Главный врач провинциальной психиатрической больницы Рагин обнаруживает в одном из своих пациентов (Громове) человека с оригинальным мышлением, более того — собственной философией. В беседах с душевнобольным доктор видит безумие мира и скоро сам теряет рассудок. Но кто вправе решать, где та грань, за которой начинается безумие?
Поставил тройку, и то только из уважения к отечественному не кассовому производителю. Очень люблю вдумчивые интеллектуальные фильмы, поэтому в предвкушении сильных эмоций и философской мысли начал смотреть свежевыкаченное сие произведение.
Интересно было посмотреть и послушать душевнобольных на интервью в начале, но когда заиграли актеры… Первое, что бросается в глаза- они откровенно не доигрывают, такое ощущение, что режиссер с ними вообще не работает и основной материал снимается с первого дубля. А Хоботов там какой? Стычкин в этом подобии образа, даже на стоматолога не тянет, какой там фельдшер, принимающий по 40 больных в день… Может быть я сильно критичен, но и как Ильин раскрыл образ Рагина мне тоже не понравилось. У Чехова, Рагин с самого начала слабый, безвольный, интеллигентный, тихий человек а тут… Посмотрите сцену первого диалога Рагина с Громовым, у Чехова, Рагин как бы оправдывается, смотрит на собеседника снизу, а в фильме он спокойно, трезво и с высока, рассказывает о реалиях положения Громова. По ходу фильма еще много не соответствий, которые сводят на нет удовольствие от просмотра, а к чему эти не понятные танцы в конце? А смеющаяся девочка? Наверно таким образом режиссер хотел разбавить унылый конец, но получилось, на мой взгляд, довольно отвратительно и не умело.
Фильм в утиль, в адрес Шахназарова удивленный взгляд.
Фильм Карена Шахназарова о душевнобольных. По Чехову.
Из обоих предложений можно начинать делать выводы. Но. Этот фильм лучше увидеть, пощупать, пропустить через себя. Это не фильм, даже. Это — Лента. Кинолента. Ощущение сложилось такое.
Палата позволила снова открыть для себя Великого Писателя. Спасибо, Карен. Я, как и многие, начал забывать классика. Как и многие. Слабы мы.
Но режиссер.. Как хороша задумка осовременивания фильма, а? Правда ведь? Это то, о чем на говорили учителя в школе: Классика по тому так и называется, что она — на все времена. Всегда актуальна.
А каков язык у Чехова? Сценарист, похоже, не стал (практически) переписывать диалоги. Герои говорят Его языком. Великого. Внимание на это обращается само собой. Но если пытаться анализировать, язык — потрясающий. Он не современный. Он не старый-отмерший. Он, как уголок айпода, что ли, — загнутый, без резких краев. Удивительный. Мы так не умеем. Правда?
И вот я вскользь коснулся самой главной проблемы фильма. Анализация. Проблема то какова? Начинаешь задумываться прямо в кинотеатре. Прямо в кресле. Рядом с неуважительным попкорном и водой. Стыдно. И откидываешь всю шелуху, и думаешь о высоком. О чем? Без конкретики. Это — фильм-ощущение. Сюжет — в трех словах. А мысль летит, не остановишь. Все пытаешься себя вернуть назад, в зал. С трудом.
А какова сцена с танцами? Которая в конце. Кто-то говорит, что не хватило музыки. Хватило. Ведь когда Она заиграла, уровень ощущений просто уносит тебя. Не хватает слов чтобы описать. Надо видеть. Надо до этой сцены просидеть все. Надо съездить в Москву с героями. Надо с ними пообедать. Надо с ними порассуждать о том, как слабы мы.
Мне не нравятся фильмы про душевно больных. Ведь что не фильм — все с претензией на гениальность. А КОГДА был написан этот рассказ? Привет человеку дождя. Хорошо высказался главный герой: «А Диоген то в Греции сидел себе в бочке. Там же тепло. Попробовал он бы у нас посидеть. Уже бы в августе запросился бы в помещение..» О многом сказано, да?
Посмотрите. Цените ощущения. Кайфуйте. Мы не так слабы, как думает главный герой.
После «Морфия» дождались и «Палату N6». Врачебная жизнь становится актуальной.
Если серьезно, то… То идея великолепная, как великолепно то, что несет с собой Громов. Хотя все, о чем он говорит, написано в Библии, но люди настолько далеки от этой книги, что такие фильмы буквально как «просветительская деятельность священной Римской католической церкви». Но реализация просто ужасная.
