Я решил посмотреть все фильмы, выдвинутые в этом году на премию Оскар за лучший фильм на иностранном языке. Сначала я посмотрел «Белую Ленту», а затем «Молоко скорби» и надо сказать, что перуанский фильм в моих глазах не проиграл фильму Ханеке.

Если в «Белой Ленте» описана природа насилия, то в «Молоке Скорби» — природа страха. Медицинским сообществом болезнь, характеризуемая «напуганная молоком» не признаётся, но она всё же существует. Фаустита впитала в себя молоко матери, изнасилованной фашистами и с тех пор в ней сидит страх — страх даже не только перед мужчинами, это страх перед всем внешним миром, ведь она за пределы своего «кишлака» не ходит одна, только с кем-нибудь. В картине гениально показано, что каждый её шаг (например как она ходит через рынок), каждый жест, каждое её действие — это проявление страха, глубоко сидящего в её душе

Понравилась музыкальность фильма. Эти песни, которые поёт Фаустита — символ неразрывной связи с матерью, эти тревожные колыбельные — отголосок тех страшных времён, того душевного состояния матери после изнасилования.

Интересно, что в фильме был передан национальный колорит в виде некоторых культурных традиций и свадьбы Максимы. Также в фильме поднимаются некоторые социальные проблемы, например бедность простого народа, который и похоронить нормально своих близких не может.

Ну и конечно символом закрытости, отчуждённости от мира становится картофелина во влагалище Фауститы и со временем она только растёт. Садовник даёт ей понять, что она должна вырасти как цветок, а картофель растёт плохо и в его саду картофеля нет. Удаление этой картофелины из влагалища, Фауститой будет рассматриваться как отрывом её от матери, но это будет и символом уничтожения барьеров, сковывающих её.

Я думаю, что именно этот фильм из всех представленных в иностранноязычной номинации Оскара самый достойный для получения этой награды, но киноакадемики решили иначе.

10 из 10

Кинематограф Перу не изобилует яркими фильмами. Если он известен неискушенному зрителю, то благодаря многочисленным сериалам, методично выпускаемым перуанским филиалом мирового конвейера по производству мыльных опер, а также «Мадейнузе» режиссера Клаудии Льоса. Ее же последний фильм «Молоко скорби» был представлен в конкурсной программе Берлинале-2009 и получил главный трофей — «Золотого медведя». Зная традиционную конъюнктуру берлинского кинофестиваля, можно было бы предположить, что фильм будет остросоциальным, что в нем будут подниматься серьезные, животрепещущие вопросы перуанского общества. Отчасти так и есть, но в центре сюжета очень личная история юной Фауститы — жительницы одного из многочисленных перуанских бидонвилей, или трущобных деревушек, отодвинутых на задворки урбанистической цивилизации. После смерти матери она — мало приспособленная к жизни в одиночку, пугливая, замкнутая — остается без опоры в жизни. У Фауститы нет денег на гроб. Дядя занят подготовкой к свадьбе своей дочери — ему не до помощи своей племяннице. Более того, он поторапливает ее с похоронами, ибо не желает очернить самый счастливый день в жизни дочери слухами и инсинуациями о разлагающемся трупе в соседнем доме. Фаустита устраивается прислугой на виллу обеспеченной пианистки, чтобы заработать денег. Там у нее, с малых лет одаренной замечательным слухом и голосом, неожиданно появляется возможность найти себя в этой жизни.

Причиной закрытости Фауститы от внешнего мира и является «молоко скорби» — молоко матери, которая была жестоко изнасилована в тяжелые для страны 1980-ые годы. Фаустита — горький плод той зверской ночи. С молоком матери она впитала страх перед мужчинами. Поэтому картофелина, которую она держит в интимном месте, чтобы, как она сама признается, вызвать отвращение у насильников, символизирует ее синдром «человека в футляре». Интрига фильма состоит в том, сумеет ли Фаустита избавиться от своих фобий и предрассудков.

В картине звучит яркая, выразительная национальная музыка, совершенно замечательно передающая ее настроение. Оператор умело рисует сюжетные образы своей камерой. Вообще, национальные, этнические мотивы очень явно прослеживаются в этом фильме. Сюжет от начала до конца пропитан осознанием того, сколь важна для потомков южноамериканских индейцев идея неразрывной связи человека и природы. Благоговение, получаемое от их духовного общения, нашло свое отражение и в последних кадрах фильма.

До вручений Оскаровских статуэток осталось уже меньше недели. И я в преддверии решил посмотреть хотя бы несколько фильмов из номинации «Лучший фильм на иностранном языке», так как смотрел лишь Французского «Пророка». Первым на очереди, как это не странно оказалась не «Белая лента», а малоизвестный Перуанский фильм «Молоко скорби».

