как выражается сам герой. Но на второй или даже третий мы видим историческую картину времени сталинизма и пост-сталинизма. Великий вождь народов предстает перед нами в виде повара, а далее в виде разбитого бюста. Это и фантазии мальчика, и в тоже время желание режиссера. Фраза «Товарищ Сталин умер» — некое освобождение для всего, в том числе и для сексуального либидо. Атмосферу тоталитаризма мы знаем и так, но ведь детали и мелочи — никогда не бывают лишними. Иногда эти детали чистая «бытовуха», но и она замечательно преподнесена.
Параллельно со страной растет и узнает мир еврейский мальчик Йося — будущий эмигрант и нобелевский лауреат. Тема еврейства тоже проскакивает в картине Хржановского. Без неуместного фанатизма, но в тоже время с необходимым юмором. Становление Бродского как поэта мы не видим, но этого и не нужно. Звучащие стихи — хоть в исполнении самого автора, хоть в исполнении посетителей пивнушки, где сидит молодой Шестокович, громогласно кричат о советском гении-тунеядце.
Вот герой читает эротическую книгу, вот он соблазняет девушку, вот рассуждает о русской литературе, а потом получает «нобелевку» или ностальгирует по родине с непременными песнями и матом.
Проза Бродского, его мечты, мысли, мнения о нем, домысли и неподтвержденные факты — богатый материал для фильма. Но самое важное — это использование такого материала. Многие видели фильм «Мой — муж гений» — еще про одного нобелевского лауреата Ландау. Так вот он тоже пытался основываться на чем-то похожем. Получилось, мягко говоря, не убедительно, а местами даже пошло. Но интеллигентность, о которой упомянуто выше, просто не может дать себе возможность скатываться в пошлость.
Хотя если кто-то хочет узнать про Бродского, лучше прочитать книгу или же найти документальный фильм. «Полторы комнаты» — это кино для интеллектуалов, любящих старую актерскую школу, хороший юмор, потрясающие кадры, готовые в любую минуту стать фотографиями, смесь из изысков и простоты, в общем, любящих все хорошее, но с известной долей вкуса и в меру. Бродского там мало и в тоже время его бесконечно много.
«Полторы комнаты» хочется пересматривать и пересматривать. Нет, это не шедевр мирового кинематографа и фильм совсем не гениален, но когда устаешь от великого, хочется окунуться в такой вот теплый приятный мир, где о сложном — просто, о простом — сложно, о Бродском как о человеке, о стране как о доме и о стихах как о стихах.
Наткнулся на фильм по каналу «Культура». Должен сказать, я видал в жизни отстой, но это — Отстоище с большой буквы. Чем плох этот фильм? Ну, с чего начать?
Во-первых режиссер похоже сам не совсем определился, какое кино он снимает, документальное или художественное. Что выливается в очень странный визуальный ряд. Странный — в плохом смысле. То вставлены кадры документальные, то вставлены кадры художественные, то вообще какая-то анимация, вставленная ни к селу, ни к городу (я только потом узнал, что режиссер — аниматор).
Больше всего бесил звук. Он вроде сделан по системе Dolby Digital — и по идее должен быть, как в «Дозорах». Однако по какой-то причине были вставлены сцены, где персонажи говорят… аудиозаписи своих прототипов. Серьезно, я такое видел впервые (если не считать ультра-дешевый любительский треш): снимают художественную сцену, где человек пирует среди американцев — и накладывают поверх звук с любительской видеокамеры (или диктофона) 1970. Если вам интересно, как оно звучит — возьмите диктофон, пойдите к другу на день рождения, запишите все звуки, потом проиграйте запись — и попытайтесь сквозь лязгания ложек, чашек, блюдечек и ножей расслышать хоть слово, сказанное вашим другом. В любительском видео — это куда ни шло, но в художественном кино — просто дико.
Совершенно бесит общее занудство, сопровождаемое совершенно мозговыносящими сценами.
Кстати, финал — это вообще апофеоз безумия. Это словами не описать — это надо видеть — и запивать пивом, чтобы не сойти с ума самому (самой).
На фоне всего этого, популярный недостаток пост-перестроечных картин про советских интеллигентов (бредовейшие диалоги и монологи о судьбах вселенной на коммунальных кухнях) просто меркнет.
Нет чтобы снять фильм про Бродского таким образом, чтобы им заинтересовался простой человек? Тот же Спилберг снял про Шиндлера так, что последним начнет интересоваться даже человек, далекий от истории. Может дело в том, что помимо любви к Бродскому никакой идеи нет? Или она была — но растворилась в угаре общего бреда? и какая у фильма идея? Изгнание с Родины? Одиночество? Сопли по поводу Судьбах Мира? Все вместе? Ничего? Непонятно.
Ну ладно, хватит фильм ругать — поговорим о его достоинствах. У фильма не плохая операторская работа, хоть и зажатая в рамки серости и скукотищи. Порадовала демонстрация нашего времени, где какой-то «деловой человек» рассуждает по мобильнику о деньгах.
«Полторы комнаты, или сентиментальное путешествие на Родину», по моему мнению, одна из лучших российских фильмов последних лет. Удивительная по силе эмоционального воздействия, она, — как истинная поэзия, словно изнутри взрывает застенки нашей души. Можно сказать много доброго про этот фильм, — что великолепны актеры, тонко чувствующие поэтическую природу фильма; что анимационное составляющая просто потрясающая; что художественное оформление каждого кадра изумительно и продумано до мелочей; что изысканно своей простотой и, вместе с тем, много мерно драматургическая основа фильма; и еще многое можно сказать. Но я этого делать не стану, по сколку об этом уже сказано, и сказано не дурно, а скажу я только о финале картины, который, по моему, не однозначно воспринимается многими.
По своей эстетике т. н. тройной финал фильма «полтора комнаты», который так похож на многоточие, лично мне напомнил двойною концовку «Евангелие от Матфея» Пазолини, нарочито продленным затмением после смерти Иисуса. Если вдуматься как следует, авторы этих вроде-бы ничем не похожих картин (может быть, лишь — поэтичностью и чувственностью восприятия бытия) зрителю оставляют возможность самому выбрать собственную версию финала. В этом, в художественном смысле рискованном замысле (ведь могут воспринять, как ляпсус), проявляется величайшая гуманность и душевная тонкость автора. Спасибо ему за это.
Кинофорум «Сталкер — о правах человека», поднимающий соответствующую тему и проводящийся в Москве с середины 1990-х годов, продолжает свою ретроспективу, которая состоит из фильмов-призеров фестиваля разных лет и окончится 30 сентября 2010 года. (...)