Мы имеем как бы две части фильма: одна документальная, другая нет. Отличить их по методу съемки невозможно, поэтому, если смотреть без звука, выглядит как одна сплошная история. В документальной части актеры, вроде живые люди, ведут себя очень уж как-то откровенно, говоря вот так, в лоб (в камеру), всю правду-матку. Если бы я был Станиславским, то: «НЕ ВЕРЮ!». То же самое можно сказать и о второй составляющей фильма: якобы истории. Актеры пытаются сострадать, быть похожими на «сумасшедших» и тому прочее. Наверное то, что фильм был снят в рекордно короткие сроки, дало о себе знать. Явная недоработка режиссера: так не успел, а может и не захотел, втолковать им свою идею, из-за чего фильм смотрится как-то нечто фальшивое; не спасает даже атмосфера фильма (хотя с ней все в порядке). Может фильм слишком короткий, но я так и не успел поверить актерам и проникнуться к ним хотя бы симпатией.
Фильм выдвинут на Оскар. Я бы не стал ставить на него.
Мне кажется этот фильм о человеке. Именно о человеке, о его духовном росте и падение, о попытке опять найти выход, но выхода нет, а человек продолжает жить… Он все знает, все понимает, все чувствует…Этот фильм о человеке, который устал от жизни, души, от нравственности, от порока, воли продолжать жизнь дальше, от всего — устала душа, а жизнь продолжается в палате номер шесть…
Я еще раз хочу усилить: он все чувствовал, все понимал, все видел.
Он легко уходил от системы, легко уходил от людей, душевнобольных пациентов, но вместе с тем неуклонно рос как ЧЕЛОВЕК. А жизнь продолжается, день за днем. Пока Громов, как гром среди ясного неба не поразил его. И Рагин, человек, не может уже уклоняться, не может уже, да и не хочет понимать, не в силах уже топтать…
Жизнь продолжается и ЧЕЛОВЕК уже в палате номер шесть.
И вдруг за этой завесой открывается истина, а была ли, собственно, жизнь, быть может это сон, который скоро закончится…
Гениальная интуиция и игра Ильина выносит эту драму из серых красок в тонкую едва уловимую линию света.
Впечатления от фильма неординарные. Не с чем сравнить. Да я думаю и не стоит. Надо вовремя остановиться, что бы не оказаться в палате номер шесть.
Это картина, как и сам Чехов говорит нам, что жизнь это не игра, что не так нам много дано, какой бы восхитительной и гениальной интуицией, пусть даже писателя мы не обладали.
Современная российская «арт-чернуха» на классический сюжет
Режиссерский прием перенесения действия классического произведения в современную реальность не нов. Обычно к нему прибегают, чтобы подчеркнуть актуальность данной проблемы. Но если Шахназаров хотел провести в массы именно эту мысль, то он выбрал явно не те средства для ее выражения.
Во-первых, если режиссер претендует на реальное отображение современной психиатрической клиники, то ситуация, со времен Чехова, существенно изменилась, и нынче не то, что помимо воли здорового человека в «психушку упечь», невозможно шизофреника, в период обострения, без его согласия госпитализировать. Таковы законы. Вы мне, конечно, возразите, что не в этом суть фильма: фильм ведь философский. Согласен, но если уж вы переносите время действия с 19-го века в 2007 год, то, будьте так любезны, соблюдать достоверность.
Второе. Для создания эффекта документальности он использует интервью героев фильма. Опрос больных клиники — не актеров чередуется с тем, что рассказывают профессиональные артисты. Шахназаров показал олигофренов для контраста с главными героями. Зачем все это: итак ясно, что все они на свободу хотят, а картину это сделало еще более «чернушной». Однако и здесь несуразица: что делают в интернате для умственно отсталых душевнобольные с диагнозом шизофрения, а уж тем более неврологический больной Рагин, перенесший инсульт. Вероятно, что в работе над фильмом не были использованы консультанты по медицинским вопросам.
А уж рассказ старого главврача, в исполнении Алексея Жаркова, как тот спирт продавал и завел гарем из сиделок и больных, вообще вставлен в фильм из популистских соображений: модно нынче грязь на врачей лить — и Шахназаров туда же.
