Две сестры давно живут на попечении дяди, который взял их из детского дома и искренне мечтает о счастливой жизни для каждой. Девушки часто следуют его советам, но это не приносит им счастья. Старшая сестра жертвует всем, чтобы младшая стала актрисой, — и лишь спустя годы понимает, что напрасно отказывалась от своей мечты и судьбы…
Разные бывают фильмы. Умные и глупые, грустные и смешные, правдивые и не очень… А бывают такие, которые не смотришь, нет, с первого кадра, с первой реплики, ты ими живешь. Такие как этот.
А как иначе, как можно не чувствовать когда играет потрясающая и просто обожаемая мною Татьяна Доронина, как можно не понимать и не сопереживать когда сомневается милая Лида или не смеяться, когда говорит Ухов, и как, наконец, возможно не восхищаться неподражаемой Чуриковой!
Кино бывает разным и, наверное, это женское кино.
Герои фильма отнюдь не великие персонажи. Они живут своей, самой обыкновенной, жизнью, пытаются устроить ее хотят того же, что и все люди, быть счастливыми.
И у них все будет хорошо. Не потому, что это жанр такой или потому, что они все пережили и добились, чего хотели… На это лучше ответят последние кадры фильмы, когда Люда с Надей идут по площади, вдвоем, в забавных советских пальто, болтают о чем-то, смешные и такие счасливые уже просто от того, что они есть друг у друга, несмотря ни на что. Фильм-то называется «Старшая Сестра»…
Блистательная экранизация пьесы Александра Володина. Две сестры — старшая Надя и младшая Лида — во время войны воспитывались в детском доме, откуда их забрал к себе на попечение дядя. Дядина житейская философия проста — живи как все, имей постоянную и приносящую доход работу, выходи замуж за положительного человека. Но Надя, пожертвовавшая многим ради младшей сестры и обладающая незаурядными актерскими способностями, грезит о театре, работая учетчицей в порту, а Лида, провалив экзамены в театральный институт, заводит роман с женатым другом детства…
Одно из главных достоинств советской режиссуры — умение снимать камерные истории, происходящие, по сути, в одной декорации, и намертво приковывающие мастерством замечательных актеров (см. «Одинокая женщина желает познакомиться», «Гараж» и т. д.). Так и здесь — Натансон собрал отменный актерский состав для экранизации психологической пьесы Александра Володина о судьбах двух женщин на протяжении нескольких лет. Сценарий прописан тонко, изящно, с множеством важных и глубоких нюансов, что является признаком тонкой, мастерской режиссуры, когда всего лишь парой штрихов или двумя-тремя фразами создается полноценный образ, заставляющий прочувствовать драматизм ситуации — взять хотя бы сцену с женой героя Виталия Соломина, когда она рассказывает историю о Тамерлане, насколько точно, пронзительно и по существу. При этом создатели не забывают о юморе, легкости повествования и остроумии, чего стоит хотя бы сцена танца при знакомстве героев Дорониной и Куравлева. Пересматривая в очередной раз этот фильм, не мог отделаться от одной невеселой мысли, что эта актерская школа и режиссура навсегда ушли. Уйдут последние, не побоюсь этого слова, великие актеры, и что останется? Ничего. Только «Дневные дозоры», «Любови-моркови», «Адмиралы» и прочий Великий мусор о «Великой войне».