Честно признаюсь, до этого я не одного Перуанского фильма не смотрел. Знал, что где-то в той местности снималась Голливудская «Анаконда», но тот был всё-таки Американский фильм, а это уже разные вещи. Поэтому, ко всему прочему, фильм был ещё интересен и этим.

Молодая героиня с молоком матери впитала страх перед окружающим миром. Мать изнасиловали во времена правления в Перу фашистского режима, который с 1980-го по 2000-й расправился с 70 000 человек. Чтобы не повторить судьбу изнасилованной матери, героиня держит в интимном месте картофелину, которая должна послужить щитом при попытке изнасилования. Картофелина живет своей жизнью и успешно прорастает, демонстрируя единство человека и природы.

Уже по одному описанию можно подумать, что фильм какой-то провокационный. Так подумал и я. Но ничего подобного, фильм оказался очень пристойным, даже, на мой взгляд, через чур. Фильм про ярую феминистку, которая презирает практически всех мужчин (кроме садовника из дома её хозяйки), постоянно сторонится их, и всячески старается их избегать, что подтверждают многочисленные свадьбы. А символом феминизма как раз и является эта картофелина.

Кстати о свадьбах. На мой взгляд, их совершенно напрасно сняли для фильма, ведь атмосфера, созданная главной героиней, к этому не предрасполагала, и поэтому, как мне кажется, они выглядели очень отстранённо от фильма, как будто снимались для другой картины. Если, например, в фильме «Чёрная кошка, белый кот» Эмира Кустурицы, свадьба (которая была чрезвычайна похожа на все многочисленные свадьбы из этого фильма) и вся остальная часть фильма были единым целым, то в этом фильме напротив они только рушат ту атмосферу, заданную сначала фильма, так как по своей сути он очень грустный. Во многом этому послужила и главная героиня в исполнении…

Двадцати трёх летней Магали Сольер. Для своего образа она сыграла очень даже не плохо. Конечно это не Сьюзен Сарандон и Джина Дэвис из фильма «Тельма и Луиза», которые просто блестяще сыграли отъявленных феминисток, но там и роль была немного другая. Тут всё поспокойнее немного, просто как-то образ у неё был настолько грустный, что к концу фильма мне было как-то не особо приятно на неё смотреть, но повторюсь, сыграла она очень хорошо.

Очень достойный фильм получился. Полностью оправдал мои ожидания, хотя я рассчитывал на что-нибудь более откровенное, но получилось то, что получилось. Совершенно заслуженная номинация на Оскар, на мой взгляд.

Только вот я не понял смысла жемчуга. Толи это символ духовного подъёма главной героини, толи наоборот духовного падения, то ли это ещё что-то?

Чили. Земля и люди, обжигаемые солнцем, со сморщенными корками лиц, с высыхающими душами. И давно уже высохшими кошельками. Нет на этой земле садовника, который бы перемешал ее, удобрил, полил и вырастил красивые цветы утешения, сострадания и любви. Одна пустыня — сухая земля, не принимающая в свое лоно умерших, выбрасывающая из него давно похороненное. Лишь картошка хорошо растет ТАМ.

Фильм — об абсурдной жизнеспособности этого мира, танцующего свадьбы на костях. Праздничная абсурдность, как у Кустурицы. Надо веселиться и смеяться, выставлять бутафорские торты, запускать белых голубей, наряжаться в роскошные платья, выдувать мыльные пузыри, даже если фоном служит унылая каменная пустыня с бульдозерами, грязными маленькими домишками, утопающими в пыльной нищете и домом, в котором не первую неделю лежит мертвец.

На кровати свадебное платье — под кроватью труп.

Среди всего этого — главная героиня с весьма литературным именем Фаустита (Фауста), оставшаяся одна после смерти матери. Границы ее мира — дом дяди, где она живет. Единственное место, в котором она чувствует себя безопасно. Остальной мир — чужой, злобный, хищно присматривающийся к ней, выжидающий, когда она потеряет бдительность и останется одна. «В моем поселке ты должен идти так: приклеившись к стене, а то злые духи убьют тебя» — говорит главная героиня, всю жизнь соблюдающая меры осторожности: разговаривать тихо, носить штаны под юбкой, ходить подвое, открывать дверь, лишь посмотрев на руки человека… Болезнь Фаусты не описана в медицинских справочниках. «La teta asustada» по поверьям местных жителей передается через молоко матери и не излечима.

«Напуганные грудью» — люди, родившееся во время террористического режима в Перу, впитавшие в себя ужас насилия и смерти с колыбельных песен. Все сторонятся их, утверждая, что «это люди без души, ведь только страх живет у них внутри». Страх съел душу и не оставил ничего — опасный диагноз для юной Фаусты, только начинающей жить.

Так ли это? Смотрите фильм)

ПС: Фильм достойный просмотра и пересмотра, с прекрасной операторской работой, глубокими диалогами и аутентичными плачами.

9 из 10