Третье. Это несоответствие псевдодокументального, любительского характера постановки и неизмененного чеховского текста. Хорошие актеры (Панкратов-Черный)выглядят не актерами кино, и даже не театра, а просто чтецами Чеховского текста. Причем в отношении современной действительности слова классического произведения слушаются фальшиво. Даже «хорошисту» и «отличнику» актерской игры Владимиру Ильину здесь можно поставить не больше тройки с плюсом.
Ядром в действии фильма, как и в книге Чехова, являются философские беседы Рагина и его пациента Громова, в первую очередь о свободе и личности, о важности свободы для того, кто ей не обладает. А тот, кто свободен, тот опустил руки и тратит свои силы и ум на бесплодные рассуждения. Конечно, чеховская классика не устарела, чего нельзя сказать, посмотрев фильм. Ибо Чехова здесь не видно из-за неподходящей манеры съемки и плохой игры актеров.
Подытоживая, хочу сказать, что Карен Шахназаров сильно разочаровал: пытаясь создать русский арт-хаус, он явно выбрал не то произведение, да и работал явно в спешке и без усердия.
Плата N 6 Чехова никогда не была для меня историей о психах и тонкой грани между разумом и его отсутствием, она всегда была для меня историей о предательстве, величайшем предательстве. Но мне, кажется, я одна вижу эту книгу так. По крайней мере, Шахназаров явно снимал кино не об этом. И слава Богу.
Фильм получился сильным, глубоким, трогательным…
Составленный из бесконечного числа монологов, он не вгоняет в скуку, не раздражает, не мучает, что сделать ну очень сложно.
Актёры играют великолепно, особенно Евтушевская и Вертков, последний, по-моему, вообще открытие Шахназарова, настоящий актёр, теперь таких не делают.
Современный антураж не раздражает, но смысла, как такого, я в ней не вижу, ничего нового она пьесе не даёт, кроме непонятного бывшего главврача, торговавшего спиртом. Модная нынче псевдодокументальная камера, новаторством уже не выглядит, а наоборот попахивает банальным штампом.
Очень сложный для любых экранизаций, Антон Павлович Чехов, наверно, лучше всех российских писателей разбирался в человеческой психологии: каждое его произведение — циничный анализ загадочной русской души, взгляд на наш своеобразный менталитет «изнутри». Он никогда не делил на «черное» и «белое», не вырисовал однозначно положительных или отрицательных персонажей: огромное количество полутонов — вот что отличает его творчество от многих других авторов. «Палата N6» образца 2009-го года, наоборот — безоговорочно монохромное произведение с настолько упрощенной моралью, что напоминает скорее заокеанский «Район N9», чем оригинал вековой выдержки. Режиссер, кажется, намеренно забывает, что Рагин и Громов были психически нездоровыми на самом деле, а не запертыми за решеткой вольнодумцами, что Хоботов — это не просто мелкий алчный карьерист с говорящей фамилией, а сложный собирательный образ молодых чиновников конца XIX столетия. У Шахназарова, как и в любом голливудском кино про людей с двузначным IQ, все сводится к примитивному психоанализу, ставящему под сомнение существующие нормы морали и очевидному вопросу: «А кто решает, где грань между нормальным и ненормальным человеком?»
Выступающие в качестве эпиграфа монологи душевнобольных создают атмосферу сопричастности, настраивают на переложение классики в жанр мокъюментри-муви (оставляя при этом нетронутым текст классика), что само по себе противоположно как плюс и минус и взрывоопасно как «Кока-кола» и конфетка «Рондо» — неадаптированный книжный язык превращает «Палату N6» в самый настоящий вялотекущий фарс, наигранный спектакль психически нездоровых; Ильин в своем любимом амплуа спивающегося медведя с добрейшими глазами, кажется, единственный, кто хочет вырваться из этого желтого дома, поэтому играет как в последний раз, с полной отдачей. Остальные (особенно Панкратов-Черный) просто-напросто не могут понять, что делать: по-мхатовски переигрывать или монотонно отстреливать положенные строчки. С режиссером все более категорично, но от этого не менее фатально — к концу повествования он и вовсе растворяется в чеховских анахронизмах, рисуя какую-то собственную параллельную вселенную, так же похожую на окружающую действительность как слон на табуретку. Его уже не интересует происходящее: персонажи теряются в нелинейном сюжетном лабиринте, а суть классической трагикомедии так и остается между строк засаленной книжки из домашней библиотеки — ведь для Шахназарова куда важнее просто поиграть солнечными зайчиками на лицах улыбающихся девочек из заключительной мизансцены. Это уже не Чехов, это Гришковец какой-то.