Мощный фильм. По актерскому составу — уж точно. Что ни роль — имя! Какие уж тут могут быть претензии или замечания: аплодисменты после каждой сцены — как на мастер-классе. Единственное — личные какие-то симпатии или антипатии. Без объяснения причин, как говорится. Мне, к примеру, Т. Доронина не понравилась. Ни внешне, ни, тем паче, своим голосом в 2, такое ощущение, октавы. Это, конечно, наложило свой отпечаток на восприятие картины, т. к. поставило под сомнение его объективность. Ну да дело даже не в этом. Сама история меня не очень взволновала, задела, заинтересовала — как угодно можно сказать. Во всяком случае, судьбы двух главных героинь. Какие-то они шубутные, что ли. Суетятся всё время чего-то, мечутся, сомневаются. Как говорили в одном известном фильме: «Они сами не знают, чего они хочут!» Несерьезно как-то. То в огонь, то в полымя! Нет, чтобы подумать, всё взвесить, принять решение и «если решил — за дело!» Или, даже если так не получается, черт с ним, не думая, наобум, но чтобы до конца уже, не сворачивая, не размышляя на каждом повороте. Ни того, ни другого. Я понимаю, время было другое: старших уважали много больше, чем теперь, но не до такой же степени! А, главное, ну взялся ты жить по чужой указке — что ж тогда думать — за тебя всё придумают и тебе расскажут. Не хотят! Вот и приходится наблюдать эту беспомощность и несостоятельность на протяжении всего фильма. Сам не ам, и другому не дам!
Специально не стал пьесу, чтобы не смешивать впечатления, но герои фильма, конечно, удивили. Дядя, который сует свой нос во всё, независимо от того, касается это его или нет. Сестра, которая возомнила себя Матерью Терезой по отношению к меньшой, героически принесла себя в жертву, а потом сама же об этом и пожалела! Другая сестра, которая упустила свое возможное счастье, потому что промолчала в самый неподходящий момент, потом из принципа (будто кому-то назло!) решившая всё исправить, добившаяся (на первый взгляд) этого и… разочаровавшаяся в результате. Ну куда это годится! Герой Е. Леонова говорил в «Большой перемене»: «Это жизнь! Такая штука!..» Да черта с два! Это «дурная голова ногам покоя не дает!» — вот что это такое!
Больше всех мне симпатичен герой Л. Куравлева — единственный, что движение по жизни можно назвать поступательным. Учел ошибки, сделал выводы — вышел на новый уровень! Молодец! «Товарищи! Всем брать пример с Евгения Палыча Тимошина!»
И всё же фильм хорош! «Сделано в СССР», как принято было писать, подразумевая высокий уровень качества. Ставлю
Потеря индивидуальности, Разговор о счастье или «Любите ли Вы театр…»
«Старшая сестра» Георгия Натансона (дай Бог ему здоровье) никогда не будет относиться к тому жанру кино, которое хочется пересматривать: это не многобюджетный блокбастер с кучей спецэффектов, не боевик с морем искусственной крови, замененной на смородиновое желе, не комедия с шутками ниже плинтуса и не обывательская мелодрама, где в сценах пролития слез мы видим не слезы вовсе, а последствия использования специальной жидкости, раздражающей слизистую ока. Это скорее фильм-катастрофа, но не техногенного масштаба, а в жизни определенных людей, способных достойно выйти из сложившейся ситуации, близкой к той, которую можно назвать катастрофой.
На экране перед нами проходят годы из жизни городской интеллигенции на примере совместного проживания 2 сестер из детского дома в исполнении неповторимой Татьяны Дорониной и Натальи Теняковой вместе со своим родным дядей (Михаил Жаров), положивший много сил на то, чтобы семья стала семьей, а значит единым целым. Где еще мы можем увидеть, как режиссер с помощью всего лишь одного, казалось бы, незначительного внешнего штриха в виде «взрослой прически» или длины каблука женской обуви, может дать понять зрителю, что прошло время и пришло взросление. Сейчас проще прибегнуть к экранному титру «прошло 2 года», а тогда это не нужно было, ценнее было передать атмосферу скоротечности времени одним штрихом, одной фразой, одной деталью и все становилось яснее ясного.