Своим фильмами «Курьер» и «Исчезнувшая империя» Карен Шахназаров приобрел так сказать кредит доверия. Оправдал ли он этот кредит доверия своим новым фильмом? Об этом дальше, а сейчас немного о самом фильме и людях, которые его делали.
Как я уже и писал ранее режиссурой фильма занимался Карен Шахназаров, но кроме того в режиссерском кресле, а видимо их было даже два, сидел еще и молодой, по меркам режиссеров, 36 летний Александр Горновский. Как распределяли обязанности на площадке два мастера одного и того же дела, мне не известно, но как показывает практика, обычно более опытный режиссер просто помогает снимать фильм режиссеру менее опытному.
Такое кино как «Палата N6» обычно в кинотеатрах не показывают, их стихия — это кинофестивали, для «палаты N6» список кинофестивалей был крайне мал, а в наградах значится лишь номинация на главный приз ММФК-2009 Золотой «Святой Георгий», за лучший фильм. Награда сама по себе мало значительная, а вот номинация уже тем более почти ничего не значит.
Сюжет фильма повторяет одноименную повесть Чехова, конечно, же с доработками от режиссера и сценариста фильма. Самым существенным отличием будет, пожалуй «осовременивание» повести, то есть перенос действия из одного времени в другое. Хотя, если честно, то повесть Чехова «Палата N6» была прочитана уже в давно минувшие школьные годы, поэтому и из содержания первоисточника я помню лишь завязку сюжета.
Фильм очень хорош, и для русского фильма и для фильма в общем. Тут есть все, чтобы во время просмотра поплакать: и драматизм событий и лирические герои и диалоги, кажется, что сама камера способствует тому, чтобы пустить слезу, хотя не выходит и все тут, наверное, для этого нужно более сентиментальное сердце.
В итоге остается лишь сказать, что фильм получился хорошим, чуть ли не отличным, а режиссер Карен Шахназаров для меня стал, наверное, самым любимым режиссером современной России, то есть тем, от которого стоит ожидать чего-то стоящего.
«Грань между людьми психически больными и людьми нормальными чрезвычайно иллюзорна. Было бы верно сказать, что мы все с вами страдаем разными формами психических заболеваний.» — большинству из нас эти слова знакомы по началу рэп-композиции «Зеркало» в исполнении Басты и Гуфа. Это выражение на самом деле было взято из фильма Карена Шахназарова «Палата N6», где его произносит герой Евгения Стычкина доктор Хоботов. Картина эта снята по мотивам одноименного рассказа А. П. Чехова. Для большинства, «Палата N6» — это устойчивое выражение, означающее сумасшедший дом.
Кинофильм начинается кадрами интервью с несколькими психически больными людьми. Бросается в глаза то, что, хоть они и внешне выглядят, как не совсем нормальные люди, их рассуждения вполне адекватны, и их главным желанием является побыстрее выйти отсюда и зажить нормальной жизнью.
Картина является осовремененным вариантом русской классики. Но мне несколько не понравилось, что монологи и диалоги произносятся практически, как писал Чехов. Это расхождение слов на классическом русском языке и жизни в наше время — не совсем удачный ход.
Фильм снят в виде документальной ленты про жизнь доктора Рагина (главный герой), а точнее про то, как он, будучи бывшим главврачом психбольницы, сам оказался в ней, но только уже, как пациент. Но пересказывать не буду, иначе, зачем тогда кино смотреть. Современному зрителю, который предпочитает что-то динамичное, яркое, глянцевое, картина, скорее всего, не понравится. Но это не отнимет у фильма его философии.
Лично я, к своему стыду, не читал этот довольно известный рассказ А. П. Чехова, поэтому не смогу сравнить написанное и снятое.
Доктор Рагин (Владимир Ильин) по своим убеждениям был не слишком-то сердобольным человеком. Он считал, что раз все мы когда-нибудь все равно умрем, зачем тогда стараться жить по-особенному (водку не пьешь — умрешь. и пьешь — тоже умрешь. наверно, все-таки лучше пить). Особо интересными выглядят его беседы с пациентом психбольницы Иваном Громовым (Алексей Вертков).
Главная мысль произведения, что еще неизвестно, где находятся умалишенные: в больнице, за ее забором или повсюду. А апофеозом всей картины становится сцена танцев пациентов на новогоднем празднике. Как минимум из-за нее стоит посмотреть этот кинофильм. Но не просто уставившись в экран, а попутно размышляя о сказанном, вплетая свои рассуждения.