Та самая старшая сестра в исполнении Т. Дорониной с жизнеутверждающим именем Надежда пытается найти свое место в жизни, параллельно этому выкраивая минутку, чтобы признаться дяде в том, что «влюбиться некогда» и вспомнить о том, что молодость и отрочество положила на воспитание сестры младшей (Н. Тенякова), которой в преддверии взрослой жизни не дают покоя слова дяди о том, что «быть средним инженером еще куда ни шло, а быть посредственной артисткой-это стыдно», ведь правильный выбор профессии — это полдела. Но время показывает, что этой самой посредственностью в актерском ремесле она и является, легко уступая эту непростую стезю сестре старшей, бредящей театром, ведь именно из ее уст на внезапном и судьбоносном прослушивании в театральный ВУЗ льется цитата из статьи Белинского «Любите ли Вы театр так, как люблю его я?» И спустя какое-то время начинается не родственное противостояние, а желание одной доказать свою самостоятельную зрелость в принятии решения касательно устройства личного счастья, а другой — взять на себя роль рулевого судьбой первой, тем самым приходя к выводу, что жизнь расставит все на свои места.
Так и случается: младшая — Лида понимает, что отношения с женатым человеком (В. Соломин), убежденным в том, что «на свете счастья нет, но есть покой и воля», ни к чему хорошему не приведут и что нравственное падение не за горами, а старшая — Надежда находит свое призвание в театре, не брезгуя по началу играть монологи «Доброе слово и кошке приятно», но в дальнейшем, пережив кризис «потери индивидуальности» и найдя в себе глубокий внутренний резерв для нового творческого толчка, также находит в себе силы, чтобы жить и творить с новой отдачей, несмотря на женское одиночество и невозможность познакомиться с мужчиной, который в состоянии будет принять ее «вот такую вот милую и с изюминкой».
Фильм 1966 года, поставленный Георгием Натансоном (который еще раз пригласит гениальную Татьяну Доронину в свой новый фильм «Еще раз про любовь») по пьесе Александра Володина — выдающегося автора произведений, по которым неоднократно будут сняты фильмы, вошедшие в золотой фильмофонд страны («5 вечеров», «Осенний марафон») — без прикрас нравственно-наставленческий, раскрывающий глубокую сущность человеческих, межличностных отношений, как в семье, так и за ее пределами: ведь модель поведения в семейном сообществе может быть не менее значима, чем отношения в общественно-социальной среде.
Исключительно хорошо поставленный фильм, изящный и тонкий, но, по всей видимости, создатели настолько тщательно прорабатывали каждую сцену, что об их связи друг с другом (то есть, монтаже) думали поменьше, и поэтому фильм воспринимается не как единое целое, а как набор сцен, каждая из которых по отдельности прекрасно снята. Почему я придираюсь? Потому что это настолько хороший фильм, что лично мне просто было немного жаль каких-то мелочей, которые чуть-чуть можно было сделать по-другому. Например, сцена с женой одного из героев, которая приходит к Дорониной, чтобы узнать, где пропал ее муж, немного неестественная, что, конечно, же объяснялось желанием сценариста показать эту женщину очень милой: вот смотрите, какую прекрасную девушку обманывает муж. Но концовка этой сцены, когда приходит собственно муж со своей любовницей Теняковой, замечательна и все сразу искупает. Еще лично мне хотелось бы пожаловаться на то, что Доронина часто говорит с придыханием, но, с другой стороны, есть же люди, которые часто говорят с придыханием? Поэтому будем считать, что это не актриса переигрывает, а такова ее героиня.
Все остальное — сплошные плюсы. Очень хороший сценарий, замечательный тем, что язык героев совершенно естественный, что есть вообще редкость для советского кино. Иногда даже кажется, что актеры импровизировали. Все играют очень хорошо, включая эпизодические роли Басилашвили, Куравлева и Чуриковой. Особенно трудная роль была у Куравлева: убедительно сыграть застенчивого мужчину так, чтобы это не превратилось в самопародию, очень непросто! Режиссер филигранно контролировал ситуацию. В картине множество тончайших нюансов: например, когда Люда репетирует поступление в вуз, она говорит: «я буду читать отрывок из „Войны и мира“, а сестра ее поправляет „из романа «Война и мир“». И уже на экзамене Люда на этой самой фразе запинается, потому что не сразу вспоминает, что надо сказать «роман». Такому позавидовал бы сам Бергман. В общем, поверьте — это прекрасное кино, которое понравится всем тем, кто любит качественные психологические драмы и просто имеет хороший вкус.