Фильм представляет собой такое же недоразумение, как в заголовок мной вынесенная фраза. Ибо Шахназаров взял и бухнул повествование в современные реалии… Зачем? Чёрт его разберёт…
Конечно, можно отговориться, что, мол, классика во все времена классика — но всё-таки зачем?
Вообще, я не знаю, ЧТО можно экранизировать в этом рассказе Чехова: как литературное произведение это шедевр, но — совершенно не кинематографичный. Что Шахназаров, в принципе, и доказал. Так как сюжета на полноценное повествование не хватает, режиссёр добавил в начало немного исторических фактов (рассказанных трогательным детским голосом), в конец — гротескную сцену танцев, от которой меня саму чуть не хватил апоплексический удар, а в середину налепил одно интервью на другое. О главном герое режиссёр решил рассказывать из вторых уст: каким его видели сослуживцы, друзья, пациенты, соседи и т. д. В принципе, подход не лишён смысла, но лично мне напомнил дешёвые криминальные ТВ-передачи: «Андрюша был хороший мальчик, в школе всегда учился на пятёрки… И надо же такому несчастью приключиться!» Режиссёр, кажется, ничего не видит в Рагине и всей этой истории, кроме материала, на котором можно поживиться. Зритель, соответственно, не проникается страданиями персонажа и смотрит на всё с тем же объективным безразличием, как и человек за камерой.
Нелепое соединение чеховского языка и его героев с современной действительностью отнюдь не добавляет истории правдоподобности или выразительности. Сейчас в российской глубинке ни за что не встретишь таких характеров и разговоров. Весь фильм хотелось кричать «Не верю!». Герои словно сами не до конца верят в своё существование, подозрительно оглядываются вокруг и тщательно выбирают слова. Как будто переместились во времени, и теперь всеми силами стараются себя не выдать.
Я понимаю, Шахназаров хотел вывести чеховский текст в авангард и использовать его в качестве ударного оружия по зрительскому сознанию, и, опять же, приём сам по себе не плохой… У База Лурмана вон Ромео и Джульетта на языке Шекспира ещё как говорили!.. А у Шахназарова что-то не сработало — хоть тресни. Не смотрится — и всё тут.
Возможно, виной тому актёры. Мне ужасно не понравился образ Громова — не дожат. Не чувствуется в нём сумасшедшинки, угрозы. Над всеми психами летает некий ореол, что они сейчас выкинут что-нибудь эдакое — возьмут да разобьют окно казённой тумбой, например. И в Громове у Чехова это есть — как он ругается на Рагина, когда тот в первый раз к нему приходит! Как переменчиво его настроение! В фильме всего этого нет. Точнее, текст-то есть, но игры нет. Не сыграл Вертков шизофреника, слишком уж тихий получился и рассудительный.
Единственное точное попадание фильма в цель — это лицо Ильина. Повторяю, именно лицо, а не игра, так как здесь тоже не всё идеально. Рагин должен вызывать жалость и скорбь по нашему мелкому существованию — а тут он даже не умер.
Заканчивает Шахназаров пошлостью — «Помилуйте, мы вас ещё и женим!» — да так, что аж страшно становится. Этот новогодний бал среди психов… Все там будем, видимо.
Помимо Чеховской истории, в фильм засунуты различные мысли о психических расстройствах, оригинальностью не блещущие. Например, «во всём виноваты родители» и «иногда нет грани между гениальностью и помешательством». Вот только как-то это всё кусками, да и с Чеховым связано постольку поскольку.
В общем, фильм не вызвал у меня должных эмоций и даже смазал впечатление от замечательного рассказа. Действительно, за что дали Золотого орла?
Режиссер Карен Шахназаров приступил к работе над лентой «Белый тигр». Пока картина находится в стадии препродакшна. Съемочный процесс фильма стартует летом 2011 года. Основой для проекта послужила книга лауреата премии «Национальный бестселлер» Ильи Бояшова «Танкист, или „Белый тигр“». (...)
Война в сюжете „Белого тигра“ важна для того, чтобы создать правильный антураж для мистического противостояния. Во время войны любая мистика и фантастика становятся реалистичными. Война сама по себе полна загадок... (...)
В фильме Карена Шахназарова русский солдат, танкист, который побывал в такой передряге, что сгорел практически целиком, возвращается к жизни с миссией „найти и уничтожить“, отомстить „Белому тигру“… (...)
